306 фраз, которые всё говорят о «рабство»

Собрали 306 цитат на тему «рабство» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Если все люди будут вынуждены рыться в грязи, добывая пищу, кто из них найдет время взглянуть на звёзды?

   Если все люди будут вынуждены рыться в грязи, добывая пищу, кто из них найдет время взглянуть на звёзды?

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   Человек перестал быть рабом человека и стал рабом вещи.

   Человек перестал быть рабом человека и стал рабом вещи.

   — Фридрих Энгельс
3. «

   Ярем он барщины старинной оброком легким заменил; и раб судьбу благословил.

   Ярем он барщины старинной оброком легким заменил; и раб судьбу благословил.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
4. «

   – Видишь ли, как только где-нибудь узаконивают рабство, нижние ступени общественной лестницы становятся ужасающе скользкими... Стоит начать измерять человеческую жизнь деньгами, и окажется, что эта цена способна уменьшаться грошик за грошиком, пока совсем ничего не останется.

   – Видишь ли, как только где-нибудь узаконивают рабство, нижние ступени общественной лестницы становятся ужасающе скользкими... Стоит начать измерять человеческую жизнь деньгами, и окажется, что эта цена способна уменьшаться грошик за грошиком, пока совсем ничего не останется.

   — Робин Хобб · книга
5. «

   У каждого раба в руках есть средство Освободиться от своих оков.

   У каждого раба в руках есть средство Освободиться от своих оков.

   — Уильям Шекспир · книга
6. «

   — Вот поэтому я должен тебя заключить. Ты вызываешь верность, в том числе, в моих людях. — Гутред, я дал тебе свое слово, свой меч! — А мне нужны две сотни мечей! Мне нужны две сотни людей! Столько ты и стоишь. Двести христианских мужей Беббанбурга. — От дяди Эльфрика? — Он просил твою голову. Но рабства, я уверен, ему хватит. — Лучше было бы убить меня, но тебе не достает отваги. Убей меня, с мечем в руке! — Сестра ни за что меня не простит. Прощай, Осберт. — Убей меня, или я вернусь. Клянусь тебе!

   — Вот поэтому я должен тебя заключить. Ты вызываешь верность, в том числе, в моих людях. — Гутред, я дал тебе свое слово, свой меч! — А мне нужны две сотни мечей! Мне нужны две сотни людей! Столько ты и стоишь. Двести христианских мужей Беббанбурга. — От дяди Эльфрика? — Он просил твою голову. Но рабства, я уверен, ему хватит. — Лучше было бы убить меня, но тебе не достает отваги. Убей меня, с мечем в руке! — Сестра ни за что меня не простит. Прощай, Осберт. — Убей меня, или я вернусь. Клянусь тебе!

   — Гутред · сериал
7. «

   О, если б каждый день иметь краюху хлеба, Над головою кров и скромный угол, где бы Ничьим владыкою, ничьим рабом не быть, - Тогда б благословить за счастье можно б небо.

   О, если б каждый день иметь краюху хлеба, Над головою кров и скромный угол, где бы Ничьим владыкою, ничьим рабом не быть, - Тогда б благословить за счастье можно б небо.

   — Омар Хайям
8. «

   — Вот, Андрей Евгеньевич, кофе. Три ложки сахара, всё как вы просили... — Я не просил, я приказывал. Делай новый! — А этот что, плохой? — Сунь палец в кофе. — Зачем? — Суй!... Высунь. Включи логику! Никогда господин не будет пить кофе, куда только что совал свой грязный палец его холоп. Делай новый! — Вы же сами мне сказали... — Ну идиот ты ядерный! Это холодный кофе! Я хочу горячий кофе! Делай новый!

   — Вот, Андрей Евгеньевич, кофе. Три ложки сахара, всё как вы просили... — Я не просил, я приказывал. Делай новый! — А этот что, плохой? — Сунь палец в кофе. — Зачем? — Суй!... Высунь. Включи логику! Никогда господин не будет пить кофе, куда только что совал свой грязный палец его холоп. Делай новый! — Вы же сами мне сказали... — Ну идиот ты ядерный! Это холодный кофе! Я хочу горячий кофе! Делай новый!

   — Андрей Евгеньевич Быков · сериал
9. «

   В каком царстве люди порабощены, в том царстве люди не храбры и к бою несмелы против недруга.

   В каком царстве люди порабощены, в том царстве люди не храбры и к бою несмелы против недруга.

   — Иван Семенович Пересветов
10. «

    Лучше быть свободным бедняком, чем богатым невольником. Конечно, люди хотят быть и богатыми, и свободными — и из-за этого подчас становятся бедными рабами.

    Лучше быть свободным бедняком, чем богатым невольником. Конечно, люди хотят быть и богатыми, и свободными — и из-за этого подчас становятся бедными рабами.

    — Альбер Камю
11. «

    Рабство — тюрьма души.

    Рабство — тюрьма души.

