495 сильных цитат: «религия»

495 цитат про «религия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Религиозные люди любят обращать внимание на то, что Исаак Ньютон был верующим. Ну конечно был – он же жил до Дарвина. До Дарвина быть атеистом было, наверно, не так-то просто.

   Религиозные люди любят обращать внимание на то, что Исаак Ньютон был верующим. Ну конечно был – он же жил до Дарвина. До Дарвина быть атеистом было, наверно, не так-то просто.

   — Ричард Докинз
2. «

   Религиозный диспут двух философов всегда оканчивается войной двух народов...

   Религиозный диспут двух философов всегда оканчивается войной двух народов...

   — Андрей Белянин · книга
3. «

   Больше людей было убито во имя Бога, чем по какой-либо другой причине.

   Больше людей было убито во имя Бога, чем по какой-либо другой причине.

   — Джордж Карлин
4. «

   У меня свой бог. Назвать меня неверующим нельзя, но то, во что верю я, для других неприемлемо. Поэтому со своей жизнью я имею поступать согласно своей религии, а она повелевает не дожидаться, а действовать.

   У меня свой бог. Назвать меня неверующим нельзя, но то, во что верю я, для других неприемлемо. Поэтому со своей жизнью я имею поступать согласно своей религии, а она повелевает не дожидаться, а действовать.

   — Наталья Андреева · книга
5. «

   Религия одного века — это художественная литература другого.

   Религия одного века — это художественная литература другого.

   — Ральф Уолдо Эмерсон
6. «

   Чем был бы Рим без хорошего заговора?!

   Чем был бы Рим без хорошего заговора?!

   — Родриго Борджиа · сериал
7. «

   — Я, может быть, социалист, но я не сумасшедший. — Не уверена, что Папа знает разницу.

   — Я, может быть, социалист, но я не сумасшедший. — Не уверена, что Папа знает разницу.

   — Том Бренсон · сериал
8. «

   Церковь навязывала бедность верующим, но играла на валютных и фондовых биржах через банк Ватикана. Проповедовала отрешенность от мира, но скупала недвижимость, как любая другая частная компания. Прощала прелюбодеяние и отлучала еретиков. Весьма сурово обходилась со своими реформаторами, но подписывала договоры с теми, кто хотел уничтожить её. Церковь не сулила легкой жизни, но вступившие в неё желали умереть в её лоне, и папа, кардинал или простая прачка с благодарностью приняли бы причастие перед смертью у священника самой захудалой деревушки.

   Церковь навязывала бедность верующим, но играла на валютных и фондовых биржах через банк Ватикана. Проповедовала отрешенность от мира, но скупала недвижимость, как любая другая частная компания. Прощала прелюбодеяние и отлучала еретиков. Весьма сурово обходилась со своими реформаторами, но подписывала договоры с теми, кто хотел уничтожить её. Церковь не сулила легкой жизни, но вступившие в неё желали умереть в её лоне, и папа, кардинал или простая прачка с благодарностью приняли бы причастие перед смертью у священника самой захудалой деревушки.

   — Моррис Уэст · книга
9. «

   Если бы исповедники всех религий полюбили друг друга, всем религиям пришел бы конец.

   Если бы исповедники всех религий полюбили друг друга, всем религиям пришел бы конец.

   — Бернар ле Бовье де Фонтенель
10. «

    Что такое религия..., как не мантия, скрывающая жажду власти, скрывающая правду? И что самое прискорбное, эта мантия — алая от крови тех, кто осмелился высказать мнение, отличное от их господ.

    Что такое религия..., как не мантия, скрывающая жажду власти, скрывающая правду? И что самое прискорбное, эта мантия — алая от крови тех, кто осмелился высказать мнение, отличное от их господ.

    — Виктория Хольт · книга
11. «

    Ты спрашиваешь какая у меня религия? Любовь, конечно же. Только любовь. Я не собираюсь одеваться в серьёзные одежды и скрывать в своём сердце ненависть к другим религиям. Я знаю много достойных духовных людей из разных религий. И ещё я знаю, что они ничем не отличаются. Они даже говорят одно и то же, но разными словами. И их религия — любовь.

