270 цитат про «путешествия», которые захочется сохранить

Собрали 270 цитат на тему «путешествия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Иногда, закончив путь, мы думаем, что лучше бы путешествие не кончалось.

   Иногда, закончив путь, мы думаем, что лучше бы путешествие не кончалось.

   — Хумейра Сиддики · сериал
2. «

   — Дался тебе этот Ташер! — в который раз изумился я. — Ты же там затоскуешь и тут же запросишься обратно. — Думаете, надорвусь? — обиделся Андэ. — Вы не впиливаете! А если даже я захочу назад, в Ехо… По крайней мере, после этого я буду жить там, куда захотел вернуться. А пока я просто живу там, где родился. Это разные вещи.

   — Дался тебе этот Ташер! — в который раз изумился я. — Ты же там затоскуешь и тут же запросишься обратно. — Думаете, надорвусь? — обиделся Андэ. — Вы не впиливаете! А если даже я захочу назад, в Ехо… По крайней мере, после этого я буду жить там, куда захотел вернуться. А пока я просто живу там, где родился. Это разные вещи.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Лучше ехать одному, чем со спутником, который трясется от страха.

   Лучше ехать одному, чем со спутником, который трясется от страха.

   — Александр Дюма · книга
4. «

   — Вы, ребята, едете, чтобы куда-то добраться, или просто едете? Мы не поняли его вопроса, а это был чертовски хороший вопрос.

   — Вы, ребята, едете, чтобы куда-то добраться, или просто едете? Мы не поняли его вопроса, а это был чертовски хороший вопрос.

   — Джек Керуак · книга
5. «

   Оказывается, жить в полную силу — это не нестись в путешествие, достигать, приобретать. Делать, делать, делать. Уметь, иметь. Можно запереться. Писать, читать, пить чай — и жить в полную силу. Тихо, спокойно. В полную силу. Жить.

   Оказывается, жить в полную силу — это не нестись в путешествие, достигать, приобретать. Делать, делать, делать. Уметь, иметь. Можно запереться. Писать, читать, пить чай — и жить в полную силу. Тихо, спокойно. В полную силу. Жить.

   — Мария Фариса
6. «

   Так я оказалась в месте, где прежде никогда не была. Здесь есть стеллаж с книгами русских писателей, старинный фарфор в шкафу; чай, крепкий, как наш дух, и сладкий, как наши сказки. Не берег горячего океана, не вершина великой горы, не жемчужные острова — теперь я знаю точно: лучшее место на планете — это то, где после долгих странствий ты отдыхаешь душой.

   Так я оказалась в месте, где прежде никогда не была. Здесь есть стеллаж с книгами русских писателей, старинный фарфор в шкафу; чай, крепкий, как наш дух, и сладкий, как наши сказки. Не берег горячего океана, не вершина великой горы, не жемчужные острова — теперь я знаю точно: лучшее место на планете — это то, где после долгих странствий ты отдыхаешь душой.

   — Мария Фариса
7. «

   Жалею, что я не сентиментален, а то я сказал бы, что в места, подобные Сахалину, мы должны ездить на поклонение, как турки ездят в Мекку, а моряки и тюрьмоведы должны глядеть, в частности, на Сахалин, как военные на Севастополь.

   Жалею, что я не сентиментален, а то я сказал бы, что в места, подобные Сахалину, мы должны ездить на поклонение, как турки ездят в Мекку, а моряки и тюрьмоведы должны глядеть, в частности, на Сахалин, как военные на Севастополь.

   — Антон Павлович Чехов
8. «

   Мы поехали в Албанию, чтобы узнать о цементе, но отбывали с головами, переполненными намного большим количеством знаний. Мы узнали, сколько воды каждый час вытекает из источника. Узнали, сколько арбузов выращивается за год. Узнали о градостроительных нормах в Саранде то, как по-албански будет «член».

   Мы поехали в Албанию, чтобы узнать о цементе, но отбывали с головами, переполненными намного большим количеством знаний. Мы узнали, сколько воды каждый час вытекает из источника. Узнали, сколько арбузов выращивается за год. Узнали о градостроительных нормах в Саранде то, как по-албански будет «член».

   — Джереми Кларксон
9. «

   Но знаешь, я уверен: как бы ни бурлила жизнь вдали от гор, и раньше, и сейчас, и завтра они останутся сильнейшим магнитом для тысяч людей. Каждый ищет в них свое, ему необходимое. И — находит! В этом все дело.

