Подборка «СССР» — 308 цитат

308 цитат про «СССР»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Подведем итоги. СССР ни в какой мере не был обязан победой союзникам. Даже пытаться говорить так, значит – издеваться над исторической истиной. Отдадим дань памяти солдатам союзников. Свои жизни за общее дело отдали 700 тысяч из них. Можно сказать, что наши потери сократились на это же число. Их подвиг и мужество – вне сомнений. Слава героям! Единственное, было бы неплохо, если бы и на той стороне – помнили о нас. Но – безнадежно. Недалеко от Ниццы в мае 2010 года проезжаю мимо памятника героям Второй мировой. У постамента развевается три флага стран-победительниц: французский, американский и английский. И флагштоков установлено изначально – тоже три. Память о русских, 27 миллионах русских, павших за их нынешнюю французскую свободу и сытую лазурную жизнь, — даже и не предполагается.

   Подведем итоги. СССР ни в какой мере не был обязан победой союзникам. Даже пытаться говорить так, значит – издеваться над исторической истиной. Отдадим дань памяти солдатам союзников. Свои жизни за общее дело отдали 700 тысяч из них. Можно сказать, что наши потери сократились на это же число. Их подвиг и мужество – вне сомнений. Слава героям! Единственное, было бы неплохо, если бы и на той стороне – помнили о нас. Но – безнадежно. Недалеко от Ниццы в мае 2010 года проезжаю мимо памятника героям Второй мировой. У постамента развевается три флага стран-победительниц: французский, американский и английский. И флагштоков установлено изначально – тоже три. Память о русских, 27 миллионах русских, павших за их нынешнюю французскую свободу и сытую лазурную жизнь, — даже и не предполагается.

   — Владимир Мединский · книга
2. «

   Эта «антропологическая катастрофа» еще не осмыслена. Советская система была огромным воспитательным лагерем. Хотели создать «нового человека». И в школе, и в детском саду происходила жесткая индоктринация.

   Эта «антропологическая катастрофа» еще не осмыслена. Советская система была огромным воспитательным лагерем. Хотели создать «нового человека». И в школе, и в детском саду происходила жесткая индоктринация.

   — Ольга Седакова
3. «

   Ведь вопрос не в том, что кто-то оспаривает несомненные и огромные достижения нашего советского народа. Нет! Но именно революция — причина упущенных для России поистине гигантских возможностей. Неисчислимы безвинные жертвы. Безмерные страдания. Поколения, потерявшие главное наследие предков — связь с Богом.

   Ведь вопрос не в том, что кто-то оспаривает несомненные и огромные достижения нашего советского народа. Нет! Но именно революция — причина упущенных для России поистине гигантских возможностей. Неисчислимы безвинные жертвы. Безмерные страдания. Поколения, потерявшие главное наследие предков — связь с Богом.

   — Митрополит Тихон (Шевкунов) · книга
4. «

   — Управление стрессом. Наблюдаешь за рыбками, поливаешь растения, выполняешь специальные дыхательные упражнения, следишь за кровяным давлением, слушаешь приятные звуки, расслабляешься... Лично я думаю, что всё это — говно! Но под угрозой операции на сердце, прекращаешь задавать вопросы. Послушайте, просто любопытно... Плюс, я полагаю, что копы — везде копы. Как вы, советские, справляетесь со стрессом? — Водка.

   — Управление стрессом. Наблюдаешь за рыбками, поливаешь растения, выполняешь специальные дыхательные упражнения, следишь за кровяным давлением, слушаешь приятные звуки, расслабляешься... Лично я думаю, что всё это — говно! Но под угрозой операции на сердце, прекращаешь задавать вопросы. Послушайте, просто любопытно... Плюс, я полагаю, что копы — везде копы. Как вы, советские, справляетесь со стрессом? — Водка.

