75 фраз про «Жизненные цитаты про печаль» с глубоким смыслом

Тема «Жизненные цитаты про печаль» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 75 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Почему ты, шествуя по пути Божию, печален и угрюм? Пускай печалятся и не чувствуют радости те, кто забыл Бога, кто не имеет никакой надежды на живой и неиссякающий источник Божий. Но мы, верующие в живаго Бога и возложившие на Него свое упование, должны радоваться, потому что на небе у нас есть такой Отец, Который любит нас больше, чем все отцы и матери, и проявляет безграничную заботу о том, чтобы соделать нас достойными Себя.

   Почему ты, шествуя по пути Божию, печален и угрюм? Пускай печалятся и не чувствуют радости те, кто забыл Бога, кто не имеет никакой надежды на живой и неиссякающий источник Божий. Но мы, верующие в живаго Бога и возложившие на Него свое упование, должны радоваться, потому что на небе у нас есть такой Отец, Который любит нас больше, чем все отцы и матери, и проявляет безграничную заботу о том, чтобы соделать нас достойными Себя.

   — Ефрем Филофейский
2. «

   Стены, которые мы воздвигаем вокруг себя, чтобы оградить себя от печали, не пропускают и радость тоже.

   Стены, которые мы воздвигаем вокруг себя, чтобы оградить себя от печали, не пропускают и радость тоже.

   — Джим Рон
3. «

   Я чувствую печаль, когда не улучшают нравы, не уясняют то, что учат, а зная долг, не могут ему следовать и не способны устранить порок.

   Я чувствую печаль, когда не улучшают нравы, не уясняют то, что учат, а зная долг, не могут ему следовать и не способны устранить порок.

   — Конфуций
4. «

   Думай, что думаешь. Твоё уныние — это твои мысли.

   Думай, что думаешь. Твоё уныние — это твои мысли.

   — Мария Фариса · книга
5. «

   … Он превосходно умеет отвлекать людей от их мыслей, потому что никогда ни о чем не спрашивает; а, по-моему, люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

   … Он превосходно умеет отвлекать людей от их мыслей, потому что никогда ни о чем не спрашивает; а, по-моему, люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

   — Александр Дюма · книга
6. «

   Не зови будущее и не печалься о прошлом — иначе ты рискуешь, что они поменяются местами.

   Не зови будущее и не печалься о прошлом — иначе ты рискуешь, что они поменяются местами.

   — Авессалом Подводный · книга
7. «

   Спросили Maрдавиджа: — Какая разница между печалью и досадой? Он ответил: — Когда на человека обрушивается несчастье, он сильно печалится, когда же его постигает неприятность, он только досадует.

   Спросили Maрдавиджа: — Какая разница между печалью и досадой? Он ответил: — Когда на человека обрушивается несчастье, он сильно печалится, когда же его постигает неприятность, он только досадует.

   — Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей) · книга
8. «

   У всех нас есть свои печали и горести, и, хотя их тяжесть, очертания и масштабы различны в каждом отдельном случае, цвет печали одинаков для всех.

   У всех нас есть свои печали и горести, и, хотя их тяжесть, очертания и масштабы различны в каждом отдельном случае, цвет печали одинаков для всех.

   — Диана Сеттерфилд · книга
9. «

   В любви богинь одни печали, Один обман мы все встречали, Кто жаждет подлинной любви - В простых сердцах её лови.

   В любви богинь одни печали, Один обман мы все встречали, Кто жаждет подлинной любви - В простых сердцах её лови.

   — Пьер де Ронсар
10. «

    Счастье не длится долго, но и печаль не вечна...

    Счастье не длится долго, но и печаль не вечна...

    — Soon Jung · сериал
11. «

    Кто любит Бога, тот не печалится о бесчестии, потому что знает, что Бог видит сердце его.

    Кто любит Бога, тот не печалится о бесчестии, потому что знает, что Бог видит сердце его.

    — Авва Дорофей
12. «

    Жизнь странная штука. Иногда она так смешивает события, что невозможно отделить одно от другого. Радость соседствует с печалью, потери с новым счастьем. Иногда мне кажется, что в ней гораздо больше фантастики, чем в снах.

    Жизнь странная штука. Иногда она так смешивает события, что невозможно отделить одно от другого. Радость соседствует с печалью, потери с новым счастьем. Иногда мне кажется, что в ней гораздо больше фантастики, чем в снах.
13. «

    За темным окном в истерике бьётся дождь, А в клетке из рёбер колотится громко сердце. И ты никому не веришь, уже не ждёшь, И не на кого положиться и опереться. Бывает… В душе без света кромешный мрак: Ни свечки, ни лампочки, ни костерка живого. И кажется, что всегда теперь будет так: Ни выхода, ни эмоции, ни покоя. И всё-таки вдруг собака во сне чихнёт И так философски взглянет, и мокрым носом Упрется в щеку и в ухо твоё вздохнёт… И смысл этой жизни уже не звучит вопросом.

