18 коротких цитат по теме «провинция»

Тема «провинция» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 18 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я всегда считал, что лучше быть провинциальной острой подливкой, чем жидким столичным супчиком.

   Я всегда считал, что лучше быть провинциальной острой подливкой, чем жидким столичным супчиком.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
2. «

   Странное дело, но жители больших городов в целом не сильно отличаются от провинциальных жителей. И там и там можно встретить как рафинированных начитанных интеллигентов, так и опустившихся горьких пьяниц. Будучи родом из самой что ни на есть глухой провинции, Понаехавшая с удивительной легкостью вычисляла типажи своих земляков в москвичах.

   Странное дело, но жители больших городов в целом не сильно отличаются от провинциальных жителей. И там и там можно встретить как рафинированных начитанных интеллигентов, так и опустившихся горьких пьяниц. Будучи родом из самой что ни на есть глухой провинции, Понаехавшая с удивительной легкостью вычисляла типажи своих земляков в москвичах.

   — Наринэ Абгарян · книга
3. «

   Зажечь торопишься, поцеловать спешишь, зачем венчаешься в дремучем городишке. судьба нешуточный показывает шиш, над головою белки вертят шишки.

   Зажечь торопишься, поцеловать спешишь, зачем венчаешься в дремучем городишке. судьба нешуточный показывает шиш, над головою белки вертят шишки.

   — Владимир Бауэр
4. «

   Во всем городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги; жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30—40 копеек. А те, которые взяток не брали, как, например, чины судебного ведомства, были надменны, подавали два пальца, отличались холодностью и узостью суждений, играли много в карты, много пили, женились на богатых и, несомненно, имели на среду вредное, развращающее влияние. Лишь от одних девушек веяло нравственного чистотой; у большинства из них были высокие стремления, честные, чистые души; но они не понимали жизни и верили, что взятки даются из уважения к душевным качествам, и, выйдя замуж, скоро старились, опускались и безнадежно тонули в тине пошлого, мещанского существования.

   Во всем городе я не знал ни одного честного человека. Мой отец брал взятки и воображал, что это дают ему из уважения к его душевным качествам; гимназисты, чтобы переходить из класса в класс, поступали на хлеба к своим учителям, и эти брали с них большие деньги; жена воинского начальника во время набора брала с рекрутов и даже позволяла угощать себя и раз в церкви никак не могла подняться с колен, так как была пьяна; во время набора брали и врачи, а городовой врач и ветеринар обложили налогом мясные лавки и трактиры; в уездном училище торговали свидетельствами, дававшими льготу по третьему разряду; благочинные брали с подчиненных причтов и церковных старост; в городской, мещанской, во врачебной и во всех прочих управах каждому просителю кричали вослед: «Благодарить надо!» — и проситель возвращался, чтобы дать 30—40 копеек. А те, которые взяток не брали, как, например, чины судебного ведомства, были надменны, подавали два пальца, отличались холодностью и узостью суждений, играли много в карты, много пили, женились на богатых и, несомненно, имели на среду вредное, развращающее влияние. Лишь от одних девушек веяло нравственного чистотой; у большинства из них были высокие стремления, честные, чистые души; но они не понимали жизни и верили, что взятки даются из уважения к душевным качествам, и, выйдя замуж, скоро старились, опускались и безнадежно тонули в тине пошлого, мещанского существования.

   — Антон Павлович Чехов · книга
5. «

   Провинциальная медлительность, над которой подсмеиваются в Париже, таит предательства, коварные убийства, тайные победы и тайные поражения. Затроньте их интересы, и эти мирные люди, не выходя из дому, убьют вас щелчками так же верно, как убивают из пушек на площадях.

   Провинциальная медлительность, над которой подсмеиваются в Париже, таит предательства, коварные убийства, тайные победы и тайные поражения. Затроньте их интересы, и эти мирные люди, не выходя из дому, убьют вас щелчками так же верно, как убивают из пушек на площадях.