   — Иван Данко · фильм
5. «

   Главврач понимал своё положение не как постоянную, неусыпную и изнурительную обязанность, но как постоянное красование, награды и клавиатуру прав. Он назывался главврач и верил, что от этого названия он действительно становится главный врач, что он тут понимает больше остальных врачей, ну, может быть не до самых деталей, что он вполне вникает, как его подчинённые лечат, и только поправляя и руководя, оберегает их от ошибок. Вот почему он так долго должен был вести пятиминутку, впрочем, очевидно, приятную и для всех. И поскольку права главврача так значительно и так удачно перевешивали его обязанности, он и на работу к себе в диспансер принимал — администраторов, врачей или сестёр — очень легко: именно тех, о ком звонили ему и просили из облздрава, или из горкома, или из института, где он рассчитывал вскоре защитить диссертацию; или где-нибудь за ужином в хорошую минуту кого он пообещал принять; или если принадлежал человек к той же ветви древнего рода, что и он сам. А если начальники отделений возражали ему, что новопринятый ничего не знает и не умеет, то ещё более них удивлялся Низамутдин Бахрамович: «Так научите, товарищи! А вы-то здесь зачем?»

   Главврач понимал своё положение не как постоянную, неусыпную и изнурительную обязанность, но как постоянное красование, награды и клавиатуру прав. Он назывался главврач и верил, что от этого названия он действительно становится главный врач, что он тут понимает больше остальных врачей, ну, может быть не до самых деталей, что он вполне вникает, как его подчинённые лечат, и только поправляя и руководя, оберегает их от ошибок. Вот почему он так долго должен был вести пятиминутку, впрочем, очевидно, приятную и для всех. И поскольку права главврача так значительно и так удачно перевешивали его обязанности, он и на работу к себе в диспансер принимал — администраторов, врачей или сестёр — очень легко: именно тех, о ком звонили ему и просили из облздрава, или из горкома, или из института, где он рассчитывал вскоре защитить диссертацию; или где-нибудь за ужином в хорошую минуту кого он пообещал принять; или если принадлежал человек к той же ветви древнего рода, что и он сам. А если начальники отделений возражали ему, что новопринятый ничего не знает и не умеет, то ещё более них удивлялся Низамутдин Бахрамович: «Так научите, товарищи! А вы-то здесь зачем?»

   — Александр Солженицын · книга
6. «

   — Вы же нелюди, вы хуже зверей. — Ты, я слышал, в Орловской губернии коллективизацией командовал, было такое? — …Да. Я был представителем ЦК. — По твоему приказу все до последнего зерна забирали, гнилую картошку, и ту забирали? — Это была генеральная линия партии. Ликвидация кулачества как класса. — А мамка моя братишку моего младшего убила, чтобы нас, оставшихся, прокормить. Я братишку ел, а ты, сука подлючая, хлеб да сметану жрал, которую у нас отнял. — Я повторяю, я был представителем ЦК, и выполнял инструкции, это была генеральная линия партии… — Это чтоб люди друг дружку жрали – такая генеральная линия? Я, таким как ты, ни мать свою, ни братьев, ни дом, который вы у нас отняли, не прощу. Подыхать буду – не прощу...

   — Вы же нелюди, вы хуже зверей. — Ты, я слышал, в Орловской губернии коллективизацией командовал, было такое? — …Да. Я был представителем ЦК. — По твоему приказу все до последнего зерна забирали, гнилую картошку, и ту забирали? — Это была генеральная линия партии. Ликвидация кулачества как класса. — А мамка моя братишку моего младшего убила, чтобы нас, оставшихся, прокормить. Я братишку ел, а ты, сука подлючая, хлеб да сметану жрал, которую у нас отнял. — Я повторяю, я был представителем ЦК, и выполнял инструкции, это была генеральная линия партии… — Это чтоб люди друг дружку жрали – такая генеральная линия? Я, таким как ты, ни мать свою, ни братьев, ни дом, который вы у нас отняли, не прощу. Подыхать буду – не прощу...

