211 сильных цитат: «Жизненные цитаты на тему «семья»»

Тема «Жизненные цитаты на тему «семья»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 211 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я не говорю, что семьи исчезают, я говорю о том, что в корне изменилась роль и значимость брака. В развитых странах с высоким уровнем доходов населения семья окончательно потеряла свою основную и единственную функцию – средство выживания, и теперь представляет собою лишь душевный союз мужчины и женщины, не основанный ни на чем, кроме взаимной симпатии. Это не семья в классическом понимании, где «обязуешься любить до гроба», где «жена идет за мужем, что бы ни случилось», где должен «чтить, уважать и прощать» не потому, что хочешь быть с человеком, а потому что состоишь с ним в браке. Ничего подобного уже нет. Не любить, потому что ты состоишь в браке, а состоять в браке, потому что ты любишь. Современная семья заключает в своей основе принципиально иные предпосылки…

   Я не говорю, что семьи исчезают, я говорю о том, что в корне изменилась роль и значимость брака. В развитых странах с высоким уровнем доходов населения семья окончательно потеряла свою основную и единственную функцию – средство выживания, и теперь представляет собою лишь душевный союз мужчины и женщины, не основанный ни на чем, кроме взаимной симпатии. Это не семья в классическом понимании, где «обязуешься любить до гроба», где «жена идет за мужем, что бы ни случилось», где должен «чтить, уважать и прощать» не потому, что хочешь быть с человеком, а потому что состоишь с ним в браке. Ничего подобного уже нет. Не любить, потому что ты состоишь в браке, а состоять в браке, потому что ты любишь. Современная семья заключает в своей основе принципиально иные предпосылки…

   — Андрей Меркулов · книга
2. «

   Семья всегда на первом месте. Вы — единственное, что есть у них.

   Семья всегда на первом месте. Вы — единственное, что есть у них.

   — Хайди Клум
3. «

   — Я забыла, ясно?! — Забыла что?! — Я забыла, каково это — семью иметь!

   — Я забыла, ясно?! — Забыла что?! — Я забыла, каково это — семью иметь!

   — Маргарет Тэйт · фильм
4. «

   Считается, что уйти всегда проще, чем остаться, что легче отпустить, чем бороться, это ложь. Самое сложное – принять решение, взять на себя ответственность и разорвать порочный круг, сохраняя твердость в своих убеждениях и вычеркнув из головы фразу «а что скажут люди». Очень часто мы не хотим видеть или осознавать, что бороться и не за что. Пустота, иллюзия, лицемерие. Женщины и мужчины по всему миру предпринимают жалкие попытки удержать воду в решете, а именно «сохранить семью», «спасти брак», когда спасать уже давно нечего. На вопрос «зачем?» слышится лишь несвязанное бормотание «ну как, столько пройдено вместе… куда он без меня…да кому я нужна с ребенком…» и так далее. Большая часть моих знакомых в разводе. Половине из них только стукнуло тридцать. Институт брака умер или мы разучились любить? А может наоборот – наконец-то обрели себя, вырвавшись из треугольника Карпмана?

   Считается, что уйти всегда проще, чем остаться, что легче отпустить, чем бороться, это ложь. Самое сложное – принять решение, взять на себя ответственность и разорвать порочный круг, сохраняя твердость в своих убеждениях и вычеркнув из головы фразу «а что скажут люди». Очень часто мы не хотим видеть или осознавать, что бороться и не за что. Пустота, иллюзия, лицемерие. Женщины и мужчины по всему миру предпринимают жалкие попытки удержать воду в решете, а именно «сохранить семью», «спасти брак», когда спасать уже давно нечего. На вопрос «зачем?» слышится лишь несвязанное бормотание «ну как, столько пройдено вместе… куда он без меня…да кому я нужна с ребенком…» и так далее. Большая часть моих знакомых в разводе. Половине из них только стукнуло тридцать. Институт брака умер или мы разучились любить? А может наоборот – наконец-то обрели себя, вырвавшись из треугольника Карпмана?

   — Александра Макарова · книга
5. «

   Невозможно быть абсолютно честным с человеком, которого любишь. Честность причиняет боль.

   Невозможно быть абсолютно честным с человеком, которого любишь. Честность причиняет боль.