   Но знаешь, я уверен: как бы ни бурлила жизнь вдали от гор, и раньше, и сейчас, и завтра они останутся сильнейшим магнитом для тысяч людей. Каждый ищет в них свое, ему необходимое. И — находит! В этом все дело.

   — Сергей Бершов · книга
10. «

    ...блуждал по улицам, глядя вокруг не глазами туриста, который высматривает то, чем положено любоваться, и не глазами писателя, который ищет всюду своё (и может в красках заката найти красивую фразу или во встречном лице угадать характер), а глазами бродяги, для которого, что ни происходит, всё имеет свой законченный смысл.

    ...блуждал по улицам, глядя вокруг не глазами туриста, который высматривает то, чем положено любоваться, и не глазами писателя, который ищет всюду своё (и может в красках заката найти красивую фразу или во встречном лице угадать характер), а глазами бродяги, для которого, что ни происходит, всё имеет свой законченный смысл.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
11. «

    Если бы путешественник, вернувшись из далеких стран, стал бы рассказывать нам о людях совершенно лишенных скупости, честолюбия или мстительности, находящих удовольствие только в дружбе, великодушии и патриотизме, мы тотчас на основании этих подробностей открыли бы фальшь в его рассказе и доказали, что он лжет, с такой же достоверностью, как если бы он начинил свой рассказ повествованиями о кентаврах и драконах, чудесах и небылицах.

    Если бы путешественник, вернувшись из далеких стран, стал бы рассказывать нам о людях совершенно лишенных скупости, честолюбия или мстительности, находящих удовольствие только в дружбе, великодушии и патриотизме, мы тотчас на основании этих подробностей открыли бы фальшь в его рассказе и доказали, что он лжет, с такой же достоверностью, как если бы он начинил свой рассказ повествованиями о кентаврах и драконах, чудесах и небылицах.

    — Дэвид Юм
12. «

    Воображение так же прекрасно, как многие путешествия – и насколько дешевле.

    Воображение так же прекрасно, как многие путешествия – и насколько дешевле.

    — Джордж Вильям Кертис
13. «

    Путь в драгоценный город не должен просто так открываться. Каждый может попасть туда, но не каждый выберет сложность дороги. Большинство испугается и побежит обратно. По пути в тот город камни будут падать с неба, острая трава будет резать в клочья, тропинку оборвёт река с разлагающимися мертвецами. Предстоит перебраться через огромную спящую кобру и не разбудить её. Пройти через царство жестоких людей-кайманов. Но незнакомец рассказал мне, как избежать всех ловушек. Потому я здесь. Я пришёл за вами. Пойдёте со мной?

    Путь в драгоценный город не должен просто так открываться. Каждый может попасть туда, но не каждый выберет сложность дороги. Большинство испугается и побежит обратно. По пути в тот город камни будут падать с неба, острая трава будет резать в клочья, тропинку оборвёт река с разлагающимися мертвецами. Предстоит перебраться через огромную спящую кобру и не разбудить её. Пройти через царство жестоких людей-кайманов. Но незнакомец рассказал мне, как избежать всех ловушек. Потому я здесь. Я пришёл за вами. Пойдёте со мной?

    — Мария Фариса · книга
14. «

    Качается вагон, кончается перрон, И снова крепкий чай, коньяк и ля-минор. Мобильники молчат, колесики стучат. Куда они с тобой нас умчали?

    Качается вагон, кончается перрон, И снова крепкий чай, коньяк и ля-минор. Мобильники молчат, колесики стучат. Куда они с тобой нас умчали?
15. «

    — Мы хотим поехать туда, где есть море. — Друзья, море уже не модно. У меня есть для вас уникальное предложение. Австрия. Горнолыжный курорт в Обергургле. Только представьте: вы, вдыхая полной грудью свежий воздух, мчитесь на огромной скорости по белоснежному покрывалу навстречу солнцу, оставляя за собой только лыжный след и городскую суету. — Ну, если бы я хотел свернуть шею, то поехал бы с папой на дачу шифер менять.

    — Мы хотим поехать туда, где есть море. — Друзья, море уже не модно. У меня есть для вас уникальное предложение. Австрия. Горнолыжный курорт в Обергургле. Только представьте: вы, вдыхая полной грудью свежий воздух, мчитесь на огромной скорости по белоснежному покрывалу навстречу солнцу, оставляя за собой только лыжный след и городскую суету. — Ну, если бы я хотел свернуть шею, то поехал бы с папой на дачу шифер менять.

