118 цитат про «смирение», которые стоит перечитать

Собрали 118 цитат на тему «смирение» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Неопределенность — вот что тяжелее всего переносить. Когда ты точно знаешь, что происходит — пусть даже что-то непоправимое, — ты можешь смириться и просто терпеть. Но человек так устроен, что в многовариантной ситуации он сразу же теряет голову.

   Неопределенность — вот что тяжелее всего переносить. Когда ты точно знаешь, что происходит — пусть даже что-то непоправимое, — ты можешь смириться и просто терпеть. Но человек так устроен, что в многовариантной ситуации он сразу же теряет голову.

   — Кодзи Судзуки · книга
2. «

   Представьте, что вы заперты в темной комнате, и выхода нет. И каждый ваш страх, каждый ваш кошмар — они с вами, в этой комнате. И некуда бежать. От всего этого. А потом дверь вдруг распахивается, и можно выходить. Раз — и все. Только вы к тому времени уже примирились со своими кошмарами, со страхом смерти, и теперь вы боитесь это все бросить. Но разве у вас есть выбор? Каждому человеку приходится выходить в эту дверь рано или поздно.

   Представьте, что вы заперты в темной комнате, и выхода нет. И каждый ваш страх, каждый ваш кошмар — они с вами, в этой комнате. И некуда бежать. От всего этого. А потом дверь вдруг распахивается, и можно выходить. Раз — и все. Только вы к тому времени уже примирились со своими кошмарами, со страхом смерти, и теперь вы боитесь это все бросить. Но разве у вас есть выбор? Каждому человеку приходится выходить в эту дверь рано или поздно.

   — отец Джеймс · игра
3. «

   Не знаю. Когда понимаешь, что все правильно, не станешь выходить из себя. А тут все правильно. Если подумать, как мы жили, этим должно было кончиться.

   Не знаю. Когда понимаешь, что все правильно, не станешь выходить из себя. А тут все правильно. Если подумать, как мы жили, этим должно было кончиться.

   — Рэй Брэдбери · книга
4. «

   – Не разрушай то прекрасное, что было между нами в другом мире. Держи это в себе крепко, как хорошее воспоминание о реальности, что уже не вернуть. – Я не могу с этим смириться. – Ты же взрослая девочка. Ты справишься. Такова жизнь. – Твои слова, как всегда, такие жестокие. – Я говорил тебе правду, потому что знал: ты поймёшь и справишься.

   – Не разрушай то прекрасное, что было между нами в другом мире. Держи это в себе крепко, как хорошее воспоминание о реальности, что уже не вернуть. – Я не могу с этим смириться. – Ты же взрослая девочка. Ты справишься. Такова жизнь. – Твои слова, как всегда, такие жестокие. – Я говорил тебе правду, потому что знал: ты поймёшь и справишься.

   — Селена (Лилит) · игра
5. «

   Надежда — худшее, что может быть у человека. Это вредный маленький дьявол: ты одинок, избит, сломан, подыхаешь... но она всё-таки проникает в твой мозг, заставляет тебя держаться. А потом реальность рассеивает надежду, и ты видишь, что большого смысла в ней нет, и она не нужна. Когда человек утрачивает надежду, он чётко видит свою судьбу. Только тогда он может принять смерть как равную себе. Аякс, например, усвоил этот урок. Выражение его глаз, когда он рассказал об этом месте... Хех, я всем им преподам тот же урок.

   Надежда — худшее, что может быть у человека. Это вредный маленький дьявол: ты одинок, избит, сломан, подыхаешь... но она всё-таки проникает в твой мозг, заставляет тебя держаться. А потом реальность рассеивает надежду, и ты видишь, что большого смысла в ней нет, и она не нужна. Когда человек утрачивает надежду, он чётко видит свою судьбу. Только тогда он может принять смерть как равную себе. Аякс, например, усвоил этот урок. Выражение его глаз, когда он рассказал об этом месте... Хех, я всем им преподам тот же урок.

   — Майкл Рудин · книга
6. «

   Может быть, у нас нет иного выбора, кроме как принять эту жизнь такой, какая она есть, не понимая толком, что же происходит. Принять, как мы принимаем налоги, приливы и отливы, смерть Джона Леннона и ошибки судей на чемпионате мира.

