188 сильных цитат: «сострадание»

Собрали 188 цитат на тему «сострадание» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я сказал ей, что мне очень плохо, а я давно заметил, что ни одна женщина не может устоять, когда ухажер ее лучшей подруги говорит, что ему очень плохо. Должно быть, это пробуждает в них чувство долга: самоотверженная сестра милосердия дремлет в каждой.

   Я сказал ей, что мне очень плохо, а я давно заметил, что ни одна женщина не может устоять, когда ухажер ее лучшей подруги говорит, что ему очень плохо. Должно быть, это пробуждает в них чувство долга: самоотверженная сестра милосердия дремлет в каждой.

   — Фредерик Бегбедер · книга
2. «

   Сострадание оставляет врагу надежду, убийство даёт ответ.

   Сострадание оставляет врагу надежду, убийство даёт ответ.

   — Шестой · мультфильм
3. «

   Жалость — чувство, которое всего труднее выносить от других людей, особенно если действительно подаешь повод к жалости. Их ненависть — укрепляющее средство, она придает смысл твоей жизни, она вдохновляет на месть, но сострадание к нам убивает нас, оно еще увеличивает нашу слабость. Это — вкрадчивое зло, это — презрение под видом нежности или же оскорбительная нежность.

   Жалость — чувство, которое всего труднее выносить от других людей, особенно если действительно подаешь повод к жалости. Их ненависть — укрепляющее средство, она придает смысл твоей жизни, она вдохновляет на месть, но сострадание к нам убивает нас, оно еще увеличивает нашу слабость. Это — вкрадчивое зло, это — презрение под видом нежности или же оскорбительная нежность.

   — Оноре де Бальзак · книга
4. «

   Что мне она? — не жена, не любовница, И не родная мне дочь! Так отчего ж её образ страдальческий Спать не дает мне всю ночь?

   Что мне она? — не жена, не любовница, И не родная мне дочь! Так отчего ж её образ страдальческий Спать не дает мне всю ночь?

   — Яков Петрович Полонский
5. «

   Подлинное сострадание есть сопереживание нравственной оправданности страдающего.

   Подлинное сострадание есть сопереживание нравственной оправданности страдающего.

   — Георг Гегель
6. «

   Волчица-мать убила своего смертельно раненного детеныша, и это научило меня жестокому состраданию и неизбежности прихода смерти к умирающему.

   Волчица-мать убила своего смертельно раненного детеныша, и это научило меня жестокому состраданию и неизбежности прихода смерти к умирающему.

   — Кларисса Пинкола Эстес · книга
7. «

   Испытывать сострадание — это мы еще умеем. Можем посочувствовать тому, кто безрукий. А вот попробуйте сорадоваться. У меня сосед дом построил. Была халупа, а он туда труды вложил, башенки сделал. У нас обычно как: да чтоб у тебя все обвалилось. А я радуюсь. Местность-то украсилась. И хорошо, пусть. Говорю: «Герман, какой у тебя дом прекрасный!» А человеку же мало чего надо. «Да?» — спрашивает. И плачет.

   Испытывать сострадание — это мы еще умеем. Можем посочувствовать тому, кто безрукий. А вот попробуйте сорадоваться. У меня сосед дом построил. Была халупа, а он туда труды вложил, башенки сделал. У нас обычно как: да чтоб у тебя все обвалилось. А я радуюсь. Местность-то украсилась. И хорошо, пусть. Говорю: «Герман, какой у тебя дом прекрасный!» А человеку же мало чего надо. «Да?» — спрашивает. И плачет.

   — Пётр Мамонов
8. «

   Осиянные светом плачут хотя бы над пребывающими во мраке.

   Осиянные светом плачут хотя бы над пребывающими во мраке.

   — Виктор Гюго · книга
9. «

   И тогда я понял – он очень добрый. Кто добрее, чем Люцифер? Он очень сочувствующий, просто люди того не стоят. А он очень знает чужую боль. Даже страдает с тобой. Если бог рисует твоим страданием, то для Люцифера боль – не развлекаловка. Да сострадание – это его второе я. Просто люди того не стоят. И разочаровывают. Всегда. И вот он уже вывел правило для себя – они просто того не стоят.

