Подборка «Родина» — 490 цитат

Собрали 490 цитат на тему «Родина» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   И лишь одно с предельной остротой Мне кажется почти невероятным: Ну как случалось, что с родной землей Иные люди разлучась порой, Вдруг не рвались в отчаянье обратно?!

   И лишь одно с предельной остротой Мне кажется почти невероятным: Ну как случалось, что с родной землей Иные люди разлучась порой, Вдруг не рвались в отчаянье обратно?!

   — Эдуард Аркадьевич Асадов
2. «

   Мы все знали, что умрем там, где живем. Моя Родина — Советский Союз! Как в тюрьме — лежишь ты в камере или ходишь, ты все равно — сидишь!

   Мы все знали, что умрем там, где живем. Моя Родина — Советский Союз! Как в тюрьме — лежишь ты в камере или ходишь, ты все равно — сидишь!

   — Елена Бочоришвили · книга
3. «

   – ... Ведь эта Фландрия в самом деле прекрасная страна. – Не слишком прекрасная, брат, не слишком! – О, я говорю о стране, какой её создал господь, а не о людях, – они-то всегда портят его творения.

   – ... Ведь эта Фландрия в самом деле прекрасная страна. – Не слишком прекрасная, брат, не слишком! – О, я говорю о стране, какой её создал господь, а не о людях, – они-то всегда портят его творения.

   — Александр Дюма · книга
4. «

   Пусть знают, что тот кто навредил нашей Родине, нашему флагу и нашим любимым, не может жить спокойно.

   Пусть знают, что тот кто навредил нашей Родине, нашему флагу и нашим любимым, не может жить спокойно.

   — Явуз · сериал
5. «

   Над тобою солнце светит, льётся с высоты. Всё на свете, всё на свете сможем я и ты! Я прильну, земля, к твоим берёзам, Я взгляну в глаза весёлым грозам И, смеясь от счастья, упаду в твои цветы.

   Над тобою солнце светит, льётся с высоты. Всё на свете, всё на свете сможем я и ты! Я прильну, земля, к твоим берёзам, Я взгляну в глаза весёлым грозам И, смеясь от счастья, упаду в твои цветы.
6. «

   Когда Елисава смотрела, как огненное колесо мчится вниз по обрыву к днепровской воде, у нее на глазах выступили слезы — от радости, от ощущения сопричастности к божественным тайнам, от счастья и пронзительной боли в груди. Ее отец — полуваряг-полуславянин, ее мать — полушведка-полувендка, и северной крови в их детях, пожалуй, даже больше, чем славянской. И все же сейчас Елисава ощущала себя истинной дочерью этой земли и этого неба, родной сестрой белоствольных берез. Наверное, земля, на которой ты вырос, важнее, чем кровь, ибо она подчиняет и делает своим любого, кто дышит ее воздухом, пьет ее воду и ест ее хлеб. И хотя этот праздник только усилил боль Елисавы от разлуки с родиной, она была рада, что он выпал на эти дни и дал ей на прощание столь глубоко прочувствовать родство с Русью.

   Когда Елисава смотрела, как огненное колесо мчится вниз по обрыву к днепровской воде, у нее на глазах выступили слезы — от радости, от ощущения сопричастности к божественным тайнам, от счастья и пронзительной боли в груди. Ее отец — полуваряг-полуславянин, ее мать — полушведка-полувендка, и северной крови в их детях, пожалуй, даже больше, чем славянской. И все же сейчас Елисава ощущала себя истинной дочерью этой земли и этого неба, родной сестрой белоствольных берез. Наверное, земля, на которой ты вырос, важнее, чем кровь, ибо она подчиняет и делает своим любого, кто дышит ее воздухом, пьет ее воду и ест ее хлеб. И хотя этот праздник только усилил боль Елисавы от разлуки с родиной, она была рада, что он выпал на эти дни и дал ей на прощание столь глубоко прочувствовать родство с Русью.

   — Елизавета Дворецкая · книга
7. «

   За собственную родину человек должен драться изо всех сил, даже если чувствует, что это безнадежно...

   За собственную родину человек должен драться изо всех сил, даже если чувствует, что это безнадежно...

   — Исуна Хасэкура · книга
8. «

   Любят родину не за то, что она велика, а за то, что своя.

   Любят родину не за то, что она велика, а за то, что своя.

