96 коротких цитат по теме «Петербург»

Тема «Петербург» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 96 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Кому-то девочки, кому-то выпить... Кому-то — просто встретиться с людьми! А мой размер — приехать в Питер, И объясниться Питеру в любви!

   Кому-то девочки, кому-то выпить... Кому-то — просто встретиться с людьми! А мой размер — приехать в Питер, И объясниться Питеру в любви!
2. «

   Делитесь счастьем, милые! Не мучайтесь от зависти, Лечите душу теплотой, всем горестям на зло! Есть в посиделках кухонных уют чудесный, радостный, А в Петербурге множится вот это волшебство. Пусть светятся окошками дворы, дома и улицы, Пусть в каждой кухне вкусности дымятся на столах. И пусть на кухнях мирятся, влюбляются, целуются! И пусть наш город северный купается в огнях. За каждым за окошечком пусть счастье умножается, Любовь и нежность копятся, без края и конца. Есть в посиделках питерских особенная радость – Согреть студёной осенью замерзшие сердца.

   Делитесь счастьем, милые! Не мучайтесь от зависти, Лечите душу теплотой, всем горестям на зло! Есть в посиделках кухонных уют чудесный, радостный, А в Петербурге множится вот это волшебство. Пусть светятся окошками дворы, дома и улицы, Пусть в каждой кухне вкусности дымятся на столах. И пусть на кухнях мирятся, влюбляются, целуются! И пусть наш город северный купается в огнях. За каждым за окошечком пусть счастье умножается, Любовь и нежность копятся, без края и конца. Есть в посиделках питерских особенная радость – Согреть студёной осенью замерзшие сердца.
3. «

   Кружатся над яхтами стайки белых чаек, Ветер переменчивый вьётся над Невой. Город мой – особенный, это каждый знает! Каждый, кто знакомится, Петербург, с тобой.

   Кружатся над яхтами стайки белых чаек, Ветер переменчивый вьётся над Невой. Город мой – особенный, это каждый знает! Каждый, кто знакомится, Петербург, с тобой.
4. «

   И душа, неустанно поспешая во тьму, промелькнет над мостами в петроградском дыму, и апрельская морось, над затылком снежок, и услышу я голос: — До свиданья, дружок.

   И душа, неустанно поспешая во тьму, промелькнет над мостами в петроградском дыму, и апрельская морось, над затылком снежок, и услышу я голос: — До свиданья, дружок.

   — Иосиф Александрович Бродский
5. «

   Санкт-Петербург — капризный город. Словно ветреная, избалованная красавица, которая сначала дарит улыбки, а потом ускользает, скрывшись в пестрой толпе. Сегодня она мила и игрива, а уже завтра на что-то обижена. Не угадаешь, не поймешь и не застрахуешься от неожиданных перемен настроения. Такие же чудеса творятся с погодой в Санкт-Петербурге. Только что светило солнце, миг — и резко потемнело, наползли низкие тучи с Невы, и начался дождь. Мелкий, моросливый, по такому не поймешь, то ли он закончится с минуты на минуту, то ли будет надоедать сутки.

   Санкт-Петербург — капризный город. Словно ветреная, избалованная красавица, которая сначала дарит улыбки, а потом ускользает, скрывшись в пестрой толпе. Сегодня она мила и игрива, а уже завтра на что-то обижена. Не угадаешь, не поймешь и не застрахуешься от неожиданных перемен настроения. Такие же чудеса творятся с погодой в Санкт-Петербурге. Только что светило солнце, миг — и резко потемнело, наползли низкие тучи с Невы, и начался дождь. Мелкий, моросливый, по такому не поймешь, то ли он закончится с минуты на минуту, то ли будет надоедать сутки.

   — Анна Одувалова · книга
6. «

   А может быть в Питер, и всё образуется...

   А может быть в Питер, и всё образуется...
7. «

   Чего ловить в Петербурге — не очень понятно. Это не скажешь словами. Это либо чувствуешь всей кожей, либо никогда не объяснишь, о чём речь.

   Чего ловить в Петербурге — не очень понятно. Это не скажешь словами. Это либо чувствуешь всей кожей, либо никогда не объяснишь, о чём речь.

   — Илья Стогoff · книга
8. «

   Хочу я жить, среди каналов и мостов, И выходить с тобой, Нева, из берегов. Хочу летать, я белой чайкой по утрам, И не дышать над Вашим чудом, Монферран.

   Хочу я жить, среди каналов и мостов, И выходить с тобой, Нева, из берегов. Хочу летать, я белой чайкой по утрам, И не дышать над Вашим чудом, Монферран.
9. «

   Ночь теплая одела острова. Взошла луна. Весна вернулась. Печаль светла. Душа моя жива. И вечная холодная Нева У ног сурово колыхнулась.

