458 цитат про «слава»

Собрали 458 цитат на тему «слава» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Слава — это пчела. У неё есть песня. У неё есть жало. Ах, у неё есть крылья.

   Слава — это пчела. У неё есть песня. У неё есть жало. Ах, у неё есть крылья.

   — Эмили Дикинсон
2. «

   Если не можешь прославиться, опозорься.

   Если не можешь прославиться, опозорься.

   — слоган · фильм
3. «

   — Мы делаем тебе предложение: выпусти обоих детей и я войду в Винтанкестер. Один. — И с чего мне менять золото на серебро? — Ты получишь величайшего воина саксов. И потому что, когда-нибудь я убью тебя, как убивал твоих друзей и братьев. — Он мне лжет? — Нет, слова его дочери правда. Пока он жив, земли нам не покорятся. Эдуард сделает нового наследника, но нового Утреда — ни за что.

   — Мы делаем тебе предложение: выпусти обоих детей и я войду в Винтанкестер. Один. — И с чего мне менять золото на серебро? — Ты получишь величайшего воина саксов. И потому что, когда-нибудь я убью тебя, как убивал твоих друзей и братьев. — Он мне лжет? — Нет, слова его дочери правда. Пока он жив, земли нам не покорятся. Эдуард сделает нового наследника, но нового Утреда — ни за что.

   — Утред Беббанбургский · сериал
4. «

   Но есть и такие особы: Придут — и давай без разбору О выгоде спорить, о славе, - Иного не жди разговора. Охрипнут — и и все же про это Готовы твердить до рассвета.

   Но есть и такие особы: Придут — и давай без разбору О выгоде спорить, о славе, - Иного не жди разговора. Охрипнут — и и все же про это Готовы твердить до рассвета.

   — Синь Цицзи
5. «

   Какое мне дело до того, сколько людей мною восхищаются? Если люди меня увидят, тем лучше для них. Значит, им повезло.

   Какое мне дело до того, сколько людей мною восхищаются? Если люди меня увидят, тем лучше для них. Значит, им повезло.

   — Генри Каттнер · книга
6. «

   Хочешь добиться славы — готовься к долгой, упорной работе.

   Хочешь добиться славы — готовься к долгой, упорной работе.

   — Джоан Роулинг · книга
7. «

   Жизнь определяется трагедией и триумфом. Смерть омрачена печалью и сожалением. Дух, отягощённый грехами и воспоминаниями. Лучше скитаться по миру, чем быть проклятым славой.

   Жизнь определяется трагедией и триумфом. Смерть омрачена печалью и сожалением. Дух, отягощённый грехами и воспоминаниями. Лучше скитаться по миру, чем быть проклятым славой.

   — Ксеро · игра
8. «

   — Будь осторожен, слава — напиток весьма ядовитый. — А у меня здоровый желудок.

   — Будь осторожен, слава — напиток весьма ядовитый. — А у меня здоровый желудок.

   — Бермудес · фильм
9. «

   – Вот и грянула слава. Как ощущения? – Я писала те картины не для показа. Ощущения премерзкие. – Мои поздравления – вы таки художник.

   – Вот и грянула слава. Как ощущения? – Я писала те картины не для показа. Ощущения премерзкие. – Мои поздравления – вы таки художник.

   — Андре Зеллер · сериал
10. «

    Пресса окрестила насильника Клоуном — убийцей. Я терпеть не мог прозвища, потому что они создавались с единственной целью — привнести дух загадочности, а загадочность — это основание легенды. И когда появлялись прозвища, жестокости, совершенные этими ублюдками, оказывались в ореоле славы. Не успеешь оглянуться — про них уже выходят статьи в журналах, книги, телесериалы и даже фильмы. А ведь убийцы — отъявленные мерзавцы и чудовища. Их нужно запирать в темницах и выбрасывать ключи. А вместо этого они получают свет софитов и хоть и дурную, но славу. Это просто неправильно!

    Пресса окрестила насильника Клоуном — убийцей. Я терпеть не мог прозвища, потому что они создавались с единственной целью — привнести дух загадочности, а загадочность — это основание легенды. И когда появлялись прозвища, жестокости, совершенные этими ублюдками, оказывались в ореоле славы. Не успеешь оглянуться — про них уже выходят статьи в журналах, книги, телесериалы и даже фильмы. А ведь убийцы — отъявленные мерзавцы и чудовища. Их нужно запирать в темницах и выбрасывать ключи. А вместо этого они получают свет софитов и хоть и дурную, но славу. Это просто неправильно!

    — Джеймс Кэрол · книга
11. «

    Люди часто спрашивают... Кто такой Рок-н-рольщик? Я объясняю им — что дело не в барабанах, наркотиках и гемодиализе, о нет. Речь про нечто большее, друг мой. Всем нравится красивая жизнь — кому-то ближе бабло, кому-то наркота, одним секс, другим лаве, третьим слава. Но Рок-н-рольщик, он не такой. Почему? Потому что настоящему рок-н-рольщику нужно сразу всё.