   — Луций Анней Сенека · книга
9. «

   Если бы в жизни только и было суждено телом остановить пулю, летящую в сторону родины, то и для этого стоило рождаться на свет!

   Если бы в жизни только и было суждено телом остановить пулю, летящую в сторону родины, то и для этого стоило рождаться на свет!

   — Леонид Леонов · книга
10. «

    Легко любить Родину, когда ей хорошо. А надо любить ее и тогда, когда ей плохо. И не бежать от нее, а оставаться с ней в беде и радости, пока смерть не разлучит вас.

    Легко любить Родину, когда ей хорошо. А надо любить ее и тогда, когда ей плохо. И не бежать от нее, а оставаться с ней в беде и радости, пока смерть не разлучит вас.

    — Марина Гримич
11. «

    Неприлично дело свободы Отечества и водворения порядка начинать беспорядками и кровопролитием.

    Неприлично дело свободы Отечества и водворения порядка начинать беспорядками и кровопролитием.

    — Кондратий Федорович Рылеев
12. «

    Родина отреклась от нас. Да, это несправедливо. И что? Забыть родину трудно. Скажу больше: невозможно. Она всегда первая, даже в изгнании.

    Родина отреклась от нас. Да, это несправедливо. И что? Забыть родину трудно. Скажу больше: невозможно. Она всегда первая, даже в изгнании.

    — Генри Лайон Олди · книга
13. «

    Я предпочитаю бичевать свою родину, предпочитаю огорчать ее, предпочитаю унижать ее, только бы ее не обманывать.

    Я предпочитаю бичевать свою родину, предпочитаю огорчать ее, предпочитаю унижать ее, только бы ее не обманывать.

    — Пётр Яковлевич Чаадаев
14. «

    Великая истина открылась мне. Я узнал: люди живут. А смысл их жизни в их доме. Дорога, ячменное поле, склон холма разговаривают по-разному с чужаком и с тем, кто здесь родился. <...> Дом противостоит пространству, традиции противостоят бегу времени.

    Великая истина открылась мне. Я узнал: люди живут. А смысл их жизни в их доме. Дорога, ячменное поле, склон холма разговаривают по-разному с чужаком и с тем, кто здесь родился. <...> Дом противостоит пространству, традиции противостоят бегу времени.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
15. «

    Наши пелёнки считают могилами, А старики до заслуженной пенсии Не доживают и с этими вилами Вряд ли их старость достойно устроится…

    Наши пелёнки считают могилами, А старики до заслуженной пенсии Не доживают и с этими вилами Вряд ли их старость достойно устроится…
16. «

    Ежели русский скажет вам, что он не любит Родину, не верьте ему, он не русский.

    Ежели русский скажет вам, что он не любит Родину, не верьте ему, он не русский.

    — Юрий Селезнев · книга
17. «

    Все это — шумный протест порабощенных микроорганизмов, которые извиваются и шипят, защищая незыблемость священной своей родины — стеклянной лабораторной пластинки.

    Все это — шумный протест порабощенных микроорганизмов, которые извиваются и шипят, защищая незыблемость священной своей родины — стеклянной лабораторной пластинки.

    — Салман Рушди · книга
18. «

    Идея отечества одинаково для всех плодотворна. Честным она внушает мысль о подвиге, бесчестных — предостерегает от множества гнусностей, которые без нее, несомненно, были бы совершены.

    Идея отечества одинаково для всех плодотворна. Честным она внушает мысль о подвиге, бесчестных — предостерегает от множества гнусностей, которые без нее, несомненно, были бы совершены.

    — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
19. «

    Промышленность и капитал действуют развратительно отторгнувшись от земли, стало быть от родины от своих.

    Промышленность и капитал действуют развратительно отторгнувшись от земли, стало быть от родины от своих.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
20. «

    За границу я прежде ездил, и всегда мне тошно бывало. Не то чтоб, а вот заря занимается, залив Неаполитанский, море, смотришь, и как-то грустно. Всего противнее, что ведь действительно о чем-то грустишь! Нет, на родине лучше: тут, по крайней мере, во всем других винишь, а себя оправдываешь.

    За границу я прежде ездил, и всегда мне тошно бывало. Не то чтоб, а вот заря занимается, залив Неаполитанский, море, смотришь, и как-то грустно. Всего противнее, что ведь действительно о чем-то грустишь! Нет, на родине лучше: тут, по крайней мере, во всем других винишь, а себя оправдываешь.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга