240 цитат на тему «развод» для поста

Собрали 240 цитат на тему «развод» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Какой же ты стала после развода? — спрашивает он мягко. <...> — ... Но самое страшное, это ощущение полного одиночества и бессилия. Кажется, будто ты осталась совершенно одна в эпицентре взрыва, а все люди лишь наблюдают со стороны, как тебя выворачивает наизнанку и разрывает на куски. Им ничего не делается, и только ты страдаешь. — Да, да, именно так! — Лоркан яростно кивает. — Ты страдаешь, а окружающие с любопытством следят за твоими мучениями, да ещё уговаривают: мол, постарайся не думать о том, что происходит. Ну, скажи, как не ненавидеть этих равнодушных ублюдков? — Мне это знакомо, — подхватываю я. — Но ещё хуже, когда тебе советуют искать в случившемся «положительные моменты». Типа, пусть ты потеряла семью, но ведь ты жива и здорова — ты не погибла и не стала калекой в результате какого-нибудь стихийного бедствия или аварии на производстве.

   — Какой же ты стала после развода? — спрашивает он мягко. <...> — ... Но самое страшное, это ощущение полного одиночества и бессилия. Кажется, будто ты осталась совершенно одна в эпицентре взрыва, а все люди лишь наблюдают со стороны, как тебя выворачивает наизнанку и разрывает на куски. Им ничего не делается, и только ты страдаешь. — Да, да, именно так! — Лоркан яростно кивает. — Ты страдаешь, а окружающие с любопытством следят за твоими мучениями, да ещё уговаривают: мол, постарайся не думать о том, что происходит. Ну, скажи, как не ненавидеть этих равнодушных ублюдков? — Мне это знакомо, — подхватываю я. — Но ещё хуже, когда тебе советуют искать в случившемся «положительные моменты». Типа, пусть ты потеряла семью, но ведь ты жива и здорова — ты не погибла и не стала калекой в результате какого-нибудь стихийного бедствия или аварии на производстве.

   — Софи Кинселла · книга
2. «

   — Но я смирюсь с твоим присутствием на важнейших событиях в жизни Джека. — Я с удовольствием приеду на его день рождения. — Я сказал важнейших событиях! Выпускной, свадьба, развод, похороны. Всё! Большая четвёрка.

   — Но я смирюсь с твоим присутствием на важнейших событиях в жизни Джека. — Я с удовольствием приеду на его день рождения. — Я сказал важнейших событиях! Выпускной, свадьба, развод, похороны. Всё! Большая четвёрка.

   — Доктор Перри Кокс · сериал
3. «

   После своего брака я понял, человеку жить с другим человеком — это дикая глуп... я хочу сказать — это дико глубокая мысль.

   После своего брака я понял, человеку жить с другим человеком — это дикая глуп... я хочу сказать — это дико глубокая мысль.

   — Росс Геллер · сериал
4. «

   Развод – это конец браку, но не чувствам.

   Развод – это конец браку, но не чувствам.

   — Даниэла Стил · книга
5. «

   — Ты как-то пытался эту чашку склеить? Вернуть отношения? [Сергей Минаев] — Да, но бесполезно клеить чашку, если женщина задумала стащить весь сервиз.

   — Ты как-то пытался эту чашку склеить? Вернуть отношения? [Сергей Минаев] — Да, но бесполезно клеить чашку, если женщина задумала стащить весь сервиз.

   — Сергей Шнуров
6. «

   Чем отличается воскресный чай от воскресного папы? Тем, что воскресный чай с тобой может быть рядом еще и в понедельник, и во вторник, и в среду, и даже в остальные дни недели! Никому не придет в голову ограничивать твое право общения с чаем в суде. Никто не станет ревновать тебя к тому, что ты встречаешься с чаем наедине.

   Чем отличается воскресный чай от воскресного папы? Тем, что воскресный чай с тобой может быть рядом еще и в понедельник, и во вторник, и в среду, и даже в остальные дни недели! Никому не придет в голову ограничивать твое право общения с чаем в суде. Никто не станет ревновать тебя к тому, что ты встречаешься с чаем наедине.

   — Юлия Руденко
7. «

   Полностью устранив возможность развода, мы думали укрепить этим брачные узы; но затянув узы, налагаемые на нас принуждением, мы в той же мере ослабили и обесценили узы, налагаемые доброй волей и чувством.

