144 сильных цитаты: «Жизненные цитаты на тему «религия»»

144 цитаты про «Жизненные цитаты на тему «религия»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Последнее время меня отчего-то бесят люди, которые думают, будто знают ответы на все вопросы и могут объяснить, что случилось... с помощью упрощенных религиозных теорий.

   Последнее время меня отчего-то бесят люди, которые думают, будто знают ответы на все вопросы и могут объяснить, что случилось... с помощью упрощенных религиозных теорий.

   — Дэниел Киз · книга
2. «

   Если за две тысячи лет даже в самой христианской среде не выработалось механизма толерантности друг к другу, если само разнообразие христианских церквей разных толков — симптом отсутствия единомыслия — служило источником раздоров и религиозных войн, что же говорить об отношениях с миром внешним, определяемым как «языческий»?

   Если за две тысячи лет даже в самой христианской среде не выработалось механизма толерантности друг к другу, если само разнообразие христианских церквей разных толков — симптом отсутствия единомыслия — служило источником раздоров и религиозных войн, что же говорить об отношениях с миром внешним, определяемым как «языческий»?

   — Людмила Улицкая · книга
3. «

   Религиозная мания – один из немногих безошибочных способов реагирования на превратности судьбы, поскольку она целиком и полностью вычеркивает случайность. Для истинного религиозного маньяка все целенаправленно.

   Религиозная мания – один из немногих безошибочных способов реагирования на превратности судьбы, поскольку она целиком и полностью вычеркивает случайность. Для истинного религиозного маньяка все целенаправленно.

   — Стивен Кинг · книга
4. «

   Хуктон в лице отца Ральфа обрел настоящего ученого, слишком умного для панибратских отношений, возможно, святого, может быть, человека благородной крови, может, раскаявшегося грешника, возможно, сумасшедшего, но, несомненно, настоящего священнослужителя.

   Хуктон в лице отца Ральфа обрел настоящего ученого, слишком умного для панибратских отношений, возможно, святого, может быть, человека благородной крови, может, раскаявшегося грешника, возможно, сумасшедшего, но, несомненно, настоящего священнослужителя.

   — Бернард Корнуэлл · книга
5. «

   Чем более религиозен раб, тем более спокоен он.

   Чем более религиозен раб, тем более спокоен он.

   — Прощай, дядя Том (Addio zio Tom) · фильм
6. «

   Порой бывает, что грешивший больше всех, В итоге оказался самым честным на пороге храма. Ведь ему некуда идти, и просит он не о богатстве, Когда он просит о хорошей жизни.

   Порой бывает, что грешивший больше всех, В итоге оказался самым честным на пороге храма. Ведь ему некуда идти, и просит он не о богатстве, Когда он просит о хорошей жизни.
7. «

   ... Евангелие не религия, а лишь материал для создания таковой. Сколько людей — столько религий. Из той же книги можно почерпнуть много настоящей любви.

   ... Евангелие не религия, а лишь материал для создания таковой. Сколько людей — столько религий. Из той же книги можно почерпнуть много настоящей любви.

   — Людмила Улицкая · книга
8. «

   Главная наша забота — посвятить себя Христу, соединиться с Церковью. Если мы войдем в любовь Божию, то войдем и в Церковь. Если мы не войдем в Церковь, не станем едино со здешней, земной Церковью, существует опасность, что мы потеряем и небесную.

   Главная наша забота — посвятить себя Христу, соединиться с Церковью. Если мы войдем в любовь Божию, то войдем и в Церковь. Если мы не войдем в Церковь, не станем едино со здешней, земной Церковью, существует опасность, что мы потеряем и небесную.

   — Старец Порфирий Кавсокаливит
9. «

   Людям свойственно перекладывать ответственность на кого-то, и вот когда уже совсем не на кого, они кричат в небо, потому что бог — это всего лишь концепция, которой мы измеряем свою боль.

   Людям свойственно перекладывать ответственность на кого-то, и вот когда уже совсем не на кого, они кричат в небо, потому что бог — это всего лишь концепция, которой мы измеряем свою боль.
10. «

    Уже давно я пришел к выводу, что любая официальная религия являет собой ярчайший пример соответствия отжившим условиям. Если б меня спросили, от какого балласта следует миру избавиться ради его же блага, я бы не задумываясь ответил: от всякой официальной религии. Но я не отрицаю ее былую необходимость. Ни в коей мере я не отвергаю (вправе ли писатель?) нужность религии, впоследствии даже слепой и закоснелой, на том этапе, когда устаревший остов разрушают или подгоняют к новым условиям.

    Уже давно я пришел к выводу, что любая официальная религия являет собой ярчайший пример соответствия отжившим условиям. Если б меня спросили, от какого балласта следует миру избавиться ради его же блага, я бы не задумываясь ответил: от всякой официальной религии. Но я не отрицаю ее былую необходимость. Ни в коей мере я не отвергаю (вправе ли писатель?) нужность религии, впоследствии даже слепой и закоснелой, на том этапе, когда устаревший остов разрушают или подгоняют к новым условиям.

    — Джон Фаулз · книга
11. «

    Я всегда пытался выразить в моих книгах благоговейное уважение к житию и учению нашего Спасителя, ибо таковы мои чувства.

    Я всегда пытался выразить в моих книгах благоговейное уважение к житию и учению нашего Спасителя, ибо таковы мои чувства.

