«система»: 251 цитата со смыслом

Тема «система» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 251 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Все прежние классы, завоевав себе господство, стремились упрочить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все общество условиям, обеспечивающим их способ присвоения. Пролетарии же могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный нынешний способ присвоения, а тем самым и весь существовавший до сих пор способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять, они должны разрушить все, что до сих пор охраняло и обеспечивало частную собственность.

   Все прежние классы, завоевав себе господство, стремились упрочить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все общество условиям, обеспечивающим их способ присвоения. Пролетарии же могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный нынешний способ присвоения, а тем самым и весь существовавший до сих пор способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять, они должны разрушить все, что до сих пор охраняло и обеспечивало частную собственность.

   — Карл Маркс · книга
2. «

   Теорию терапевтической общины я слышал столько раз, что могу рассказывать спереди назад и задом наперед – и что человек должен научиться жить в группе, прежде чем сможет функционировать в нормальном обществе, и что группа в состоянии помочь ему, показывая, где у него непорядок, и кто нормальный, а кто нет, общество само решает, а ты уж изволь соответствовать. И всякая такая штука. Стоит только появиться новому больному, доктор сразу – на свою теорию, и поехали; только тут он, кажется, и бывает главным, сам ведет собрание. Рассказывает, что цель терапевтической общины – демократическое отделение, полностью управляемое пациентами, их голосами, и стремится оно выпустить нас обратно на улицу, во внешний мир, достойными гражданами. Всякое мелкое недовольство, всякую жалобу, все, что тебе хотелось бы изменить, надо высказывать перед группой и обсуждать, а не гноить в себе. И ты должен чувствовать себя свободно среди окружающих до такой степени, чтобы без утайки обсуждать эмоциональные проблемы с больными и медицинским персоналом. Беседуйте, говорит он, обсуждайте, признавайтесь. А если друг что-то сказал в обычном разговоре – запишите в вахтенный журнал, чтобы знали врачи и сестры. Это не стук, как выражаются на жаргоне, это помощь товарищу. Извлеките старые грехи на свет божий, чтобы омыться в глазах людей. И участвуйте в групповом обсуждении. Помогите себе и друзьям проникнуть в тайны подсознательного. От друзей не должно быть секретов. Кончает он обыкновенно тем, что их задача – сделать отделение похожим на те свободные демократические места, где вы жили: пусть внутренний мир станет масштабной моделью большого внешнего, куда в один прекрасный день вам предстоит вернуться.

   Теорию терапевтической общины я слышал столько раз, что могу рассказывать спереди назад и задом наперед – и что человек должен научиться жить в группе, прежде чем сможет функционировать в нормальном обществе, и что группа в состоянии помочь ему, показывая, где у него непорядок, и кто нормальный, а кто нет, общество само решает, а ты уж изволь соответствовать. И всякая такая штука. Стоит только появиться новому больному, доктор сразу – на свою теорию, и поехали; только тут он, кажется, и бывает главным, сам ведет собрание. Рассказывает, что цель терапевтической общины – демократическое отделение, полностью управляемое пациентами, их голосами, и стремится оно выпустить нас обратно на улицу, во внешний мир, достойными гражданами. Всякое мелкое недовольство, всякую жалобу, все, что тебе хотелось бы изменить, надо высказывать перед группой и обсуждать, а не гноить в себе. И ты должен чувствовать себя свободно среди окружающих до такой степени, чтобы без утайки обсуждать эмоциональные проблемы с больными и медицинским персоналом. Беседуйте, говорит он, обсуждайте, признавайтесь. А если друг что-то сказал в обычном разговоре – запишите в вахтенный журнал, чтобы знали врачи и сестры. Это не стук, как выражаются на жаргоне, это помощь товарищу. Извлеките старые грехи на свет божий, чтобы омыться в глазах людей. И участвуйте в групповом обсуждении. Помогите себе и друзьям проникнуть в тайны подсознательного. От друзей не должно быть секретов. Кончает он обыкновенно тем, что их задача – сделать отделение похожим на те свободные демократические места, где вы жили: пусть внутренний мир станет масштабной моделью большого внешнего, куда в один прекрасный день вам предстоит вернуться.

   — Кен Кизи · книга
3. «

   Система побеждает в тот миг, когда ей удается заставить людей полюбить свою тюрьму.

   Система побеждает в тот миг, когда ей удается заставить людей полюбить свою тюрьму.

   — Фредерик Бегбедер · книга
4. «

   Нет ничего такого, что считается вредным (в общепринятом смысле) и при этом не может в некоторых случаях оказаться благотворным, и ничего такого, что считается благотворным и не может при определенных обстоятельствах причинить вред. Чем сложнее система, тем слабее в ней понятие Общего.

