531 глубоких цитата про «Россия»

531 цитата про «Россия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Выдвинутая президентом России программа сноса ветхого жилья поставит под сомнение дальнейшее существование России.

   Выдвинутая президентом России программа сноса ветхого жилья поставит под сомнение дальнейшее существование России.

   — Михаил Задорнов
2. «

   Наше нормальное состояние — это ползти и выползать. Это уникальная способность России выползать из пропастей с перебитыми костями, иногда на зубах, если зубов нет — на деснах.

   Наше нормальное состояние — это ползти и выползать. Это уникальная способность России выползать из пропастей с перебитыми костями, иногда на зубах, если зубов нет — на деснах.

   — Александр Лебедь
3. «

   У России нет друзей. Нашей огромности боятся.

   У России нет друзей. Нашей огромности боятся.

   — Александр III
4. «

   Европа! Европа! Это вечное стремление идти в ногу с Европой задерживало наше национальное развитие бог знает на сколько лет.

   Европа! Европа! Это вечное стремление идти в ногу с Европой задерживало наше национальное развитие бог знает на сколько лет.

   — Великий князь Александр Михайлович · книга
5. «

   Есть три места с нетронутой природой, из которых я возвращаюсь обновленным. Это — Камчатка, Байкал, Горный Алтай.

   Есть три места с нетронутой природой, из которых я возвращаюсь обновленным. Это — Камчатка, Байкал, Горный Алтай.

   — Николай Дроздов
6. «

   В настоящей России мало надежды на любовь и ту жизнь, какую вы описываете в своих книгах. Зато есть много водки, дни похожи один на другой, а смысл жизни и перспективы хоть каких-то перемен полностью отсутствует.

   В настоящей России мало надежды на любовь и ту жизнь, какую вы описываете в своих книгах. Зато есть много водки, дни похожи один на другой, а смысл жизни и перспективы хоть каких-то перемен полностью отсутствует.

   — Януш Леон Вишневский · книга
7. «

   В правительстве России сидят преступники. Угнетение будет встречено революцией. ЛГБТ-россияне, вы не одиноки. Мы будем бороться за вашу свободу.

   В правительстве России сидят преступники. Угнетение будет встречено революцией. ЛГБТ-россияне, вы не одиноки. Мы будем бороться за вашу свободу.

   — Леди Гага
8. «

   — Вы ощущаете сегодня Россию уставшей или, наоборот, страной пробудившейся, способной на некоторый прорыв в будущее? — Вы спрашиваете меня, поэтому я отвечаю совершенно субъективно. Нет, это страна, которая в будущее не ориентирована. Все, что будет происходить, произойдет, как бы сказать, невольно и в сильной степени противу желания людей. Будет продиктовано не столько видением, концепцией, не говоря уж о диалоге с миром, сколько необходимостью. Повседневной жизнью. У России была возможность стать чем-то иным в этом столетии. Была бы возможность — если бы революция 17-го произошла на тридцать лет позже, если бы индустриализация, начавшаяся на рубеже веков, получила развитие и некая широкая промышленная база с коммуникациями и всеми прочими делами была бы унаследована новой политической системой. Но этого не произошло. Дело в том, что видение общества, жертвами которого оказались жители Европы и России и особенности. Основание этого видения, этой концепции социалистической заложили люди типа Гегеля, типа Маркса, и это были городские умы, городские мальчики. И когда они говорили об обществе, они видели не все общество, они видели город. Когда они говорили о прогрессивных силах в обществе, они имели в виду пролетариат. О консервативных — деревню. Но делить общество на прогрессивные и консервативные силы для социального реформатора, для социального мыслителя просто преступно. Глупо. Нельзя устанавливать иерархию между людьми. В результате возникла довольно диковинная ситуация — не только в России, уверяю вас, — возникла совершенно замечательная пирамида общества, на основание которой никто не обращал внимания. И кончилось тем, чем это кончилось, — в России прежде всего пирамида осела.

