221 глубоких цитата про «Жизненные цитаты про смерть»

Собрали 221 цитата на тему «Жизненные цитаты про смерть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Страх смерти делает человека внимательным к жизни.

   Страх смерти делает человека внимательным к жизни.

   — Авессалом Подводный · книга
2. «

   Покуда живёшь, поневоле в бессмертие веришь. А жизнь оборвётся – и мир не заметит потери. Не вздрогнет луна, не осыпятся звёзды с небес… Единый листок упадёт, но останется лес.

   Покуда живёшь, поневоле в бессмертие веришь. А жизнь оборвётся – и мир не заметит потери. Не вздрогнет луна, не осыпятся звёзды с небес… Единый листок упадёт, но останется лес.

   — Мария Семенова · книга
3. «

   Он видел теперь первый раз в жизни и, вероятно, больше ему не случится видеть: мир, не похожий ни на что другое, — мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, нет и нет, но в каждом темном тополей, в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающе жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядших цветов, вместе с осенним запахом листьев, веет прощением, печалью, покоем.

   Он видел теперь первый раз в жизни и, вероятно, больше ему не случится видеть: мир, не похожий ни на что другое, — мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, нет и нет, но в каждом темном тополей, в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающе жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядших цветов, вместе с осенним запахом листьев, веет прощением, печалью, покоем.

   — Антон Павлович Чехов · книга
4. «

   Долго я веселился в неведенье сладком и гордился удачей своей и достатком Долго я веселился. Мне все были рады, и желанья мои не встречали преграды. Долго я веселился. Мне жизнь улыбалась. Все прошло. На губах только горечь осталась. Ты, что строишь дворцы и высокие башни, хочешь небо ладонью потрогать, бесстрашный,- ты игрушка в руках бессердечного рока. Он велит — и приходит погибель до срока, и дворцы твоей славы руинами станут, и дела твоей жизни в забвение канут. Неужели ты думаешь: все обойдется, смерть пропустит тебя, обойдет, промахнется? Оглянись же вокруг! Этот мир наслаждений - только жалкий мираж, вереница видений, только зыбкое марево, сгусток тумана... Неужели, слепец, ты не видишь обмана? Разгорается смерти несытое пламя - этот огненный зев насыщается нами. Это наше грядущее. Нет исключений. Впереди — ничего, кроме смертных мучений. Обещаньям блаженства — бесчестным рассказам не внимай никогда, если жив еще разум. Ты упорствуешь, ты прегрешения множишь, от безумств молодых отказаться не можешь, воздвигаешь дворцы ради суетной славы, тратишь силу свою на пустые забавы. Воздавая ничтожеству славу и почесть, ты достойного мужа теснишь и порочишь. Но в покои твои, пламенея от гнева, смерть внезапно сойдет, словно молния с неба. Перед нею в последней тоске, в исступленье ты раскаешься, ты упадешь на колени и поймешь, полумертвый, от страха дрожащий: все ничтожно, все временно, все преходяще. Что сулят человеку грядущие годы? Ничего. Только муки, обиды, невзгоды. Не теряя надежды, живешь понемногу, но приходит пора собираться в дорогу. Кто из смертных сумел избежать этой доли? Смерть не шутит сама и шутить не позволит Назови государство — их было немало,- что не гибло, не рушилось, прахом не стало. Кто из мертвых воскрес, кто сподобился чуда Где загробная жизнь? Кто вернулся оттуда? Никого. Только голос из бездны зовет: «Для последней кочевки седлайте верблюда!»

   Долго я веселился в неведенье сладком и гордился удачей своей и достатком Долго я веселился. Мне все были рады, и желанья мои не встречали преграды. Долго я веселился. Мне жизнь улыбалась. Все прошло. На губах только горечь осталась. Ты, что строишь дворцы и высокие башни, хочешь небо ладонью потрогать, бесстрашный,- ты игрушка в руках бессердечного рока. Он велит — и приходит погибель до срока, и дворцы твоей славы руинами станут, и дела твоей жизни в забвение канут. Неужели ты думаешь: все обойдется, смерть пропустит тебя, обойдет, промахнется? Оглянись же вокруг! Этот мир наслаждений - только жалкий мираж, вереница видений, только зыбкое марево, сгусток тумана... Неужели, слепец, ты не видишь обмана? Разгорается смерти несытое пламя - этот огненный зев насыщается нами. Это наше грядущее. Нет исключений. Впереди — ничего, кроме смертных мучений. Обещаньям блаженства — бесчестным рассказам не внимай никогда, если жив еще разум. Ты упорствуешь, ты прегрешения множишь, от безумств молодых отказаться не можешь, воздвигаешь дворцы ради суетной славы, тратишь силу свою на пустые забавы. Воздавая ничтожеству славу и почесть, ты достойного мужа теснишь и порочишь. Но в покои твои, пламенея от гнева, смерть внезапно сойдет, словно молния с неба. Перед нею в последней тоске, в исступленье ты раскаешься, ты упадешь на колени и поймешь, полумертвый, от страха дрожащий: все ничтожно, все временно, все преходяще. Что сулят человеку грядущие годы? Ничего. Только муки, обиды, невзгоды. Не теряя надежды, живешь понемногу, но приходит пора собираться в дорогу. Кто из смертных сумел избежать этой доли? Смерть не шутит сама и шутить не позволит Назови государство — их было немало,- что не гибло, не рушилось, прахом не стало. Кто из мертвых воскрес, кто сподобился чуда Где загробная жизнь? Кто вернулся оттуда? Никого. Только голос из бездны зовет: «Для последней кочевки седлайте верблюда!»

