165 цитат по теме «русский язык» без воды

Собрали 165 цитат на тему «русский язык» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   ... Русский всегда казался мне самым чарующим, самым многозвучным, самым выразительным и самым музыкальным языком.

   ... Русский всегда казался мне самым чарующим, самым многозвучным, самым выразительным и самым музыкальным языком.

   — Морис Дрюон · книга
2. «

   Как звучат слова неудержимо: благородство, Родина, народ! Совесть не зависит от режима, гордость не родится в недород.

   Как звучат слова неудержимо: благородство, Родина, народ! Совесть не зависит от режима, гордость не родится в недород.

   — Владимир Скворцов
3. «

   Да, сегодня мы, увы, живем уже не в лоне традиций, когда сын поет с отцом одни песни, а дед им подпевает.

   Да, сегодня мы, увы, живем уже не в лоне традиций, когда сын поет с отцом одни песни, а дед им подпевает.

   — Павел Крусанов · книга
4. «

   — Ничего, стану кричать по-немецки. — Ну, что ж. Можешь добавлять немного русской брани. Только обязательно с берлинским акцентом.

   — Ничего, стану кричать по-немецки. — Ну, что ж. Можешь добавлять немного русской брани. Только обязательно с берлинским акцентом.

   — Кэтрин Кин / Катя Козлова · сериал
5. «

   Тут же Андрей с Артемом рванули в соседний круглосуточный магазин, обсуждая по пути невероятность русского языка, позволяющего наворачивать лингвистические конструкции вроде «решили послать сходить купить выпить». А что им не нравится? Все ж понятно?

   Тут же Андрей с Артемом рванули в соседний круглосуточный магазин, обсуждая по пути невероятность русского языка, позволяющего наворачивать лингвистические конструкции вроде «решили послать сходить купить выпить». А что им не нравится? Все ж понятно?

   — Надежда Кузьмина · книга
6. «

   В русском языке есть слова, у которых два варианта написания являются правильными. Например, слово «матрас» и «матрац». И таких слов становится больше, потому что Министерство образования принимает какие-то новые поправки и ранее неправильные варианты начинают считать допустимыми. Я против этого, потому что тем самым они лишают занудных людей самого дорогого, что у них есть — возможности поправлять! И пока эти люди молчат, но я боюсь, что в будущем эти люди начнут устраивать акции протэста под лозунгом «Кофе наш!» Не наше, а наш — никаких вторых вариантов!

   В русском языке есть слова, у которых два варианта написания являются правильными. Например, слово «матрас» и «матрац». И таких слов становится больше, потому что Министерство образования принимает какие-то новые поправки и ранее неправильные варианты начинают считать допустимыми. Я против этого, потому что тем самым они лишают занудных людей самого дорогого, что у них есть — возможности поправлять! И пока эти люди молчат, но я боюсь, что в будущем эти люди начнут устраивать акции протэста под лозунгом «Кофе наш!» Не наше, а наш — никаких вторых вариантов!

   — Вадим Якунин
7. «

   Истина — одно из немногих русских слов, которое ни с чем не рифмуется.

   Истина — одно из немногих русских слов, которое ни с чем не рифмуется.

   — Владимир Набоков
8. «

   До меня доходят слухи, что человек на русском обращается и получает ответ на казахском. Почему прокуратура не проверяет? Если он обратился на русском, то и ответ должен получить на русском... Поручаю аппарату президента проверить по всем областям. Всех, кто это делает, — снять с работы.

   До меня доходят слухи, что человек на русском обращается и получает ответ на казахском. Почему прокуратура не проверяет? Если он обратился на русском, то и ответ должен получить на русском... Поручаю аппарату президента проверить по всем областям. Всех, кто это делает, — снять с работы.

   — Нурсултан Абишевич Назарбаев
9. «

   Как красив русский язык! Все преимущества немецкого без его ужасной грубости.

   Как красив русский язык! Все преимущества немецкого без его ужасной грубости.

   — Фридрих Энгельс
10. «

    И злыдней помыслам не сбыться, Не повернуться рекам вспять, Хоть перекосятся их лица – Русь в пыль забвенья не втоптать.

    И злыдней помыслам не сбыться, Не повернуться рекам вспять, Хоть перекосятся их лица – Русь в пыль забвенья не втоптать.

    — Влад Селецкий
11. «

    В русском языке больше исключений, чем правил, и каждое исключение приходится заучивать наизусть всем несчастным, кто вовлечен в процесс образования.

    В русском языке больше исключений, чем правил, и каждое исключение приходится заучивать наизусть всем несчастным, кто вовлечен в процесс образования.

