33 цитаты про «просветление» для вдохновения

Собрали 33 цитаты на тему «просветление» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Признаки человека, прогрессирующего в философии: он никого не обвиняет, никого не хвалит, никого ни в чём не упрекает и никого не обвиняет; он никогда ничего не говорит, чтобы произвести впечатление и показать, что он знает нечто особенное или что он сам особенный и лучше других. В случае неудачи или препятствия он винит только себя. Если его хвалят, он втайне смеётся над тем, кто его хвалит; если его критикуют, он не стремится защитить себя.

   Признаки человека, прогрессирующего в философии: он никого не обвиняет, никого не хвалит, никого ни в чём не упрекает и никого не обвиняет; он никогда ничего не говорит, чтобы произвести впечатление и показать, что он знает нечто особенное или что он сам особенный и лучше других. В случае неудачи или препятствия он винит только себя. Если его хвалят, он втайне смеётся над тем, кто его хвалит; если его критикуют, он не стремится защитить себя.

   — Эпиктет · книга
2. «

   Есть много путей к просветлению, однако ни один из них не приводит к первоначально желаемой цели.

   Есть много путей к просветлению, однако ни один из них не приводит к первоначально желаемой цели.

   — Авессалом Подводный · книга
3. «

   Я и слышать не хочу все твои словесные описания слов, слов, слов, которые ты сочинял всю зиму, чувак, я хочу просветляться действиями.

   Я и слышать не хочу все твои словесные описания слов, слов, слов, которые ты сочинял всю зиму, чувак, я хочу просветляться действиями.

   — Джек Керуак · книга
4. «

   Я сражаюсь ради просветления. Для этого не нужно отнимать жизнь.

   Я сражаюсь ради просветления. Для этого не нужно отнимать жизнь.

   — Рю · игра
5. «

   — Да разве внутри себя можно потеряться? — Вы все потерянные. Не знаете ни кто вы, ни для чего живёте. Не догадываетесь о спрятанном внутри вас свете.

   — Да разве внутри себя можно потеряться? — Вы все потерянные. Не знаете ни кто вы, ни для чего живёте. Не догадываетесь о спрятанном внутри вас свете.

   — Мария Фариса · книга
6. «

   — В идеальном мире все объединены общей, благой целью. Я лишь надеялся, что они смогут это понять: я хотел обращаться к ним на их же языке. (открывает книгу) Как один мудрый и верующий человек однажды сказал: «Посмотрите на меня сверху вниз — и увидите дурака. Посмотрите на меня снизу вверх — и увидите господина. Посмотрите мне прямо в лицо — и увидите себя!» — Они должны понять, что начитанные люди слишком умны, чтобы быть злодеями! — И я постараюсь их просвещать. Когда большинство людей сквозь пальцы смотрят на то, что происходит в мире, лишь те, кому не безразлична судьба мира, возьмут всё под свой контроль.

   — В идеальном мире все объединены общей, благой целью. Я лишь надеялся, что они смогут это понять: я хотел обращаться к ним на их же языке. (открывает книгу) Как один мудрый и верующий человек однажды сказал: «Посмотрите на меня сверху вниз — и увидите дурака. Посмотрите на меня снизу вверх — и увидите господина. Посмотрите мне прямо в лицо — и увидите себя!» — Они должны понять, что начитанные люди слишком умны, чтобы быть злодеями! — И я постараюсь их просвещать. Когда большинство людей сквозь пальцы смотрят на то, что происходит в мире, лишь те, кому не безразлична судьба мира, возьмут всё под свой контроль.

   — Генерал Хром · игра
7. «

   Всё становится понятным, Свет приходит в душу. Желание изменить мир, желание быть лучше.

   Всё становится понятным, Свет приходит в душу. Желание изменить мир, желание быть лучше.
8. «

   Twilight on Vanzetti, soon to give way to the sun in the sky.

   Twilight on Vanzetti, soon to give way to the sun in the sky.
9. «

   Состояние сознания без иллюзий называется просветление или инсайт. Иногда состояние без иллюзий есть самая большая иллюзия.

