361 сильных цитата: «спокойствие»

Тема «спокойствие» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 361 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Как спокойна была бы жизнь без любви, как безопасна, как безмятежна, и как скучна...

   Как спокойна была бы жизнь без любви, как безопасна, как безмятежна, и как скучна...

   — Имя розы (Der Name der Rose) · фильм
2. «

   Все эти внешние рамки и разные отягощающие обстоятельства – только иллюзии. Пустой, неуверенный человек, не имеющий понятия о том, что он сам все в себе носит и только сам творит свой день, – только такой невежественный человек может жаловаться на обстоятельства и стесняться всего и вся. Вам следует не только понять, что ничто вас подавлять не может, но и научиться владеть собой так, чтобы при всех обстоятельствах не терять спокойствия и чувства свободы, уверенности и гармонии.

   Все эти внешние рамки и разные отягощающие обстоятельства – только иллюзии. Пустой, неуверенный человек, не имеющий понятия о том, что он сам все в себе носит и только сам творит свой день, – только такой невежественный человек может жаловаться на обстоятельства и стесняться всего и вся. Вам следует не только понять, что ничто вас подавлять не может, но и научиться владеть собой так, чтобы при всех обстоятельствах не терять спокойствия и чувства свободы, уверенности и гармонии.

   — Конкордия Антарова · книга
3. «

   Я не люблю эксцентрику. Не люблю экзотику. Я спокойный человек, у меня одинокий налаженный быт, я стремлюсь к скуке, потому что её так мало в моей жизни.

   Я не люблю эксцентрику. Не люблю экзотику. Я спокойный человек, у меня одинокий налаженный быт, я стремлюсь к скуке, потому что её так мало в моей жизни.
4. «

   По-настоящему спокойного человека нелегко вывести из себя, да и сам он злить не будет.

   По-настоящему спокойного человека нелегко вывести из себя, да и сам он злить не будет.
5. «

   Взращивание в себе сердечной доброжелательности и участливого отношения к другим людям автоматически успокаивает ум.

   Взращивание в себе сердечной доброжелательности и участливого отношения к другим людям автоматически успокаивает ум.

   — Далай-лама XIV · книга
6. «

   Любой появившийся в жизни человек — это учитель. Даже доводя нас до белого каления, люди дают урок, демонстрируя нам пределы нашего же терпения.

   Любой появившийся в жизни человек — это учитель. Даже доводя нас до белого каления, люди дают урок, демонстрируя нам пределы нашего же терпения.

   — Эндрю Мэтьюз · книга
7. «

   Только действительно большое несчастье ставит нас перед лицом новой, до основания изменившейся реальности — и возвращает нам некое холодное, полное достоинства, спокойствие.

   Только действительно большое несчастье ставит нас перед лицом новой, до основания изменившейся реальности — и возвращает нам некое холодное, полное достоинства, спокойствие.

   — Зденек Плугарж · книга
8. «

   Истинное спокойствие — это тот покой, от которого другие тоже становятся спокойными.

   Истинное спокойствие — это тот покой, от которого другие тоже становятся спокойными.

   — Силуан Афонский
9. «

   Господь указал ей путь. И теперь, как только в ней вскипали горькие чувства, ненависть к миссис Дэллоуэй и вообще обида и озлобление, она всегда думала о Господе. И ярость сменялась покоем.

   Господь указал ей путь. И теперь, как только в ней вскипали горькие чувства, ненависть к миссис Дэллоуэй и вообще обида и озлобление, она всегда думала о Господе. И ярость сменялась покоем.

   — Вирджиния Вулф · книга
10. «

    И мы не жалуемся И не хвалимся. Как поужинаем, Спать завалимся.

    И мы не жалуемся И не хвалимся. Как поужинаем, Спать завалимся.

    — Михаил Козаков · книга
11. «

    И хотя его интересы, по-видимому, ко мне не имели никакого отношения, я всегда чувствую себя спокойнее — даже с друзьями, — когда во время разговора знаю чуть больше, чем они предполагают.

    И хотя его интересы, по-видимому, ко мне не имели никакого отношения, я всегда чувствую себя спокойнее — даже с друзьями, — когда во время разговора знаю чуть больше, чем они предполагают.

    — Роджер Желязны · книга
12. «

    Обрести спокойствие можно, только став наблюдателем, невозмутимо взирающим на мимолётное течение жизни.

    Обрести спокойствие можно, только став наблюдателем, невозмутимо взирающим на мимолётное течение жизни.