   — Эмиль Золя · книга
6. «

   Серёга: — О-о, да она у тебя совсем хворая. Андрэ: — Что значит хворая? Соня: — Хворая — это больная. Серёга: — Давай ко мне, в тепло, к печке. Андрэ: — Да, она больная. Где у вас аптека? Ей нужен аспирин. Серёга: — Какая, на хрен, аптека?! У нас здесь хлеб-то раз в неделю привозят!

   Серёга: — О-о, да она у тебя совсем хворая. Андрэ: — Что значит хворая? Соня: — Хворая — это больная. Серёга: — Давай ко мне, в тепло, к печке. Андрэ: — Да, она больная. Где у вас аптека? Ей нужен аспирин. Серёга: — Какая, на хрен, аптека?! У нас здесь хлеб-то раз в неделю привозят!

   — Серега (местный деревенский житель) · фильм
7. «

   Проблема маленьких городов в том, что все считают что знают кто ты.

   Проблема маленьких городов в том, что все считают что знают кто ты.

   — Лу Форд · фильм
8. «

   В провинции свои порядки.

   В провинции свои порядки.

   — Дом восковых фигур (House of Wax) · фильм
9. «

   Провинция... Не много и не мало - На тыщи верст — провинция одна! И мы — ее народ — провинци-а-лы! И в нас она, как свет, отражена.

   Провинция... Не много и не мало - На тыщи верст — провинция одна! И мы — ее народ — провинци-а-лы! И в нас она, как свет, отражена.
10. «

    — Жизнь в провинции надоедает в конце концов. — Как будто в этой бедной провинции живут одни дураки!!! — О нет, нет! Под сенью наших старых дубрав бьются благородные сердца; равнины навевают мечты; в безвестных уголках, быть может, скрываются таланты, таится гений, который воссияет над нами.

    — Жизнь в провинции надоедает в конце концов. — Как будто в этой бедной провинции живут одни дураки!!! — О нет, нет! Под сенью наших старых дубрав бьются благородные сердца; равнины навевают мечты; в безвестных уголках, быть может, скрываются таланты, таится гений, который воссияет над нами.

    — Гюстав Флобер · книга
11. «

    Трагедии, представленной в провинции, до центра затруднительно дойти. Какие рвы и ямы на пути! Когда еще добьешься до правительства!

    Трагедии, представленной в провинции, до центра затруднительно дойти. Какие рвы и ямы на пути! Когда еще добьешься до правительства!

    — Борис Абрамович Слуцкий
12. «

    Вижу, юноша, что вы прибыли в Чесучин из поистине райского уголка, где нет места мирской суете, ненужным пустякам пустякам и прочим мелочам, которые так отравляют нашу жизнь. Такангор понял, что его обозвали провинциалом, но сделали это безупречно вежливо.

    Вижу, юноша, что вы прибыли в Чесучин из поистине райского уголка, где нет места мирской суете, ненужным пустякам пустякам и прочим мелочам, которые так отравляют нашу жизнь. Такангор понял, что его обозвали провинциалом, но сделали это безупречно вежливо.

    — Виктория Угрюмова · книга
13. «

    Ко мне нельзя, у меня тётка с семьёй в гости с Таллина приехала. Голова идёт кругом от этих провинциалов.

    Ко мне нельзя, у меня тётка с семьёй в гости с Таллина приехала. Голова идёт кругом от этих провинциалов.

    — Николай Базин · фильм
14. «

    Все притво­рялись, что у них есть нечто в кар­мане, и ни один даже не пытал­ся притвориться, что у него есть нечто в голове. По-видимому, это последнее обстоятельство для них самих составляло дело ре­шенное, потому что смотреть на мир такими осовелыми глазами, какими смотрели они, могут толь­ко люди или совершенно эманси­пированные от давления мысли, или люди совсем наглые… Мне показалось, что я опять в нашем рязанско-курско-тамбовско-воронежско-саратовском клу­бе, окруженный сеятелями, де­ятелями и всех сортов шлющи­мися и не помнящими родства людьми...

