213 цитат про «СМИ», которые захочется сохранить

Собрали 213 цитат на тему «СМИ» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Независимые СМИ потому так и называются, что от них ничего не зависит.

   Независимые СМИ потому так и называются, что от них ничего не зависит.

   — Нурсултан Абишевич Назарбаев
2. «

   Министр не должен жаловаться на газеты и даже читать их. Он должен их писать.

   Министр не должен жаловаться на газеты и даже читать их. Он должен их писать.

   — Шарль де Голль
3. «

   Свободное мышление — единственный путь для человечества идти вперед. Это определило компьютерную и научную революцию, новое поколение. Надо уходить от того мышления, которое закладывают СМИ в наши головы. Они, по крайней мере, в Америке, все больше становятся рупорами корпоративного мышления.

   Свободное мышление — единственный путь для человечества идти вперед. Это определило компьютерную и научную революцию, новое поколение. Надо уходить от того мышления, которое закладывают СМИ в наши головы. Они, по крайней мере, в Америке, все больше становятся рупорами корпоративного мышления.

   — Оливер Стоун
4. «

   — Том, я нахожусь в пятнадцати километрах от Бивертона, в город пробраться невозможно, у нас пока нет сообщений, однако мы считаем, что счет пошел на сотни миллионов. Но, с учетом того, что в Бивертоне жителей всего 8000, город, видимо, обречен. — А что случилось с теми, кто пока выжил? — Мы не знаем точно, что происходит в городе сейчас, но мы готовы сообщить о грабежах, изнасилованиях и случаях каннибализма. — Боже мой! Вы видели, как люди насилуют, грабят и пожирают друг друга? — Вообще мы не видели, но просто хотим об этом сообщить.

   — Том, я нахожусь в пятнадцати километрах от Бивертона, в город пробраться невозможно, у нас пока нет сообщений, однако мы считаем, что счет пошел на сотни миллионов. Но, с учетом того, что в Бивертоне жителей всего 8000, город, видимо, обречен. — А что случилось с теми, кто пока выжил? — Мы не знаем точно, что происходит в городе сейчас, но мы готовы сообщить о грабежах, изнасилованиях и случаях каннибализма. — Боже мой! Вы видели, как люди насилуют, грабят и пожирают друг друга? — Вообще мы не видели, но просто хотим об этом сообщить.
5. «

   Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.

   Он любил свою газету, как сигару после обеда, за лёгкий туман, который она производила в его голове.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
6. «

   Те, кто понимает опасность жирной пищи и переизбытка сахара, могут следить за тем, что и сколько они едят. Те же, кто понимает опасность переизбытка того, чем нас потчуют СМИ, перестают без разбора глотать «Playboy», «People», «Секс в большом городе» или «Танцы со звездами». Проведя все эти исследования, я перестал покупать журнал «Playboy» и почти никогда не включаю телевизор. В результате у меня появилось больше времени, чтобы кататься на велосипеде или читать книги. Стал я от этого счастливее или нет — не знаю, но, во всяком случае, я не пытаюсь сравнивать себя с Дональдом Трампом, а свою жену — с «мисс Февраль».

   Те, кто понимает опасность жирной пищи и переизбытка сахара, могут следить за тем, что и сколько они едят. Те же, кто понимает опасность переизбытка того, чем нас потчуют СМИ, перестают без разбора глотать «Playboy», «People», «Секс в большом городе» или «Танцы со звездами». Проведя все эти исследования, я перестал покупать журнал «Playboy» и почти никогда не включаю телевизор. В результате у меня появилось больше времени, чтобы кататься на велосипеде или читать книги. Стал я от этого счастливее или нет — не знаю, но, во всяком случае, я не пытаюсь сравнивать себя с Дональдом Трампом, а свою жену — с «мисс Февраль».

   — Дуглас Кенрик · книга
7. «

   Как правило, первая страница нашей газеты «Le Provecal» посвящена превратностям судьбы местной футбольной команды, самовосхвалениям мелких политиков, драматичным отчетам об ограблении супермаркета.

   Как правило, первая страница нашей газеты «Le Provecal» посвящена превратностям судьбы местной футбольной команды, самовосхвалениям мелких политиков, драматичным отчетам об ограблении супермаркета.

   — Питер Мейл · книга
8. «

   Терпеть не могу я эти газеты. Не позволю ни одной газете войти в этот дом.

   Терпеть не могу я эти газеты. Не позволю ни одной газете войти в этот дом.