    — Ирвин Ялом · книга
13. «

    Теперь я охотно прощал любому человеку его взгляды, его невежество. Меня уже вразумили, а сам я никого больше не хотел вразумлять, мне становилось только грустно, когда я видел, как люди воображают, будто я потому не мешаю им ломать комедию, что свято и глубоко ее чту наравне с ними. А я и не помышлял поддаваться их глупости, я только старался по мере возможности быть терпимым. В этом ведь их радость, думал я, они ведь этим живут!

    Теперь я охотно прощал любому человеку его взгляды, его невежество. Меня уже вразумили, а сам я никого больше не хотел вразумлять, мне становилось только грустно, когда я видел, как люди воображают, будто я потому не мешаю им ломать комедию, что свято и глубоко ее чту наравне с ними. А я и не помышлял поддаваться их глупости, я только старался по мере возможности быть терпимым. В этом ведь их радость, думал я, они ведь этим живут!

    — Иоганн Христиан Фридрих Гёльдерлин · книга
14. «

    Не надо огорчаться житейскими невзгодами: помни, что сильные и смелые души тем и отличаются от слабых. Очутившись в беде, мудрец терпеливо дожидается лучших времен. Цицерон учит никогда так не падать духом, чтоб забыть самое главное, а именно, что ты — человек.

    Не надо огорчаться житейскими невзгодами: помни, что сильные и смелые души тем и отличаются от слабых. Очутившись в беде, мудрец терпеливо дожидается лучших времен. Цицерон учит никогда так не падать духом, чтоб забыть самое главное, а именно, что ты — человек.

    — Ален Рене Лесаж · книга
15. «

    Порой само присутствие человека рядом способно успокоить.

    Порой само присутствие человека рядом способно успокоить.

    — Владимир Анатольевич Кузьмин · книга
16. «

    Как только ты хочешь что-то кому-то доказать или с кем-то соперничать, всё, ситуацию ты уже спустил в унитаз.

    Как только ты хочешь что-то кому-то доказать или с кем-то соперничать, всё, ситуацию ты уже спустил в унитаз.
17. «

    — Да, симпатично. — Сэмуэль, когда же ты научишься наслаждаться природой? Она наполняет тебя спокойствием, врачует сердце. Горы, реки, бесконечные равнины, луна, миллиарды звезд. Любой почувствует себя спокойным и умиротворенным, даже самый отчаянный мизантроп или пропащий грешник. — А кто такой мизантроп, Артур? — Такой гавнюк, который ненавидит всех остальных гавнюков. — Я что к тебе обращаюсь, черная рожа? — Он прав, Сэмуэль. Мизантроп — это тот, кто ненавидит людей. — Такой, как мы. Мы мизантропы? — Нет, мы семья.

    — Да, симпатично. — Сэмуэль, когда же ты научишься наслаждаться природой? Она наполняет тебя спокойствием, врачует сердце. Горы, реки, бесконечные равнины, луна, миллиарды звезд. Любой почувствует себя спокойным и умиротворенным, даже самый отчаянный мизантроп или пропащий грешник. — А кто такой мизантроп, Артур? — Такой гавнюк, который ненавидит всех остальных гавнюков. — Я что к тебе обращаюсь, черная рожа? — Он прав, Сэмуэль. Мизантроп — это тот, кто ненавидит людей. — Такой, как мы. Мы мизантропы? — Нет, мы семья.

    — Артур Бёрнс · фильм
18. «

    Как было бы хорошо, если бы нам удавалось создавать вокруг себя атмосферу спокойствия! Не тревожиться самим и не вызывать чувство тревоги у других людей... Успокойся! Иди медленнее, веди себя тише, говори спокойнее и не передавай свое волнение тому, с кем разговариваешь.

    Как было бы хорошо, если бы нам удавалось создавать вокруг себя атмосферу спокойствия! Не тревожиться самим и не вызывать чувство тревоги у других людей... Успокойся! Иди медленнее, веди себя тише, говори спокойнее и не передавай свое волнение тому, с кем разговариваешь.

    — Архимандрит Андрей (Конанос)
19. «

    Я буду непроницаема, как гранитная стена.

    Я буду непроницаема, как гранитная стена.

    — Элизабет Слоун · фильм
20. «

    В жизни некоторых людей есть эпоха, с наступлением которой они как будто ограждены от всех переворотов и случайностей. С той счастливой эпохи дни их начинают плестись однообразно, и правильное течение их нарушается только изредка домашними незначительными происшествиями.

    В жизни некоторых людей есть эпоха, с наступлением которой они как будто ограждены от всех переворотов и случайностей. С той счастливой эпохи дни их начинают плестись однообразно, и правильное течение их нарушается только изредка домашними незначительными происшествиями.

    — Николай Алексеевич Некрасов · книга