    Люди часто спрашивают... Кто такой Рок-н-рольщик? Я объясняю им — что дело не в барабанах, наркотиках и гемодиализе, о нет. Речь про нечто большее, друг мой. Всем нравится красивая жизнь — кому-то ближе бабло, кому-то наркота, одним секс, другим лаве, третьим слава. Но Рок-н-рольщик, он не такой. Почему? Потому что настоящему рок-н-рольщику нужно сразу всё.

    — Арчи (рассказчик) · фильм
12. «

    Быть героем иногда очень почётно, но всегда чревато – от обретения призрачной славы до потери реальной жизни.

    Быть героем иногда очень почётно, но всегда чревато – от обретения призрачной славы до потери реальной жизни.

    — Андрей Белянин · книга
13. «

    ... Слава часто бывает и незаслуженной.

    ... Слава часто бывает и незаслуженной.

    — Стендаль · книга
14. «

    Орлятам подрезали крылья Унижены слава и честь, В почете теперь не отвага, А сладкая, липкая лесть.

    Орлятам подрезали крылья Унижены слава и честь, В почете теперь не отвага, А сладкая, липкая лесть.
15. «

    Монах каждую минуту должен славить Господа. Нельзя, чтобы минуты пропадали даром, их нужно использовать с пользой для вечного блаженства!

    Монах каждую минуту должен славить Господа. Нельзя, чтобы минуты пропадали даром, их нужно использовать с пользой для вечного блаженства!

    — Схиигумен Лука (Земсков)
16. «

    Пятна на солнце — это часто следы тех, кто искал место под ним.

    Пятна на солнце — это часто следы тех, кто искал место под ним.

    — Борис Юзефович Крутиер
17. «

    — Эй, видишь этих людей? — Да... — Эти др*чилы теперь твои самые лучшие друзья на свете, без них ты ничто. Запомни. — Снимаем сцену со слов «сладкуля»! — Твоя семья никогда тебя не поймёт. Любовники кинут, или попытаются изменить тебе, но фанаты — будь к ним добра, и они будут добры к тебе. — Снимаем, камера готова. — Самое главное — давать людям то, что они хотят. Даже если это убьёт тебя, даже если это опустошает так, что опустошать уже нечего. Что бы ни случилось, как бы ни было больно, не прекращай танцевать, не прекращай улыбаться. И дай этим людям то, что они хотят.

    — Эй, видишь этих людей? — Да... — Эти др*чилы теперь твои самые лучшие друзья на свете, без них ты ничто. Запомни. — Снимаем сцену со слов «сладкуля»! — Твоя семья никогда тебя не поймёт. Любовники кинут, или попытаются изменить тебе, но фанаты — будь к ним добра, и они будут добры к тебе. — Снимаем, камера готова. — Самое главное — давать людям то, что они хотят. Даже если это убьёт тебя, даже если это опустошает так, что опустошать уже нечего. Что бы ни случилось, как бы ни было больно, не прекращай танцевать, не прекращай улыбаться. И дай этим людям то, что они хотят.

    — Конь БоДжек · мультфильм
18. «

    Всякое честолюбие не что иное, как облагороженное тщеславие. Нам хочется снискать похвалу и восхищение, как мы говорим — славу, и вот мы пишем умные книги, рисуем красивые картины, поем трогательные песни и вдохновенно работаем за письменным столом, у станка или в лаборатории.

    Всякое честолюбие не что иное, как облагороженное тщеславие. Нам хочется снискать похвалу и восхищение, как мы говорим — славу, и вот мы пишем умные книги, рисуем красивые картины, поем трогательные песни и вдохновенно работаем за письменным столом, у станка или в лаборатории.

    — Джером Клапка Джером · книга
19. «

    По-настоящему велик не тот, кто ищет славы, не тот, чьи деяния поражают масштабностью, а тот, кто делится частицей себя с другими.

    По-настоящему велик не тот, кто ищет славы, не тот, чьи деяния поражают масштабностью, а тот, кто делится частицей себя с другими.

    — Александр Вяземка · книга
20. «

    Люди делятся на две категории: одни хотят жить здесь и сейчас, с максимальным телесным и душевным комфортом; другие – в памяти потомков, своих книгах, стихах, мелодиях, и ради этого готовы на любые лишения здесь и сейчас.

    Люди делятся на две категории: одни хотят жить здесь и сейчас, с максимальным телесным и душевным комфортом; другие – в памяти потомков, своих книгах, стихах, мелодиях, и ради этого готовы на любые лишения здесь и сейчас.

    — Александр Чудаков · книга