   Ночь теплая одела острова. Взошла луна. Весна вернулась. Печаль светла. Душа моя жива. И вечная холодная Нева У ног сурово колыхнулась.

   — Александр Александрович Блок
10. «

    Это же Питер. Город дождей, Город изменчивых лиц и имен, Город хороших, волшебных людей. Ими бы хвастался каждый район.

    Это же Питер. Город дождей, Город изменчивых лиц и имен, Город хороших, волшебных людей. Ими бы хвастался каждый район.
11. «

    В Москве он так опускался, что в самом деле, если бы пожить там долго, дошел бы, чего доброго, и до спасения души; в Петербурге же он чувствовал себя опять порядочным человеком.

    В Москве он так опускался, что в самом деле, если бы пожить там долго, дошел бы, чего доброго, и до спасения души; в Петербурге же он чувствовал себя опять порядочным человеком.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
12. «

    Все приезжающие в Петербург беспрестанно повторяют слово «фантастика».

    Все приезжающие в Петербург беспрестанно повторяют слово «фантастика».

    — Фредерик Бегбедер · книга
13. «

    Ай, Питер, Питер, ты слишком красив, Чтобы быть просто другом!

    Ай, Питер, Питер, ты слишком красив, Чтобы быть просто другом!
14. «

    Питерские мужики избалованы, изнежены, ленивы. Половина — альфонсы, другая половина — геи, третья — наркоманы и пьяницы, а четвертая половина — преступники, маньяки и уголовники. Такой вот расклад.

    Питерские мужики избалованы, изнежены, ленивы. Половина — альфонсы, другая половина — геи, третья — наркоманы и пьяницы, а четвертая половина — преступники, маньяки и уголовники. Такой вот расклад.

    — Анна Русских · книга
15. «

    Милый Питер, друг сердечный, Хватит слёз, давай дружить! Будь же счастлив, бесконечно! Чтобы каждый человечек Смог кого-то полюбить.

    Милый Питер, друг сердечный, Хватит слёз, давай дружить! Будь же счастлив, бесконечно! Чтобы каждый человечек Смог кого-то полюбить.
16. «

    Люблю тебя, Петра творенье, Люблю твой строгий, стройный вид, Невы державное теченье, Береговой ее гранит, Твоих оград узор чугунный, Твоих задумчивых ночей Прозрачный сумрак, блеск безлунный, Когда я в комнате моей Пишу, читаю без лампады, И ясны спящие громады Пустынных улиц, и светла Адмиралтейская игла, И, не пуская тьму ночную На золотые небеса, Одна заря сменить другую Спешит, дав ночи полчаса.

    Люблю тебя, Петра творенье, Люблю твой строгий, стройный вид, Невы державное теченье, Береговой ее гранит, Твоих оград узор чугунный, Твоих задумчивых ночей Прозрачный сумрак, блеск безлунный, Когда я в комнате моей Пишу, читаю без лампады, И ясны спящие громады Пустынных улиц, и светла Адмиралтейская игла, И, не пуская тьму ночную На золотые небеса, Одна заря сменить другую Спешит, дав ночи полчаса.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
17. «

    Город, где я не был счастлив, к несчастью, ни разу - Всё как-то на нервах, наверно, уже не добиться любви никак. По Питеру надо скакать на лошадке, начистив кирасу, А мы-то плетемся в немытых такси Да несвежих воротничках...

    Город, где я не был счастлив, к несчастью, ни разу - Всё как-то на нервах, наверно, уже не добиться любви никак. По Питеру надо скакать на лошадке, начистив кирасу, А мы-то плетемся в немытых такси Да несвежих воротничках...
18. «

    Питер — это вообще отдельное государство, живущее по своим законам. Питер — это как наркотик, которым хоть раз укололся — и уже не можешь слезть с иглы. Приезжаешь в другие города — и начинается ломка.

    Питер — это вообще отдельное государство, живущее по своим законам. Питер — это как наркотик, которым хоть раз укололся — и уже не можешь слезть с иглы. Приезжаешь в другие города — и начинается ломка.

    — Юлия Шилова · книга
19. «

    Никакие теракты, болезни, революции, партийные чистки, переносы столицы, высылки интеллигенции, блокады и лихие времена не смогли отнять у него воли к жизни. Он падал и поднимался.

    Никакие теракты, болезни, революции, партийные чистки, переносы столицы, высылки интеллигенции, блокады и лихие времена не смогли отнять у него воли к жизни. Он падал и поднимался.

    — Эка Парф · книга
20. «

    Как я рад, как я рад, Что поеду в Ленинград!

    Как я рад, как я рад, Что поеду в Ленинград!

    — Корней Иванович Чуковский