Топ-26 цитат: «Польша»

26 цитат про «Польша»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Доходили известия из России до Запада искаженными, ибо шли все они через Польшу. У Речи же Посполитой в те времена на огромные пространства на Востоке имелись свои небескорыстные виды. Потому и изменников навроде князя Андрея Курбского там привечали, и сочинителям своим доморощенным заказывали всяческие живописания ужасов, творимых московитским варваром. «Царь Васильич, прозванный за жестокость свою безмерную Ужасным» — так прямиком в заголовке одной книги и написали. Раз ехал из Рима в Москву папский легат союз заключать: Святого Римского престола и России — против турок-басурман. Так по пути, в Кракове, дали ему специально «в дорогу» почитать эту книжицу, содержавшую безмерный список злодеяний Грозного. Ужаснулся добрый католик, перекрестился слева направо и отправился назад.

   Доходили известия из России до Запада искаженными, ибо шли все они через Польшу. У Речи же Посполитой в те времена на огромные пространства на Востоке имелись свои небескорыстные виды. Потому и изменников навроде князя Андрея Курбского там привечали, и сочинителям своим доморощенным заказывали всяческие живописания ужасов, творимых московитским варваром. «Царь Васильич, прозванный за жестокость свою безмерную Ужасным» — так прямиком в заголовке одной книги и написали. Раз ехал из Рима в Москву папский легат союз заключать: Святого Римского престола и России — против турок-басурман. Так по пути, в Кракове, дали ему специально «в дорогу» почитать эту книжицу, содержавшую безмерный список злодеяний Грозного. Ужаснулся добрый католик, перекрестился слева направо и отправился назад.

   — Владимир Мединский · книга
2. «

   ... прислушиваясь к польском языку, так богатому согласными, он [Георг Форстер] вспомнил своих знакомых в Отаити, говорящих почти одними гласными, и заметил : «Если б эти два языка смешать, какое бы вышло звучное и плавное наречие»!

   ... прислушиваясь к польском языку, так богатому согласными, он [Георг Форстер] вспомнил своих знакомых в Отаити, говорящих почти одними гласными, и заметил : «Если б эти два языка смешать, какое бы вышло звучное и плавное наречие»!

   — Александр Герцен · книга
3. «

   Государство — это разумная несвобода, с которой поляки никогда не смирятся… если бы я предсказывал, что будут делать народы в следующем веке, около слова «Польша» я бы написал «бунтует».

   Государство — это разумная несвобода, с которой поляки никогда не смирятся… если бы я предсказывал, что будут делать народы в следующем веке, около слова «Польша» я бы написал «бунтует».

   — Александр II
4. «

   Оказалось достаточным короткого удара по Польше со стороны сперва германской армии, а затем Красной Армии, чтобы ничего не осталось от этого уродливого детища Версальского договора.

   Оказалось достаточным короткого удара по Польше со стороны сперва германской армии, а затем Красной Армии, чтобы ничего не осталось от этого уродливого детища Версальского договора.

   — Вячеслав Михайлович Молотов
5. «

   Оливский мир. Ах, как мирно и как красиво это звучит! Именно там великие державы впервые заметили, что страна поляков буквально создана для того, чтобы ее делить.

   Оливский мир. Ах, как мирно и как красиво это звучит! Именно там великие державы впервые заметили, что страна поляков буквально создана для того, чтобы ее делить.

   — Гюнтер Грасс · книга
6. «

   - Твоего сообщника мы тоже поймаем, — пригрозил полицейский. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке. - Ага. Скажите, пан Кшиштоф, а если бы я был не из России — вы бы меня так же азартно ловили? - Конечно, — возмутился Кшиштоф. — Это моя функция! Хотя, конечно, русских я не люблю. - За что? - А за все, что было! — Странно, конечно, — сказал я. — У всей Европы друг с другом постоянно все было, только пыль летела. А не любят только нас...

   - Твоего сообщника мы тоже поймаем, — пригрозил полицейский. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке. - Ага. Скажите, пан Кшиштоф, а если бы я был не из России — вы бы меня так же азартно ловили? - Конечно, — возмутился Кшиштоф. — Это моя функция! Хотя, конечно, русских я не люблю. - За что? - А за все, что было! — Странно, конечно, — сказал я. — У всей Европы друг с другом постоянно все было, только пыль летела. А не любят только нас...

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   К сожалению, польские аристократы в Париже тоскуют о старой Речи Посполитой: они желали бы видеть Польшу в границах тысяча семьсот семьдесят второго года, включая Смоленск и Киев, иначе говоря, сами расчлененные, они хотели бы расчленения России... <...> Претензии польской шляхты на украинские и белорусские земли вызвали ответную реакцию в самих же украинцах и белорусах, которые никак не желали порывать своих исторических связей с русским народом.

