309 лучших цитат на тему «снег»

309 цитат про «снег»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

   Если ночью выпал первый снег, пробуждаешься с чувством удивительной чудесной тишины. А выйдешь из дома — воздух и белая земля чисты, как в первый день творенья. Каждый звук: лай собаки, карканье вороны, колокольный звон — слышится удивительно ясно и остается сам по себе, как инкрустация на фоне тишины. И на девственной белизне земли первые человеческие и звериные следы, санные колеи выглядят, как заново прочерченные знаки судьбы. Цветастый головной платок, красные гусиные лапы, зеленые еловые ветки — всё цветное кажется в этой белизне происходящим из другого мира. На зимних дорогах мои собственные мысли являлись в виде мира подвижных красочных фигур, видимых мною со стороны. Когда мы маленькими детьми на нашем дворе рыли коридоры в сугробах, каким являлся мне снег звездоподобным и тёплым! А в сумерках всё тонуло в его голубизне. Это был экстаз! В более поздние годы, когда в быстром беге на лыжах или в санях сливались небо и земля, сознание расширялось. Ночью звёздочки снежинок под ногами блестели, как небесные звёзды наверху, — вас окружала пламенеющая сфера, на вас смотрели миллиарды ангельских глаз.

   — Маргарита Сабашникова · книга
2. «

   Я здесь, в самой верхней нише северной стены кладбища. Сквозь щель в нишу забивается снег и лежит тут месяцами. Я тоже, я тоже.

   Я здесь, в самой верхней нише северной стены кладбища. Сквозь щель в нишу забивается снег и лежит тут месяцами. Я тоже, я тоже.

   — Станислав Лем · книга
3. «

   Я с детства испытываю своеобразное волнение перед свежим покровом снега... Точно вступаешь в какой-то новый мир, и всего тебя пронизывает радость открытия, первого соприкосновения с чем-то чистым, нетронутым, неоскверненным.

   Я с детства испытываю своеобразное волнение перед свежим покровом снега... Точно вступаешь в какой-то новый мир, и всего тебя пронизывает радость открытия, первого соприкосновения с чем-то чистым, нетронутым, неоскверненным.

   — Джон Стейнбек · книга
4. «

   Земля под покровом снега видит непорочные сны, а приходит весна и делает их явью.

   Земля под покровом снега видит непорочные сны, а приходит весна и делает их явью.

   — Фэн Цзицай · книга
5. «

   Как и в сотни раз, вновь зима пришла Я на трон любви ледяной взошла И замерзла так — нету больше сил О любви меня ты зачем просил?

   Как и в сотни раз, вновь зима пришла Я на трон любви ледяной взошла И замерзла так — нету больше сил О любви меня ты зачем просил?
6. «

   Когда я потерял сознание... Я увидел снег, падающий с неба там, где я родился. Это так...нежно...и беспощадно...

   Когда я потерял сознание... Я увидел снег, падающий с неба там, где я родился. Это так...нежно...и беспощадно...

   — Тэйто · аниме
7. «

   Ненавижу снег. Красоту цветов, уродство людей, он прячет всё.

   Ненавижу снег. Красоту цветов, уродство людей, он прячет всё.
8. «

   ... Снег падает, пушистый, невесомый. О ком, о чем я вспомнила — не знаю, Чей голос мне почудился знакомый, Чей взгляд мелькнул Сквозь снежных хлопьев стаю. Ни говорить, ни думать нет охоты, Да и не нужно, снег кружит, летает, И мысли, словно хлопья в час полета: Едва захочешь их поймать — растают.

   ... Снег падает, пушистый, невесомый. О ком, о чем я вспомнила — не знаю, Чей голос мне почудился знакомый, Чей взгляд мелькнул Сквозь снежных хлопьев стаю. Ни говорить, ни думать нет охоты, Да и не нужно, снег кружит, летает, И мысли, словно хлопья в час полета: Едва захочешь их поймать — растают.

   — Сильва Капутикян
9. «

   — Снег — это воплощение непостоянства, — говорит она. — Как в книге Иова. Я надела шубу. Я не знаток Библии. Но к клейкой поверхности нашего мозга прилипают иногда странные обрывки усвоенного в детстве. — Да, — говорю я. — И воплощение света правды. Как в Откровении Иоанна Богослова: «Его голова и волосы были белы как снег».