   — Сева (муж Оксаны) · сериал
6. «

   Если взять семью наемных работников, то в них текущее социальное положение закрепляется даже на уровне лексики, все говорится в пассивном залоге или от третьего лица: «нам сказали», «если отпустит директор», “если разрешат”, «если приказ будет – сделаем». Ребенок в такой семье, когда вырастет, тоже ищет работу и ждет указаний, что и как делать. И это тоже считается нормальным и даже повсеместным.

   Если взять семью наемных работников, то в них текущее социальное положение закрепляется даже на уровне лексики, все говорится в пассивном залоге или от третьего лица: «нам сказали», «если отпустит директор», “если разрешат”, «если приказ будет – сделаем». Ребенок в такой семье, когда вырастет, тоже ищет работу и ждет указаний, что и как делать. И это тоже считается нормальным и даже повсеместным.

   — Алекс Байхоу · книга
7. «

   Взаимность — единственный путь к согласию.

   Взаимность — единственный путь к согласию.
8. «

   Любое «ты слишком высоко взлетел, ты меня бросил, ты должен мне рубль в месяц, ты забыл, как я ночами не спал» — это не про Семью. Не про Любовь и не про Верность. Это про одиночество, эгоизм и предательство. Излечить себя от этого человек может только сам. Захочет — будет радоваться, нет — будет продолжать лежать на земле и дергаться. «Но мы же семья! Мы должны взять его с собой в наш полёт!..» Решайте сами. Невозможно заставить полететь того, кто сложил крылья. А вот лечь рядом — легко. Причём, всей семьёй.

   Любое «ты слишком высоко взлетел, ты меня бросил, ты должен мне рубль в месяц, ты забыл, как я ночами не спал» — это не про Семью. Не про Любовь и не про Верность. Это про одиночество, эгоизм и предательство. Излечить себя от этого человек может только сам. Захочет — будет радоваться, нет — будет продолжать лежать на земле и дергаться. «Но мы же семья! Мы должны взять его с собой в наш полёт!..» Решайте сами. Невозможно заставить полететь того, кто сложил крылья. А вот лечь рядом — легко. Причём, всей семьёй.

   — Екатерина Сиванова
9. «

   Хару делит людей на три категории: семья, братья, всё остальное. Сурово не находишь?

   Хару делит людей на три категории: семья, братья, всё остальное. Сурово не находишь?

   — Такамори Сэйджи (Киёка) · аниме
10. «

    Внешний мир жесток. Покой и уют семьи, дом, где о тебе заботятся, где тебя любят, — вот то единственное, что действительно нужно человеку в этом мире. Дом и семья делают человека неуязвимым.

    Внешний мир жесток. Покой и уют семьи, дом, где о тебе заботятся, где тебя любят, — вот то единственное, что действительно нужно человеку в этом мире. Дом и семья делают человека неуязвимым.

    — Джоанн Харрис · книга
11. «

    — Я устал прятаться. Я хочу делать что-то полезное в своей жизни. — А быть фермером, кормить людей — по-твоему это плохо? — Я этого не говорил. — Пять поколений нашей семьи были фермерами. — Твоей семьи. Не моей. Я... Я не знаю, зачем я вообще слушаю тебя, ты ведь мне не отец. Ты нашел меня в поле. — Кларк! — Ничего, Марта. Он прав. Кларк всё точно подметил. Мы не твои родители. Но мы делали всё, что было в наших силах. И ты всегда мог рассчитывать на нас. Но теперь, может теперь тебе этого стало недостаточно. — Слушай, пап... просто... — Постой...

    — Я устал прятаться. Я хочу делать что-то полезное в своей жизни. — А быть фермером, кормить людей — по-твоему это плохо? — Я этого не говорил. — Пять поколений нашей семьи были фермерами. — Твоей семьи. Не моей. Я... Я не знаю, зачем я вообще слушаю тебя, ты ведь мне не отец. Ты нашел меня в поле. — Кларк! — Ничего, Марта. Он прав. Кларк всё точно подметил. Мы не твои родители. Но мы делали всё, что было в наших силах. И ты всегда мог рассчитывать на нас. Но теперь, может теперь тебе этого стало недостаточно. — Слушай, пап... просто... — Постой...

