29 цитат «пустыня» для статуса

Тема «пустыня» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 29 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Разлука похожа на пустыню, дитя мое..все засыпает песком. Расставшиеся бредут по жизни как караваны, груженные печалью.

   Разлука похожа на пустыню, дитя мое..все засыпает песком. Расставшиеся бредут по жизни как караваны, груженные печалью.
2. «

   Если в моей пустыне слишком много колодцев, пусть Господь наведёт порядок, уничтожив лишние. Силовые линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперёд, всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда благоприятные, но не оценивай! Их языка ты ещё не постиг. А я, пытаясь объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к колодцу. Так не уповай на чудесный остров, похожий на запасённое впрок благо, блага в нём не больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нём превратишься в сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне придётся придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину, драгоценную своей цельностью и чуждую вещественности. Если я захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой он будет главным сокровищем.

   Если в моей пустыне слишком много колодцев, пусть Господь наведёт порядок, уничтожив лишние. Силовые линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперёд, всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда благоприятные, но не оценивай! Их языка ты ещё не постиг. А я, пытаясь объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к колодцу. Так не уповай на чудесный остров, похожий на запасённое впрок благо, блага в нём не больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нём превратишься в сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне придётся придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину, драгоценную своей цельностью и чуждую вещественности. Если я захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой он будет главным сокровищем.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
3. «

   — Я не страшусь львов, они — дети дети моей родной пустыни, они мне братья, и их рев убаюкивал меня, когда я была ребёнком. Мой отец, вождь нашего племени, назывался повелителем львов, так как умел укрощать их, и я, дитятей, кормила их из рук, они ходили за нами как псы! — Но ведь те львы давно погибли, а другие не знают тебя! — Все равно, они почуют родную кровь, почуют дочь повелителя львов! Говорю тебе, госпожа, они могут растерзать всех, но нас с тобой не тронут!

   — Я не страшусь львов, они — дети дети моей родной пустыни, они мне братья, и их рев убаюкивал меня, когда я была ребёнком. Мой отец, вождь нашего племени, назывался повелителем львов, так как умел укрощать их, и я, дитятей, кормила их из рук, они ходили за нами как псы! — Но ведь те львы давно погибли, а другие не знают тебя! — Все равно, они почуют родную кровь, почуют дочь повелителя львов! Говорю тебе, госпожа, они могут растерзать всех, но нас с тобой не тронут!

   — Генри Райдер Хаггард · книга
4. «

   Пустыня так велика и необозрима, что и сам поневоле чувствуешь себя песчинкой. А песчинка нема и безгласна.

   Пустыня так велика и необозрима, что и сам поневоле чувствуешь себя песчинкой. А песчинка нема и безгласна.

   — Пауло Коэльо · книга
5. «

   Ни ручейка, ни болотца, кругом выжженная пустыня; иссохшие пресмыкающиеся светились среди камней; насекомые наполняли воздух беспокойным трепетанием, они летали, вычерчивая медные, нефритовые, перламутровые спирали, они впивались в кожу воинов и кололи их своими острыми хоботками.

   Ни ручейка, ни болотца, кругом выжженная пустыня; иссохшие пресмыкающиеся светились среди камней; насекомые наполняли воздух беспокойным трепетанием, они летали, вычерчивая медные, нефритовые, перламутровые спирали, они впивались в кожу воинов и кололи их своими острыми хоботками.

   — Жозеф Анри Рони-Старший · книга
6. «

   Где женщинам хорошо, там и реки полны, и колодцы. Где женщинам плохо, там засуха, неурожай и пустыня.

   Где женщинам хорошо, там и реки полны, и колодцы. Где женщинам плохо, там засуха, неурожай и пустыня.

   — Мария Фариса · книга
7. «

   Пески беспощадны, они убивают слабых.

   Пески беспощадны, они убивают слабых.

   — Элвин Гамильтон · книга
8. «

   Мой любимый анекдот: два человека умирают от жажды в пустыне и вдруг видят магазин. Заходят: «Воды, воды», а продавец говорит: «Воды нет, только галстуки». Идут дальше и вдруг видят бар. Вбегают, просят воды, а бармен им говорит: «Мы не подаем людям без галстука».

   Мой любимый анекдот: два человека умирают от жажды в пустыне и вдруг видят магазин. Заходят: «Воды, воды», а продавец говорит: «Воды нет, только галстуки». Идут дальше и вдруг видят бар. Вбегают, просят воды, а бармен им говорит: «Мы не подаем людям без галстука».

   — Жан Рено
9. «

   Двое в пустыне пытаются отыскать не только друг друга, но и оазис, где они смогут быть вместе.

   Двое в пустыне пытаются отыскать не только друг друга, но и оазис, где они смогут быть вместе.

   — Джон Фаулз · книга
10. «

    Аравийская пустыня. Огромный океан летучего песка и выжженные Солнцем камни. Под бесконечными дюнами — нефть, кровь нашего нового механического века. Более 400 лет этими землями правила Османская Империя, контролируя всё, что там есть. Но у империи есть свои враги: небольшие отряды повстанцев-бедуинов объединились, чтобы сбросить власть империи. Они нападают без предупреждения, а затем исчезают в пустыне. На их стороне сражается один британский офицер, чьи дела принесли ему широкую известность. Мир привык называть его Лоуренсом Аравийским.