   Состояние сознания без иллюзий называется просветление или инсайт. Иногда состояние без иллюзий есть самая большая иллюзия.

   — Александр Куберский · книга
10. «

    Мясо было таким жестким и жилистым, что сразу становилось ясно: эта корова умерла своей смертью после долгих лет существования впроголодь. Нож был таким тупым, что сразу становилось ясно: оселок не прикасался к его лезвию по меньшей мере в течение трех предыдущих жизней этого куска железа. Змееныш Цай обреченно скрипел проклятым ножом по проклятому мясу, прекрасно понимая, что выполнить приказ – до полудня разделать выданные ему полутуши говядины – он не сможет даже в случае особого расположения милостивого Будды. Впрочем, он уже привык к подобным заданиям. Таскать воду дырявым ведром; мыть полы, по которым время от времени прохаживалась толпа монахов в грязных сандалиях, беседуя исключительно о высоком; покорно выслушивать обвинения то в воровстве, то в непочтительности, то еще в чем-то, кланяясь и не предпринимая малейших попыток оправдаться – за такие попытки больно били палкой и продолжали обвинять с удесятеренным рвением; по сто раз на дню доставлять преподобным отцам забытые ими где попало веера и мухобойки, вместо благодарности получая оплеухи…<...> и пилящий жесткое мясо тупым ножом Змееныш все время думал: в чем же разница? Ему казалось, что именно в этом неуловимом различии, как в скрытом под жесткой скорлупой ядре ореха, кроется если не ответ на вопрос, то хотя бы часть ответа. Все чаще и чаще он вспоминал слова раненого хэшана, услышанные в страшной роще, достойной украшать скорее варварские земли, чем окрестности благочестивой обители: – Если хочешь, чтобы патриарх Шаолиня назвал тебя послушником, – забудь эти слова. – Какие? – Справедливость и подлость. Человеческая нравственность заканчивается у ног Будды, и не думай, что это плохо или хорошо. Это просто по-другому. Совсем по-другому.

    Мясо было таким жестким и жилистым, что сразу становилось ясно: эта корова умерла своей смертью после долгих лет существования впроголодь. Нож был таким тупым, что сразу становилось ясно: оселок не прикасался к его лезвию по меньшей мере в течение трех предыдущих жизней этого куска железа. Змееныш Цай обреченно скрипел проклятым ножом по проклятому мясу, прекрасно понимая, что выполнить приказ – до полудня разделать выданные ему полутуши говядины – он не сможет даже в случае особого расположения милостивого Будды. Впрочем, он уже привык к подобным заданиям. Таскать воду дырявым ведром; мыть полы, по которым время от времени прохаживалась толпа монахов в грязных сандалиях, беседуя исключительно о высоком; покорно выслушивать обвинения то в воровстве, то в непочтительности, то еще в чем-то, кланяясь и не предпринимая малейших попыток оправдаться – за такие попытки больно били палкой и продолжали обвинять с удесятеренным рвением; по сто раз на дню доставлять преподобным отцам забытые ими где попало веера и мухобойки, вместо благодарности получая оплеухи…<...> и пилящий жесткое мясо тупым ножом Змееныш все время думал: в чем же разница? Ему казалось, что именно в этом неуловимом различии, как в скрытом под жесткой скорлупой ядре ореха, кроется если не ответ на вопрос, то хотя бы часть ответа. Все чаще и чаще он вспоминал слова раненого хэшана, услышанные в страшной роще, достойной украшать скорее варварские земли, чем окрестности благочестивой обители: – Если хочешь, чтобы патриарх Шаолиня назвал тебя послушником, – забудь эти слова. – Какие? – Справедливость и подлость. Человеческая нравственность заканчивается у ног Будды, и не думай, что это плохо или хорошо. Это просто по-другому. Совсем по-другому.