   И тогда я понял – он очень добрый. Кто добрее, чем Люцифер? Он очень сочувствующий, просто люди того не стоят. А он очень знает чужую боль. Даже страдает с тобой. Если бог рисует твоим страданием, то для Люцифера боль – не развлекаловка. Да сострадание – это его второе я. Просто люди того не стоят. И разочаровывают. Всегда. И вот он уже вывел правило для себя – они просто того не стоят.

   — Франц Вертфоллен
10. «

    Не раз задавали мы себе вопрос: то сострадание к человечеству — есть ли оно искреннее движение общественной совести, одним словом — явление, порождаемое положительными нравственными требованиями общества, — или же только выражение протеста, вполне законного, против гнетущей силы, — сочувствие неразборчивое, отвлеченное, не справляющееся с действительностью, основанное не на любви к добру, а на отрицании зла?

    Не раз задавали мы себе вопрос: то сострадание к человечеству — есть ли оно искреннее движение общественной совести, одним словом — явление, порождаемое положительными нравственными требованиями общества, — или же только выражение протеста, вполне законного, против гнетущей силы, — сочувствие неразборчивое, отвлеченное, не справляющееся с действительностью, основанное не на любви к добру, а на отрицании зла?

    — Иван Сергеевич Аксаков · книга
11. «

    — У вас в сердце нет сострадания? — Нет сострадания? У меня нет сердца!

    — У вас в сердце нет сострадания? — Нет сострадания? У меня нет сердца!

    — королева Анна Австрийская · фильм
12. «

    Безопасные отношения с родителями и партнёрами делают граждан более сострадательными и заботливыми, более терпимыми к тем, кто на них не похож.

    Безопасные отношения с родителями и партнёрами делают граждан более сострадательными и заботливыми, более терпимыми к тем, кто на них не похож.

    — Сью Джонсон · книга
13. «

    Милорд, если вы столь же сильны разумом, как от природы велики ростом, вы должны почувствовать ко мне сострадание, ибо природа создала всех нас равными, но судьба одних вознесла, других же унизила. Однако добродетель всегда в загоне, а люди добродетельные в пренебрежении: ведь только испустив последний вздох, человек делается хорош.

    Милорд, если вы столь же сильны разумом, как от природы велики ростом, вы должны почувствовать ко мне сострадание, ибо природа создала всех нас равными, но судьба одних вознесла, других же унизила. Однако добродетель всегда в загоне, а люди добродетельные в пренебрежении: ведь только испустив последний вздох, человек делается хорош.

    — Франсуа Рабле · книга
14. «

    Сейчас я покажу вам фокус про сострадание, попрошу всех сосредоточиться. Смотрим: у меня на ладони ничего нет. Теперь внимание: я закрываю ладонь. Считаю до трех. Открываю ладонь. В ладони ничего нет. Еще раз: закрываю ладонь. Раз, два, три. Открываю ладонь: в ладони ничего нет. Закрываю. Раз, два, три. Открываю: ничего нет. Теперь попрошу аплодировать, потому что каждый раз, когда ладонь закрыта, — оно там.

    Сейчас я покажу вам фокус про сострадание, попрошу всех сосредоточиться. Смотрим: у меня на ладони ничего нет. Теперь внимание: я закрываю ладонь. Считаю до трех. Открываю ладонь. В ладони ничего нет. Еще раз: закрываю ладонь. Раз, два, три. Открываю ладонь: в ладони ничего нет. Закрываю. Раз, два, три. Открываю: ничего нет. Теперь попрошу аплодировать, потому что каждый раз, когда ладонь закрыта, — оно там.

    — Линор Горалик · книга
15. «

    Как отгадать мгновение, когда страдание уже излишне? Как определить минуту, когда жить уже не имеет смысла?

    Как отгадать мгновение, когда страдание уже излишне? Как определить минуту, когда жить уже не имеет смысла?

