«религия» в 389 цитат

389 цитат про «религия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Церковь — место, где джентльмены, никогда не бывавшие на небесах, рассказывают небылицы тем, кто никогда туда не попадет.

   Церковь — место, где джентльмены, никогда не бывавшие на небесах, рассказывают небылицы тем, кто никогда туда не попадет.

   — Генри Луис Менкен
2. «

   Ты знаешь, Мэри, есть истина в вине и теле, религии и постели. Но я отыскал в тебе.

   Ты знаешь, Мэри, есть истина в вине и теле, религии и постели. Но я отыскал в тебе.
3. «

   Давайте рассуждать так. Очень сложно представить, что Адольф Гитлер и мать Тереза попадут в одно и то же место. Приятнее верить, что существует некая справедливость. Мое определение Бога – это попытка повернуться лицом к физике, математике и химии, которые мы уже немного понимаем. Это мой Бог. Что-то должно было что-то создать. Я лежу ночью в постели без сна и тревожусь. Думаю о том, как бы уйти куда-нибудь навсегда, улететь с облаками, арфами, ангелами, крыльями. У Святого Питера есть секрет, и Святой Питер однажды спросил Бога. А у него не было права спрашивать Бога, но Господь ему позволил. Бог сказал: «Хорошо, что у тебя за вопрос?». Если ты такой милосердный… если ты всезнающ, и ты создал всех своих детей, которых, как ты знаешь, несет прямо в Ад – зачем ты, Боже, вообще их создал? И ответ был: «Потому что Ад не вечен». Никто не попадает в Ад навечно. Это как комната ожидания – место, где нет Бога. А Питер снова спросил: «Если ты знаешь о страданиях людей на земле, почему такие ужасные вещи происходят с хорошими людьми?» А Бог ответил: «Потому что я настолько люблю их, что посылаю им боль, и переход из жизни в смерть получается более глубоким, что позволяет им прочувствовать мой дар лучше, чем другим».

   Давайте рассуждать так. Очень сложно представить, что Адольф Гитлер и мать Тереза попадут в одно и то же место. Приятнее верить, что существует некая справедливость. Мое определение Бога – это попытка повернуться лицом к физике, математике и химии, которые мы уже немного понимаем. Это мой Бог. Что-то должно было что-то создать. Я лежу ночью в постели без сна и тревожусь. Думаю о том, как бы уйти куда-нибудь навсегда, улететь с облаками, арфами, ангелами, крыльями. У Святого Питера есть секрет, и Святой Питер однажды спросил Бога. А у него не было права спрашивать Бога, но Господь ему позволил. Бог сказал: «Хорошо, что у тебя за вопрос?». Если ты такой милосердный… если ты всезнающ, и ты создал всех своих детей, которых, как ты знаешь, несет прямо в Ад – зачем ты, Боже, вообще их создал? И ответ был: «Потому что Ад не вечен». Никто не попадает в Ад навечно. Это как комната ожидания – место, где нет Бога. А Питер снова спросил: «Если ты знаешь о страданиях людей на земле, почему такие ужасные вещи происходят с хорошими людьми?» А Бог ответил: «Потому что я настолько люблю их, что посылаю им боль, и переход из жизни в смерть получается более глубоким, что позволяет им прочувствовать мой дар лучше, чем другим».

   — Питер Стил
4. «

   В Великобритании демонстранты несли плакаты с надписями «Смерть оскорбителям ислама», «Зарубим насмешников над исламом», «Европа, ты умрешь, гроза близится», и – по-видимому, без намеренной иронии – «Обезглавим считающих ислам религией насилия».

   В Великобритании демонстранты несли плакаты с надписями «Смерть оскорбителям ислама», «Зарубим насмешников над исламом», «Европа, ты умрешь, гроза близится», и – по-видимому, без намеренной иронии – «Обезглавим считающих ислам религией насилия».

   — Ричард Докинз · книга
5. «

   Кто-то мечтает о деньгах. Кто-то мечтает о любви. Мой отец мечтал об океане огня. Нам дали Эдем, но мы превратили его в Содом. Разве мы заслуживаем спасения? Господь дал Ною рыбу, наслав потоп. Но со мной он был строже... Он сказал: пророчица, подготовь мне народ рыбаков. Как и мой отец, я знаю всё, что будет и чего быть не должно... И что Господь получил в обмен на свои дары? Еву и её яблоко? Содом и Гоморру? Род людской наделал столько долгов, что смыть их мог только потоп. Что такое Колумбия, если не новый ковчег?... Один человек обещал освободить меня от цепей. Но потом бросил меня ради своей выгоды. Хотя в чём-то я ему даже благодарна: он показал мне цену веры. Господь, как и я, поверил в людей, и разочаровался в них... Стоит ли нас спасать, если мы не можем спастись? Не будет спасения, покуда города и равнины не поглотит огонь... Этот мир родился заново, и теперь пришёл черёд миллиона иных. Крещение — это перерождение души. Но иногда на пути встаёт разум. Если разум противится, надо показать ему самого себя во всех проявлениях. Он либо уступит, либо перестанет существовать.

