49 цитат про «смирение со смыслом» — коротко и по делу

49 цитат про «смирение со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Перемены, пусть и к лучшему, порой трудно принять. На то, чтобы привыкнуть, требуется время.

   Перемены, пусть и к лучшему, порой трудно принять. На то, чтобы привыкнуть, требуется время.

   — Ника Остожева · книга
2. «

   Смирение — это нечто великое и божественное, а путь к нему — считать себя ниже всех. Что это значит, считать себя ниже всех? Не замечать чужих грехов. Смотреть на свои грехи. Постоянно молиться.

   Смирение — это нечто великое и божественное, а путь к нему — считать себя ниже всех. Что это значит, считать себя ниже всех? Не замечать чужих грехов. Смотреть на свои грехи. Постоянно молиться.

   — Никон Оптинский
3. «

   Через непонятное, загадочное для мира смирение, и только через него, христианин приближается к одному из двух самых главных открытий в жизни. Первое из этих открытий состоит в том, чтобы узнавать правду о самом себе, увидеть себя таким каков ты есть на самом деле. Познакомиться с самим собой. А это, поверьте, очень важное знакомство. Ведь огромное число людей так и проживает век, не узнав себя. Мы ведь имеем лишь те или иные представления и фантазии о самих себе — в зависимости от наших тщеславия, гордыни, обид, амбиций. А истина, сколь горьким нам это ни покажется такова, что мы «несчастны, и жалки, и нищи, и слепы, и наги».

   Через непонятное, загадочное для мира смирение, и только через него, христианин приближается к одному из двух самых главных открытий в жизни. Первое из этих открытий состоит в том, чтобы узнавать правду о самом себе, увидеть себя таким каков ты есть на самом деле. Познакомиться с самим собой. А это, поверьте, очень важное знакомство. Ведь огромное число людей так и проживает век, не узнав себя. Мы ведь имеем лишь те или иные представления и фантазии о самих себе — в зависимости от наших тщеславия, гордыни, обид, амбиций. А истина, сколь горьким нам это ни покажется такова, что мы «несчастны, и жалки, и нищи, и слепы, и наги».

   — Архимандрит Тихон · книга
4. «

   Чтобы спастись, надо смириться. Потому что гордого если и силою посадить в рай, он и там не найдет покоя и будет недоволен и скажет: «Почему я не на первом месте?» А смиренная душа исполнена любви и не ищет первенства, но всем желает добра и всем бывает довольна.

   Чтобы спастись, надо смириться. Потому что гордого если и силою посадить в рай, он и там не найдет покоя и будет недоволен и скажет: «Почему я не на первом месте?» А смиренная душа исполнена любви и не ищет первенства, но всем желает добра и всем бывает довольна.

   — Силуан Афонский
5. «

   Представьте, что вы заперты в темной комнате, и выхода нет. И каждый ваш страх, каждый ваш кошмар — они с вами, в этой комнате. И некуда бежать. От всего этого. А потом дверь вдруг распахивается, и можно выходить. Раз — и все. Только вы к тому времени уже примирились со своими кошмарами, со страхом смерти, и теперь вы боитесь это все бросить. Но разве у вас есть выбор? Каждому человеку приходится выходить в эту дверь рано или поздно.

   Представьте, что вы заперты в темной комнате, и выхода нет. И каждый ваш страх, каждый ваш кошмар — они с вами, в этой комнате. И некуда бежать. От всего этого. А потом дверь вдруг распахивается, и можно выходить. Раз — и все. Только вы к тому времени уже примирились со своими кошмарами, со страхом смерти, и теперь вы боитесь это все бросить. Но разве у вас есть выбор? Каждому человеку приходится выходить в эту дверь рано или поздно.

   — отец Джеймс · игра
6. «

   Порой для смирения нужно не меньше силы, чем для противостояния. Чтобы отступить — не меньше, чем продолжать идти. Усмирить гордыню и покориться действительности иногда сложнее, чем не дать себя согнуть.

   Порой для смирения нужно не меньше силы, чем для противостояния. Чтобы отступить — не меньше, чем продолжать идти. Усмирить гордыню и покориться действительности иногда сложнее, чем не дать себя согнуть.

   — Такао · игра
7. «

   Смирение не в том, чтобы ходить согнувшись, а в том, чтобы все свои успехи приписывать Богу, а в себе видеть лишь немощь.

   Смирение не в том, чтобы ходить согнувшись, а в том, чтобы все свои успехи приписывать Богу, а в себе видеть лишь немощь.

   — Феофан Затворник
8. «

   Кротость и смирение сердца — такие добродетели, без которых не только Царства Небесного исследовать, но ни счастливым быть на земле, ни душевного спокойствия ощущать в себе невозможно.

   Кротость и смирение сердца — такие добродетели, без которых не только Царства Небесного исследовать, но ни счастливым быть на земле, ни душевного спокойствия ощущать в себе невозможно.