    — Вера Воронина · сериал
16. «

    Всякий раз, как я замечаю угрюмые складки в углах своего рта; всякий раз, как в душе у меня воцаряется промозглый, дождливый ноябрь; всякий раз, как я ловлю себя на том, что начал останавливаться перед вывесками гробовщиков и пристраиваться в хвосте каждой встречной похоронной процессии; в особенности же всякий раз, как ипохондрия настолько овладевает мною, что только мои строгие моральные принципы не позволяют мне, выйдя на улицу, упорно и старательно сбивать с прохожих шляпы, я понимаю, что мне пора отправляться в плавание, и как можно скорее. Это заменяет мне пулю и пистолет.

    Всякий раз, как я замечаю угрюмые складки в углах своего рта; всякий раз, как в душе у меня воцаряется промозглый, дождливый ноябрь; всякий раз, как я ловлю себя на том, что начал останавливаться перед вывесками гробовщиков и пристраиваться в хвосте каждой встречной похоронной процессии; в особенности же всякий раз, как ипохондрия настолько овладевает мною, что только мои строгие моральные принципы не позволяют мне, выйдя на улицу, упорно и старательно сбивать с прохожих шляпы, я понимаю, что мне пора отправляться в плавание, и как можно скорее. Это заменяет мне пулю и пистолет.

    — Герман Мелвилл · книга
17. «

    Если бы человечество не сошло с ума (вот уже 12 лет, как длится это сумасшествие), я бы беспрерывно путешествовал. Я видел многое, но сколько еще осталось неувиденным и непережитым. Центральная Африка, Перу, Южная Америка, Китай, Сиам, Индокитай, Южный Полюс и Северный Полюс. Ах, горько об этом думать. Если бы не проклятая Война и трижды проклятая Революция, я уже за эти 12 лет увидел бы все перечисленное. Теперь, верно, это потеряно навсегда. И только внутренняя сила еще держит душу на должной высоте, несмотря на все враждебные обстоятельства.

    Если бы человечество не сошло с ума (вот уже 12 лет, как длится это сумасшествие), я бы беспрерывно путешествовал. Я видел многое, но сколько еще осталось неувиденным и непережитым. Центральная Африка, Перу, Южная Америка, Китай, Сиам, Индокитай, Южный Полюс и Северный Полюс. Ах, горько об этом думать. Если бы не проклятая Война и трижды проклятая Революция, я уже за эти 12 лет увидел бы все перечисленное. Теперь, верно, это потеряно навсегда. И только внутренняя сила еще держит душу на должной высоте, несмотря на все враждебные обстоятельства.

    — Константин Дмитриевич Бальмонт
18. «

    Путешествие — это не всегда красиво. Это не всегда удобно. Иногда это больно, даже ломает ваше сердце. Но это нормально. Изменения путешествия должны изменить вас. Оно оставляет след в вашей памяти, в вашем сознании, в сердце и на вашем теле. Вы берете что-то с собой... Надеюсь, вы оставляете что-то хорошее позади.

    Путешествие — это не всегда красиво. Это не всегда удобно. Иногда это больно, даже ломает ваше сердце. Но это нормально. Изменения путешествия должны изменить вас. Оно оставляет след в вашей памяти, в вашем сознании, в сердце и на вашем теле. Вы берете что-то с собой... Надеюсь, вы оставляете что-то хорошее позади.

    — Энтони Бурден
19. «

    Лети, лети, моя стрела, От Сен-Шартье до Шангри-Ла, Экспрессом, первым классом, без билета. Лети в тоннелях под землей, Сквозь двери с надписью «Открой!», Сквозь двери, на которых «Входа нету».

    Лети, лети, моя стрела, От Сен-Шартье до Шангри-Ла, Экспрессом, первым классом, без билета. Лети в тоннелях под землей, Сквозь двери с надписью «Открой!», Сквозь двери, на которых «Входа нету».
20. «

    Вдали от родного языка и близких, лишенные всех наших привычных личин и подпорок (ведь не знаешь даже цены на трамвайный билет), мы целиком на поверхности. Но в то же время, чувствуя себя не в своей тарелке, мы открываем в каждом предмете и в каждом дивом существе их истинную волшебную сущность.

    Вдали от родного языка и близких, лишенные всех наших привычных личин и подпорок (ведь не знаешь даже цены на трамвайный билет), мы целиком на поверхности. Но в то же время, чувствуя себя не в своей тарелке, мы открываем в каждом предмете и в каждом дивом существе их истинную волшебную сущность.

    — Альбер Камю · книга