622 цитаты про «привычки» — большая подборка

Тема «привычки» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 622 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Помни, что я говорил тебе про дом со множеством комнат. Есть комнаты, в которые мы не должны входить. Гнев. Страх. Любая страсть, ведущая нас к «одержимости», которая губит людей на войне. Привычка — победитель. Когда приучаешь ум думать так, и только так, когда не позволяешь ему думать по-другому, это порождает великую силу в бою.

   Помни, что я говорил тебе про дом со множеством комнат. Есть комнаты, в которые мы не должны входить. Гнев. Страх. Любая страсть, ведущая нас к «одержимости», которая губит людей на войне. Привычка — победитель. Когда приучаешь ум думать так, и только так, когда не позволяешь ему думать по-другому, это порождает великую силу в бою.

   — Стивен Прессфилд · книга
2. «

   Человек ко всему привыкает. Как честолюбцу ни тяжко переносить безвестность, к этому тоже можно привыкнуть.

   Человек ко всему привыкает. Как честолюбцу ни тяжко переносить безвестность, к этому тоже можно привыкнуть.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
3. «

   От старых привычек трудно избавиться. Если от них вообще можно избавиться.

   От старых привычек трудно избавиться. Если от них вообще можно избавиться.

   — Поппи Брайт · книга
4. «

   Привычка — смерть для художника.

   Привычка — смерть для художника.

   — Пабло Пикассо · сериал
5. «

   Все — таки привычка удивительная вещь. Стоит лишиться крошечной детали, как тут же начинает казаться, будто весь мир бросил тебя на произвол судьбы.

   Все — таки привычка удивительная вещь. Стоит лишиться крошечной детали, как тут же начинает казаться, будто весь мир бросил тебя на произвол судьбы.

   — Харуки Мураками · книга
6. «

   Мне никогда не приходило в голову, что умение не лезть любимому человеку в душу может стать привычкой, а привычка — барьером между нами.

   Мне никогда не приходило в голову, что умение не лезть любимому человеку в душу может стать привычкой, а привычка — барьером между нами.

   — Робин Маккинли · книга
7. «

   Привычка. Читал «Старосветские помещики» и вот теперь только на старости лет понял, из-за чего написана эта вещь: сила привычки религиозно противопоставлена рациональным начинаниям. Это восточная вещь. Так живут китайцы... Выходит так, что страсть бессильна, любовь и любовь сильная рождается в привычках. <...> Всё возвращаюсь к «Старосветским помещикам» — вот удивительный, почти какой-то научный химический эксперимент: писатель устранил все факторы быта, оставил одну привычку и показал нам, что истинная, прочная, настоящая любовь держится привычкой.

   Привычка. Читал «Старосветские помещики» и вот теперь только на старости лет понял, из-за чего написана эта вещь: сила привычки религиозно противопоставлена рациональным начинаниям. Это восточная вещь. Так живут китайцы... Выходит так, что страсть бессильна, любовь и любовь сильная рождается в привычках. <...> Всё возвращаюсь к «Старосветским помещикам» — вот удивительный, почти какой-то научный химический эксперимент: писатель устранил все факторы быта, оставил одну привычку и показал нам, что истинная, прочная, настоящая любовь держится привычкой.

   — Михаил Михайлович Пришвин · книга
8. «

   Привычный уклад жизни вселяет в нас уверенность. Он настолько важен, что нарушение устоявшегося порядка ломает наше представление о времени, а в крайних случаях порождает тревогу.

   Привычный уклад жизни вселяет в нас уверенность. Он настолько важен, что нарушение устоявшегося порядка ломает наше представление о времени, а в крайних случаях порождает тревогу.

   — Клодия Хэммонд · книга
9. «

   Человеку сложно изменить привычки. Очень странно слышать от людей: «Все проблемы в твоей голове», «не нравится – не смотри», «если бы тебе было все равно – ты бы молчала». На высказывания подобного рода мне хочется всегда сказать, «А, как же, батенька, не смотреть-то? Если вы, мой дорогой, перед глазами моими маячите? Слава Богу, что в глазницы-то еще не лезете!». Эти люди, которые портят свою жизнь привычками, никогда не замечали, как ведет себя типичный житель огромного мегаполиса? Да, если ты, мой дорогой слушатель, никогда не замечал картину утреннего, а особенно это касается понедельника, этого самого раннего, который творится часов так в семь-восемь замес, то я завидую тебе всеми оттенками зависти.

   Человеку сложно изменить привычки. Очень странно слышать от людей: «Все проблемы в твоей голове», «не нравится – не смотри», «если бы тебе было все равно – ты бы молчала». На высказывания подобного рода мне хочется всегда сказать, «А, как же, батенька, не смотреть-то? Если вы, мой дорогой, перед глазами моими маячите? Слава Богу, что в глазницы-то еще не лезете!». Эти люди, которые портят свою жизнь привычками, никогда не замечали, как ведет себя типичный житель огромного мегаполиса? Да, если ты, мой дорогой слушатель, никогда не замечал картину утреннего, а особенно это касается понедельника, этого самого раннего, который творится часов так в семь-восемь замес, то я завидую тебе всеми оттенками зависти.
10. «

    Что же сильнее над нами: страсть или привычка? Или все сильные порывы, весь вихорь наших желаний и кипящих страстей — есть только следствие нашего яркого возраста и только по тому одному кажутся глубоки и сокрушительны?

