Аркадий Райкин

Родился ребенок. Родители счастливы, они рады тому, что это их личный ребенок, что они об этом своевременно позаботились, не пустили это дело на самотек. Знаете, есть вещи, которые нужно делать лично, самому, даже при наличии здорового коллектива.

Достигнешь ли ты того, к чему стремишься, или не достигнешь, будешь ли ты счастлив или не будешь, мир, в сущности говоря, к твоей судьбе вполне равнодушен, он готов обойтись без тебя. Кто на это обижается, тому ничем нельзя помочь.

...каждый здравомыслящий человек в этой жизни пытается найти себя, свою лучшую версию, понять собственное предназначение, чтобы ощутить себя на своём месте. Пытаясь это понять, люди задают себе океан вопросов о смысле жизни, в надежде, что это поможет им выиграть сию гонку!..

— Есть у нас с нового года новая штатная единичка. Вот займёшь — и будешь ты изобретать! — Да что вы, Иннокентий Тихонович! Да вы не по адресу обратились. Я для этого дела человек непригодный. Вот бы вы Кошкина выдвинули, он у нас рационализатор, выдумщик. Или Булакова, он тоже этим делом увлекается. Создайте им условия — так они с радостью! — ... Понятия ты не имеешь, что значит кадры расставлять. По-твоему, дельный человек — ты его и двигай. А как начнёшь в этом дельном человеке ковыряться, так и споткнёшься.

У Райкина есть что-то от Чарли Чаплина: удивительная способность живо и наглядно изображать эмоции, способность создавать образы, которые не нуждаются в пояснении.

Райкин сам по себе — это целый театр.

На последнем курсе я как-то пришел в студенческую столовую и встал в очередь. Обернувшись, увидел, что за мной стоит она. Она заговорила первая, и этот разговор я помню дословно. «Вы здесь учитесь? Как это прекрасно!» — «Да, учусь... А что вы делаете сегодня вечером?» — «Ничего...» — «Пойдемте в кино?» Когда мы вошли в зал кинотеатра, заняли свои места и погас свет, я тут же сказал ей: «Выходите за меня замуж...»

Длинную память не всегда имеет смысл афишировать, ибо часто находятся желающие ее укоротить.

Жизнь, непременно одергивает нас, когда мы относимся к себе с излишней серьезностью, то есть когда мы слишком сосредотачиваемся на своих достижениях и таким образом теряем чувство реальности. Излишняя серьезность — особенно в отношении к самому себе — та же беспечность.

— Аграфена Михайловна, хлопнем по рюмочке? А она мне: — Чего по рюмочке, давай сразу по стакану. Хорошая женщина!

В нашей семье не имели обыкновения отмечать дни рождения детей. У нас почти не было игрушек. Нас не фотографировали (считалось дорогим удовольствием). Впрочем, как я понял позднее, не всегда это зависело от отца. В пору Гражданской войны и военного коммунизма (а это ведь тоже мое детство) он был вынужден на детское «хочется» отвечать «перехочется». Как бы то ни было, мы привыкли ничего не просить и не ждали сюрпризов.

Удача, как богатое наследство, всегда случается с кем-то другим.

Трудности, беды, гонения — не они формируют личность. Они лишь обнаруживают, удостоверяют существующие, но скрытые до поры черты характера. Человека формирует счастье. И если он вырос не таким, как нам всем хотелось бы, то, скорее всего, потому, что счастья ему оказалось недостаточно.

Дурак — это человек не на своем месте.

Культура — внутри человека, а если ее там нет, то никакими билетами в Большой театр или напыщенными разговорами ее не купишь.

Театр Райкина, как определенный жанр эстрадного искусства, — это прежде всего, что бы там ни говорили, театр одного центрального актера.