    — Кларк Кент / Супермен · фильм
12. «

    Покинутый чувствует только свою боль и только о ней и думает. Никто не спрашивает себя, каково приходится покинувшему. Мучается ли он своим выбором, страдает ли оттого, что побоялся общественного осуждения и остался с семьею, своими руками вырвав у себя сердце? Каждую ночь он ворочается без сна, не находя себе места и успокоения. То ему кажется, что он совершил ошибку, то чувствует, что был прав, оберегая семью и детей. Время ему не помощник, оно не лечит его ран — чем сильней отдаляется от него день, когда он принял роковое решение, тем яснее, светлее и безгрешнее становятся его воспоминания об утраченном рае, тем скорее они превращаются в тоску. И сам он себе не помощник. Он отдалился от всех, в будние дни делает вид, что занят, а по выходным ходит на Марсово поле играть с друзьями в шары, покуда его сын кушает мороженое, а жена с потерянным видом глазеет на туалеты проходящих мимо дам. Нет на свете такого ветра, чтобы развернул лодку его жизни, он обречён на стоячие воды тихой гавани. Да, страдают все — те, кто уходит, и те, кто остаётся, их семьи, их дети. И никто не властен изменить это.

    Покинутый чувствует только свою боль и только о ней и думает. Никто не спрашивает себя, каково приходится покинувшему. Мучается ли он своим выбором, страдает ли оттого, что побоялся общественного осуждения и остался с семьею, своими руками вырвав у себя сердце? Каждую ночь он ворочается без сна, не находя себе места и успокоения. То ему кажется, что он совершил ошибку, то чувствует, что был прав, оберегая семью и детей. Время ему не помощник, оно не лечит его ран — чем сильней отдаляется от него день, когда он принял роковое решение, тем яснее, светлее и безгрешнее становятся его воспоминания об утраченном рае, тем скорее они превращаются в тоску. И сам он себе не помощник. Он отдалился от всех, в будние дни делает вид, что занят, а по выходным ходит на Марсово поле играть с друзьями в шары, покуда его сын кушает мороженое, а жена с потерянным видом глазеет на туалеты проходящих мимо дам. Нет на свете такого ветра, чтобы развернул лодку его жизни, он обречён на стоячие воды тихой гавани. Да, страдают все — те, кто уходит, и те, кто остаётся, их семьи, их дети. И никто не властен изменить это.

    — Пауло Коэльо · книга
13. «

    — Мои братья не будут делить владения, убивая друг друга! — возмущенно продолжала Елисава. — Все так говорят и даже думают, пока отец жив. А когда он умрет, каждый наследник помнит только то, что он — сын своего отца, но не помнит, что он еще и брат своего брата. Разница очень большая.

    — Мои братья не будут делить владения, убивая друг друга! — возмущенно продолжала Елисава. — Все так говорят и даже думают, пока отец жив. А когда он умрет, каждый наследник помнит только то, что он — сын своего отца, но не помнит, что он еще и брат своего брата. Разница очень большая.

    — Елизавета Дворецкая · книга
14. «

    Семья, наверное, как Родина, должна быть и всё тут. Иначе в ней вообще смысла нет.

    Семья, наверное, как Родина, должна быть и всё тут. Иначе в ней вообще смысла нет.

    — Ольга Николаевна · фильм
15. «

    Помнишь, что ты сказал в день нашей свадьбы?... Моя семья — это моя жизнь.

    Помнишь, что ты сказал в день нашей свадьбы?... Моя семья — это моя жизнь.

    — Елена де ла Вега · фильм
16. «

    Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на борьбу и ссору, особенно в священном кругу семьи.

    Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на борьбу и ссору, особенно в священном кругу семьи.

    — Александра Федоровна Романова
17. «

    — Мама тебе не служанка! Я давно заметила, что ты командуешь мамой. — Правда?... Папа работает... — И этого достаточно?

    — Мама тебе не служанка! Я давно заметила, что ты командуешь мамой. — Правда?... Папа работает... — И этого достаточно?
18. «

    Люди глупеют, когда речь идёт о близких. Например, как ты сейчас.

    Люди глупеют, когда речь идёт о близких. Например, как ты сейчас.

