«православие» в 25 цитат

Собрали 25 цитат на тему «православие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Монашеская жизнь воспоминаний не любит.

   Монашеская жизнь воспоминаний не любит.

   — Наталия Сухинина · книга
2. «

   Христианин без молитвы и слова Божия — как воин без меча и ружья.

   Христианин без молитвы и слова Божия — как воин без меча и ружья.

   — Святитель Тихон Задонский
3. «

   Мой кабинет истории венчал имперский флаг. И я читал истории о страшных и святых делах: Там, где монахи принимали бой, а воины — постриг. Где люди знали пост, а веселились — после.

   Мой кабинет истории венчал имперский флаг. И я читал истории о страшных и святых делах: Там, где монахи принимали бой, а воины — постриг. Где люди знали пост, а веселились — после.
4. «

   Лет сто назад с молитвой и любовью В помянник заносились имена. Теперь он выброшен беспечною рукою… Насколько изменились времена!

   Лет сто назад с молитвой и любовью В помянник заносились имена. Теперь он выброшен беспечною рукою… Насколько изменились времена!
5. «

   Русский человек ничего не знает выше христианства, да и представить не может... вникните в православие: это вовсе не одна только церковность и обрядность, это живое чувство, обратившееся у народа нашего в одну из тех основных живых сил, без которых не живут нации. В русском христианстве, по-настоящему, даже и мистицизма нет вовсе, в нём одно человеколюбие, один Христов образ, — по крайней мере, это главное.

   Русский человек ничего не знает выше христианства, да и представить не может... вникните в православие: это вовсе не одна только церковность и обрядность, это живое чувство, обратившееся у народа нашего в одну из тех основных живых сил, без которых не живут нации. В русском христианстве, по-настоящему, даже и мистицизма нет вовсе, в нём одно человеколюбие, один Христов образ, — по крайней мере, это главное.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
6. «

   Аскеза — это упражнения. Существуют некие упражнения, которые насилуют грехолюбивую природу ради чего-то большего. Это как работа гончара над глиной: сначала он бьёт её кулаками и ребром ладони, а потом уже что-то делает из неё. Аскетизм — упражнение, требующее времени, энергозатрат, терпения, преодоления боли и неудач. Это некое универсальное явление.

   Аскеза — это упражнения. Существуют некие упражнения, которые насилуют грехолюбивую природу ради чего-то большего. Это как работа гончара над глиной: сначала он бьёт её кулаками и ребром ладони, а потом уже что-то делает из неё. Аскетизм — упражнение, требующее времени, энергозатрат, терпения, преодоления боли и неудач. Это некое универсальное явление.

   — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
7. «

   В православии: за мирянином один бес ходит, а за батюшкой — десять.

   В православии: за мирянином один бес ходит, а за батюшкой — десять.

   — Сергей Александрович Михеев
8. «

   Утром мы молимся не для того, чтобы исполнить некий религиозный долг, а днем о Боге и не вспоминать. Нет, мы утренней молитвой настраиваем себя на течение дня, чтобы с душевным спокойствием встретить всё, что принесёт сей день.

   Утром мы молимся не для того, чтобы исполнить некий религиозный долг, а днем о Боге и не вспоминать. Нет, мы утренней молитвой настраиваем себя на течение дня, чтобы с душевным спокойствием встретить всё, что принесёт сей день.

   — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
9. «

   Жертву Богу должны приносить все. А уже величина этой жертвы у каждого своя.

   Жертву Богу должны приносить все. А уже величина этой жертвы у каждого своя.

   — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
10. «

    Да, храмы переполнены... Но от этого пользы мало, шума только много: придут, потолкаются, свечей пуд сожгут, денег навалят, но толку — то что? Богу — то не свечки нужны, не деньги, а сердце наше, умягченное кротостью, смирением, терпением. Вот что нужно Богу. Ему нужна тишина души, мир с ближними своими.

    Да, храмы переполнены... Но от этого пользы мало, шума только много: придут, потолкаются, свечей пуд сожгут, денег навалят, но толку — то что? Богу — то не свечки нужны, не деньги, а сердце наше, умягченное кротостью, смирением, терпением. Вот что нужно Богу. Ему нужна тишина души, мир с ближними своими.