   К сожалению, польские аристократы в Париже тоскуют о старой Речи Посполитой: они желали бы видеть Польшу в границах тысяча семьсот семьдесят второго года, включая Смоленск и Киев, иначе говоря, сами расчлененные, они хотели бы расчленения России... <...> Претензии польской шляхты на украинские и белорусские земли вызвали ответную реакцию в самих же украинцах и белорусах, которые никак не желали порывать своих исторических связей с русским народом.

   — Валентин Пикуль · книга
8. «

   Поляки — отчаянный народ, они готовы повеситься, чтобы только досадить России.

   Поляки — отчаянный народ, они готовы повеситься, чтобы только досадить России.

   — Сергей Александрович Караганов
9. «

   В глазах Европы все преступление раздела Польши заключается именно в том, что Россия усилилась, возвратив себе свое достояние.

   В глазах Европы все преступление раздела Польши заключается именно в том, что Россия усилилась, возвратив себе свое достояние.

   — Николай Яковлевич Данилевский
10. «

    Яркий тому пример — город Кельце. До начала войны примерно треть населения города составляли евреи, их там проживало 20 тысяч. После окончания Второй мировой войны в Кельце осталось 200 евреев, причем все они — бывшие узники концентрационных лагерей. И вот против этих людей совершается погром. Современные поляки, пытаясь оправдаться, говорят: пропал 8-летний ребенок, кто-то запустил гнусный слух, что евреи его похитили и хотели убить, и после этого начался погром. Однако они тактично не рассказывают о том, что в ходе расследования этого преступления выяснилось: ребенка отослал в деревню собственный отец, чтобы появился повод для расправы над евреями. Больше того, мальчик признался, что его научили, что именно нужно будет потом говорить. 4 июля 1946 года начинается погром. Толпа поляков (около 2000 человек, к которым присоединились силы народной милиции), выкрикивая (внимание!): «Смерть евреям!», «Смерть убийцам наших детей!» и главное: «Завершим работу Гитлера!», взламывала двери и убивала поленьями, камнями и прутьями прятавшихся евреев. 47 человек было убито, среди них дети и беременные женщины. Ранено более 50 человек. К чести польского народа нашлись люди, которые пытались помешать озверевшей толпе. Двое поляков, защищавших евреев, были убиты теми же самыми железными прутьями.

    Яркий тому пример — город Кельце. До начала войны примерно треть населения города составляли евреи, их там проживало 20 тысяч. После окончания Второй мировой войны в Кельце осталось 200 евреев, причем все они — бывшие узники концентрационных лагерей. И вот против этих людей совершается погром. Современные поляки, пытаясь оправдаться, говорят: пропал 8-летний ребенок, кто-то запустил гнусный слух, что евреи его похитили и хотели убить, и после этого начался погром. Однако они тактично не рассказывают о том, что в ходе расследования этого преступления выяснилось: ребенка отослал в деревню собственный отец, чтобы появился повод для расправы над евреями. Больше того, мальчик признался, что его научили, что именно нужно будет потом говорить. 4 июля 1946 года начинается погром. Толпа поляков (около 2000 человек, к которым присоединились силы народной милиции), выкрикивая (внимание!): «Смерть евреям!», «Смерть убийцам наших детей!» и главное: «Завершим работу Гитлера!», взламывала двери и убивала поленьями, камнями и прутьями прятавшихся евреев. 47 человек было убито, среди них дети и беременные женщины. Ранено более 50 человек. К чести польского народа нашлись люди, которые пытались помешать озверевшей толпе. Двое поляков, защищавших евреев, были убиты теми же самыми железными прутьями.

    — Армен Гаспарян · книга
11. «

    У меня много друзей, я люблю украинскую культуру, народ. То, что было у нас в прошлом — страшно. Это нужно просто показать людям, рассчитаться с прошлым. А мы это не делаем. Почему так — я не знаю. Почему Украина так поступает, мне трудно понять. Мы помогаем Украине, наша страна первой признала вашу независимость. Поляки поддерживают украинцев, а вы в ответ признаете убийц героями…

    У меня много друзей, я люблю украинскую культуру, народ. То, что было у нас в прошлом — страшно. Это нужно просто показать людям, рассчитаться с прошлым. А мы это не делаем. Почему так — я не знаю. Почему Украина так поступает, мне трудно понять. Мы помогаем Украине, наша страна первой признала вашу независимость. Поляки поддерживают украинцев, а вы в ответ признаете убийц героями…