    Что же сильнее над нами: страсть или привычка? Или все сильные порывы, весь вихорь наших желаний и кипящих страстей — есть только следствие нашего яркого возраста и только по тому одному кажутся глубоки и сокрушительны?

    — Николай Гоголь · книга
11. «

    Он может нахвататься от меня вредных привычек — например, начнет спать.

    Он может нахвататься от меня вредных привычек — например, начнет спать.

    — Елена Усачева · книга
12. «

    — А чего это ты от меня удирал? — Привычка: ты догоняешь — я удираю. — И у меня привычка: ты удираешь, а я догоняю.

    — А чего это ты от меня удирал? — Привычка: ты догоняешь — я удираю. — И у меня привычка: ты удираешь, а я догоняю.

    — Юрий Иванович Деточкин · фильм
13. «

    Люди – существа, подчиняющиеся привычкам.

    Люди – существа, подчиняющиеся привычкам.

    — Мэри Бёртон · книга
14. «

    Повседневное поведение, состоящее из сотен привычек, которые формировались всю жизнь, — это зона нашего комфорта и некоего (пусть и неоптимального) баланса. Даже если это поведение в конечном итоге приносит вред, для нашего мозга это норма. Любое отклонение от нормы вызывает сопротивление, сколь бы благими наши намерения не были. Чем значительнее перемены, которых мы от себя требуем, тем больше сопротивление.

    Повседневное поведение, состоящее из сотен привычек, которые формировались всю жизнь, — это зона нашего комфорта и некоего (пусть и неоптимального) баланса. Даже если это поведение в конечном итоге приносит вред, для нашего мозга это норма. Любое отклонение от нормы вызывает сопротивление, сколь бы благими наши намерения не были. Чем значительнее перемены, которых мы от себя требуем, тем больше сопротивление.

    — Катерина Ленгольд · книга
15. «

    Многие так и остаются жить, замурованные в привычку.

    Многие так и остаются жить, замурованные в привычку.

    — Евгения Монастырская · книга
16. «

    Будь вы бродягой-путешественником, будь вы домоседом и не расставайтесь весь век со своим камельком да со своей супругой, всё равно приходит возраст, когда вся жизнь — только привычка к излюбленной среде. И тогда счастье состоит в упражнении своих способностей применительно к житейской действительности. А кроме этих двух правил, все остальные — фальшь. У меня вот принципы менялись сообразно обстоятельствам, приходилось менять их в зависимости от географических широт. То, что в Европе вызывает восторг, в Азии карается. То, что в Париже считают пороком, за Азорскими островами признается необходимостью. Нет на земле ничего порочного, есть только условности, и в каждом климате они различны.

    Будь вы бродягой-путешественником, будь вы домоседом и не расставайтесь весь век со своим камельком да со своей супругой, всё равно приходит возраст, когда вся жизнь — только привычка к излюбленной среде. И тогда счастье состоит в упражнении своих способностей применительно к житейской действительности. А кроме этих двух правил, все остальные — фальшь. У меня вот принципы менялись сообразно обстоятельствам, приходилось менять их в зависимости от географических широт. То, что в Европе вызывает восторг, в Азии карается. То, что в Париже считают пороком, за Азорскими островами признается необходимостью. Нет на земле ничего порочного, есть только условности, и в каждом климате они различны.

    — Оноре де Бальзак · книга
17. «

    ... Я говорю о себе, вместо того чтобы говорить о вас, дурная привычка всех одиноких людей.

    ... Я говорю о себе, вместо того чтобы говорить о вас, дурная привычка всех одиноких людей.

    — Ганс Фаллада · книга
18. «

    — Упаси, Господи! Я люблю ходить голая, пить бренди и много курить. Я люблю болтать по телефону и спать до обеда. У нас другой образ жизни и разные взгляды на то, что хорошо, а что никуда не годится. Лучше уж в полтора раза больше платить, чем жить в одной квартире с чужой матерью!

    — Упаси, Господи! Я люблю ходить голая, пить бренди и много курить. Я люблю болтать по телефону и спать до обеда. У нас другой образ жизни и разные взгляды на то, что хорошо, а что никуда не годится. Лучше уж в полтора раза больше платить, чем жить в одной квартире с чужой матерью!

    — Юлия Шилова · книга
19. «

    В своих дурных привычках я знаю меру. Главное – не погрязнуть в них (казалось бы, какое нелепое слово). Ведь безнравственность – это некий механизм. Для того чтобы умело им управлять, нужно обладать нечеловеческими качествами. А тот, кто погряз в своих привычках, управляет механизмом по-человечески и, как результат, неизбежно совершает ошибки. Вот и всё.

    В своих дурных привычках я знаю меру. Главное – не погрязнуть в них (казалось бы, какое нелепое слово). Ведь безнравственность – это некий механизм. Для того чтобы умело им управлять, нужно обладать нечеловеческими качествами. А тот, кто погряз в своих привычках, управляет механизмом по-человечески и, как результат, неизбежно совершает ошибки. Вот и всё.

    — Юкио Мисима · книга
20. «

    Я очень хорошо ко всему приспособился. Мне часто приходила тогда мысль, что, если бы меня заставили жить в дупле засохшего дерева и было бы у меня только одно занятие: смотреть на цвет неба над моей головой, я мало-помалу привык бы и к этому.

    Я очень хорошо ко всему приспособился. Мне часто приходила тогда мысль, что, если бы меня заставили жить в дупле засохшего дерева и было бы у меня только одно занятие: смотреть на цвет неба над моей головой, я мало-помалу привык бы и к этому.

    — Альбер Камю · книга