    — Владимир Жельвис · книга
12. «

    Увидела статус у одной девушки: «завтра у меня экзамен по русскому! Думаю, сдаду!».

    Увидела статус у одной девушки: «завтра у меня экзамен по русскому! Думаю, сдаду!».
13. «

    ...заменять его мерзким словечком «паста» ради мещанского шика мы находим глупым и безнравственным. Кстати, еще один прелестный пример, где иностранщина вроде бы не замешана. Это «пищевые волокна», одно из популярных слов у российских диетологов-кустарей. Так вот, по‐русски данное вещество (весьма полезное для работы кишечника) испокон веков именовалось пищевой клетчаткой. А «волокна» – раболепная калька, то есть буквальный перевод с английского dietary fiber. Мы вспомнили об этом, поскольку старую добрую клейковину многие теперь с провинциальным простодушием именуют «глютеном», как в Америке, да и белки называют «протеинами». (На каком‐то сайте нам даже встретился «глютеновый рис», прекрасная иллюстрация к поговорке «слышал звон, да не знает откуда он». Клейковины в рисе нет вообще, а по‐английски glutinous означает попросту «клейкий» – такой рис применяют для приготовления суши.)

    ...заменять его мерзким словечком «паста» ради мещанского шика мы находим глупым и безнравственным. Кстати, еще один прелестный пример, где иностранщина вроде бы не замешана. Это «пищевые волокна», одно из популярных слов у российских диетологов-кустарей. Так вот, по‐русски данное вещество (весьма полезное для работы кишечника) испокон веков именовалось пищевой клетчаткой. А «волокна» – раболепная калька, то есть буквальный перевод с английского dietary fiber. Мы вспомнили об этом, поскольку старую добрую клейковину многие теперь с провинциальным простодушием именуют «глютеном», как в Америке, да и белки называют «протеинами». (На каком‐то сайте нам даже встретился «глютеновый рис», прекрасная иллюстрация к поговорке «слышал звон, да не знает откуда он». Клейковины в рисе нет вообще, а по‐английски glutinous означает попросту «клейкий» – такой рис применяют для приготовления суши.)

    — Петр Алексеевич Образцов · книга
14. «

    Что такое идиома? Если люди говорят, Что у вас НЕ ВСЕ, мол, дома... Отвечайте: — Я и брат! В голове у вас солома? Или каша в голове? Это тоже идиома, А точнее, целых две.

    Что такое идиома? Если люди говорят, Что у вас НЕ ВСЕ, мол, дома... Отвечайте: — Я и брат! В голове у вас солома? Или каша в голове? Это тоже идиома, А точнее, целых две.

    — Андрей Алексеевич Усачёв · книга
15. «

    Одна из опасностей связана с тем, что граница между речью устной и письменной размывается. Можно было бы чувствовать себя относительно спокойно, если бы при записи устная речь «подтягивалась», становилась богаче и разнообразнее. Но получается-то как раз противоположное: примитивизируется письменная речь. Прелесть неофициального общения всем понятна, и никто не предлагает переписываться гекзаметром. Никакие сверхъестественные меры не нужны. Достаточно помнить о существовании, допустим, придаточных предложений. Уже одно это не позволяет речи быть убогой. Посмотрите на язык чата. Имея формальное отношение к письменной речи, он сплошь состоит из назывных предложений и междометий. И у многих людей вырабатывается привычка писать именно так. Они переносят ее на письменную речь вообще.

    Одна из опасностей связана с тем, что граница между речью устной и письменной размывается. Можно было бы чувствовать себя относительно спокойно, если бы при записи устная речь «подтягивалась», становилась богаче и разнообразнее. Но получается-то как раз противоположное: примитивизируется письменная речь. Прелесть неофициального общения всем понятна, и никто не предлагает переписываться гекзаметром. Никакие сверхъестественные меры не нужны. Достаточно помнить о существовании, допустим, придаточных предложений. Уже одно это не позволяет речи быть убогой. Посмотрите на язык чата. Имея формальное отношение к письменной речи, он сплошь состоит из назывных предложений и междометий. И у многих людей вырабатывается привычка писать именно так. Они переносят ее на письменную речь вообще.

    — Евгений Водолазкин · книга
16. «

    — Вы говорите как заговорщик, – заметила девушка и тихонько улыбнулась, – Мы знакомы всего полчаса, а вы уже… Сначала практически обманом вытаскиваете меня из отеля. Приводите в это кафе на набережной. А ещё вы – русский… Это заметно по вашему произношению. — Вы тоже русская, Олеся Михайловна, – невозмутимо ответил Сажин, перейдя на родной язык, – Это заметно по вашему бейджу.