   — Уилки Коллинз · книга
9. «

   Конечно, наши предки жили без телевизора, кино и фотографий и перед их глазами были только реальные люди, а механизмы сознания наших предков выполняли ту работу, которую нужно было выполнять. Теперь эти механизмы перегружены. В каком-то смысле образы, которыми нас пичкает Голливуд и Мэдисон-авеню, сродни вкусу мороженого «Бен-энд-Джерри». Вкусные добавки и зрительные образы вторгаются в механизмы сознания, которые были приспособлены для выживания и воспроизводства потомства в совершенно ином мире. Если вы будете поглощать эти добавки и образы в слишком большом количестве, это может причинить вред здоровью.

   Конечно, наши предки жили без телевизора, кино и фотографий и перед их глазами были только реальные люди, а механизмы сознания наших предков выполняли ту работу, которую нужно было выполнять. Теперь эти механизмы перегружены. В каком-то смысле образы, которыми нас пичкает Голливуд и Мэдисон-авеню, сродни вкусу мороженого «Бен-энд-Джерри». Вкусные добавки и зрительные образы вторгаются в механизмы сознания, которые были приспособлены для выживания и воспроизводства потомства в совершенно ином мире. Если вы будете поглощать эти добавки и образы в слишком большом количестве, это может причинить вред здоровью.

   — Дуглас Кенрик · книга
10. «

    Иногда человек идет в газету потому, что чувствует, что может хорошо писать. Но это — не обязательное условие. Журналистами, как и актерами или политическими деятелями, делаются люди самых различных профессий, оказавшиеся на бездорожье.

    Иногда человек идет в газету потому, что чувствует, что может хорошо писать. Но это — не обязательное условие. Журналистами, как и актерами или политическими деятелями, делаются люди самых различных профессий, оказавшиеся на бездорожье.

    — Карел Чапек · книга
11. «

    — Журнал Entertainment Weekly... Он такой красивый... Посмотрите, он даже говорит нам, какую музыку слушать! — И какие фильмы смотреть. — И какие книги сжигать.

    — Журнал Entertainment Weekly... Он такой красивый... Посмотрите, он даже говорит нам, какую музыку слушать! — И какие фильмы смотреть. — И какие книги сжигать.
12. «

    Когда печать всего лишь следует общему мнению (каким бы обоснованным оно ни было), она не обеспечивает себе успеха у толпы.

    Когда печать всего лишь следует общему мнению (каким бы обоснованным оно ни было), она не обеспечивает себе успеха у толпы.

    — Эдгар Аллан По · книга
13. «

    Печатью овладевает буйная прогностическая лихорадка. Что же касается мистической волны, то она буквально захлестывает обывателя.

    Печатью овладевает буйная прогностическая лихорадка. Что же касается мистической волны, то она буквально захлестывает обывателя.

    — Еремей Парнов · книга
14. «

    Любой человек, управляющий средствами массовой информации, контролирует разум.

    Любой человек, управляющий средствами массовой информации, контролирует разум.

    — Джим Моррисон
15. «

    Пушкина жестоко жмет цензура. Он просил себе другого цензора. Ему назначили Гаевского. Пушкин раскаивается, но поздно. Гаевский до того напуган гауптвахтой, на которой просидел восемь дней, что теперь сомневается, можно ли пропустить в печать известия вроде того, что такой-то король скончался.

    Пушкина жестоко жмет цензура. Он просил себе другого цензора. Ему назначили Гаевского. Пушкин раскаивается, но поздно. Гаевский до того напуган гауптвахтой, на которой просидел восемь дней, что теперь сомневается, можно ли пропустить в печать известия вроде того, что такой-то король скончался.

    — Виктор Кунин · книга
16. «

    Великая Отечественная все дальше от нас. Ушли в лучший мир все маршалы и почти все генералы Победы. Те, кто знал истину о войне глубоко, объемно и достоверно. Их мемуары, некогда издаваемые миллионными тиражами, молодежь, увы, не читает, да и не будет уже читать… слишком другое сегодня время. Уходят последние ветераны – последние, кто знает правду о войне, познав ее лично в заледенелых окопах Подмосковья, в руинах Сталинградского тракторного, на ступенях Рейхстага. Тонны архивных документов: от протоколов заседаний Политбюро до секретной переписки «Большой тройки» — эти архиинтересные документы, также дающие правдивое представление о том, как все было на самом деле – увы, удел немногих архивистов да обладателей ученых степей по истории. И даже книги, писанные «по горячим следам» великими советскими писателями, теми, которые Войну прошли сами, — из года в год издаются все реже. Новые поколения вообще читают все меньше, тем более – литературы тяжелой, глубокой, о событиях далеких и вроде как «неактуальных». Живая человеческая память о войне исчезает, растворяется во времени. Остается лишь коллективный миф, суррогатная память общества, которую сегодня почти тотально формирует масс-медия и кино.