    Ты спрашиваешь какая у меня религия? Любовь, конечно же. Только любовь. Я не собираюсь одеваться в серьёзные одежды и скрывать в своём сердце ненависть к другим религиям. Я знаю много достойных духовных людей из разных религий. И ещё я знаю, что они ничем не отличаются. Они даже говорят одно и то же, но разными словами. И их религия — любовь.
12. «

    Ад, должно быть, клевое место, раз малые, что придумали религию, так хотели, чтобы туда, кроме них, никто не попал.

    Ад, должно быть, клевое место, раз малые, что придумали религию, так хотели, чтобы туда, кроме них, никто не попал.

    — Аль Капоне
13. «

    Раньше у нас была религия и прочие глупости. А теперь надо, чтобы у каждого был кто-нибудь, с кем можно поговорить по душам, потому что отвага отвагой, а одиночество свое всё-таки чувствуешь.

    Раньше у нас была религия и прочие глупости. А теперь надо, чтобы у каждого был кто-нибудь, с кем можно поговорить по душам, потому что отвага отвагой, а одиночество свое всё-таки чувствуешь.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
14. «

    Потребление — вот религия современного человека.

    Потребление — вот религия современного человека.

    — Жан-Кристоф Гранже · книга
15. «

    Само слово «религия» заставляло его отпрянуть, холодея от растерянности при мысли, что люди могут так ненавидеть друг друга за поклонение одному и тому же Богу, только выражаемое по-разному.

    Само слово «религия» заставляло его отпрянуть, холодея от растерянности при мысли, что люди могут так ненавидеть друг друга за поклонение одному и тому же Богу, только выражаемое по-разному.

    — Арчибалд Кронин · книга
16. «

    — Вы мусульманин? — Нет, я телевизионщик. Не надо быть мусульманином, чтобы постичь дивную поэзию образов.

    — Вы мусульманин? — Нет, я телевизионщик. Не надо быть мусульманином, чтобы постичь дивную поэзию образов.

    — Иви Хэммонд · фильм
17. «

    ... По утрам, попивая чай, я вглядывался в парящий силуэт колокольни и чувствовал, как ежатся и растворяются в чистом воздухе ночные химеры, как покой и мир, пусть ненадолго, входят в душу. Это был покой с привкусом полыни и мир, припорошенный солью высохших слез — своих и чужих. Но иного мира, иного покоя у нормального человека в наше вполне нормальное время быть не может.

    ... По утрам, попивая чай, я вглядывался в парящий силуэт колокольни и чувствовал, как ежатся и растворяются в чистом воздухе ночные химеры, как покой и мир, пусть ненадолго, входят в душу. Это был покой с привкусом полыни и мир, припорошенный солью высохших слез — своих и чужих. Но иного мира, иного покоя у нормального человека в наше вполне нормальное время быть не может.

    — Вячеслав Сухнев · книга
18. «

    Мир изумился бы, если бы узнал, как много самых блестящих личностей, самых выдающихся, даже в глазах рассудительных и благочестивых обывателей, людей проявляют полный скептицизм по отношению к религии.

    Мир изумился бы, если бы узнал, как много самых блестящих личностей, самых выдающихся, даже в глазах рассудительных и благочестивых обывателей, людей проявляют полный скептицизм по отношению к религии.

    — Ричард Докинз · книга
19. «

    Религия — область человеческих домыслов.

    Религия — область человеческих домыслов.
20. «

    При Ельцине это не было странным и из ряда вон выходящим явлением — по улицам бродило много нищих, потерявших работу, спившихся бывших интеллигентных и добропорядочных граждан, не нашедших себя в новой действительности. Именно на этой почве повсеместной неудовлетворенности, незанятости и ненужности многих профессионалов советского периода православие вошло в большую моду, и каждый неудачник — кто терял работу, жену, мужа, судьбу, бежал в церковь, хотя и веровал далеко не всегда.

    При Ельцине это не было странным и из ряда вон выходящим явлением — по улицам бродило много нищих, потерявших работу, спившихся бывших интеллигентных и добропорядочных граждан, не нашедших себя в новой действительности. Именно на этой почве повсеместной неудовлетворенности, незанятости и ненужности многих профессионалов советского периода православие вошло в большую моду, и каждый неудачник — кто терял работу, жену, мужа, судьбу, бежал в церковь, хотя и веровал далеко не всегда.

    — Анна Политковская · книга