   — Амвросий Оптинский
9. «

   Всё, что творит, может творить только в мире собственного сердца. Никакое искание Истины, пути освобождения или самоотверженной жизни в любви невозможны для человека, пока в нём самом нет полной примирённости…

   Всё, что творит, может творить только в мире собственного сердца. Никакое искание Истины, пути освобождения или самоотверженной жизни в любви невозможны для человека, пока в нём самом нет полной примирённости…

   — Конкордия Антарова · книга
10. «

    Есть два возможных выхода при перенесении унижений от ближнего. Во-первых, гордый отпор – настоять на своей воле, не уступлю, моя правда, гнев, возмущение, оскорбление словом, грех.

    Есть два возможных выхода при перенесении унижений от ближнего. Во-первых, гордый отпор – настоять на своей воле, не уступлю, моя правда, гнев, возмущение, оскорбление словом, грех.

    — Архимандрит Серафим (Розенберг)
11. «

    Смиренную кошку и мышь дерёт.

    Смиренную кошку и мышь дерёт.

    — Русские пословицы и поговорки
12. «

    — Мой клан был вырезан во время войны Ледяных Когтей. Ифгар тогда командовал наступлением. Это было дикое, ничем не оправданное убийство. <..> — И после всего этого вы столько лет ухаживали за ним? — удивилась Гильфи. — После гибели моего клана я стала Глауксовой сестрой (монашкой) и узнала, что прощение врагов есть высший долг каждой совы. Прошло много времени, прежде чем я смогла простить. Но когда наконец это произошло, мне стало легче. — Но посмотри к чему это привело! Ифгар ничуточку не изменился, он так и остался предателем... — Это неважно. Я изменилась. Исцелилась. Он — нет.

    — Мой клан был вырезан во время войны Ледяных Когтей. Ифгар тогда командовал наступлением. Это было дикое, ничем не оправданное убийство. <..> — И после всего этого вы столько лет ухаживали за ним? — удивилась Гильфи. — После гибели моего клана я стала Глауксовой сестрой (монашкой) и узнала, что прощение врагов есть высший долг каждой совы. Прошло много времени, прежде чем я смогла простить. Но когда наконец это произошло, мне стало легче. — Но посмотри к чему это привело! Ифгар ничуточку не изменился, он так и остался предателем... — Это неважно. Я изменилась. Исцелилась. Он — нет.

    — Кэтрин Ласки · книга
13. «

    Украшай лицо целомудрием, скромностью, милостынею, человеколюбием, любовью, приветливостью к мужу, кротостью, смирением, терпеливостью; вот краски добродетели; ими ты привлечешь любовь не людей только, но и Ангелов; за них восхвалит тебя Сам Бог; когда же Бог будет благоволить к тебе, то, конечно, Он привяжет к тебе и мужа.

    Украшай лицо целомудрием, скромностью, милостынею, человеколюбием, любовью, приветливостью к мужу, кротостью, смирением, терпеливостью; вот краски добродетели; ими ты привлечешь любовь не людей только, но и Ангелов; за них восхвалит тебя Сам Бог; когда же Бог будет благоволить к тебе, то, конечно, Он привяжет к тебе и мужа.

    — Иоанн Златоуст
14. «

    Начало борьбы с грехом — молчание уст; не надо говорить ничего, пока неспокойно сердце.

    Начало борьбы с грехом — молчание уст; не надо говорить ничего, пока неспокойно сердце.

    — Архимандрит Рафаил (Карелин)
15. «

    «Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»

    «Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»

    — Владимир Болтунов · книга
16. «

    Гордость — не противоположность стыда, а его источник. Смирение — вот противоядие от стыда.

    Гордость — не противоположность стыда, а его источник. Смирение — вот противоядие от стыда.

    — Айро · мультфильм
17. «

    Для причастия необходимо хотябы немного искренне смириться.

    Для причастия необходимо хотябы немного искренне смириться.

    — Протоиерей Димитрий Смирнов
18. «

    Истинно смиренный ясно понимает свое место во Вселенной. Он настолько свободен внутренне, что никакие сравнения с чужой жизнью, с ее величием или малостью ему и в голову не приходят. Он просто живет в текущем мгновении, не вовлекаясь в сложность и замысловатость дел, которых не понимает и не видит ясно до конца.

    Истинно смиренный ясно понимает свое место во Вселенной. Он настолько свободен внутренне, что никакие сравнения с чужой жизнью, с ее величием или малостью ему и в голову не приходят. Он просто живет в текущем мгновении, не вовлекаясь в сложность и замысловатость дел, которых не понимает и не видит ясно до конца.

    — Конкордия Антарова · книга
19. «

    Между верой теоретической, и той верой, что предстоит обрести, когда оказываешься лицом к лицу с материализовавшимся гипотетическим допущением, лежит непреодолимая пропасть.

    Между верой теоретической, и той верой, что предстоит обрести, когда оказываешься лицом к лицу с материализовавшимся гипотетическим допущением, лежит непреодолимая пропасть.

    — Ника Остожева · книга
20. «

    Пока нет войны, усмирять врагов нужно дарами; если же ополчились они на тебя, нельзя уклоняться. Терпенье и смиренье нужно иметь и для мира, и для войны.

    Пока нет войны, усмирять врагов нужно дарами; если же ополчились они на тебя, нельзя уклоняться. Терпенье и смиренье нужно иметь и для мира, и для войны.

    — Иоанн Златоуст