   — Снег — это воплощение непостоянства, — говорит она. — Как в книге Иова. Я надела шубу. Я не знаток Библии. Но к клейкой поверхности нашего мозга прилипают иногда странные обрывки усвоенного в детстве. — Да, — говорю я. — И воплощение света правды. Как в Откровении Иоанна Богослова: «Его голова и волосы были белы как снег».

   — Питер Хёг · книга
10. «

    Снежная нежность, Нежная снежность, Тонкая нить серебра... Белые хлопья Правдоподобья Волнами лягут ковра... Хрупкие грани Между мирами, Кубики битого льда, Тюль с бахромою, Синь с белизною, И за звездою — звезда...

    Снежная нежность, Нежная снежность, Тонкая нить серебра... Белые хлопья Правдоподобья Волнами лягут ковра... Хрупкие грани Между мирами, Кубики битого льда, Тюль с бахромою, Синь с белизною, И за звездою — звезда...
11. «

    Я белые цветы в саду тебе хотела показать. ‎Но снег пошёл. Не разобрать, где снег и где цветы!

    Я белые цветы в саду тебе хотела показать. ‎Но снег пошёл. Не разобрать, где снег и где цветы!

    — Ямабэ-но Акахито
12. «

    Спросонья снег о женщине грустит Нетронутой и чистой, словно детство... Неисправимо этой жизни место.

    Спросонья снег о женщине грустит Нетронутой и чистой, словно детство... Неисправимо этой жизни место.

    — Арсений Гончаров
13. «

    — Сайто-сан, вы любите снег? — Снег — чудное явление. Любуясь им, становится так легко. Он будто очищает мою душу, завораживает собой.

    — Сайто-сан, вы любите снег? — Снег — чудное явление. Любуясь им, становится так легко. Он будто очищает мою душу, завораживает собой.

    — Сайто Хаджиме · аниме
14. «

    И валит, и валит, и валит… Какая, гляди, кутерьма. А что если за день, за два ли По крышу укроет дома?

    И валит, и валит, и валит… Какая, гляди, кутерьма. А что если за день, за два ли По крышу укроет дома?

    — Василий Ефимович Субботин
15. «

    Снег, снег, снег повсеместно, белая земля, Из всех известий только снег, снова будет снег, Пройдет когда — неизвестно, нам не говорят.

    Снег, снег, снег повсеместно, белая земля, Из всех известий только снег, снова будет снег, Пройдет когда — неизвестно, нам не говорят.
16. «

    Тает снег, лежащий на крыше, Ибо так установлено свыше.

    Тает снег, лежащий на крыше, Ибо так установлено свыше.

    — Николай Иванович Глазков
17. «

    Тихо, совсем тихо. Снежинки падают с неба, Опускаясь на наш сад, На наш сад. Ночью может выпасть снег, Закружатся снежинки. Сад нам шепчет: «Теперь здесь зима».

    Тихо, совсем тихо. Снежинки падают с неба, Опускаясь на наш сад, На наш сад. Ночью может выпасть снег, Закружатся снежинки. Сад нам шепчет: «Теперь здесь зима».
18. «

    Я шел туда, где заканчивается город. Я шел по шумным улицам, где разноцветные машины превращаются в черно-белых людей с грустными глазами, а огни магистралей слепят глаза и сводят с ума красавицу ночь. Я шел по пыльным крышам домов, где бродячие коты чуют шальную весну, а пугливые голуби едят из рук, наблюдая круглыми глазами за смешным неловким человеком, принесшим в карманах хлеб. Я шел по паркам, где симметричность цветов выверена до угловатости, но детский смех слышится намного чаще. Я шел туда, где заканчивается город. Туда, где мы с тобой сядем на берегу моря и будем смотреть в медленно алеющий горизонт, никуда не спеша, рассказывая друг другу пустяки и смеясь общим воспоминаниям. Но там, где кончался один город, начинался другой. И снова гудели машины, куда-то спешили поезда, люди торопились жить, сбивая ногами случайную росу, а кто-то снова хотел нас... Мы прощались коротким рукопожатием, мы разбегались по делам, бесконечно отражаясь в вырастающих на глазах витринах, мы говорили о самом важном, но взлетал самолет и звук наших голосов таял... А потом выпал снег. Словно бы из ниоткуда. Словно бы чудо. Просто однажды утром мы проснулись, вышли из дома, а города больше не было. Была степь, звездное небо под ногами, был свет и была тишина. И тогда я посмотрел наверх, пристально вглядываясь в синеву, и понял, где же заканчивается город.