    — Милан Кундера · книга
16. «

    Все–таки человек не развивается с возрастом, хоть тресни. Характер формируется годам к двадцати пяти, и потом уже, как ни бейся, себя не переделаешь. Дальше остается только наблюдать, насколько окружающий мир соответствует твоему характеру. Возможно, благодаря виски, — но мне было жаль Рудина. Героям Достоевского я никогда особенно не сострадал. А вот тургеневским персонажам — запросто. Как, впрочем, и персонажам из «Полицейского участка–87». Наверное, все оттого, что у меня слишком много слабостей. Чем больше у человека слабостей, тем охотнее он сострадает слабостям своих ближних. Слабости персонажей Достоевского зачастую и слабостями–то не назовешь, так что сострадать им на всю катушку не получается. Что же до героев Толстого, то их слабости так и норовят превратиться во что–то глобальное, статичное, на века… Какое уж тут сострадание.

    Все–таки человек не развивается с возрастом, хоть тресни. Характер формируется годам к двадцати пяти, и потом уже, как ни бейся, себя не переделаешь. Дальше остается только наблюдать, насколько окружающий мир соответствует твоему характеру. Возможно, благодаря виски, — но мне было жаль Рудина. Героям Достоевского я никогда особенно не сострадал. А вот тургеневским персонажам — запросто. Как, впрочем, и персонажам из «Полицейского участка–87». Наверное, все оттого, что у меня слишком много слабостей. Чем больше у человека слабостей, тем охотнее он сострадает слабостям своих ближних. Слабости персонажей Достоевского зачастую и слабостями–то не назовешь, так что сострадать им на всю катушку не получается. Что же до героев Толстого, то их слабости так и норовят превратиться во что–то глобальное, статичное, на века… Какое уж тут сострадание.

    — Харуки Мураками · книга
17. «

    Настоящая любовь сама извещает о себе другого человека без показных выражений. Любовь — это значит выслушать с состраданием чужую боль. Любовь — это значит сострадательный взгляд и слово, сказанное человеку в тяжелую минуту. Любовь — это значит разделить его горе, упокоить в трудностях. Любовь — это значит принять от него грубое слово. Всё это полезнее многих слов и показных выражений.

    Настоящая любовь сама извещает о себе другого человека без показных выражений. Любовь — это значит выслушать с состраданием чужую боль. Любовь — это значит сострадательный взгляд и слово, сказанное человеку в тяжелую минуту. Любовь — это значит разделить его горе, упокоить в трудностях. Любовь — это значит принять от него грубое слово. Всё это полезнее многих слов и показных выражений.

    — Паисий Святогорец
18. «

    — С меня хватит! — Люди этого века совсем потеряли здравый смысл. — Вы забыли о законах этого мира. — Забыли о помощи и сострадании. — Вы потеряли веру, в вашего творца.

    — С меня хватит! — Люди этого века совсем потеряли здравый смысл. — Вы забыли о законах этого мира. — Забыли о помощи и сострадании. — Вы потеряли веру, в вашего творца.

    — Существо X · аниме
19. «

    Жестокость бесчувственного человека есть антипод сострадания; жестокость чувствительного — более высокая потенция сострадания.

    Жестокость бесчувственного человека есть антипод сострадания; жестокость чувствительного — более высокая потенция сострадания.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
20. «

    Религия — это личное дело отдельного человека, его сознания. А сознание у всех разное. Поэтому, если кому-то нравится концепция Бога — создателя, практикуйте ее. Если ближе теория закона причины и следствия — пожалуйста. Ну а если вам и это не нравится, оставайтесь неверующим. Вообще, до тех пор пока вы честный, искренний и сострадательный, но при этом неверующий, мне это только нравится.

    Религия — это личное дело отдельного человека, его сознания. А сознание у всех разное. Поэтому, если кому-то нравится концепция Бога — создателя, практикуйте ее. Если ближе теория закона причины и следствия — пожалуйста. Ну а если вам и это не нравится, оставайтесь неверующим. Вообще, до тех пор пока вы честный, искренний и сострадательный, но при этом неверующий, мне это только нравится.

    — Далай-лама XIV