    — Плавт
12. «

    Они верили, главное, что он раб. Рабством же извиняли падение его, но раба не могли ведь любить, раб все-таки был отвратителен. Пушкин первый объявил, что русский человек не раб и никогда не был им, несмотря на многовековое рабство. Было рабство, но не было рабов (в целом, конечно, в общем, не в частных исключениях) — вот тезис Пушкина. Он даже по виду, по походке русского мужика заключал, что это не раб и не может быть рабом (хотя и состоит в рабстве), — черта, свидетельствующая в Пушкине о глубокой непосредственной любви к народу. Он признал и высокое чувство собственного достоинства в народе нашем (опять-таки в целом, мимо всегдашних и неотразимых исключений), он предвидел то спокойное достоинство, с которым народ наш примет и освобождение свое от крепостного состояния, — чего не понимали, например, замечательнейшие образованные русские европейцы уже гораздо позднее Пушкина и ожидали совсем другого от народа нашего. О, они любили народ искренно и горячо, но по-своему, то есть по-европейски. Они кричали о зверином состоянии народа, о зверином положении его в крепостном рабстве, но и верили всем сердцем своим, что народ наш действительно зверь. И вдруг этот народ очутился свободным с таким мужественным достоинством, без малейшего позыва на оскорбление бывших владетелей своих: «Ты сам по себе, а я сам по себе, если хочешь, иди ко мне, за твое хорошее всегда тебе от меня честь».

    Они верили, главное, что он раб. Рабством же извиняли падение его, но раба не могли ведь любить, раб все-таки был отвратителен. Пушкин первый объявил, что русский человек не раб и никогда не был им, несмотря на многовековое рабство. Было рабство, но не было рабов (в целом, конечно, в общем, не в частных исключениях) — вот тезис Пушкина. Он даже по виду, по походке русского мужика заключал, что это не раб и не может быть рабом (хотя и состоит в рабстве), — черта, свидетельствующая в Пушкине о глубокой непосредственной любви к народу. Он признал и высокое чувство собственного достоинства в народе нашем (опять-таки в целом, мимо всегдашних и неотразимых исключений), он предвидел то спокойное достоинство, с которым народ наш примет и освобождение свое от крепостного состояния, — чего не понимали, например, замечательнейшие образованные русские европейцы уже гораздо позднее Пушкина и ожидали совсем другого от народа нашего. О, они любили народ искренно и горячо, но по-своему, то есть по-европейски. Они кричали о зверином состоянии народа, о зверином положении его в крепостном рабстве, но и верили всем сердцем своим, что народ наш действительно зверь. И вдруг этот народ очутился свободным с таким мужественным достоинством, без малейшего позыва на оскорбление бывших владетелей своих: «Ты сам по себе, а я сам по себе, если хочешь, иди ко мне, за твое хорошее всегда тебе от меня честь».

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
13. «

    Деньги, которыми обладаешь, – орудие свободы, те, за которыми гонишься, – орудие рабства.

    Деньги, которыми обладаешь, – орудие свободы, те, за которыми гонишься, – орудие рабства.

    — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
14. «

    Продолжительная борьба против власти одной-единственной страсти сама по себе тоже рабство.

    Продолжительная борьба против власти одной-единственной страсти сама по себе тоже рабство.

    — Айн Рэнд · книга
15. «

    Легче надеть на людей цепи, чем снять, если цепи приносят уважение.

    Легче надеть на людей цепи, чем снять, если цепи приносят уважение.

    — Джордж Бернард Шоу
16. «

    Ослу бы надо избавиться от хозяина, а он лишь хочет сбросить свою ношу.

    Ослу бы надо избавиться от хозяина, а он лишь хочет сбросить свою ношу.

    — Генри Райдер Хаггард · книга
17. «

    Раб, довольный своим положением, вдвойне раб, потому что не одно его тело в рабстве, но и душа его.

    Раб, довольный своим положением, вдвойне раб, потому что не одно его тело в рабстве, но и душа его.

    — Эдмунд Берк
18. «

    Серийные убийцы обычно — практически всегда — рабы своей мании. Они убивают потому что не могут иначе. И не в силах остановиться.

    Серийные убийцы обычно — практически всегда — рабы своей мании. Они убивают потому что не могут иначе. И не в силах остановиться.

    — Дэн Уэллс (писатель) · книга
19. «

    Толпы можно держать в подчинении насилием и страхом, но легче их покорить обещанием свободы.

    Толпы можно держать в подчинении насилием и страхом, но легче их покорить обещанием свободы.

    — Бернар Вербер · книга
20. «

    — Да тут целый зоопарк! Что это такое? — Женечка, миленький, ты только не пугайся. Я рабовладелец! — Ты с ума сошел! — И еще слоновладелец, и верблюдовладелец.

    — Да тут целый зоопарк! Что это такое? — Женечка, миленький, ты только не пугайся. Я рабовладелец! — Ты с ума сошел! — И еще слоновладелец, и верблюдовладелец.

    — Женя Богорад · фильм