    За темным окном в истерике бьётся дождь, А в клетке из рёбер колотится громко сердце. И ты никому не веришь, уже не ждёшь, И не на кого положиться и опереться. Бывает… В душе без света кромешный мрак: Ни свечки, ни лампочки, ни костерка живого. И кажется, что всегда теперь будет так: Ни выхода, ни эмоции, ни покоя. И всё-таки вдруг собака во сне чихнёт И так философски взглянет, и мокрым носом Упрется в щеку и в ухо твоё вздохнёт… И смысл этой жизни уже не звучит вопросом.
14. «

    Сижу один я у пруда, Бросая взор к огням вдали. Мне надоела суета, Печальны ныне дни мои.

    Сижу один я у пруда, Бросая взор к огням вдали. Мне надоела суета, Печальны ныне дни мои.
15. «

    На самом ли деле вы тот, кто зовется счастливцем? Ну, так вот – вы грустны всякий день. Каждому дню своя большая печаль или своя маленькая забота. Вчера вы дрожали за здоровье того, кто вам дорог, сегодня боитесь за свое собственное, завтра вас беспокоят денежные дела, послезавтра наветы клеветника, вслед за этим – несчастье друга; потом дурная погода, потом какая-нибудь разбитая или потерянная вещь, потом удовольствие, за которое вам приходится расплачиваться муками совести и болью в позвоночнике, а иной раз – и положение государственных дел. Все это, не считая сердечных горестей. И так далее, до бесконечности. Одно облако рассеивается, другое лишь меняет очертания. На сто дней едва ли найдется один, полный неомраченной радости и солнца. А ведь вы принадлежите к небольшому числу тех, кто обладает счастьем! Что касается других людей, то ночь, беспросветная ночь над ними.

    На самом ли деле вы тот, кто зовется счастливцем? Ну, так вот – вы грустны всякий день. Каждому дню своя большая печаль или своя маленькая забота. Вчера вы дрожали за здоровье того, кто вам дорог, сегодня боитесь за свое собственное, завтра вас беспокоят денежные дела, послезавтра наветы клеветника, вслед за этим – несчастье друга; потом дурная погода, потом какая-нибудь разбитая или потерянная вещь, потом удовольствие, за которое вам приходится расплачиваться муками совести и болью в позвоночнике, а иной раз – и положение государственных дел. Все это, не считая сердечных горестей. И так далее, до бесконечности. Одно облако рассеивается, другое лишь меняет очертания. На сто дней едва ли найдется один, полный неомраченной радости и солнца. А ведь вы принадлежите к небольшому числу тех, кто обладает счастьем! Что касается других людей, то ночь, беспросветная ночь над ними.

    — Виктор Гюго · книга
16. «

    Пейзаж печален всегда, когда печален человек.

    Пейзаж печален всегда, когда печален человек.

    — Константин Георгиевич Паустовский · книга
17. «

    Вообще, одна из причин, почему люди спят — чтобы избежать того, что их расстроило.

    Вообще, одна из причин, почему люди спят — чтобы избежать того, что их расстроило.

    — Дэниел Киз · книга
18. «

    Всё точно по древней восточной мудрости, которая говорит о том, что уходящий по дороге вдаль уносит с собой только одну четверть печали разлуки, а три других остаются у того, кто смотрит ему вслед.

    Всё точно по древней восточной мудрости, которая говорит о том, что уходящий по дороге вдаль уносит с собой только одну четверть печали разлуки, а три других остаются у того, кто смотрит ему вслед.

    — Андрей Александрович Васильев · книга
19. «

    Столько печали, даже когда всё получается.

    Столько печали, даже когда всё получается.

    — Чарльз Буковски · книга
20. «

    И среди ночи, когда и дом, и сад, и степь спали в молчании, вдруг отчетливо и ясно глядели грустные, спокойные глаза, и острая тоска впивалась в сердце; он садился на постели и начинал бороться, ибо хотел жизни, а не тоски, и воспоминаний, и печали.

    И среди ночи, когда и дом, и сад, и степь спали в молчании, вдруг отчетливо и ясно глядели грустные, спокойные глаза, и острая тоска впивалась в сердце; он садился на постели и начинал бороться, ибо хотел жизни, а не тоски, и воспоминаний, и печали.

    — Александр Серафимович · книга