   Полностью устранив возможность развода, мы думали укрепить этим брачные узы; но затянув узы, налагаемые на нас принуждением, мы в той же мере ослабили и обесценили узы, налагаемые доброй волей и чувством.

   — Мишель де Монтень · книга
8. «

   Развод — мучительная процедура. Есть очень простой способ сберечь свои нервы. Найдите женщину, которую вы ненавидите, и купите ей дом.

   Развод — мучительная процедура. Есть очень простой способ сберечь свои нервы. Найдите женщину, которую вы ненавидите, и купите ей дом.

   — Джонатан Кац
9. «

   — Маркиз! — возмутилась на своего собеседника, — Не собираюсь я выходить замуж за куратора. Мне бы развестись, — мечтательно произнесла я. — Всегда был уверен, что девушки мечтают замуж выйти, и только ты мечтаешь о разводе, — кот, видимо, решил меня добить окончательно.

   — Маркиз! — возмутилась на своего собеседника, — Не собираюсь я выходить замуж за куратора. Мне бы развестись, — мечтательно произнесла я. — Всегда был уверен, что девушки мечтают замуж выйти, и только ты мечтаешь о разводе, — кот, видимо, решил меня добить окончательно.

   — Елена Помазуева · книга
10. «

    Накануне этого черного дня я попытался сблизиться с Анной, но при этом сблизились только ее кулак и мой глаз.

    Накануне этого черного дня я попытался сблизиться с Анной, но при этом сблизились только ее кулак и мой глаз.

    — Марк Марронье · фильм
11. «

    Это сейчас я знаю, что все люди разные. Что любовь у всех разная. Семьи... Отношения... Знаю... Но до сих пор всей душой верю в то, что невозможно жить без любви, без понимания, без сострадания к тому, кто рядом каждый день, кого ты называешь мужем, про кого твои дети, открывая дверь, кричат: «Ура! Папа с работы пришел!..» А если в тебе нет чувств, остались лишь раздражение и слезы, уйди и закрой дверь, думая не о себе, не о своих обидах и неосуществленных планах на жизнь, а прежде всего о своих детях... Когда плохо родителям, отчаянно больно детям. Не только здесь и сейчас. Детям больно потом всю оставшуюся жизнь. Мне — дочери — до сих пор больно...

    Это сейчас я знаю, что все люди разные. Что любовь у всех разная. Семьи... Отношения... Знаю... Но до сих пор всей душой верю в то, что невозможно жить без любви, без понимания, без сострадания к тому, кто рядом каждый день, кого ты называешь мужем, про кого твои дети, открывая дверь, кричат: «Ура! Папа с работы пришел!..» А если в тебе нет чувств, остались лишь раздражение и слезы, уйди и закрой дверь, думая не о себе, не о своих обидах и неосуществленных планах на жизнь, а прежде всего о своих детях... Когда плохо родителям, отчаянно больно детям. Не только здесь и сейчас. Детям больно потом всю оставшуюся жизнь. Мне — дочери — до сих пор больно...

    — Екатерина Сиванова · книга
12. «

    Если их давление вас начнет беспокоить, напомните себе, что они не живут вашей жизнью и не переживают того, что переживаете вы. Из самых добрых побуждений ваши друзья могут сбивать вас с толку тогда, когда вам больше всего нужна будет их поддержка. Семейные пары могут чувствовать, что они теряют вас, как социальную ячейку. Они также могут обеспокоиться тем, что ваша потребность в участии обрушится на них. Напоминаю, какими добрыми бы ни были их побуждения, они не находятся в вашей шкуре.

    Если их давление вас начнет беспокоить, напомните себе, что они не живут вашей жизнью и не переживают того, что переживаете вы. Из самых добрых побуждений ваши друзья могут сбивать вас с толку тогда, когда вам больше всего нужна будет их поддержка. Семейные пары могут чувствовать, что они теряют вас, как социальную ячейку. Они также могут обеспокоиться тем, что ваша потребность в участии обрушится на них. Напоминаю, какими добрыми бы ни были их побуждения, они не находятся в вашей шкуре.

    — Сьюзан Форвард · книга
13. «

    Развод — это предохранительный клапан супружеского котла.

    Развод — это предохранительный клапан супружеского котла.

    — Адриан Декурсель
14. «

    Развод перед законом? Без сожаления относился Глеб к разрыву гербовой бумажки. Вообще какое дело государству до союза душ? Да и до союза тел?