    — Мирослав Гермашевский
12. «

    Но при всем при этом, мы очень скромные люди, мы всё время боимся кого-нибудь обидеть. Я сейчас работаю над книгой про Польшу, и наткнулся я на замечательнейший документ. Это отчёт посольства Советского Союза на территории Польши в Москву по поводу еврейского погрома, который там был совершён в августе 1945 года. То есть, я напоминаю, Третий рейх разгромлен, идёт подготовка к Нюрнбергскому военному трибуналу, в Польше происходит еврейский погром под девизом (сейчас внимание!): «Завершим дело Адольфа Гитлера!» Вот всякий раз, когда поляки что-то тут говорят нам по поводу наших воинских захоронений, наших памятников, почему мы не можем дать жёсткий им ответ? Рассказать про эти факты? <...> Но мы же молчим, мы же боимся всё время кого-то обидеть! Вот это главная наша беда! Хотя если бы один раз поставили бы на место в жёсткой форме... <...> Ну у нас же постоянно мы слышим, что, ну послушайте, они хорошие люди, ну ладно, там националисты у власти, там просто радикалы, там малограмотные приехавшие из эмиграции, вместо того, чтобы один раз жёстко взять за кадык, так чтоб ты не дёрнулся! <...> Потому что понимают, к сожалению, только силу! Но мы вместо этого пытаемся с ними зачем-то вести цивилизованный диалог! С кем? С Качиньским? Посмотрите на его лицо! Он фейсконтроль в библиотеку не пройдёт! О каких нравственных ценностях вы говорите с этим человеком?

    Но при всем при этом, мы очень скромные люди, мы всё время боимся кого-нибудь обидеть. Я сейчас работаю над книгой про Польшу, и наткнулся я на замечательнейший документ. Это отчёт посольства Советского Союза на территории Польши в Москву по поводу еврейского погрома, который там был совершён в августе 1945 года. То есть, я напоминаю, Третий рейх разгромлен, идёт подготовка к Нюрнбергскому военному трибуналу, в Польше происходит еврейский погром под девизом (сейчас внимание!): «Завершим дело Адольфа Гитлера!» Вот всякий раз, когда поляки что-то тут говорят нам по поводу наших воинских захоронений, наших памятников, почему мы не можем дать жёсткий им ответ? Рассказать про эти факты? <...> Но мы же молчим, мы же боимся всё время кого-то обидеть! Вот это главная наша беда! Хотя если бы один раз поставили бы на место в жёсткой форме... <...> Ну у нас же постоянно мы слышим, что, ну послушайте, они хорошие люди, ну ладно, там националисты у власти, там просто радикалы, там малограмотные приехавшие из эмиграции, вместо того, чтобы один раз жёстко взять за кадык, так чтоб ты не дёрнулся! <...> Потому что понимают, к сожалению, только силу! Но мы вместо этого пытаемся с ними зачем-то вести цивилизованный диалог! С кем? С Качиньским? Посмотрите на его лицо! Он фейсконтроль в библиотеку не пройдёт! О каких нравственных ценностях вы говорите с этим человеком?

    — Армен Гаспарян
13. «

    Поляки по праву гордились сопротивлением их общества нацистам, однако в действительности за время войны они убили больше евреев, чем немцев.

    Поляки по праву гордились сопротивлением их общества нацистам, однако в действительности за время войны они убили больше евреев, чем немцев.

    — Ян Томаш Гросс
14. «

    Насколько страшно все это выглядело, свидетельствует заявление немцев, что поляки слишком многое себе позволили. Приход немцев спас жизнь 18 евреям, которым удалось спрятаться во время погрома. Среди них восьмилетний мальчик, который уже был засыпан землей в могиле, но ожил и выбрался из-под земли. […] Таким образом исчезла с лица земли еврейская община, существовавшая в Радзилове на протяжении 500 лет. Вместе с евреями было уничтожено все еврейское в городке: школа, синагога и кладбище.

    Насколько страшно все это выглядело, свидетельствует заявление немцев, что поляки слишком многое себе позволили. Приход немцев спас жизнь 18 евреям, которым удалось спрятаться во время погрома. Среди них восьмилетний мальчик, который уже был засыпан землей в могиле, но ожил и выбрался из-под земли. […] Таким образом исчезла с лица земли еврейская община, существовавшая в Радзилове на протяжении 500 лет. Вместе с евреями было уничтожено все еврейское в городке: школа, синагога и кладбище.

    — Ян Томаш Гросс · книга
15. «

    — Вы так говорите, будто уже что-то задумали. — Ваша проницательность поразительна, — Саша вежливо склонил голову, — да, я уже знаю, что я должен делать. Мне нужно незамедлительно выезжать в Варшаву. — Но Варшава охвачена волнениями! — Тем хуже для волнений, — сказал Александр и так улыбнулся, смотря куда-то вдаль, что королева вздрогнула.