   Нет ничего такого, что считается вредным (в общепринятом смысле) и при этом не может в некоторых случаях оказаться благотворным, и ничего такого, что считается благотворным и не может при определенных обстоятельствах причинить вред. Чем сложнее система, тем слабее в ней понятие Общего.

   — Нассим Николас Талеб
5. «

   Корпорации слишком огромные, ты даже не знаешь, на кого работаешь. Это террор. Террор, построенный в системе.

   Корпорации слишком огромные, ты даже не знаешь, на кого работаешь. Это террор. Террор, построенный в системе.

   — Лео Голд · игра
6. «

   Как-то в одном из шоу на американском радио позвонил человек и высказал блестящую мысль. Он сравнил человечество с мужем, который знает об изменах жены, но отчаянно пытается убедить себя в обратном. Когда жена возвращается домой, муж расспрашивает ее о том, где и с кем она была. Он знает правду, но изо всех сил надеется, что объяснения жены прозвучат достаточно убедительно и он сможет дальше обманывать себя тем, что все хорошо. Он предпочтет услышать красивую ложь, а не принять отталкивающую правду. Точно так же, большинство людей не хочет замечать тайные действия и коррумпированность своих правительств или спросить, почему страны воюют против беззащитных граждан, включая своих собственных. Когда правительства лгут и извиняются за свои чудовищные действия, большинство людей с готовностью принимает извинения, потому что оно хочет верить, что эта ложь — правда. Альтернатива этому — признать, что правительство не является добрым слугой народа, а совсем наоборот.

   Как-то в одном из шоу на американском радио позвонил человек и высказал блестящую мысль. Он сравнил человечество с мужем, который знает об изменах жены, но отчаянно пытается убедить себя в обратном. Когда жена возвращается домой, муж расспрашивает ее о том, где и с кем она была. Он знает правду, но изо всех сил надеется, что объяснения жены прозвучат достаточно убедительно и он сможет дальше обманывать себя тем, что все хорошо. Он предпочтет услышать красивую ложь, а не принять отталкивающую правду. Точно так же, большинство людей не хочет замечать тайные действия и коррумпированность своих правительств или спросить, почему страны воюют против беззащитных граждан, включая своих собственных. Когда правительства лгут и извиняются за свои чудовищные действия, большинство людей с готовностью принимает извинения, потому что оно хочет верить, что эта ложь — правда. Альтернатива этому — признать, что правительство не является добрым слугой народа, а совсем наоборот.

   — Дэвид Эйк · книга
7. «

   Легче заменить одну нравственную систему другой, чем лишить кого-либо нравственности.

   Легче заменить одну нравственную систему другой, чем лишить кого-либо нравственности.

   — Федерико Андахази · книга
8. «

   Какие-то шуты на потешном столбе висят. Тут нечего ловить, не задерживай беглый взгляд. Ты лучше посмотри, как там реет победный стяг, Веселый кинофильм просто великолепно снят!

   Какие-то шуты на потешном столбе висят. Тут нечего ловить, не задерживай беглый взгляд. Ты лучше посмотри, как там реет победный стяг, Веселый кинофильм просто великолепно снят!
9. «

   Если вы боретесь с системой, значит, вы всё ещё в её плену. Речь идёт не о борьбе с системой, а о том, чтобы перестать удерживать её вместе. Отказ от сотрудничества. Мы не можем быть заключены в тюрьму без нашего сотрудничества. Их сила в нашем молчаливом согласии.

   Если вы боретесь с системой, значит, вы всё ещё в её плену. Речь идёт не о борьбе с системой, а о том, чтобы перестать удерживать её вместе. Отказ от сотрудничества. Мы не можем быть заключены в тюрьму без нашего сотрудничества. Их сила в нашем молчаливом согласии.

   — Дэвид Айк
10. «

    Надо думать, как поиметь систему, а не как ей подыгрывать.

    Надо думать, как поиметь систему, а не как ей подыгрывать.

    — Филлип «Лип» Галлагер · сериал
11. «

    Неправильное применение и расходование ресурсов обществом, ориентированным на деньги, создает их искусственный дефицит.

    Неправильное применение и расходование ресурсов обществом, ориентированным на деньги, создает их искусственный дефицит.

    — Жак Фреско · книга
12. «

    Будь плохой, детка, сопротивляйся системе, Сопротивляйся несмотря ни на что. Ты — это то, как ты сопротивляешься, И больше почти ничто.

    Будь плохой, детка, сопротивляйся системе, Сопротивляйся несмотря ни на что. Ты — это то, как ты сопротивляешься, И больше почти ничто.
13. «

    Самое слабое место любой системы это не программа, не железо, а человеческий фактор.