    — Генри Лайон Олди · книга
11. «

    Занимаясь дзеном, сосредоточиваются на коане — истории, которую учитель дает ученику. Человек старается стать одним целым с коаном, сократить расстояние между ним и собой, потеряться в нем, пока все не отпадет, не исчезнет и не останется ничего, кроме коана, заполнившего собой весь мир. Если это удается достичь, последует просветление, озарение. Все очень просто, но на деле невозможно или почти невозможно, ибо, будь оно совсем невозможно, всякая мистика и обучение мистике утратили бы всякий смысл. Но мистицизм стар как мир: «свободные люди», «мудрецы», «святые», «пророки», «адепты», «архаты», «бодисатвы», «будды» появились благодаря всевозможным школам и техникам, которые разрушают эго, уничтожают «я».

    Занимаясь дзеном, сосредоточиваются на коане — истории, которую учитель дает ученику. Человек старается стать одним целым с коаном, сократить расстояние между ним и собой, потеряться в нем, пока все не отпадет, не исчезнет и не останется ничего, кроме коана, заполнившего собой весь мир. Если это удается достичь, последует просветление, озарение. Все очень просто, но на деле невозможно или почти невозможно, ибо, будь оно совсем невозможно, всякая мистика и обучение мистике утратили бы всякий смысл. Но мистицизм стар как мир: «свободные люди», «мудрецы», «святые», «пророки», «адепты», «архаты», «бодисатвы», «будды» появились благодаря всевозможным школам и техникам, которые разрушают эго, уничтожают «я».

    — Янвиллем ван де Ветеринг · книга
12. «

    Все изменилось, потому что я изменилась. Драгоценный камень — в цветке лотоса. Всё, что мы ищем снаружи, всегда внутри.

    Все изменилось, потому что я изменилась. Драгоценный камень — в цветке лотоса. Всё, что мы ищем снаружи, всегда внутри.

    — Мария Фариса
13. «

    Не пытайтесь понять просветление. Вам нужно смотреть лишь на то, что вас сковывает. Разрушайте по одному ограничению за раз, и однажды вы станете свободными. Это и есть просветление.

    Не пытайтесь понять просветление. Вам нужно смотреть лишь на то, что вас сковывает. Разрушайте по одному ограничению за раз, и однажды вы станете свободными. Это и есть просветление.

    — Садхгуру
14. «

    Го‌споди, просвети‌ мое‌ се‌рдце, е‌же помрачи‌ лука‌вое похоте‌ние.

    Го‌споди, просвети‌ мое‌ се‌рдце, е‌же помрачи‌ лука‌вое похоте‌ние.

    — Иоанн Златоуст
15. «

    — Мастер, перед смертью он сказал, что открылось окно возможностей. — Будда может помочь лишь тем, кто ищет просветления, если окно закроется — шанс упущен. А если окна еще не видно, все твои труды впустую.

    — Мастер, перед смертью он сказал, что открылось окно возможностей. — Будда может помочь лишь тем, кто ищет просветления, если окно закроется — шанс упущен. А если окна еще не видно, все твои труды впустую.

    — Цзэн Цзин · фильм
16. «

    Смысл сказанного мною о грамотности вот какой: грамотность по себе не есть просвещение, а только средство к достижению его; если же она употреблена будет не на это, а на другое дело, то она вредна. <…> Умственное и нравственное образование может достигнуть значительной степени без грамоты; напротив, грамота, без всякого умственного и нравственного образования и при самых негодных примерах, почти всегда доводит до худа. Сделав человека грамотным, вы возбудили в нем потребности, коих не удовлетворяете ничем, а покидаете его на распутье.

    Смысл сказанного мною о грамотности вот какой: грамотность по себе не есть просвещение, а только средство к достижению его; если же она употреблена будет не на это, а на другое дело, то она вредна. <…> Умственное и нравственное образование может достигнуть значительной степени без грамоты; напротив, грамота, без всякого умственного и нравственного образования и при самых негодных примерах, почти всегда доводит до худа. Сделав человека грамотным, вы возбудили в нем потребности, коих не удовлетворяете ничем, а покидаете его на распутье.