    — Вы так говорите, будто уже что-то задумали. — Ваша проницательность поразительна, — Саша вежливо склонил голову, — да, я уже знаю, что я должен делать. Мне нужно незамедлительно выезжать в Варшаву. — Но Варшава охвачена волнениями! — Тем хуже для волнений, — сказал Александр и так улыбнулся, смотря куда-то вдаль, что королева вздрогнула.

    — Михаил Ланцов · книга
16. «

    Гнали письма в единственную отдушину, через смутную Польшу (ни один чёрт не знал, кстати говоря, что в ней твориться и что за страна такая новая — Польша).

    Гнали письма в единственную отдушину, через смутную Польшу (ни один чёрт не знал, кстати говоря, что в ней твориться и что за страна такая новая — Польша).

    — Михаил Булгаков · книга
17. «

    Нам никогда не добиться того, чтобы поляки сказали, что они удовлетворены. Ничто не удовлетворит поляков.

    Нам никогда не добиться того, чтобы поляки сказали, что они удовлетворены. Ничто не удовлетворит поляков.

    — Уинстон Черчилль · книга
18. «

    Но воевать Москва не хочет. Москва ждёт, чем закончится вот эта смута. Богдан Хмельницкий тем временем забрасывает Москву, Боярскую думу, Царя, письмами. Всего было восемь посланий с просьбой, с уговорами принять войско запорожское под руку Москвы. На каком-то этапе он даже откровенно угрожает, говоря, что если вы не согласитесь, то мне придётся обратиться за союзом к османам, через Крымского хана к Османской империи. Мы одни не выдюжим против поляков, не выстоим. Кто-то должен нас защитить... Богдан Хмельницкий интересный человек. Его фигура есть на памятнике Тысячелетию Руси. Это яркий политик, образованный человек. Закончил иезуитский колледж. Владел несколькими иностранными языками, латынью свободно и польским. Это был для Речи Посполитой опасный враг. Человек был глубоко православный. Лидер лично обиженный и оскорбленный поляками. Вы знаете хрестоматийную историю о том, как запороли до смерти его сына и увели его возлюбленную польские магнаты. И как он долго и безуспешно добивался праведного суда при польском королевском дворе...

    Но воевать Москва не хочет. Москва ждёт, чем закончится вот эта смута. Богдан Хмельницкий тем временем забрасывает Москву, Боярскую думу, Царя, письмами. Всего было восемь посланий с просьбой, с уговорами принять войско запорожское под руку Москвы. На каком-то этапе он даже откровенно угрожает, говоря, что если вы не согласитесь, то мне придётся обратиться за союзом к османам, через Крымского хана к Османской империи. Мы одни не выдюжим против поляков, не выстоим. Кто-то должен нас защитить... Богдан Хмельницкий интересный человек. Его фигура есть на памятнике Тысячелетию Руси. Это яркий политик, образованный человек. Закончил иезуитский колледж. Владел несколькими иностранными языками, латынью свободно и польским. Это был для Речи Посполитой опасный враг. Человек был глубоко православный. Лидер лично обиженный и оскорбленный поляками. Вы знаете хрестоматийную историю о том, как запороли до смерти его сына и увели его возлюбленную польские магнаты. И как он долго и безуспешно добивался праведного суда при польском королевском дворе...
19. «

    Позиция Польши была такова: «С немцами мы рискуем потерять свободу, а с русскими — нашу душу».

    Позиция Польши была такова: «С немцами мы рискуем потерять свободу, а с русскими — нашу душу».

    — Уинстон Черчилль · книга
20. «

    Несчастная Украина разделилась на два лагеря: одни устремились на Сечь, другие — в коронное войско; одни были за существующий порядок, другие — за дикую волю; одни намеревались сохранить то, что было плодом вековых трудов, другие вознамерились нажитое это у них отнять. Вскорости и тем и тем суждено было обагрить братские руки кровью собственного тела. Ужасающая распря, прежде чем обрести религиозные лозунги, совершенно чуждые Низовью, затевалась как война социальная.

    Несчастная Украина разделилась на два лагеря: одни устремились на Сечь, другие — в коронное войско; одни были за существующий порядок, другие — за дикую волю; одни намеревались сохранить то, что было плодом вековых трудов, другие вознамерились нажитое это у них отнять. Вскорости и тем и тем суждено было обагрить братские руки кровью собственного тела. Ужасающая распря, прежде чем обрести религиозные лозунги, совершенно чуждые Низовью, затевалась как война социальная.

    — Генрик Сенкевич · книга