    Самое слабое место любой системы это не программа, не железо, а человеческий фактор.

    — Баки Барнс / Зимний солдат (Bucky Barnes / Winter Soldier) · сериал
14. «

    — Я чувствую в недосягаемости себя здесь. — Дорогая, мы переехали сюда, не для того, чтоб оставаться в досягаемости. Мне кажется это прекрасное место для жизни. И я зарабатываю хорошие деньги, став самым молодым школьным инспектором в истории Аризоны. — Брайн, знаешь что, человек, за которого я вышла, любил свою работу, а не власть и деньги. — Всё верно, я по-прежнему люблю свою работу, а ещё я люблю власть и большие деньги. — Когда ты был молодым радикалом, ты постоянно боролся с Системой. А теперь ты сам стал Системой и борешься с молодыми радикалами...

    — Я чувствую в недосягаемости себя здесь. — Дорогая, мы переехали сюда, не для того, чтоб оставаться в досягаемости. Мне кажется это прекрасное место для жизни. И я зарабатываю хорошие деньги, став самым молодым школьным инспектором в истории Аризоны. — Брайн, знаешь что, человек, за которого я вышла, любил свою работу, а не власть и деньги. — Всё верно, я по-прежнему люблю свою работу, а ещё я люблю власть и большие деньги. — Когда ты был молодым радикалом, ты постоянно боролся с Системой. А теперь ты сам стал Системой и борешься с молодыми радикалами...

    — Марла Хантер · фильм
15. «

    И знаете, что? Они получат их! Рано или поздно они всё от вас получат. Потому что они владеют этим ёбаным местом. Это большой клуб, и вас в нём нет! Вы и я не в большом клубе. Кстати, этот тот же большой клуб, который целыми днями вдалбливал вам в голову, чему нужно верить... Целый день били вас по башке с помощью СМИ, чему верить, что думать и что покупать... Стол перекошен, народ! Игра подстроена! И никто, похоже, не замечает, и никому нет дела... Добропорядочные, трудящиеся люди. Белые воротнички, синие... Неважно, какого цвета у вас рубашка. Добропорядочные, трудящиеся люди продолжают... Эти люди со скромными возможностями продолжают выбирать этих богатых хуесосов, которым похуй на них! Им похуй на вас! Они не заботятся о вас! Нисколько! Нисколько! Нисколько! Да! Понимаете? И никто, похоже, не замечает, никому нет дела... Вот на что владельцы рассчитывают.

    И знаете, что? Они получат их! Рано или поздно они всё от вас получат. Потому что они владеют этим ёбаным местом. Это большой клуб, и вас в нём нет! Вы и я не в большом клубе. Кстати, этот тот же большой клуб, который целыми днями вдалбливал вам в голову, чему нужно верить... Целый день били вас по башке с помощью СМИ, чему верить, что думать и что покупать... Стол перекошен, народ! Игра подстроена! И никто, похоже, не замечает, и никому нет дела... Добропорядочные, трудящиеся люди. Белые воротнички, синие... Неважно, какого цвета у вас рубашка. Добропорядочные, трудящиеся люди продолжают... Эти люди со скромными возможностями продолжают выбирать этих богатых хуесосов, которым похуй на них! Им похуй на вас! Они не заботятся о вас! Нисколько! Нисколько! Нисколько! Да! Понимаете? И никто, похоже, не замечает, никому нет дела... Вот на что владельцы рассчитывают.

    — Джордж Карлин
16. «

    Сочувствие захлестнуло его, все, все они в тисках этой бессмысленной чудовищной системы.

    Сочувствие захлестнуло его, все, все они в тисках этой бессмысленной чудовищной системы.

    — Генрих Бёлль · книга
17. «

    Конечно, Михаил Сергеевич — не трагическая фигура. <...> Михаил Сергеевич совершил массу ошибок. Конечно, можно согласиться, наверное, он не соответствовал статусу руководителя такой страны. Но друзья, дело-то всё в том, что эта система других не выдвигала тогда. Эта система по другому не работала уже — в этом всё дело. <> А я помню, как в парткомах никто не шёл работать, у нас на «Мосфильме» работали третьеразрядные все кинорежиссеры, потому что никто не хотел уже... <...> Ну Путин не пришёл бы никогда к власти в то время! <...> Такие люди не могли прийти! В этом была проблема СССР. <...> Нам вообще о будущем надо думать, а не о прошлом в этом смысле — либо империя продолжает падать и это лишь такой всплеск некоторый, как у тяжелобольного — улучшение состояния здоровья (ремиссия называется), либо мы всё-таки восстанавливаем действительно великую страну, великую Евразию. Нам, самое главное, надо понять — наша система способна харизматичных людей к власти приводить?