    Все притво­рялись, что у них есть нечто в кар­мане, и ни один даже не пытал­ся притвориться, что у него есть нечто в голове. По-видимому, это последнее обстоятельство для них самих составляло дело ре­шенное, потому что смотреть на мир такими осовелыми глазами, какими смотрели они, могут толь­ко люди или совершенно эманси­пированные от давления мысли, или люди совсем наглые… Мне показалось, что я опять в нашем рязанско-курско-тамбовско-воронежско-саратовском клу­бе, окруженный сеятелями, де­ятелями и всех сортов шлющи­мися и не помнящими родства людьми...

    — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
15. «

    ... И ехали они в родной город Санька, где люди посреди бела дня падают на улицах от алкоголя, а в квартирах и подворотнях молодёжь втыкает шприцы в прозрачные вены на ногах.

    ... И ехали они в родной город Санька, где люди посреди бела дня падают на улицах от алкоголя, а в квартирах и подворотнях молодёжь втыкает шприцы в прозрачные вены на ногах.

    — Кислород · фильм
16. «

    Открывая в задымленный шалманчик двери, С удивлением слышишь анданте Антонио Сальери, И в мозгах оживает история о двух музыкантах, Неоднозначная в известных мне вариантах... Капуччино, эспрессо, болтовня о жизни, Что-то там о работе, разборках, фильмах, дороговизне - Все это вкупе с алкоголем развеяться помогает Вдалеке от любых столиц... К шести наступает Тьма за грязными окнами — зимнее время. Хриплые выкрики, анекдоты, хохот, пьяное племя Развлекается, как умеет, под сочиненье маэстро. Жесткий мат совпадает с легкой кодой оркестра.

    Открывая в задымленный шалманчик двери, С удивлением слышишь анданте Антонио Сальери, И в мозгах оживает история о двух музыкантах, Неоднозначная в известных мне вариантах... Капуччино, эспрессо, болтовня о жизни, Что-то там о работе, разборках, фильмах, дороговизне - Все это вкупе с алкоголем развеяться помогает Вдалеке от любых столиц... К шести наступает Тьма за грязными окнами — зимнее время. Хриплые выкрики, анекдоты, хохот, пьяное племя Развлекается, как умеет, под сочиненье маэстро. Жесткий мат совпадает с легкой кодой оркестра.

    — Евгений Чигрин
17. «

    – Так далеко от Таллинна, а вполне приличный город, – сказал я. – Не скучно? – Ты что, – оживился Мишка. – Я тут недавно вернулся из Новой Зеландии, так вот это глушь, я тебе доложу. Вообще не сообразить, за каким краем света находишься: ясно только, что вверх ногами ко всему прочему человечеству. Ужас – одни бараны пасут других баранов. А у дверей, снаружи, так просто приделаны поручни, как на танковой башне: держаться, когда ураганы: чтоб, значит, на хрен не сдуло. В окружающий Мировой океан. А тут-то еще – что ты, цивилизация.

    – Так далеко от Таллинна, а вполне приличный город, – сказал я. – Не скучно? – Ты что, – оживился Мишка. – Я тут недавно вернулся из Новой Зеландии, так вот это глушь, я тебе доложу. Вообще не сообразить, за каким краем света находишься: ясно только, что вверх ногами ко всему прочему человечеству. Ужас – одни бараны пасут других баранов. А у дверей, снаружи, так просто приделаны поручни, как на танковой башне: держаться, когда ураганы: чтоб, значит, на хрен не сдуло. В окружающий Мировой океан. А тут-то еще – что ты, цивилизация.

    — Михаил Веллер · книга
18. «

    Ты спросишь, почему я вышла за него замуж? Из-за страха. Мне тогда было двадцать четыре, а когда живёшь в провинции, твою судьбу определяют годы.

    Ты спросишь, почему я вышла за него замуж? Из-за страха. Мне тогда было двадцать четыре, а когда живёшь в провинции, твою судьбу определяют годы.

    — Мария Фариса · книга