37 мудрых цитат про «Жизненные цитаты на тему «школа»»

Тема «Жизненные цитаты на тему «школа»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 37 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   До 1961 года Ваня учился в средней школе № 1 города Авдеевки Донецкой области. Мама воспитывала его в истинном благочестии и глубокой церковности. «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского были его любимой книгой. Мария Ивановна очень почитала святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, духовные чада которого жили тогда в Авдеевке. Отцу Зосиме перешло много личных вещей святого праведного Иоанна Кронштадтского. Но главное, что он явился духовным наследником Всероссийского Батюшки. Святой праведный Иоанн Кронштадтский — один из самых почитаемых святых в основанной о. Зосимой обители.

   До 1961 года Ваня учился в средней школе № 1 города Авдеевки Донецкой области. Мама воспитывала его в истинном благочестии и глубокой церковности. «Жития святых» святителя Димитрия Ростовского были его любимой книгой. Мария Ивановна очень почитала святого праведного отца Иоанна Кронштадтского, духовные чада которого жили тогда в Авдеевке. Отцу Зосиме перешло много личных вещей святого праведного Иоанна Кронштадтского. Но главное, что он явился духовным наследником Всероссийского Батюшки. Святой праведный Иоанн Кронштадтский — один из самых почитаемых святых в основанной о. Зосимой обители.

   — Зосима (Сокур) · книга
2. «

   Когда люди уподобляются стадному мышлению, они становятся жестокими. Когда они становятся такими, никто, даже Король, не сможет их остановить.

   Когда люди уподобляются стадному мышлению, они становятся жестокими. Когда они становятся такими, никто, даже Король, не сможет их остановить.

   — Кузе Натсуки
3. «

   Мало у кого остаются приятные воспоминания о средней школе. Это эпоха политических интриг и столкновений амбиций, подпитываемых бушующими гормонами.

   Мало у кого остаются приятные воспоминания о средней школе. Это эпоха политических интриг и столкновений амбиций, подпитываемых бушующими гормонами.

   — Нора Робертс · книга
4. «

   Иногда мне кажется, что школа – это большая театральная постановка, в которой каждому отведена своя роль.

   Иногда мне кажется, что школа – это большая театральная постановка, в которой каждому отведена своя роль.

   — Зои Сагг · книга
5. «

   Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

   Школа – это как бы сортировочная станция. Одни покидают ее рано, это те, кому предназначено работать руками, за мизерную плату. Бывает, конечно, что кто-то из них станет водопроводчиком-миллионером или богачом-автослесарем, но в целом в этом направлении далеко не уйдешь. Другие доучиваются до конца, примерно восемьдесят процентов, и идут на философию, психологию, социологию или экономику. В течение первого семестра их просеивают через мелкое сито, и оставшиеся могут рассчитывать на жалкие дипломишки. Дальше их ждут бесконечные поиски работы, административные конкурсы, которые им придется брать измором, разнообразные, но депрессивные должности вроде препода в «зоне приоритетного образования» или ответственного за связи с общественностью при местной администрации. И пополнят они эту ядовитую категорию граждан, которые, имея прекрасное образование, но не имея достойной работы, все понимают, но ничего не могут. Разочарованные, озлобленные, они будут постепенно скатываться все ниже, а потом найдут для своей неудовлетворенности какой-нибудь выход в виде винного погребка или увлечения восточными религиями. Есть, конечно, и крутые ребята, которые могут похвастаться и аттестатом с отличием, и железобетонным резюме – этакой вот пусковой установкой для вывода на желанную орбиту. Эти пользуются узкими каналами и, оказавшись под давлением, пойдут быстро и заберутся высоко. Для такого ускоренного продвижения лучше всего подойдет математика, но есть неплохие направления и для тех, кто обладает абстрактным мышлением, – всяких историков, мечтателей, художников и прочих чудиков.

   — Николя Матье · книга
6. «

   Домашняя среда может свести на нет многое из того, что пытается привить школа.

   Домашняя среда может свести на нет многое из того, что пытается привить школа.