   Кто-то мечтает о деньгах. Кто-то мечтает о любви. Мой отец мечтал об океане огня. Нам дали Эдем, но мы превратили его в Содом. Разве мы заслуживаем спасения? Господь дал Ною рыбу, наслав потоп. Но со мной он был строже... Он сказал: пророчица, подготовь мне народ рыбаков. Как и мой отец, я знаю всё, что будет и чего быть не должно... И что Господь получил в обмен на свои дары? Еву и её яблоко? Содом и Гоморру? Род людской наделал столько долгов, что смыть их мог только потоп. Что такое Колумбия, если не новый ковчег?... Один человек обещал освободить меня от цепей. Но потом бросил меня ради своей выгоды. Хотя в чём-то я ему даже благодарна: он показал мне цену веры. Господь, как и я, поверил в людей, и разочаровался в них... Стоит ли нас спасать, если мы не можем спастись? Не будет спасения, покуда города и равнины не поглотит огонь... Этот мир родился заново, и теперь пришёл черёд миллиона иных. Крещение — это перерождение души. Но иногда на пути встаёт разум. Если разум противится, надо показать ему самого себя во всех проявлениях. Он либо уступит, либо перестанет существовать.

   — Элизабет (Elizabeth) · игра
6. «

   Вера – первое, в чем я начал сомневаться. Потому что начал сомневаться в божественной справедливости. Еще в детском саду я задумался: а что, на небе со мной все будет так же, как с протестантами, как с католиками? Меня вообще всегда интересовала возможность несправедливости. Ко мне-то все были очень расположены, я с детства нравился людям, был, что называется, прелестным ребенком. Другие нравились меньше, и я замечал это. И по вечерам изводил маму вопросами, главный из которых был, конечно, «почему?». А она мне говорила: то, что ты нравишься людям, – дополнительные возможности и дополнительная ответственность. И только. Но во мне поселилось чувство вины, что смешно, из-за несправедливого мироустройства. А потом религия и вовсе перестала устраивать меня – из-за догмы, предписывающей, что можно, а что нельзя. А это опасно – любое предписание. Жизнь состоит из различий, все имеет право на жизнь. Мне ближе ментальность древних греков: они знали, что такое повороты колеса фортуны, взлеты и падения. У них глубже понимание самой природы человека, его натуры. Для них естество первично.

   Вера – первое, в чем я начал сомневаться. Потому что начал сомневаться в божественной справедливости. Еще в детском саду я задумался: а что, на небе со мной все будет так же, как с протестантами, как с католиками? Меня вообще всегда интересовала возможность несправедливости. Ко мне-то все были очень расположены, я с детства нравился людям, был, что называется, прелестным ребенком. Другие нравились меньше, и я замечал это. И по вечерам изводил маму вопросами, главный из которых был, конечно, «почему?». А она мне говорила: то, что ты нравишься людям, – дополнительные возможности и дополнительная ответственность. И только. Но во мне поселилось чувство вины, что смешно, из-за несправедливого мироустройства. А потом религия и вовсе перестала устраивать меня – из-за догмы, предписывающей, что можно, а что нельзя. А это опасно – любое предписание. Жизнь состоит из различий, все имеет право на жизнь. Мне ближе ментальность древних греков: они знали, что такое повороты колеса фортуны, взлеты и падения. У них глубже понимание самой природы человека, его натуры. Для них естество первично.

   — Брэд Питт
7. «

   Однажды я встретил священника-иезуита, и сказал: «Какая самая короткая молитва в мире?» И он сказал: «Хер с ним».

   Однажды я встретил священника-иезуита, и сказал: «Какая самая короткая молитва в мире?» И он сказал: «Хер с ним».

   — Энтони Хопкинс
8. «

   Ни один верующий не позволит этим или им подобным аргументам поколебать себя в своей вере. Верующий хранит определённую нежную привязанность к содержанию религии. Конечно, существует несчетное множество других, которые не являются верующими в том же самом смысле. Они повинуются предписаниям культуры, потому что робеют перед угрозами религии, и они боятся её, пока вынуждены считать её частью ограничивающей их реальности.

   Ни один верующий не позволит этим или им подобным аргументам поколебать себя в своей вере. Верующий хранит определённую нежную привязанность к содержанию религии. Конечно, существует несчетное множество других, которые не являются верующими в том же самом смысле. Они повинуются предписаниям культуры, потому что робеют перед угрозами религии, и они боятся её, пока вынуждены считать её частью ограничивающей их реальности.

   — Зигмунд Фрейд · книга
9. «

   Прекрасные чувства, большая проницательность, возросший интерес к религии не значат ничего, если поведение наше не меняется в лучшую сторону, как ничего не значит то, что больной чувствует себя лучше, если температура по-прежнему повышается.