    — Вы говорите как заговорщик, – заметила девушка и тихонько улыбнулась, – Мы знакомы всего полчаса, а вы уже… Сначала практически обманом вытаскиваете меня из отеля. Приводите в это кафе на набережной. А ещё вы – русский… Это заметно по вашему произношению. — Вы тоже русская, Олеся Михайловна, – невозмутимо ответил Сажин, перейдя на родной язык, – Это заметно по вашему бейджу.

    — Дмитрий Игнатов · книга
17. «

    Я люблю свой родной язык! Он понятен для всех, он певуч. Он, как русский народ, многолик, Как держава наша, могуч. Хочешь – песни, гимны пиши. Хочешь – выскажи боль души. Будто хлеб ржаной, он пахуч, Будто плоть земная, живуч. Изучайте русский язык!

    Я люблю свой родной язык! Он понятен для всех, он певуч. Он, как русский народ, многолик, Как держава наша, могуч. Хочешь – песни, гимны пиши. Хочешь – выскажи боль души. Будто хлеб ржаной, он пахуч, Будто плоть земная, живуч. Изучайте русский язык!

    — Александр Яковлевич Яшин
18. «

    В Галиции есть мечта о великой чистой прекрасной России. Гимназист, семнадцатилетний мальчик, гулял со мной по Львову и разговаривал на чистом русском языке. Он мне рассказывал о преследовании русского языка, не позволяли даже иметь карту России, перед войной он принужден был сжечь Пушкина, Лермонтова, Толстого и Достоевского. — Как же вы научились русскому языку? — Меня потихоньку учил дедушка — дедушку взяли в плен. А я учил других, и так пошло. Мы действовали, как революционеры, мы были всегда революционерами.

    В Галиции есть мечта о великой чистой прекрасной России. Гимназист, семнадцатилетний мальчик, гулял со мной по Львову и разговаривал на чистом русском языке. Он мне рассказывал о преследовании русского языка, не позволяли даже иметь карту России, перед войной он принужден был сжечь Пушкина, Лермонтова, Толстого и Достоевского. — Как же вы научились русскому языку? — Меня потихоньку учил дедушка — дедушку взяли в плен. А я учил других, и так пошло. Мы действовали, как революционеры, мы были всегда революционерами.

    — Михаил Михайлович Пришвин · книга
19. «

    0001420. Киев действует в рамках закона РФ о добровольном изучении родного языка: татары в России, добровольно изучая татарский, не считают, что продавцы в магазинах обязаны знать татарский язык, а значит и русские в Украине не обязаны в магазинах ожидать от продавцов знания русского языка.

    0001420. Киев действует в рамках закона РФ о добровольном изучении родного языка: татары в России, добровольно изучая татарский, не считают, что продавцы в магазинах обязаны знать татарский язык, а значит и русские в Украине не обязаны в магазинах ожидать от продавцов знания русского языка.
20. «

    Говоря о нашей страсти к заимствованиям, нельзя не упомянуть еще один важный фактор: наш комплекс неполноценности. Звучит резковато, но по сути ведь правильно, и язык – беспристрастный тому свидетель. Если мы хотим, чтобы вещь (явление) «впечатляла», непременно именуем ее на английский манер. Вы можете себе представить такую же русификацию английского? Получается, что в мире мы до сих пор чувствуем себя провинциалами. Наши претенциозные названия, призванные указать на сходство с нездешними образцами, на деле обозначают лишь одно: вторичность. Стремление казаться «на рубль дороже» выглядит довольно глупо. Зачем? Разве та культура, которую мы создали, не позволяет нам быть самодостаточными?

    Говоря о нашей страсти к заимствованиям, нельзя не упомянуть еще один важный фактор: наш комплекс неполноценности. Звучит резковато, но по сути ведь правильно, и язык – беспристрастный тому свидетель. Если мы хотим, чтобы вещь (явление) «впечатляла», непременно именуем ее на английский манер. Вы можете себе представить такую же русификацию английского? Получается, что в мире мы до сих пор чувствуем себя провинциалами. Наши претенциозные названия, призванные указать на сходство с нездешними образцами, на деле обозначают лишь одно: вторичность. Стремление казаться «на рубль дороже» выглядит довольно глупо. Зачем? Разве та культура, которую мы создали, не позволяет нам быть самодостаточными?

    — Евгений Водолазкин · книга