   — Рэй Брэдбери · книга
7. «

   Когда уйдем со школьного двора Под звуки нестареющего вальса, Учитель нас проводит до угла, И вновь — назад, и вновь ему с утра —

   Когда уйдем со школьного двора Под звуки нестареющего вальса, Учитель нас проводит до угла, И вновь — назад, и вновь ему с утра —
8. «

   Быть самым маленьким в классе — это значит: вытирать доску, приносить мел, убирать маты в спортивном зале, складывать баскетбольные мячи в ряд на слишком высокую полку и, что всего хуже, на классных фотографиях сидеть одному в первом ряду по-турецки. Нет пределов унижению, когда учишься в школе.

   Быть самым маленьким в классе — это значит: вытирать доску, приносить мел, убирать маты в спортивном зале, складывать баскетбольные мячи в ряд на слишком высокую полку и, что всего хуже, на классных фотографиях сидеть одному в первом ряду по-турецки. Нет пределов унижению, когда учишься в школе.

   — Марк Леви · книга
9. «

   Сколько бы времени ни прошло, школьные годы навсегда остаются в сердце. Ты слышишь их отголоски...

   Сколько бы времени ни прошло, школьные годы навсегда остаются в сердце. Ты слышишь их отголоски...

   — Зоуи · фильм
10. «

    Так уж устроена школа. Самая важная вещь, которую мы там узнаем, заключается в том, что все самое важное мы узнаем не там.

    Так уж устроена школа. Самая важная вещь, которую мы там узнаем, заключается в том, что все самое важное мы узнаем не там.

    — Харуки Мураками · книга
11. «

    Всё сводится к одному вопросу: ты выживешь в старшей школе?

    Всё сводится к одному вопросу: ты выживешь в старшей школе?

    — Клэй Дженсен · сериал
12. «

    Школы не являются общностью, так же, как и школьная подготовка не есть образование. Завладевая 50% от всего времени на юность, изолируя молодых людей с молодыми людьми точно такого же возраста, призывая звонком начать и окончить работу, призывая людей думать об одном и том же одновременно и одинаково, оценивая людей так, как мы оцениваем овощи — и имеется ещё множество других мерзких и глупых способов «образования» — школьная система тем самым ворует жизнеспособность общины и заменяет её уродливым механизмом. Никто не способен пережить подобное место без ущерба для своей человечности: ни дети, ни учителя, и ни родители.

    Школы не являются общностью, так же, как и школьная подготовка не есть образование. Завладевая 50% от всего времени на юность, изолируя молодых людей с молодыми людьми точно такого же возраста, призывая звонком начать и окончить работу, призывая людей думать об одном и том же одновременно и одинаково, оценивая людей так, как мы оцениваем овощи — и имеется ещё множество других мерзких и глупых способов «образования» — школьная система тем самым ворует жизнеспособность общины и заменяет её уродливым механизмом. Никто не способен пережить подобное место без ущерба для своей человечности: ни дети, ни учителя, и ни родители.

    — Джон Тейлор Гатто
13. «

    А как хорош писатель Марк Лазаревич Галлай. Лётчиком экстра класса его тоже не назовёшь, но сколько он дал знаний в авиационной науке людям и в своих знаменитых книгах и в научных трудах. В школе лётчиков испытателей, на нашем курсе он преподавал “Методику лётных испытаний.” Истинное наслаждение получали мы слушая его лекции. Устные лекции. Александр Васильевич Федотов, тогда Саша, староста нашего курса старательно записывал все его лекции, которые потом были опубликованы отдельным изданием. Много было сказано о безопасности испытательных полётов…

    А как хорош писатель Марк Лазаревич Галлай. Лётчиком экстра класса его тоже не назовёшь, но сколько он дал знаний в авиационной науке людям и в своих знаменитых книгах и в научных трудах. В школе лётчиков испытателей, на нашем курсе он преподавал “Методику лётных испытаний.” Истинное наслаждение получали мы слушая его лекции. Устные лекции. Александр Васильевич Федотов, тогда Саша, староста нашего курса старательно записывал все его лекции, которые потом были опубликованы отдельным изданием. Много было сказано о безопасности испытательных полётов…

    — Евгений Александрович Горюнов
14. «

    Нет ничего хуже, чем старые школьные друзья! Старым школьным друзьям лучше оставаться в воспоминаниях, а не материализоваться из мыслей, не хлопать тебя по плечу небезупречно чистыми руками. Все эти ностальгические встречи только травмируют... наводят на мысль о возрасте, импотенции, лысине, болезни Альцгеймера и прочей бренности жизни.