   Может быть, у нас нет иного выбора, кроме как принять эту жизнь такой, какая она есть, не понимая толком, что же происходит. Принять, как мы принимаем налоги, приливы и отливы, смерть Джона Леннона и ошибки судей на чемпионате мира.

   — Харуки Мураками · книга
7. «

   Через непонятное, загадочное для мира смирение, и только через него, христианин приближается к одному из двух самых главных открытий в жизни. Первое из этих открытий состоит в том, чтобы узнавать правду о самом себе, увидеть себя таким каков ты есть на самом деле. Познакомиться с самим собой. А это, поверьте, очень важное знакомство. Ведь огромное число людей так и проживает век, не узнав себя. Мы ведь имеем лишь те или иные представления и фантазии о самих себе — в зависимости от наших тщеславия, гордыни, обид, амбиций. А истина, сколь горьким нам это ни покажется такова, что мы «несчастны, и жалки, и нищи, и слепы, и наги».

   Через непонятное, загадочное для мира смирение, и только через него, христианин приближается к одному из двух самых главных открытий в жизни. Первое из этих открытий состоит в том, чтобы узнавать правду о самом себе, увидеть себя таким каков ты есть на самом деле. Познакомиться с самим собой. А это, поверьте, очень важное знакомство. Ведь огромное число людей так и проживает век, не узнав себя. Мы ведь имеем лишь те или иные представления и фантазии о самих себе — в зависимости от наших тщеславия, гордыни, обид, амбиций. А истина, сколь горьким нам это ни покажется такова, что мы «несчастны, и жалки, и нищи, и слепы, и наги».

   — Архимандрит Тихон · книга
8. «

   Милость — это золото, смирение — бриллиант.

   Милость — это золото, смирение — бриллиант.

   — Татьяна Юрьевна Рарова · книга
9. «

   Нас унижает то, что сильно и при этом недобро, но мы восхищенно смиряемся перед тем, что сильно и благородно.

   Нас унижает то, что сильно и при этом недобро, но мы восхищенно смиряемся перед тем, что сильно и благородно.

   — Ален де Боттон · книга
10. «

    Кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится.

    Кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится.

    — Евангелие от Матфея · книга
11. «

    Было в этом смирении что-то животное, недочеловеческое, но в то же время возвышенное, вызывающее необъяснимое почтение, потому что за смирением этим угадывалось сверхъестественное понимание какой-то очень глубокой, скрытой и вечной сущности происходящего, понимание извечной бесполезности, а значит, и недостойности противодействия.

    Было в этом смирении что-то животное, недочеловеческое, но в то же время возвышенное, вызывающее необъяснимое почтение, потому что за смирением этим угадывалось сверхъестественное понимание какой-то очень глубокой, скрытой и вечной сущности происходящего, понимание извечной бесполезности, а значит, и недостойности противодействия.

    — Борис Стругацкий · книга
12. «

    Того, что мы утратили, нам не вернуть никогда. Земля не оправится от ран — слишком много крови. Сердце не сможет этого забыть. Нам останется лишь смириться с тем, что было, и извлечь урок.

    Того, что мы утратили, нам не вернуть никогда. Земля не оправится от ран — слишком много крови. Сердце не сможет этого забыть. Нам останется лишь смириться с тем, что было, и извлечь урок.

    — Ада Монро · фильм
13. «

    — Ты находишь удовольствие в пороке, а потом ругаешь себя за него. — Ты находишь. Я с ним мирюсь. У меня нет твоего аппетита.

    — Ты находишь удовольствие в пороке, а потом ругаешь себя за него. — Ты находишь. Я с ним мирюсь. У меня нет твоего аппетита.

    — Ганнибал Лектер · сериал
14. «

    Смирение для слабых духом.

    Смирение для слабых духом.

    — Алексей Пехов · книга
15. «

    Слово «выгода» обладает волшебным действием. Оно смиряет самые бурные нравы и гасит самые яростные порывы души.

    Слово «выгода» обладает волшебным действием. Оно смиряет самые бурные нравы и гасит самые яростные порывы души.

    — Галина Гончарова · книга
16. «

    Стив вздохнул как человек, давно смирившийся с необходимостью тяжких страданий.

    Стив вздохнул как человек, давно смирившийся с необходимостью тяжких страданий.