    — Протоиерей Димитрий Смирнов
11. «

    Вы знаете, батюшка, наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон» — тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если наш торт будет состоять только из одного теста, то он будет невкусный. Если он будет состоять только из одного крема, то он будет слишком приторный. А если тесто будет слоями перемежаться с кремом — тесто-крем, тесто-крем, тесто-крем, а сверху пудра — тогда такой пирог будет сладкий. Тесто — это наши труды, это наши мирские попечения. Если вся наша жизнь будет состоять только из них, то такая жизнь будет несладкой. Если у нас будет только один крем, то есть только одна молитва с утра до ночи, что в нашей жизни фактически невозможно, то это тоже будет неправильно, да и не получится. А у нас всё должно быть гармонично и размеренно — наши труды должны переплетаться с молитвами. Причем не обязательно с продолжительными — можно с совсем краткими: «Господи, благослови. Господи, помоги. Господи, благодарю.» «Отче наш». Молитва Иисусова. И так наши труды, перемежаясь и переплетаясь с молитвами это и будет сладкий пирог — для Христа». Я спросил: «А что же такое пудра?» — «А пудра — это смирение. Потому что если труды и молитва будут без смирения, тогда, как говорили оптинские старцы, есть смирение — всё есть, а нет смирения — ничего нет»

    Вы знаете, батюшка, наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон» — тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если наш торт будет состоять только из одного теста, то он будет невкусный. Если он будет состоять только из одного крема, то он будет слишком приторный. А если тесто будет слоями перемежаться с кремом — тесто-крем, тесто-крем, тесто-крем, а сверху пудра — тогда такой пирог будет сладкий. Тесто — это наши труды, это наши мирские попечения. Если вся наша жизнь будет состоять только из них, то такая жизнь будет несладкой. Если у нас будет только один крем, то есть только одна молитва с утра до ночи, что в нашей жизни фактически невозможно, то это тоже будет неправильно, да и не получится. А у нас всё должно быть гармонично и размеренно — наши труды должны переплетаться с молитвами. Причем не обязательно с продолжительными — можно с совсем краткими: «Господи, благослови. Господи, помоги. Господи, благодарю.» «Отче наш». Молитва Иисусова. И так наши труды, перемежаясь и переплетаясь с молитвами это и будет сладкий пирог — для Христа». Я спросил: «А что же такое пудра?» — «А пудра — это смирение. Потому что если труды и молитва будут без смирения, тогда, как говорили оптинские старцы, есть смирение — всё есть, а нет смирения — ничего нет»

    — Вячеслав Бондаренко · книга
12. «

    Литургия — это центр нашей веры: всё культурное богатство, всё, что у нас есть в Церкви, связано с литургией. Храмы красивы, но они нужны для того, чтобы служить литургию. Колокольный звон мелодичен, но он всего лишь зовёт на литургию. Священное Писание ценно само по себе, но оно читается на литургии и, вырванное из неё, начинает по-другому пониматься...

    Литургия — это центр нашей веры: всё культурное богатство, всё, что у нас есть в Церкви, связано с литургией. Храмы красивы, но они нужны для того, чтобы служить литургию. Колокольный звон мелодичен, но он всего лишь зовёт на литургию. Священное Писание ценно само по себе, но оно читается на литургии и, вырванное из неё, начинает по-другому пониматься...

    — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
13. «

    Берегитесь измерять пост простым воздержанием от пищи. Тот, кто воздерживается от пищи, а ведет себя неподобающе, уподобляется диаволу, который хотя ничего не ест, однако ж не перестает грешить.

    Берегитесь измерять пост простым воздержанием от пищи. Тот, кто воздерживается от пищи, а ведет себя неподобающе, уподобляется диаволу, который хотя ничего не ест, однако ж не перестает грешить.

    — Василий Великий (Василий Кесарийский)
14. «

    Польза от чтения правила не в том, что ты просто читаешь всё, что положено. Важны настрой, решимость, желание прожить каждый день по-Божьи. Молитвенное правило не самоценно. Оно имеет ценность по плодам жизни в течение дня и по памяти Божией.