    Я шел туда, где заканчивается город. Я шел по шумным улицам, где разноцветные машины превращаются в черно-белых людей с грустными глазами, а огни магистралей слепят глаза и сводят с ума красавицу ночь. Я шел по пыльным крышам домов, где бродячие коты чуют шальную весну, а пугливые голуби едят из рук, наблюдая круглыми глазами за смешным неловким человеком, принесшим в карманах хлеб. Я шел по паркам, где симметричность цветов выверена до угловатости, но детский смех слышится намного чаще. Я шел туда, где заканчивается город. Туда, где мы с тобой сядем на берегу моря и будем смотреть в медленно алеющий горизонт, никуда не спеша, рассказывая друг другу пустяки и смеясь общим воспоминаниям. Но там, где кончался один город, начинался другой. И снова гудели машины, куда-то спешили поезда, люди торопились жить, сбивая ногами случайную росу, а кто-то снова хотел нас... Мы прощались коротким рукопожатием, мы разбегались по делам, бесконечно отражаясь в вырастающих на глазах витринах, мы говорили о самом важном, но взлетал самолет и звук наших голосов таял... А потом выпал снег. Словно бы из ниоткуда. Словно бы чудо. Просто однажды утром мы проснулись, вышли из дома, а города больше не было. Была степь, звездное небо под ногами, был свет и была тишина. И тогда я посмотрел наверх, пристально вглядываясь в синеву, и понял, где же заканчивается город.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    ... Проснётся вновь предчувствие зимы И жажда детская рождественского чуда, Захочется сугробов, и Луны, И звёзд на небе… Пусть всё это будет! Пусть принесёт с собой декабрь метель, Снеговиков и свет гирлянд на ёлках. Наступит время каждому теперь Достать игрушки, спавшие на полках, Украсить дом, созвать своих друзей И говорить о важном до рассвета, Чтоб Город вместе с нами захотел Чаёвничать и вспоминать про лето...

    ... Проснётся вновь предчувствие зимы И жажда детская рождественского чуда, Захочется сугробов, и Луны, И звёзд на небе… Пусть всё это будет! Пусть принесёт с собой декабрь метель, Снеговиков и свет гирлянд на ёлках. Наступит время каждому теперь Достать игрушки, спавшие на полках, Украсить дом, созвать своих друзей И говорить о важном до рассвета, Чтоб Город вместе с нами захотел Чаёвничать и вспоминать про лето...
20. «

    Меня делает по-настоящему счастливой только математика, снег, лед, числа. Для меня система исчисления подобна человеческой жизни. Сначала у тебя есть простые числа, целые и положительные. Как числа понятные маленькому ребенку. Но процесс познания расширяется и ребенок открывает для себя сильные желания. Знаешь математический эквивалент желания? Отрицательные числа. Формализация ощущения, что тебе чего-то недостает. Затем ребенок открывает для себя промежутки: между камнями, между людьми, между числами. И так появляются дроби. Но это похоже на безумие потому что на этом все не останавливается, никогда не останавливается. И есть числа, которые мы не можем даже начать понимать. Математика — это огромный, безграничный пейзаж: ты идешь к горизонту, который всегда отступает. Как Гренландия.

    Меня делает по-настоящему счастливой только математика, снег, лед, числа. Для меня система исчисления подобна человеческой жизни. Сначала у тебя есть простые числа, целые и положительные. Как числа понятные маленькому ребенку. Но процесс познания расширяется и ребенок открывает для себя сильные желания. Знаешь математический эквивалент желания? Отрицательные числа. Формализация ощущения, что тебе чего-то недостает. Затем ребенок открывает для себя промежутки: между камнями, между людьми, между числами. И так появляются дроби. Но это похоже на безумие потому что на этом все не останавливается, никогда не останавливается. И есть числа, которые мы не можем даже начать понимать. Математика — это огромный, безграничный пейзаж: ты идешь к горизонту, который всегда отступает. Как Гренландия.

    — Смилла Джасперсен · фильм