    — Аарон Дэвис (Бродяга) · игра
19. «

    Ты счастлива, возлюбленная жена, скажи мне? Почему я замечаю в твоих глазах печаль и усталость? Знаешь, просто хочется счастья, и я иду на работу, чтобы ты могла съездить на море, ты так давно хочешь на море. Я иду на работу, день за днем оставляя тебя в одиночестве, в путанице проблем и забот, о которых ты научилась молчать, чтобы не портить то короткое время, отведенное нам побыть вдвоем. Но иногда мне становится очень страшно, что на долгожданное море в итоге приедут два чужих и малознакомых друг другу человека.

    Ты счастлива, возлюбленная жена, скажи мне? Почему я замечаю в твоих глазах печаль и усталость? Знаешь, просто хочется счастья, и я иду на работу, чтобы ты могла съездить на море, ты так давно хочешь на море. Я иду на работу, день за днем оставляя тебя в одиночестве, в путанице проблем и забот, о которых ты научилась молчать, чтобы не портить то короткое время, отведенное нам побыть вдвоем. Но иногда мне становится очень страшно, что на долгожданное море в итоге приедут два чужих и малознакомых друг другу человека.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    — Зачем мне это бессмертие? Я не просила его! Я не хотела его! За что, Иван?! — Возможно, ты просила. Просто не помнишь этого. — Ох, ну вот только не начинай разговоры о карме… — А почему бы нет? Откуда мы можем знать, что ее не существует? Может, в прошлый раз жизни тебе не хватило. Может, в ней было мало смысла и слишком много пустоты. Может, не хватало внимания от тех, кого ты любила. А может, не хватило времени, чтобы успеть всё, что тебе хотелось. Может, ты искренне пожелала, чтобы следующая твоя жизнь стала бесконечной, чтобы было время найти свой собственный смысл, уникальный, настоящий, и взаимную любовь. А Сергею всего и прежде хватало – и смысла, и счастья. Мне кажется, ему и сейчас всего достаточно. Он счастливый человек! А ты бесишься. Ты можешь потерять самое важное, что есть в земной жизни – любовь и покой в семье. Ради чего? Ради того, чтобы спорить со мной о вечности? Опять, Стеф? Может, наконец, откроешь глаза и увидишь, что тебе очень повезло в этот раз. И не важно, конечна твоя жизнь или бесконечна. У тебя есть муж и сын, прекрасная семья. Другим людям не дано этого, они всю жизнь мечтают быть на твоем месте. Цени его! Не повторяй свою ошибку, цени то, что у тебя есть! — Какую ошибку, Иван? — Ошибку всех людей, кто не способен увидеть собственное счастье в погоне за чем-то мифическим и недостижимым.

    — Зачем мне это бессмертие? Я не просила его! Я не хотела его! За что, Иван?! — Возможно, ты просила. Просто не помнишь этого. — Ох, ну вот только не начинай разговоры о карме… — А почему бы нет? Откуда мы можем знать, что ее не существует? Может, в прошлый раз жизни тебе не хватило. Может, в ней было мало смысла и слишком много пустоты. Может, не хватало внимания от тех, кого ты любила. А может, не хватило времени, чтобы успеть всё, что тебе хотелось. Может, ты искренне пожелала, чтобы следующая твоя жизнь стала бесконечной, чтобы было время найти свой собственный смысл, уникальный, настоящий, и взаимную любовь. А Сергею всего и прежде хватало – и смысла, и счастья. Мне кажется, ему и сейчас всего достаточно. Он счастливый человек! А ты бесишься. Ты можешь потерять самое важное, что есть в земной жизни – любовь и покой в семье. Ради чего? Ради того, чтобы спорить со мной о вечности? Опять, Стеф? Может, наконец, откроешь глаза и увидишь, что тебе очень повезло в этот раз. И не важно, конечна твоя жизнь или бесконечна. У тебя есть муж и сын, прекрасная семья. Другим людям не дано этого, они всю жизнь мечтают быть на твоем месте. Цени его! Не повторяй свою ошибку, цени то, что у тебя есть! — Какую ошибку, Иван? — Ошибку всех людей, кто не способен увидеть собственное счастье в погоне за чем-то мифическим и недостижимым.

    — принцесса Стефания