   — Абу аль-Атахия
5. «

   Это не беда. А что беда? Новостей не будет. Никогда.

   Это не беда. А что беда? Новостей не будет. Никогда.

   — Борис Абрамович Слуцкий
6. «

   Он боялся не смерти, он боялся жизни! Боялся, что со смертью всё не закончится, а начнётся новая тягомотина, какая-то другая форма бытия, пускай не похожего на земное, но такого же неотвязного и нескончаемого.

   Он боялся не смерти, он боялся жизни! Боялся, что со смертью всё не закончится, а начнётся новая тягомотина, какая-то другая форма бытия, пускай не похожего на земное, но такого же неотвязного и нескончаемого.

   — Анна Борисова (писатель) · книга
7. «

   Думающий о смерти проигрывает первым.

   Думающий о смерти проигрывает первым.

   — Лен Тао (Рэн)
8. «

   Одиночество — болезнь смертельная.

   Одиночество — болезнь смертельная.

   — Хоро Мудрая (Холо) · аниме
9. «

   Мертвецам все равно: что минута — что час, Что вода — что вино, что Багдад — что Шираз. Полнолуние сменится новой луною После нашей погибели тысячи раз.

   Мертвецам все равно: что минута — что час, Что вода — что вино, что Багдад — что Шираз. Полнолуние сменится новой луною После нашей погибели тысячи раз.

   — Омар Хайям
10. «

    Ведь вот до чего довели человека, сволочи! Ну конечно мне, как беспартийному, вся эта религия не воспрещается. Но всё-таки не очень, не так чтобы очень фигуристо у меня получилось... Небось нужда заставит — не только такое коленце выкинешь. Смерть-то, она не родная тётка, она всем одинаково страшна — партийному и беспартийному, и всякому иному прочему человеку.

    Ведь вот до чего довели человека, сволочи! Ну конечно мне, как беспартийному, вся эта религия не воспрещается. Но всё-таки не очень, не так чтобы очень фигуристо у меня получилось... Небось нужда заставит — не только такое коленце выкинешь. Смерть-то, она не родная тётка, она всем одинаково страшна — партийному и беспартийному, и всякому иному прочему человеку.

    — Иван Звягинцев · фильм
11. «

    Берегись! Ничто не вечно! Час ударит — нить порвётся.

    Берегись! Ничто не вечно! Час ударит — нить порвётся.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
12. «

    Смерть — это всего лишь врата: закрываются одни, открываются другие.

    Смерть — это всего лишь врата: закрываются одни, открываются другие.

    — Сонми-451 · фильм
13. «

    Всё плоско и одномерно: счастье — временно, смерть — неизбежна.

    Всё плоско и одномерно: счастье — временно, смерть — неизбежна.

    — Виктория Токарева · книга
14. «

    Если моё тело умирает, пусть моё тело умирает, но не позволяйте моей стране умирать.

    Если моё тело умирает, пусть моё тело умирает, но не позволяйте моей стране умирать.

    — Чингисхан
15. «

    – А если я скажу, что хотел его смерти? – Я бы поверил. А ещё я знаю, что хотеть кого-то убить, и убить – это совсем не одно и то же.

    – А если я скажу, что хотел его смерти? – Я бы поверил. А ещё я знаю, что хотеть кого-то убить, и убить – это совсем не одно и то же.

    — Стайлз Стилински · сериал
16. «

    Достойная смерть — оправдание чему угодно. Даже недостойной жизни.

    Достойная смерть — оправдание чему угодно. Даже недостойной жизни.

    — Артуро Перес-Реверте · книга
17. «

    Зачем кому-то умирать, Чтобы он нами был замечен?..

    Зачем кому-то умирать, Чтобы он нами был замечен?..
18. «

    – Ты что, не понимаешь? У меня руки в крови! Ещё одни родители напрасно ждут сына домой... А я даже не знаю, что дальше... Оставить его здесь? – Кровь на тебе уже давно, но раньше ты не хотел её замечать! Один погибший?! Там, откуда этот мальчишка, таких сотни! Из-за Силко и таких как ты, они заживо гниют в грязи!

    – Ты что, не понимаешь? У меня руки в крови! Ещё одни родители напрасно ждут сына домой... А я даже не знаю, что дальше... Оставить его здесь? – Кровь на тебе уже давно, но раньше ты не хотел её замечать! Один погибший?! Там, откуда этот мальчишка, таких сотни! Из-за Силко и таких как ты, они заживо гниют в грязи!

    — Джейс · мультфильм
19. «

    1922–1957… Целая жизнь заключена в этом тире между двумя цифрами. Вход и выход. А мы заполняем то, что внутри. Рождаемся, плачем, смеемся, едим, испражняемся, двигаемся, спим, занимаемся любовью, ссоримся, говорим, слушаем, ходим, сидим, лежим… и умираем. Каждый считает это чем-то уникальным, из ряда вон выходящим, но на самом деле у всех одно и то же.

    1922–1957… Целая жизнь заключена в этом тире между двумя цифрами. Вход и выход. А мы заполняем то, что внутри. Рождаемся, плачем, смеемся, едим, испражняемся, двигаемся, спим, занимаемся любовью, ссоримся, говорим, слушаем, ходим, сидим, лежим… и умираем. Каждый считает это чем-то уникальным, из ряда вон выходящим, но на самом деле у всех одно и то же.

    — Бернар Вербер · книга
20. «

    Века текут, а люди не меняются. Их по-прежнему волнуют те же вещи: жизнь, смерть, любовь, счастье. Меняются только «декорации».

    Века текут, а люди не меняются. Их по-прежнему волнуют те же вещи: жизнь, смерть, любовь, счастье. Меняются только «декорации».

    — Наталья Солнцева · книга