   — Вы ощущаете сегодня Россию уставшей или, наоборот, страной пробудившейся, способной на некоторый прорыв в будущее? — Вы спрашиваете меня, поэтому я отвечаю совершенно субъективно. Нет, это страна, которая в будущее не ориентирована. Все, что будет происходить, произойдет, как бы сказать, невольно и в сильной степени противу желания людей. Будет продиктовано не столько видением, концепцией, не говоря уж о диалоге с миром, сколько необходимостью. Повседневной жизнью. У России была возможность стать чем-то иным в этом столетии. Была бы возможность — если бы революция 17-го произошла на тридцать лет позже, если бы индустриализация, начавшаяся на рубеже веков, получила развитие и некая широкая промышленная база с коммуникациями и всеми прочими делами была бы унаследована новой политической системой. Но этого не произошло. Дело в том, что видение общества, жертвами которого оказались жители Европы и России и особенности. Основание этого видения, этой концепции социалистической заложили люди типа Гегеля, типа Маркса, и это были городские умы, городские мальчики. И когда они говорили об обществе, они видели не все общество, они видели город. Когда они говорили о прогрессивных силах в обществе, они имели в виду пролетариат. О консервативных — деревню. Но делить общество на прогрессивные и консервативные силы для социального реформатора, для социального мыслителя просто преступно. Глупо. Нельзя устанавливать иерархию между людьми. В результате возникла довольно диковинная ситуация — не только в России, уверяю вас, — возникла совершенно замечательная пирамида общества, на основание которой никто не обращал внимания. И кончилось тем, чем это кончилось, — в России прежде всего пирамида осела.

   — Иосиф Александрович Бродский
9. «

   Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления.

   Российская власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления.

   — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин
10. «

    — Наполеон, не лезь на Россию! — Но я — самый великий! — Кто тебе это сказал? — Жозефина. — Ну, так и лезь на Жозефину, Россия тут причём?

    — Наполеон, не лезь на Россию! — Но я — самый великий! — Кто тебе это сказал? — Жозефина. — Ну, так и лезь на Жозефину, Россия тут причём?

    — Арарат Кещян
11. «

    Дорогие россияне. Этот год был сложным. Сначала я немного испугался, когда вы начали ходить сотнями тысяч по площадям. Но потом нарисовали выборы, посадили некоторых из вас в тюрьму и все стало более менее нормально. В этом году мнение и права многих граждан вертели на хую. Но, к счастью, их вестибулярный аппарат оказался подготовлен, и страну не заблевали. В этом году мы поняли, что ваше терпение безгранично, иначе сейчас на столбах болтались бы не гирлянды, а депутаты и члены правительства. Если в эту новогоднюю ночь вы почувствуете себя плохо, включите Первый канал. Вас стошнит и вам полегчает. Дорогие друзья, не могли бы вы в новом году стать чуточку дешевле. Вас много, а нефть одна.

    Дорогие россияне. Этот год был сложным. Сначала я немного испугался, когда вы начали ходить сотнями тысяч по площадям. Но потом нарисовали выборы, посадили некоторых из вас в тюрьму и все стало более менее нормально. В этом году мнение и права многих граждан вертели на хую. Но, к счастью, их вестибулярный аппарат оказался подготовлен, и страну не заблевали. В этом году мы поняли, что ваше терпение безгранично, иначе сейчас на столбах болтались бы не гирлянды, а депутаты и члены правительства. Если в эту новогоднюю ночь вы почувствуете себя плохо, включите Первый канал. Вас стошнит и вам полегчает. Дорогие друзья, не могли бы вы в новом году стать чуточку дешевле. Вас много, а нефть одна.
12. «

    А какая Америка? — Америка — она как… офисный стул! Удобно, функционально, везде ручечки, можно под себя настроить. Но скучно. — А какая Англия? — Англия — она как старое кожаное кресло. Неповоротливое, тяжелое, где-то протертое, где-то дырявое. Но уютное! И неповторимый запах… — А Россия? — Россия? Хм. Садовая скамейка. Жестко. Занозы. Дует… Но на ней вырезаны наши имена.

    А какая Америка? — Америка — она как… офисный стул! Удобно, функционально, везде ручечки, можно под себя настроить. Но скучно. — А какая Англия? — Англия — она как старое кожаное кресло. Неповоротливое, тяжелое, где-то протертое, где-то дырявое. Но уютное! И неповторимый запах… — А Россия? — Россия? Хм. Садовая скамейка. Жестко. Занозы. Дует… Но на ней вырезаны наши имена.
13. «

    Но главной сферой его достижений, в понимании этих 86%, является международная политика, где он, как люди говорят, «заставил другие страны признать статус великой державы России». Это – символическое восполнение повседневного чувства постоянного унижения маленького человека. Это чрезвычайно важные вещи. Речь, когда заходит разговор о том, почему люди одобряют Путина, о ценностях, а не об интересах повышения зарплат, на что надеются, но не очень верят. Наши оппозиционеры этого не понимают и поэтому не могут выдвинуть альтернативной системы оснований для самоуважения.

    Но главной сферой его достижений, в понимании этих 86%, является международная политика, где он, как люди говорят, «заставил другие страны признать статус великой державы России». Это – символическое восполнение повседневного чувства постоянного унижения маленького человека. Это чрезвычайно важные вещи. Речь, когда заходит разговор о том, почему люди одобряют Путина, о ценностях, а не об интересах повышения зарплат, на что надеются, но не очень верят. Наши оппозиционеры этого не понимают и поэтому не могут выдвинуть альтернативной системы оснований для самоуважения.