    — Чарльз Диккенс
12. «

    ... не надо быть религиозным человеком, чтобы испытывать сострадание и быть милосердным.

    ... не надо быть религиозным человеком, чтобы испытывать сострадание и быть милосердным.

    — Людмила Улицкая · книга
13. «

    Даже тот, кто не жалеет об исчезновении религиозных иллюзий из современной культурной жизни, сознаёт, что они были сильнейшей защитой от невротической опасности для людей, которые были ими связаны.

    Даже тот, кто не жалеет об исчезновении религиозных иллюзий из современной культурной жизни, сознаёт, что они были сильнейшей защитой от невротической опасности для людей, которые были ими связаны.

    — Зигмунд Фрейд
14. «

    Религия закрывает глаза на многие слабости людские, лишь бы соблюдались приличия.

    Религия закрывает глаза на многие слабости людские, лишь бы соблюдались приличия.

    — Эмиль Золя · книга
15. «

    Церковь совершенно не стремится к тому, чтобы люди не думали. Просто церковь считает, что у мыслей есть свой предел. И там, где заканчиваются размышления, начинается откровение.

    Церковь совершенно не стремится к тому, чтобы люди не думали. Просто церковь считает, что у мыслей есть свой предел. И там, где заканчиваются размышления, начинается откровение.

    — Джеффри Евгенидис · книга
16. «

    ... Мы должны проявлять толерантность, должны с пониманием относиться к верованиям других людей, но как быть, если те, кто исповедует иную, чем мы, веру, не хотят — НЕ ЖЕЛАЮТ! — проявлять толерантность по отношению к нам?

    ... Мы должны проявлять толерантность, должны с пониманием относиться к верованиям других людей, но как быть, если те, кто исповедует иную, чем мы, веру, не хотят — НЕ ЖЕЛАЮТ! — проявлять толерантность по отношению к нам?

    — Джоанн Харрис · книга
17. «

    Раньше верующие несли в храм добровольные пожертвования — сейчас они оплачивают все согласно православному прейскуранту.

    Раньше верующие несли в храм добровольные пожертвования — сейчас они оплачивают все согласно православному прейскуранту.
18. «

    Всегда трудно представить, какое настроение будет у Бабы. Он непредсказуем: сейчас Он грозно отчитывает или наказывает всех подряд, а в следующую минуту нежно улыбается, будто ничего не случилось. Иногда Он ходит угрюмый, не желая ни с кем разговаривать, как ребенок, и тут же через некоторое время весело беседует со всеми, от Его прежнего настроения не осталось и следа.

    Всегда трудно представить, какое настроение будет у Бабы. Он непредсказуем: сейчас Он грозно отчитывает или наказывает всех подряд, а в следующую минуту нежно улыбается, будто ничего не случилось. Иногда Он ходит угрюмый, не желая ни с кем разговаривать, как ребенок, и тут же через некоторое время весело беседует со всеми, от Его прежнего настроения не осталось и следа.

    — Ачарья Тапешварананда авадхута · книга
19. «

    Не пытайтесь доказать превосходства вашей религии над другими. Все религии хороши. Это разные пути к Богу. Все гуру велики. Все они были учителями, и их учения направлены на то, чтобы привести своих последователей к высшей цели. У всех религий одна и та же высшая цель. Различны лишь пути и учителя. Выбирайте то, что подходит именно вам, но с тем же уважением относитесь к другим религиям и учителям. На высшем уровне все святые и учителя равны. Между ними нет разницы.

    Не пытайтесь доказать превосходства вашей религии над другими. Все религии хороши. Это разные пути к Богу. Все гуру велики. Все они были учителями, и их учения направлены на то, чтобы привести своих последователей к высшей цели. У всех религий одна и та же высшая цель. Различны лишь пути и учителя. Выбирайте то, что подходит именно вам, но с тем же уважением относитесь к другим религиям и учителям. На высшем уровне все святые и учителя равны. Между ними нет разницы.

    — Мринал Кумар Гупта · книга
20. «

    Ныне среди тех, кто до сих пор делает вид, будто хранит записи и рассказывает истории, модно считать, что Завет якобы являлся неким кладезем благочестия предтечей появившейся позднее фундаментальной религии. Возможно, где-то так и было. Быть может, в Варадеше и делали всё, как положено. Однако, в пронции жрецы уже начали приобретать характерную репутацию. Они пили и предавались азартным играм. Они были жестоки — и пользовались этим, чтобы копить богатства. Даже верующие знали, что уплаченные ими десятины не целиком шли на украшение храмов. Система напоминала загнивший омут, холодное и маслянистое сердце которого закрыто от пытливого света солнца.

    Ныне среди тех, кто до сих пор делает вид, будто хранит записи и рассказывает истории, модно считать, что Завет якобы являлся неким кладезем благочестия предтечей появившейся позднее фундаментальной религии. Возможно, где-то так и было. Быть может, в Варадеше и делали всё, как положено. Однако, в пронции жрецы уже начали приобретать характерную репутацию. Они пили и предавались азартным играм. Они были жестоки — и пользовались этим, чтобы копить богатства. Даже верующие знали, что уплаченные ими десятины не целиком шли на украшение храмов. Система напоминала загнивший омут, холодное и маслянистое сердце которого закрыто от пытливого света солнца.

    — Крис Райт · книга