    — Поппи Брайт · книга
17. «

    Капля — это часть океана, а океан всего лишь большая капля.

    Капля — это часть океана, а океан всего лишь большая капля.

    — Ошо (Бхагван Шри Раджниш) · книга
18. «

    Вы знаете, батюшка, наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон» — тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если наш торт будет состоять только из одного теста, то он будет невкусный. Если он будет состоять только из одного крема, то он будет слишком приторный. А если тесто будет слоями перемежаться с кремом — тесто-крем, тесто-крем, тесто-крем, а сверху пудра — тогда такой пирог будет сладкий. Тесто — это наши труды, это наши мирские попечения. Если вся наша жизнь будет состоять только из них, то такая жизнь будет несладкой. Если у нас будет только один крем, то есть только одна молитва с утра до ночи, что в нашей жизни фактически невозможно, то это тоже будет неправильно, да и не получится. А у нас всё должно быть гармонично и размеренно — наши труды должны переплетаться с молитвами. Причем не обязательно с продолжительными — можно с совсем краткими: «Господи, благослови. Господи, помоги. Господи, благодарю.» «Отче наш». Молитва Иисусова. И так наши труды, перемежаясь и переплетаясь с молитвами это и будет сладкий пирог — для Христа». Я спросил: «А что же такое пудра?» — «А пудра — это смирение. Потому что если труды и молитва будут без смирения, тогда, как говорили оптинские старцы, есть смирение — всё есть, а нет смирения — ничего нет»

    Вы знаете, батюшка, наша жизнь должна быть похожа на торт «Наполеон» — тесто, крем, тесто, крем, а сверху пудра. Если наш торт будет состоять только из одного теста, то он будет невкусный. Если он будет состоять только из одного крема, то он будет слишком приторный. А если тесто будет слоями перемежаться с кремом — тесто-крем, тесто-крем, тесто-крем, а сверху пудра — тогда такой пирог будет сладкий. Тесто — это наши труды, это наши мирские попечения. Если вся наша жизнь будет состоять только из них, то такая жизнь будет несладкой. Если у нас будет только один крем, то есть только одна молитва с утра до ночи, что в нашей жизни фактически невозможно, то это тоже будет неправильно, да и не получится. А у нас всё должно быть гармонично и размеренно — наши труды должны переплетаться с молитвами. Причем не обязательно с продолжительными — можно с совсем краткими: «Господи, благослови. Господи, помоги. Господи, благодарю.» «Отче наш». Молитва Иисусова. И так наши труды, перемежаясь и переплетаясь с молитвами это и будет сладкий пирог — для Христа». Я спросил: «А что же такое пудра?» — «А пудра — это смирение. Потому что если труды и молитва будут без смирения, тогда, как говорили оптинские старцы, есть смирение — всё есть, а нет смирения — ничего нет»

    — Вячеслав Бондаренко · книга
19. «

    Я не возмущаюсь, потому что возмущение — для сильных; я не смиряюсь, потому что смирение — для благородных; не молчу, потому что молчание — для великих. А я не силен, не благороден, не велик. Я страдаю и мечтаю. Жалуюсь, потому что я слабый и потому что я — художник, развлекаю себя, украшая музыкально мои жалобы, и преображаю мои мечтания в соответствии с моими представлениями о красоте.

    Я не возмущаюсь, потому что возмущение — для сильных; я не смиряюсь, потому что смирение — для благородных; не молчу, потому что молчание — для великих. А я не силен, не благороден, не велик. Я страдаю и мечтаю. Жалуюсь, потому что я слабый и потому что я — художник, развлекаю себя, украшая музыкально мои жалобы, и преображаю мои мечтания в соответствии с моими представлениями о красоте.

    — Фернандо Пессоа · книга
20. «

    Я скучаю. Это единственное объяснение моей тяги к прошлому. Не помогают никакие советы и психотехники. Можно только смириться, стараться скучать все тише и тише с надеждой когда-нибудь научиться просто помнить.

    Я скучаю. Это единственное объяснение моей тяги к прошлому. Не помогают никакие советы и психотехники. Можно только смириться, стараться скучать все тише и тише с надеждой когда-нибудь научиться просто помнить.

    — Эльчин Сафарли · книга