657 фраз на тему «писатели», которые цепляют

Собрали 657 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Литераторы (обоего пола) слепы как родители: они не отличают своих выкидышей от своих удавшихся отпрысков.

   Литераторы (обоего пола) слепы как родители: они не отличают своих выкидышей от своих удавшихся отпрысков.

   — Станислав Ежи Лец
2. «

   Лучшая слава – писательская. Её достаточно, чтобы получить столик в хорошем ресторане, но недостаточно, чтобы у тебя просили автографы во время еды.

   Лучшая слава – писательская. Её достаточно, чтобы получить столик в хорошем ресторане, но недостаточно, чтобы у тебя просили автографы во время еды.

   — Фрэн Лебовиц
3. «

   — Врёшь! — Писатели, Надюха, не врут, а сочиняют...

   — Врёшь! — Писатели, Надюха, не врут, а сочиняют...

   — Юрий Поляков · книга
4. «

   Желание писать свои книги, но при этом не читать чужие, тоже самое, что писать картины будучи слепым.

   Желание писать свои книги, но при этом не читать чужие, тоже самое, что писать картины будучи слепым.

   — Аристарх Ромашин
5. «

   Терпеливый писатель выращивает свои фразы, как цветы.

   Терпеливый писатель выращивает свои фразы, как цветы.

   — Дмитрий Грунтовский · книга
6. «

   Пиши просто, чтобы другие могли просто читать.

   Пиши просто, чтобы другие могли просто читать.

   — Аристарх Ромашин
7. «

   Только и писать — когда полтинник! Только и плясать, когда — каюк!

   Только и писать — когда полтинник! Только и плясать, когда — каюк!

   — Мария Ватутина
8. «

   Будьте готовы к тому, что писательство — это девяносто процентов труда. И всегда помните о том, что остальные десять процентов это талант.

   Будьте готовы к тому, что писательство — это девяносто процентов труда. И всегда помните о том, что остальные десять процентов это талант.

   — Аристарх Ромашин
9. «

   Писатели не создают свои лучшие произведения, когда им живется интересно...

   Писатели не создают свои лучшие произведения, когда им живется интересно...

   — Стивен Кинг · книга
10. «

    В Ленинграде к его сочинениям отнеслись прохладно. Стереотипы здесь были повыше. Полная бездарность не оплачивалась. Талант настораживал. Гениальность порождала ужас. Наиболее рентабельными казались — «явные литературные способности», У Потоцкого не было явных способностей. Что-то мерцало в его сочинениях, проскальзывало, брезжило. Какие-то случайные фразы, отдельные реплики... «Перламутровая головка чеснока...», «Парафиновые ноги стюардессы...». Однако явных способностей не было. Издавать его перестали. То, что прощалось захолустному новичку, раздражало в столичном литераторе.

    В Ленинграде к его сочинениям отнеслись прохладно. Стереотипы здесь были повыше. Полная бездарность не оплачивалась. Талант настораживал. Гениальность порождала ужас. Наиболее рентабельными казались — «явные литературные способности», У Потоцкого не было явных способностей. Что-то мерцало в его сочинениях, проскальзывало, брезжило. Какие-то случайные фразы, отдельные реплики... «Перламутровая головка чеснока...», «Парафиновые ноги стюардессы...». Однако явных способностей не было. Издавать его перестали. То, что прощалось захолустному новичку, раздражало в столичном литераторе.

    — Сергей Довлатов · книга
11. «

    Сантехники восхищают его больше писателей. Они выполняют важную работу: обеспечивают течение говна, но, в отличие от писателей, говно у них подлинное.

    Сантехники восхищают его больше писателей. Они выполняют важную работу: обеспечивают течение говна, но, в отличие от писателей, говно у них подлинное.

    — Чарльз Буковски · книга
12. «

    Классики иногда слишком явно лгут, Поэтому мало кто их способен беречь.

    Классики иногда слишком явно лгут, Поэтому мало кто их способен беречь.
13. «

    Вдохновение даёт идею. Дисциплина даёт жизнь.

    Вдохновение даёт идею. Дисциплина даёт жизнь.

    — Аристарх Ромашин
14. «

    — Вы не Достоевский, — сказала гражданка, сбиваемая с толку Коровьевым. — Ну, почем знать, почем знать, — ответил тот. — Достоевский умер, — сказала гражданка, но как-то не очень уверенно. — Протестую, — горячо воскликнул Бегемот. — Достоевский бессмертен!

    — Вы не Достоевский, — сказала гражданка, сбиваемая с толку Коровьевым. — Ну, почем знать, почем знать, — ответил тот. — Достоевский умер, — сказала гражданка, но как-то не очень уверенно. — Протестую, — горячо воскликнул Бегемот. — Достоевский бессмертен!

    — Михаил Булгаков · книга
15. «

    Каждый писатель должен писать каждую свою книгу так, будто в тот день, когда он её закончит, ему отрубят голову.

    Каждый писатель должен писать каждую свою книгу так, будто в тот день, когда он её закончит, ему отрубят голову.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
16. «

    Каждый, кто приезжает на Таити, пишет книгу о своем путешествии. Чтобы книгу покупали, в ней непременно надо расписывать рай. А иначе кто станет ее читать?

    Каждый, кто приезжает на Таити, пишет книгу о своем путешествии. Чтобы книгу покупали, в ней непременно надо расписывать рай. А иначе кто станет ее читать?

    — Тур Хейердал · книга
17. «

    Писать — это лекарство. Это действенное противоядие для душевных ран. Это прекрасный спутник в любых трудных переменах.

    Писать — это лекарство. Это действенное противоядие для душевных ран. Это прекрасный спутник в любых трудных переменах.

    — Джулия Кэмерон · книга
18. «

    Счастье писателя — мысль, вся переходящая в чувство, чувство, целиком переходящее в мысль.

    Счастье писателя — мысль, вся переходящая в чувство, чувство, целиком переходящее в мысль.

    — Томас Манн (писатель) · книга
19. «

    Если ты писатель, твоя беда в том, что, как бы ты ни пытался остановить поток мысли, связанный с задуманным тобой романом, твоё воображение продолжает работать; ты не можешь его отключить.

    Если ты писатель, твоя беда в том, что, как бы ты ни пытался остановить поток мысли, связанный с задуманным тобой романом, твоё воображение продолжает работать; ты не можешь его отключить.

    — Джон Ирвинг · книга
20. «

    Деление живой литературы на жанры вообще достаточно условно. Жанры перерастают один в другой, не спрашивая разрешения критиков и историков литературы. Схемы вообще хороши лишь применительно к посредственности. Писатель покрупнее непременно выйдет за их рамки.

    Деление живой литературы на жанры вообще достаточно условно. Жанры перерастают один в другой, не спрашивая разрешения критиков и историков литературы. Схемы вообще хороши лишь применительно к посредственности. Писатель покрупнее непременно выйдет за их рамки.

    — Александр Горянин · книга