    Польза от чтения правила не в том, что ты просто читаешь всё, что положено. Важны настрой, решимость, желание прожить каждый день по-Божьи. Молитвенное правило не самоценно. Оно имеет ценность по плодам жизни в течение дня и по памяти Божией.

    — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
15. «

    Почему православные люди не любят сидеть в храме, например? Потому что понимают, что стояние само по себе — пусть минимальная, плотская, но всё-таки тоже жертва Богу.

    Почему православные люди не любят сидеть в храме, например? Потому что понимают, что стояние само по себе — пусть минимальная, плотская, но всё-таки тоже жертва Богу.

    — Протоиерей Андрей Ткачев · книга
16. «

    В 1918 году, во время революции, был такой случай: на многолюдном антирелигиозном митинге старик священник под конец попросил слова. Ему не хотели давать. «Только два слова», — просил он. — «Ладно уж, скажите ваши два слова, но не больше», — насмешничал председатель. Священник взошел на кафедру и, обратясь к народу, провозгласил: «Христос Воскресе!» И будто из одной груди прозвучал многоголосый отклик: «Воистину Воскресе!» Старика сейчас же стащили и увели. Участь его легко себе представить.

    В 1918 году, во время революции, был такой случай: на многолюдном антирелигиозном митинге старик священник под конец попросил слова. Ему не хотели давать. «Только два слова», — просил он. — «Ладно уж, скажите ваши два слова, но не больше», — насмешничал председатель. Священник взошел на кафедру и, обратясь к народу, провозгласил: «Христос Воскресе!» И будто из одной груди прозвучал многоголосый отклик: «Воистину Воскресе!» Старика сейчас же стащили и увели. Участь его легко себе представить.

    — Маргарита Сабашникова · книга
17. «

    Ведь и мои бесконечные браки и разводы тоже отсюда. И моя семейная жизнь не сложились именно потому, что не было во мне христианского понимания семьи. Я не знала, что главный в семье — муж, а жена должна ему во всем подчиняться. В моих семьях я была самой главной! И хотя мужья мои были люди сильные, талантливые, известные — всё равно я себя считала самой главной. И как во многих отдаленных от религии семьях, у нас постоянно шла борьба за пальму первенства.

    Ведь и мои бесконечные браки и разводы тоже отсюда. И моя семейная жизнь не сложились именно потому, что не было во мне христианского понимания семьи. Я не знала, что главный в семье — муж, а жена должна ему во всем подчиняться. В моих семьях я была самой главной! И хотя мужья мои были люди сильные, талантливые, известные — всё равно я себя считала самой главной. И как во многих отдаленных от религии семьях, у нас постоянно шла борьба за пальму первенства.

    — Екатерина Васильева
18. «

    На Страшном суде в свете Истины проявится всё, чего мы не замечали или не хотели замечать в себе. Как сказал мне однажды на исповеди некий товарищ мой: «Я вдруг понял: будет Страшный суд и на нём мне покажут человека, которого я никогда раньше не знал. Это буду я...»

    На Страшном суде в свете Истины проявится всё, чего мы не замечали или не хотели замечать в себе. Как сказал мне однажды на исповеди некий товарищ мой: «Я вдруг понял: будет Страшный суд и на нём мне покажут человека, которого я никогда раньше не знал. Это буду я...»

    — Игумен Нектарий Морозов
19. «

    Те, кто избрал путь христианства, пусть не ожидают ничего, кроме Креста.

    Те, кто избрал путь христианства, пусть не ожидают ничего, кроме Креста.

    — Иеромонах Серафим (Роуз)
20. «

    Церковь открывается человеку как реальная жизнь. Не как дополнение к обычной жизни, а как жизнь настоящая. Просто «пришить» ее (в виде празднования Пасхи и Рождества, к примеру) толстыми белыми нитками к своей позорной, некрасивой жизни не получится. Церковь — это реальность.

    Церковь открывается человеку как реальная жизнь. Не как дополнение к обычной жизни, а как жизнь настоящая. Просто «пришить» ее (в виде празднования Пасхи и Рождества, к примеру) толстыми белыми нитками к своей позорной, некрасивой жизни не получится. Церковь — это реальность.

    — Протоиерей Андрей Ткачев · книга