    Развод перед законом? Без сожаления относился Глеб к разрыву гербовой бумажки. Вообще какое дело государству до союза душ? Да и до союза тел?

    — Александр Солженицын · книга
15. «

    У нас с Венсаном слишком разные миры. У меня свои друзья, у него свои, у меня свои увлечения, у него свои. Мы просто иногда выходим из своего окружения и встречаемся для совместного времяпровождения. Мне казалось эта модель отношений идеальной. Но практически в каждом браке приходит переломный момент, когда есть два развития пути, либо развестись, либо сохранить брак. К сожалению, мы пошли по первому более легкому пути.

    У нас с Венсаном слишком разные миры. У меня свои друзья, у него свои, у меня свои увлечения, у него свои. Мы просто иногда выходим из своего окружения и встречаемся для совместного времяпровождения. Мне казалось эта модель отношений идеальной. Но практически в каждом браке приходит переломный момент, когда есть два развития пути, либо развестись, либо сохранить брак. К сожалению, мы пошли по первому более легкому пути.

    — Моника Беллуччи
16. «

    — Ты догадываешься, зачем я приехала? — спросила она, подняв на него глаза. Она была все так же красива, и этого по-прежнему нельзя было не заметить. — Нет, не догадываюсь, — сказал он. Это была правда. Всю свою жизнь с нею он почти никогда не мог догадаться, что ей придет в голову в следующую минуту. — Я пришла просить, чтобы ты снял с меня грех и отпустил меня, — не дождавшись ответа, сказала она. — Я должна выйти замуж за Евгения Алексеевича. Сказала «пришла», а не «приехала», — наверное, заранее обдумала. Грешницы не приезжают, а приходят. Он еще раз посмотрел на неё, на её изящно и грустно изогнувшееся на стуле знакомое тело, и удержался от грубости, не сказал: «Ну что ж, раз должна — так и выходи!» Промолчал. В конце концов, при чем тут она? Во всем виновата не она, а вот это её тело, которое он целых пятнадцать лет любил рассудку вопреки. «И не мог оторваться от него, не мог отлипнуть», — с презрением к собственной слабости подумал он о себе. Она смотрела на него, а он молчал. Ей казалось, что он злится или, как она мысленно привыкла выражаться, «закусывает удила», он, наоборот, смягчился, удивленный мыслью о собственной вине. Раньше раздраженно привык считать её виноватой в том, что в нужном ему теле жила ненужная ему душа, равнодушная к тому, чем он жил и что делал, занятая только собой, да и собой-то — по-глупому.

    — Ты догадываешься, зачем я приехала? — спросила она, подняв на него глаза. Она была все так же красива, и этого по-прежнему нельзя было не заметить. — Нет, не догадываюсь, — сказал он. Это была правда. Всю свою жизнь с нею он почти никогда не мог догадаться, что ей придет в голову в следующую минуту. — Я пришла просить, чтобы ты снял с меня грех и отпустил меня, — не дождавшись ответа, сказала она. — Я должна выйти замуж за Евгения Алексеевича. Сказала «пришла», а не «приехала», — наверное, заранее обдумала. Грешницы не приезжают, а приходят. Он еще раз посмотрел на неё, на её изящно и грустно изогнувшееся на стуле знакомое тело, и удержался от грубости, не сказал: «Ну что ж, раз должна — так и выходи!» Промолчал. В конце концов, при чем тут она? Во всем виновата не она, а вот это её тело, которое он целых пятнадцать лет любил рассудку вопреки. «И не мог оторваться от него, не мог отлипнуть», — с презрением к собственной слабости подумал он о себе. Она смотрела на него, а он молчал. Ей казалось, что он злится или, как она мысленно привыкла выражаться, «закусывает удила», он, наоборот, смягчился, удивленный мыслью о собственной вине. Раньше раздраженно привык считать её виноватой в том, что в нужном ему теле жила ненужная ему душа, равнодушная к тому, чем он жил и что делал, занятая только собой, да и собой-то — по-глупому.