    Великая Отечественная все дальше от нас. Ушли в лучший мир все маршалы и почти все генералы Победы. Те, кто знал истину о войне глубоко, объемно и достоверно. Их мемуары, некогда издаваемые миллионными тиражами, молодежь, увы, не читает, да и не будет уже читать… слишком другое сегодня время. Уходят последние ветераны – последние, кто знает правду о войне, познав ее лично в заледенелых окопах Подмосковья, в руинах Сталинградского тракторного, на ступенях Рейхстага. Тонны архивных документов: от протоколов заседаний Политбюро до секретной переписки «Большой тройки» — эти архиинтересные документы, также дающие правдивое представление о том, как все было на самом деле – увы, удел немногих архивистов да обладателей ученых степей по истории. И даже книги, писанные «по горячим следам» великими советскими писателями, теми, которые Войну прошли сами, — из года в год издаются все реже. Новые поколения вообще читают все меньше, тем более – литературы тяжелой, глубокой, о событиях далеких и вроде как «неактуальных». Живая человеческая память о войне исчезает, растворяется во времени. Остается лишь коллективный миф, суррогатная память общества, которую сегодня почти тотально формирует масс-медия и кино.

    — Владимир Мединский · книга
17. «

    Мы живем в мире, где реальность определяется газетной статьей и картинкой в телевизоре. Нет картинки — и события нет. Не написали газеты — так и не было этого.

    Мы живем в мире, где реальность определяется газетной статьей и картинкой в телевизоре. Нет картинки — и события нет. Не написали газеты — так и не было этого.

    — Николай Стариков · книга
18. «

    Жил-был газетчик и жил-был читатель. Газетчик был обманщик — все обманывал, а читатель был легковерный — всему верил. Так уж исстари повелось на свете: обманщики обманывают, а легковерные верят. Каждому свое.

    Жил-был газетчик и жил-был читатель. Газетчик был обманщик — все обманывал, а читатель был легковерный — всему верил. Так уж исстари повелось на свете: обманщики обманывают, а легковерные верят. Каждому свое.

    — Феликс Кривин · книга
19. «

    Лондонские газеты давно перестали быть объективными передатчиками информации; они умалчивали о фактах, искажали их, просто лгали.

    Лондонские газеты давно перестали быть объективными передатчиками информации; они умалчивали о фактах, искажали их, просто лгали.

    — Герберт Уэллс · книга
20. «

    Система образования в западном мире — это безумие: тебя отнимают у родителей в том возрасте, когда ты наиболее впечатлителен и восприимчив, и грузят тебя кучей всякого дерьма и манипулятивной лжи, чтобы заставить думать, что тот образ жизни, которым мы живем на Западе, — это нечто стабильное и высокоморальное, хотя на самом деле и то, и другое — неправда. В итоге ты покидаешь школу с одной-единственной установкой в голове, основанной на финансовом успехе; все подталкивает тебя к тому, чтобы быть порабощенным банковской системой. Будучи в школе, я всегда чувствовал: здесь что-то не так, и теперь я начинаю понимать, ЧТО именно. Когда ты свободен от всяким норм, это дает тебе свободу мысли, которая прежде подавлялась школой и СМИ. И если у тебя есть свобода мысли — на тебя тут же вешают ярлык безумца или чудака.

    Система образования в западном мире — это безумие: тебя отнимают у родителей в том возрасте, когда ты наиболее впечатлителен и восприимчив, и грузят тебя кучей всякого дерьма и манипулятивной лжи, чтобы заставить думать, что тот образ жизни, которым мы живем на Западе, — это нечто стабильное и высокоморальное, хотя на самом деле и то, и другое — неправда. В итоге ты покидаешь школу с одной-единственной установкой в голове, основанной на финансовом успехе; все подталкивает тебя к тому, чтобы быть порабощенным банковской системой. Будучи в школе, я всегда чувствовал: здесь что-то не так, и теперь я начинаю понимать, ЧТО именно. Когда ты свободен от всяким норм, это дает тебе свободу мысли, которая прежде подавлялась школой и СМИ. И если у тебя есть свобода мысли — на тебя тут же вешают ярлык безумца или чудака.

    — Мэттью Беллами