    Аравийская пустыня. Огромный океан летучего песка и выжженные Солнцем камни. Под бесконечными дюнами — нефть, кровь нашего нового механического века. Более 400 лет этими землями правила Османская Империя, контролируя всё, что там есть. Но у империи есть свои враги: небольшие отряды повстанцев-бедуинов объединились, чтобы сбросить власть империи. Они нападают без предупреждения, а затем исчезают в пустыне. На их стороне сражается один британский офицер, чьи дела принесли ему широкую известность. Мир привык называть его Лоуренсом Аравийским.

    — Лоуренс Аравийский · игра
11. «

    Все эти дома, что каждый день ломались и сплавлялись по реке в таком количестве, что ей самой течь было негде, все эти дома, – где же они? – Где они построены? Мест пустынных много, а построенных домов – так мало!

    Все эти дома, что каждый день ломались и сплавлялись по реке в таком количестве, что ей самой течь было негде, все эти дома, – где же они? – Где они построены? Мест пустынных много, а построенных домов – так мало!

    — Камо-но Тёмэй · книга
12. «

    Только привыкнув к однообразию пустыни, где нет ни кустика, ни деревца, по-настоящему начинаешь понимать, что такое рай на земле. В пустыне знают цену зелени.

    Только привыкнув к однообразию пустыни, где нет ни кустика, ни деревца, по-настоящему начинаешь понимать, что такое рай на земле. В пустыне знают цену зелени.

    — Эрих Церен · книга
13. «

    Только здесь, в этих жарких краях, могли сосуществовать древние существа и современные механизмы, магия и железо, и только Мирадж мог производить ружья и пушки, вооружая северян, сражающихся друг с другом у себя дома. Власть над песками означала власть над миром.

    Только здесь, в этих жарких краях, могли сосуществовать древние существа и современные механизмы, магия и железо, и только Мирадж мог производить ружья и пушки, вооружая северян, сражающихся друг с другом у себя дома. Власть над песками означала власть над миром.

    — Элвин Гамильтон · книга
14. «

    Я родилась на самой сухой земле в мире, где единственная капающая вода — это слёзы. Птицы не живут в нашей пустыне. Звери обходят стороной это место. Змеи не ползают, пауки не плетут паутины. Только мы, люди, непобедимые твари, построили там свои жилища.

    Я родилась на самой сухой земле в мире, где единственная капающая вода — это слёзы. Птицы не живут в нашей пустыне. Звери обходят стороной это место. Змеи не ползают, пауки не плетут паутины. Только мы, люди, непобедимые твари, построили там свои жилища.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    Когда мы заселим пустыни, исчезнут оазисы.

    Когда мы заселим пустыни, исчезнут оазисы.

    — Станислав Ежи Лец · книга
16. «

    «Чего уж на свой счет обольщаться?» Полюбил я монастырскую жизнь и возмечтал о себе: «Уйду, — говорю о. Ферапонту, — в пустыню и буду поститься, как древние». — «А чего, говорит он, в пустыне поститься? Там и так нечего есть. Вот ты попробуй поститься в трапезной, где всего полно, тогда и будешь постник».

    «Чего уж на свой счет обольщаться?» Полюбил я монастырскую жизнь и возмечтал о себе: «Уйду, — говорю о. Ферапонту, — в пустыню и буду поститься, как древние». — «А чего, говорит он, в пустыне поститься? Там и так нечего есть. Вот ты попробуй поститься в трапезной, где всего полно, тогда и будешь постник».

    — Нина Павлова · книга
17. «

    — Я возьму карту, пойду по ней. — Эта карта у пилота давно, а дюны постоянно перемещаются. Расчеты имеют погрешность процентов в двадцать. Но даже имея погрешность один процент, ты пройдешь мимо Лангуна. Пройдя триста километров, ориентируясь по звездам, ты даже не будешь знать, что проскочил Лангун. — Будешь ходить по кругу. Ты правша, значит правая нога у тебя развита лучше, чем левая, шаг у неё шире. — Забудьте о моем предложении. Ваша взяла. — Вопрос, не в том чья взяла, а в том как выжить.

    — Я возьму карту, пойду по ней. — Эта карта у пилота давно, а дюны постоянно перемещаются. Расчеты имеют погрешность процентов в двадцать. Но даже имея погрешность один процент, ты пройдешь мимо Лангуна. Пройдя триста километров, ориентируясь по звездам, ты даже не будешь знать, что проскочил Лангун. — Будешь ходить по кругу. Ты правша, значит правая нога у тебя развита лучше, чем левая, шаг у неё шире. — Забудьте о моем предложении. Ваша взяла. — Вопрос, не в том чья взяла, а в том как выжить.

    — Ньюман · фильм
18. «

    Я родилась в пустыне посреди пустыни — одном из худших мест, созданных Богом. Мама привязывала меня за ногу к колышку у колодца и заставляла дробить фиолетовую соль в ступке. Рядом женщины выхлопывали лепёшки ладонями и болтали. Сейчас думаю: о чём они могли говорить? В нашем оазисе никогда не было поводов для разговора.

    Я родилась в пустыне посреди пустыни — одном из худших мест, созданных Богом. Мама привязывала меня за ногу к колышку у колодца и заставляла дробить фиолетовую соль в ступке. Рядом женщины выхлопывали лепёшки ладонями и болтали. Сейчас думаю: о чём они могли говорить? В нашем оазисе никогда не было поводов для разговора.

    — Мария Фариса · книга
19. «

    Пустыня – Настоящий театр, показывающий нашей плоти, Как нужно выходить на сцену смерти.

    Пустыня – Настоящий театр, показывающий нашей плоти, Как нужно выходить на сцену смерти.

    — Адонис (поэт)
20. «

    Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

    Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

    — Элвин Гамильтон · книга