   Прекрасные чувства, большая проницательность, возросший интерес к религии не значат ничего, если поведение наше не меняется в лучшую сторону, как ничего не значит то, что больной чувствует себя лучше, если температура по-прежнему повышается.

   — Клайв Стейплз Льюис
10. «

    А если бы Бог из Адамова ребра сотворил другого Адама?

    А если бы Бог из Адамова ребра сотворил другого Адама?

    — Станислав Ежи Лец
11. «

    Они [религии] отличаются одна от другой лишь внешними симптомами. А сама болезнь — это религиозная направленность ума, это потребность человека создать себе фетиш и обоготворить его, пасть ниц перед кем-нибудь и поклоняться ему. Кто это будет — Христос, Будда или дикарский тотем — не имеет значения.

    Они [религии] отличаются одна от другой лишь внешними симптомами. А сама болезнь — это религиозная направленность ума, это потребность человека создать себе фетиш и обоготворить его, пасть ниц перед кем-нибудь и поклоняться ему. Кто это будет — Христос, Будда или дикарский тотем — не имеет значения.

    — Этель Лилиан Войнич · книга
12. «

    Журналист: «Какое это чувство — знать, что у террористов 11 сентября была та же религия, что и у Вас?». Мохаммед Али: «Какое это чувство — знать, что у Гитлера была та же религия, что и у Вас?»

    Журналист: «Какое это чувство — знать, что у террористов 11 сентября была та же религия, что и у Вас?». Мохаммед Али: «Какое это чувство — знать, что у Гитлера была та же религия, что и у Вас?»

    — Мохаммед Али
13. «

    Я не против верующих. Знаете, я говорил с ними, слушал, как они нудят: «Я усердно молился, и появилась фея!» Правда? Отлично. Держи печеньице. Единственно мне не нравится, когда они пытаются заставить меня увидеть фею. «Ты должен пустить фею в своё сердце!» Послушай, да я не пустил бы её даже в свой сад, ясно? Пристрелил бы без предупреждения. Если бы она существовала. Но её нет. Так что держи второе печеньице и, пожалуйста, успокойся, хорошо?

    Я не против верующих. Знаете, я говорил с ними, слушал, как они нудят: «Я усердно молился, и появилась фея!» Правда? Отлично. Держи печеньице. Единственно мне не нравится, когда они пытаются заставить меня увидеть фею. «Ты должен пустить фею в своё сердце!» Послушай, да я не пустил бы её даже в свой сад, ясно? Пристрелил бы без предупреждения. Если бы она существовала. Но её нет. Так что держи второе печеньице и, пожалуйста, успокойся, хорошо?

    — Дилан Моран
14. «

    Отнимите у христианина страх перед адом, и вы отнимите у него веру.

    Отнимите у христианина страх перед адом, и вы отнимите у него веру.

    — Дени Дидро
15. «

    Перевод: Никакого мира. Только бесконечный Рай или бесконечный Ад, в зависимости от того, кто выиграет. Кроули не знал, что было хуже.

    Перевод: Никакого мира. Только бесконечный Рай или бесконечный Ад, в зависимости от того, кто выиграет. Кроули не знал, что было хуже.

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    Глубоко верующий человек — это игрушка, марионетка. Свои желания всегда можно облечь в желания господа, и тогда он сделает все, что угодно.

    Глубоко верующий человек — это игрушка, марионетка. Свои желания всегда можно облечь в желания господа, и тогда он сделает все, что угодно.

    — Юрий Бурносов · книга
17. «

    Основным различием между обеими религиями-dеcаdеncе остаётся то, что буддизм не обещает, но исполняет, христианство же обещает всё, но не исполняет ничего.

    Основным различием между обеими религиями-dеcаdеncе остаётся то, что буддизм не обещает, но исполняет, христианство же обещает всё, но не исполняет ничего.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
18. «

    … я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий… Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше.

    … я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий… Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше.

    — Владимир Ильич Ленин
19. «

    Ребятишек учат в воскресной школе, что честность, прямота, забота о душе должны служить главными ориентирами в жизни, в то время как «жизнь учит» , что следование этим принципам делает из нас в лучшем случае беспочвенных мечтателей.

    Ребятишек учат в воскресной школе, что честность, прямота, забота о душе должны служить главными ориентирами в жизни, в то время как «жизнь учит» , что следование этим принципам делает из нас в лучшем случае беспочвенных мечтателей.

    — Эрих Фромм · книга
20. «

    — Не знаю, что меня больше вставляет, разбивать машины или морды... — Радуйся, что тебе не надо выбирать! Пошли, нам завтра в церковь!..

    — Не знаю, что меня больше вставляет, разбивать машины или морды... — Радуйся, что тебе не надо выбирать! Пошли, нам завтра в церковь!..

    — уличный грабитель · мультфильм