    Нет ничего хуже, чем старые школьные друзья! Старым школьным друзьям лучше оставаться в воспоминаниях, а не материализоваться из мыслей, не хлопать тебя по плечу небезупречно чистыми руками. Все эти ностальгические встречи только травмируют... наводят на мысль о возрасте, импотенции, лысине, болезни Альцгеймера и прочей бренности жизни.

    — Елена Колина · книга
15. «

    Спорят о чем-то, столпившись у карты, Те, кому вскоре Землю вращать... Платоны, Коперники и Декарты - У всех любопытный, искрящийся взгляд. И на миг в этом споре смешном и беспечном, В паузе маленькой, еле заметной, Выглянет вдруг из-за глобуса Вечность И тихо шепнет им на ушко ответы.

    Спорят о чем-то, столпившись у карты, Те, кому вскоре Землю вращать... Платоны, Коперники и Декарты - У всех любопытный, искрящийся взгляд. И на миг в этом споре смешном и беспечном, В паузе маленькой, еле заметной, Выглянет вдруг из-за глобуса Вечность И тихо шепнет им на ушко ответы.
16. «

    — Да отвали ты уже! После этих слов я толкнула её в грудь. Она отлетела прямиком к стойке с раковинами, сильно ударившись о них спиной. Я положила сумку около раковины, а сама же крепко схватила Бэтти за волосы и подтянула её на верх. Удар. Звук бьющегося стекла и лицо Бэтти на нём. Я крепко приложила её об зеркало и прильнула к её уху. — Не смей так больше делать. Смотри какой страшной я могу быть. А ведь это лишь мелочи. Знаешь, я бы с радостью сбросила тебя с той самой крыши, но боюсь, что мне, в отличие от тебя, будет грозить серьёзная расплата. Очень жаль, что ты не боишься того же. Но подожди. Твоё ещё будет. Я-то об этом позабочусь, а тебе советую позаботиться о том, что ты будешь делать со своим лицом. И…

    — Да отвали ты уже! После этих слов я толкнула её в грудь. Она отлетела прямиком к стойке с раковинами, сильно ударившись о них спиной. Я положила сумку около раковины, а сама же крепко схватила Бэтти за волосы и подтянула её на верх. Удар. Звук бьющегося стекла и лицо Бэтти на нём. Я крепко приложила её об зеркало и прильнула к её уху. — Не смей так больше делать. Смотри какой страшной я могу быть. А ведь это лишь мелочи. Знаешь, я бы с радостью сбросила тебя с той самой крыши, но боюсь, что мне, в отличие от тебя, будет грозить серьёзная расплата. Очень жаль, что ты не боишься того же. Но подожди. Твоё ещё будет. Я-то об этом позабочусь, а тебе советую позаботиться о том, что ты будешь делать со своим лицом. И…

    — Соль · книга
17. «

    Ката, моя мама говорила, когда пойдешь в школу, не обязательно заводить 100 друзей. Заводи настоящих друзей, которые будут тебе 100 раз дороже, и даже если будет лишь один, то главное, чтоб он был тебе действительно дорог.

    Ката, моя мама говорила, когда пойдешь в школу, не обязательно заводить 100 друзей. Заводи настоящих друзей, которые будут тебе 100 раз дороже, и даже если будет лишь один, то главное, чтоб он был тебе действительно дорог.
18. «

    В помещении — мертвая тишина. Все боятся даже дышать. А когда в комнате, набитой школьницами-подростками, тихо так, что слышен малейший шорох, значит, что-то действительно не в порядке.

    В помещении — мертвая тишина. Все боятся даже дышать. А когда в комнате, набитой школьницами-подростками, тихо так, что слышен малейший шорох, значит, что-то действительно не в порядке.

    — Майя ван Вейдженен · книга
19. «

    Достоинства и недостатки уходят корнями в школу, и ключи от благополучия находятся у учителей.

    Достоинства и недостатки уходят корнями в школу, и ключи от благополучия находятся у учителей.

    — Рухолла Мусави Хомейни
20. «

    Школа вообще не самое важное в жизни. Пока ты учишься, кажется, что да, это здорово, но потом никто даже не вспоминает о таких вещах, разве что когда соберутся вместе и нальются пивом.

    Школа вообще не самое важное в жизни. Пока ты учишься, кажется, что да, это здорово, но потом никто даже не вспоминает о таких вещах, разве что когда соберутся вместе и нальются пивом.

    — Стивен Кинг · книга