    — Владимир Даль
17. «

    Он [Стив Джобс] человек просветленный, но при этом на удивление жестокий. Странное сочетание.

    Он [Стив Джобс] человек просветленный, но при этом на удивление жестокий. Странное сочетание.

    — Уолтер Айзексон · книга
18. «

    Животные от рождения ведают свой путь. Они не просветлены, потому что целостные существа и не нуждаются в просветлении, ведь они просто не могут быть затемнёнными.

    Животные от рождения ведают свой путь. Они не просветлены, потому что целостные существа и не нуждаются в просветлении, ведь они просто не могут быть затемнёнными.

    — Дмитрий Алексеевич Калинин · книга
19. «

    Одного дзенского мастера спросили: «Что вы обычно делали до того, как стали Просветлённым?» Он сказал: «Я обычно рубил дрова и носил воду из колодца». Затем его спросили: «А теперь, когда вы стали Просветлённым, что вы делаете?» Он ответил: «Что же ещё я могу делать? Я рублю дрова и ношу воду из колодца». Вопрошающий, естественно, был озадачен. Он спросил: «В чём же тогда разница? Перед Просветлением вы делали это и после Просветления делаете то же самое, в чём же тогда разница?» Мастер засмеялся и сказал: «Разница большая. Раньше мне приходилось делать это, а теперь всё это происходит естественно. Раньше мне надо было делать усилие: перед тем, как я стал Просветлённым, это было обязанностью, которую мне приходилось выполнять, делать нехотя, заставляя себя. Я делал это потому, что мне приказали это делать; мой учитель велел мне рубить дрова, поэтому я и рубил. Но в глубине души я злился, хотя внешне я ничего не говорил. Теперь я просто рублю дрова, потому что знаю сопряжённую с этим красоту и радость. Я ношу воду из колодца потому, что это необходимо. Это уже не обязанность, а моя любовь. Я люблю старика. Холодает, зима уже стучится, нам будут нужны дрова. Учитель с каждым днём всё больше стареет; ему нужно больше тепла. Необходимо хорошо отапливать его жилище. Именно из этой любви я рублю дрова. Из этой любви я ношу ему воду из колодца. Теперь появилось большое различие. Нет неохоты, нет сопротивления. Я просто откликаюсь на момент и на текущую необходимость».

    Одного дзенского мастера спросили: «Что вы обычно делали до того, как стали Просветлённым?» Он сказал: «Я обычно рубил дрова и носил воду из колодца». Затем его спросили: «А теперь, когда вы стали Просветлённым, что вы делаете?» Он ответил: «Что же ещё я могу делать? Я рублю дрова и ношу воду из колодца». Вопрошающий, естественно, был озадачен. Он спросил: «В чём же тогда разница? Перед Просветлением вы делали это и после Просветления делаете то же самое, в чём же тогда разница?» Мастер засмеялся и сказал: «Разница большая. Раньше мне приходилось делать это, а теперь всё это происходит естественно. Раньше мне надо было делать усилие: перед тем, как я стал Просветлённым, это было обязанностью, которую мне приходилось выполнять, делать нехотя, заставляя себя. Я делал это потому, что мне приказали это делать; мой учитель велел мне рубить дрова, поэтому я и рубил. Но в глубине души я злился, хотя внешне я ничего не говорил. Теперь я просто рублю дрова, потому что знаю сопряжённую с этим красоту и радость. Я ношу воду из колодца потому, что это необходимо. Это уже не обязанность, а моя любовь. Я люблю старика. Холодает, зима уже стучится, нам будут нужны дрова. Учитель с каждым днём всё больше стареет; ему нужно больше тепла. Необходимо хорошо отапливать его жилище. Именно из этой любви я рублю дрова. Из этой любви я ношу ему воду из колодца. Теперь появилось большое различие. Нет неохоты, нет сопротивления. Я просто откликаюсь на момент и на текущую необходимость».
20. «

    Самое светлое — серое вещество.

    Самое светлое — серое вещество.

    — Аркадий Райкин