    — Лев Гудков
14. «

    Неправду говорят, что Россия уже не та. Россия та ещё...

    Неправду говорят, что Россия уже не та. Россия та ещё...
15. «

    Почему с такой силой все любят Родину, но не любят Россию?

    Почему с такой силой все любят Родину, но не любят Россию?
16. «

    Культура русская всегда едина и лишь испытывается на разрыв. Хоть скройся в Мекку, хоть прыгни в Лету, в кишках — Россия. Не выдрать! Шиш! Невозвращенства в Россию нету. Из сердца собственного не сбежишь.

    Культура русская всегда едина и лишь испытывается на разрыв. Хоть скройся в Мекку, хоть прыгни в Лету, в кишках — Россия. Не выдрать! Шиш! Невозвращенства в Россию нету. Из сердца собственного не сбежишь.

    — Евгений Евтушенко
17. «

    Если поднимается свист и гам по поводу властолюбия и завоевательной похоти России, знайте, что какая-либо западноевропейская держава готовит бессовестнейший захват чьей-либо чужой земли.

    Если поднимается свист и гам по поводу властолюбия и завоевательной похоти России, знайте, что какая-либо западноевропейская держава готовит бессовестнейший захват чьей-либо чужой земли.

    — Иван Сергеевич Аксаков
18. «

    Тут есть ещё такой момент. Патриот — не патриот. Николай Васильевич Гоголь провёл существенную часть жизни в Риме и был патриотом. Лучший путеводитель по Риму написан Гоголем. Я не буду говорить о выдающихся деятелях культуры, чтобы не подумали, будто я сошел с ума и сравниваю себя с ними. Патриотизм — это ведь не подписка о невыезде и не тупое чувство, когда ты говоришь: «Всё наше — лучшее». Это когда у тебя есть осознанное понимание, и ты можешь сравнить. И выбираешь всё равно Россию.

    Тут есть ещё такой момент. Патриот — не патриот. Николай Васильевич Гоголь провёл существенную часть жизни в Риме и был патриотом. Лучший путеводитель по Риму написан Гоголем. Я не буду говорить о выдающихся деятелях культуры, чтобы не подумали, будто я сошел с ума и сравниваю себя с ними. Патриотизм — это ведь не подписка о невыезде и не тупое чувство, когда ты говоришь: «Всё наше — лучшее». Это когда у тебя есть осознанное понимание, и ты можешь сравнить. И выбираешь всё равно Россию.

    — Владимир Рудольфович Соловьев
19. «

    Постpоение какого-либо общества в условиях России — дело глубоко безнадежное, и наша истоpия служит неопpовеpжимым тому свидетельством. В свое вpемя мы, как явствует из трудов Сергея Михайловича Соловьева, не смогли достpоить феодализм; попытки постpоения капитализма кончились Октябpьской pеволюцией; кpах стpоительства коммунизма пpоизошел на наших глазах. Истоpики утвеpждают также, что Дpевняя Русь каким-то обpазом миновала pабовладельческий пеpиод, из чего мы имеем пpаво вывести заключение, что и эта фоpмация была нами пpосто-напpосто недостpоена. Чем окончится вновь начатое постpоение капитализма, догадаться несложно.

    Постpоение какого-либо общества в условиях России — дело глубоко безнадежное, и наша истоpия служит неопpовеpжимым тому свидетельством. В свое вpемя мы, как явствует из трудов Сергея Михайловича Соловьева, не смогли достpоить феодализм; попытки постpоения капитализма кончились Октябpьской pеволюцией; кpах стpоительства коммунизма пpоизошел на наших глазах. Истоpики утвеpждают также, что Дpевняя Русь каким-то обpазом миновала pабовладельческий пеpиод, из чего мы имеем пpаво вывести заключение, что и эта фоpмация была нами пpосто-напpосто недостpоена. Чем окончится вновь начатое постpоение капитализма, догадаться несложно.

    — Евгений Лукин · книга
20. «

    — Я же говорю, я доктор, турист. Приехал к Дмитрию Громову, другу своему, хоккеисту. Я в Америке в первый раз. Я же не знал, что у вас не везде можно ходить... У нас вот везде можно... <...> — Fuck the niggers.

    — Я же говорю, я доктор, турист. Приехал к Дмитрию Громову, другу своему, хоккеисту. Я в Америке в первый раз. Я же не знал, что у вас не везде можно ходить... У нас вот везде можно... <...> — Fuck the niggers.

    — Данила Багров · фильм