    Конечно, Михаил Сергеевич — не трагическая фигура. <...> Михаил Сергеевич совершил массу ошибок. Конечно, можно согласиться, наверное, он не соответствовал статусу руководителя такой страны. Но друзья, дело-то всё в том, что эта система других не выдвигала тогда. Эта система по другому не работала уже — в этом всё дело. <> А я помню, как в парткомах никто не шёл работать, у нас на «Мосфильме» работали третьеразрядные все кинорежиссеры, потому что никто не хотел уже... <...> Ну Путин не пришёл бы никогда к власти в то время! <...> Такие люди не могли прийти! В этом была проблема СССР. <...> Нам вообще о будущем надо думать, а не о прошлом в этом смысле — либо империя продолжает падать и это лишь такой всплеск некоторый, как у тяжелобольного — улучшение состояния здоровья (ремиссия называется), либо мы всё-таки восстанавливаем действительно великую страну, великую Евразию. Нам, самое главное, надо понять — наша система способна харизматичных людей к власти приводить?

    — Карен Шахназаров
18. «

    Невозможно исправить эту систему. Мы должны создать систему, обеспечивающую соблюдение прав человека. Когда у каждого есть свободный доступ к товарам и услугам, вам не нужно бороться за права женщин или чернокожих; Это автоматическое в обществе, которое создано таким образом.

    Невозможно исправить эту систему. Мы должны создать систему, обеспечивающую соблюдение прав человека. Когда у каждого есть свободный доступ к товарам и услугам, вам не нужно бороться за права женщин или чернокожих; Это автоматическое в обществе, которое создано таким образом.

    — Роксанна Медоуз
19. «

    Дело не в том, хороший вы или плохой человек, а в том, как вы решаете проблему. Глаза каждого ребёнка наполнены возможностью и надеждой, и мы должны холить и лелеять этот потенциал, но мы этого не делаем, мы по-прежнему позволяем детям расти сломленными и потерянными, как их родители. Мы должны разорвать этот порочный круг, это должно быть нашей главной целью, но это не так. Вот что я пыталась сделать! Я пыталась сделать это повсюду! И что я изменила? Ничего! Да, я заботилась о них, помогала, я обнимала их с мыслями, что что-то меняю, что теперь всё будет иначе! Но, когда мы попросили настоящих перемен, все эти бюрократы ответили: «нет, вы не можете этого сделать! Существует процесс!» Каждый раз, когда мы спрашивали политиков и саму систему, почему бедные беднеют, а дети страдают, нам отвечали: «нет, так делать нельзя, есть процесс...» И всё продолжает идти и идти по этому замкнутому кругу, и дети продолжают страдать, и никто ничего не предпринимает, и этот мир никогда не изменится...

    Дело не в том, хороший вы или плохой человек, а в том, как вы решаете проблему. Глаза каждого ребёнка наполнены возможностью и надеждой, и мы должны холить и лелеять этот потенциал, но мы этого не делаем, мы по-прежнему позволяем детям расти сломленными и потерянными, как их родители. Мы должны разорвать этот порочный круг, это должно быть нашей главной целью, но это не так. Вот что я пыталась сделать! Я пыталась сделать это повсюду! И что я изменила? Ничего! Да, я заботилась о них, помогала, я обнимала их с мыслями, что что-то меняю, что теперь всё будет иначе! Но, когда мы попросили настоящих перемен, все эти бюрократы ответили: «нет, вы не можете этого сделать! Существует процесс!» Каждый раз, когда мы спрашивали политиков и саму систему, почему бедные беднеют, а дети страдают, нам отвечали: «нет, так делать нельзя, есть процесс...» И всё продолжает идти и идти по этому замкнутому кругу, и дети продолжают страдать, и никто ничего не предпринимает, и этот мир никогда не изменится...

    — Джулия Дэннинг · фильм
20. «

    Времена философских систем прошли, теперь время критики. Разрушение систем уже стало большой и величественной системой, хотя оно подобно разрушенным системам и не имеет глав, параграфов и категорий. Улучшать человеческую жизнь — вот в чем философия; развивайся она каким хочет путем, лишь бы это составляло ее смысл и цель.

    Времена философских систем прошли, теперь время критики. Разрушение систем уже стало большой и величественной системой, хотя оно подобно разрушенным системам и не имеет глав, параграфов и категорий. Улучшать человеческую жизнь — вот в чем философия; развивайся она каким хочет путем, лишь бы это составляло ее смысл и цель.

    — Микаэл Лазаревич Налбандян