    — Константин Симонов · книга
17. «

    — Вов, привет! — Здравствуй, дорогая! — А что ты делаешь? — Собираю вещи твои, уезжаешь ты от меня навсегда. — В смысле? А что случилось? — Ты не знаешь? Пришла беда откуда не ждали! — Какая беда? — Ты не слышала выступление гаранта? Как это? По телевизору! Нам же томос дали! — И что? — Ну всё. Получается, все браки, дорогая, заключённые ранее в церквях Московского патриархата... считаются недействительными. Так что мы с тобой — чужие люди. — Подожди, Вова, причём тут церковь? Нас Бог венчал! — Перестань! Рука Москвы нас венчала. Рука Москвы, конечно... <...> — Ты, между прочим, клялся, что будешь со мной до самой смерти! — Люблю тебя, но в грехе жить не стану! <...> — Вова, ты вообще в своём уме? Ну ладно, церковь исчезла, ну ЗАГС-то на месте! — Ха! Ты смешная женщина, незнакомка! Ты посмотри себе в паспорт, в штамп посмотри! ЗАГС номер три, я наизусть помню, улица Ленина, Московский район. Декоммунизация! Нету района, нет улицы, нет загса — мы чужие люди, тётя!

    — Вов, привет! — Здравствуй, дорогая! — А что ты делаешь? — Собираю вещи твои, уезжаешь ты от меня навсегда. — В смысле? А что случилось? — Ты не знаешь? Пришла беда откуда не ждали! — Какая беда? — Ты не слышала выступление гаранта? Как это? По телевизору! Нам же томос дали! — И что? — Ну всё. Получается, все браки, дорогая, заключённые ранее в церквях Московского патриархата... считаются недействительными. Так что мы с тобой — чужие люди. — Подожди, Вова, причём тут церковь? Нас Бог венчал! — Перестань! Рука Москвы нас венчала. Рука Москвы, конечно... <...> — Ты, между прочим, клялся, что будешь со мной до самой смерти! — Люблю тебя, но в грехе жить не стану! <...> — Вова, ты вообще в своём уме? Ну ладно, церковь исчезла, ну ЗАГС-то на месте! — Ха! Ты смешная женщина, незнакомка! Ты посмотри себе в паспорт, в штамп посмотри! ЗАГС номер три, я наизусть помню, улица Ленина, Московский район. Декоммунизация! Нету района, нет улицы, нет загса — мы чужие люди, тётя!

    — Владимир Зеленский
18. «

    — Я ушла от мужа к мусорщикам [надпись на стене] — Они отказались брать его... [ответ на стене ниже]

    — Я ушла от мужа к мусорщикам [надпись на стене] — Они отказались брать его... [ответ на стене ниже]
19. «

    Ну я виноват, конечно... но я ушёл где-то по большой любви. Понимаете?

    Ну я виноват, конечно... но я ушёл где-то по большой любви. Понимаете?

    — Борис Иванович (Борюсик) · фильм
20. «

    — Вы что, не в Париже? — Ты не знал? Хотя, откуда тебе знать, раз ты не звонил. Ты зачем звонишь? — Чтобы узнать, как вы. — Нет, почему мне? А я тебе скажу, почему. Потому, что кишка тонка позвонить маме. И потому, что ты знаешь, что Лея тебя с грязью смешает. — Вовсе нет. — Ты решил, что со мной будет легче. — Адриан, дело не в этом. — В чем же тогда? — Мне вас не хватает. — И тебе не стыдно? — Это ничего не изменит. — Да, верно. — Пока ты меня ненавидишь, но потом... — Что потом? Хочешь сказать, привыкнем? Как в Сирии привыкли к бомбам? А в Африке к СПИДу? Да, почему бы и нам не привыкнуть? Почему? Тебе нечего сказать? Ну пока!

    — Вы что, не в Париже? — Ты не знал? Хотя, откуда тебе знать, раз ты не звонил. Ты зачем звонишь? — Чтобы узнать, как вы. — Нет, почему мне? А я тебе скажу, почему. Потому, что кишка тонка позвонить маме. И потому, что ты знаешь, что Лея тебя с грязью смешает. — Вовсе нет. — Ты решил, что со мной будет легче. — Адриан, дело не в этом. — В чем же тогда? — Мне вас не хватает. — И тебе не стыдно? — Это ничего не изменит. — Да, верно. — Пока ты меня ненавидишь, но потом... — Что потом? Хочешь сказать, привыкнем? Как в Сирии привыкли к бомбам? А в Африке к СПИДу? Да, почему бы и нам не привыкнуть? Почему? Тебе нечего сказать? Ну пока!

    — отец Адриана · фильм