   — Антип Петрович Глымов («Кулак») · сериал
7. «

   Оруэлл написал пародию на то, что существовало уже при нем. Он описал идеально действующий тоталитарный механизм, который в живом человеческом обществе существовать просто не может. Если взять Советский Союз, то его население проявляет лишь некоторое внешнее послушание режиму и в то же время абсолютное презрение к его лозунгам и призывам, отвечая на них плохой работой, пьянством и воровством, а так называемый Старший Брат — предмет общих насмешек и постоянная тема для анекдотов.

   Оруэлл написал пародию на то, что существовало уже при нем. Он описал идеально действующий тоталитарный механизм, который в живом человеческом обществе существовать просто не может. Если взять Советский Союз, то его население проявляет лишь некоторое внешнее послушание режиму и в то же время абсолютное презрение к его лозунгам и призывам, отвечая на них плохой работой, пьянством и воровством, а так называемый Старший Брат — предмет общих насмешек и постоянная тема для анекдотов.

   — Владимир Николаевич Войнович · книга
8. «

   Покажите мне такую страну, Где заколочены Храмы, Где священник скрывает под рясой КГБ-шный погон.

   Покажите мне такую страну, Где заколочены Храмы, Где священник скрывает под рясой КГБ-шный погон.
9. «

   Празднование Дня Победы — это не только дань памяти погибшим советским героям и благодарность ныне живущим ветеранам, но и возможность сохранить правду, не позволив отождествления роли СССР с нацистской Германии в Великой Отечественной войне.

   Празднование Дня Победы — это не только дань памяти погибшим советским героям и благодарность ныне живущим ветеранам, но и возможность сохранить правду, не позволив отождествления роли СССР с нацистской Германии в Великой Отечественной войне.

   — Аристарх Ромашин · книга
10. «

    В советские времена секса, как известно, не было официально, а теперь его, может быть, даже слишком много. В смысле слишком много о нем говорят.

    В советские времена секса, как известно, не было официально, а теперь его, может быть, даже слишком много. В смысле слишком много о нем говорят.

    — Михаил Ефремов
11. «

    Я в Советском Союзе вырос и, в общем-то, ничего плохого я в нём не видел. Во всяком случае, тех гадостей, которые про него рассказывают теперь. И зачем всё это надо было ломать — для меня загадка. Вот есть пример — коммунистический Китай. Если страна стоит перед лицом кризиса, что надо сделать? Это мне напоминает: вот живем мы с вами в сарае, неказистый такой, грубый барак. И вдруг прибегают какие-нибудь люди и говорят: «Вот у нас есть стенобитная машина, подъемный кран, на нём чугунный шар висит на тросу. Давайте сейчас мы вот это вот разнесём, а на этом месте построим сказочный дворец, в котором вы заживёте, не зная горя и вообще вечным счастьем». И мы как идиоты: «Да, давай». И вот они шарах вот этой гирей по нашему бараку и лежит груда поломанных досок. И мы спрашиваем: «А дальше-то что?», а они говорят: «Стройте дворец». Мы спрашиваем: «Из чего?», а они говорят: «А вот из этого и стройте». И вот зима, а мы с вами из поломанных досок барака строим дворец. Вы же нас обманули. Зачем мы послушались вообще? Для чего мы ломали свой барак? Да, не было у нас дворца, хорошо, так его и теперь нет! Зачем ломали, в чём был смысл?

    Я в Советском Союзе вырос и, в общем-то, ничего плохого я в нём не видел. Во всяком случае, тех гадостей, которые про него рассказывают теперь. И зачем всё это надо было ломать — для меня загадка. Вот есть пример — коммунистический Китай. Если страна стоит перед лицом кризиса, что надо сделать? Это мне напоминает: вот живем мы с вами в сарае, неказистый такой, грубый барак. И вдруг прибегают какие-нибудь люди и говорят: «Вот у нас есть стенобитная машина, подъемный кран, на нём чугунный шар висит на тросу. Давайте сейчас мы вот это вот разнесём, а на этом месте построим сказочный дворец, в котором вы заживёте, не зная горя и вообще вечным счастьем». И мы как идиоты: «Да, давай». И вот они шарах вот этой гирей по нашему бараку и лежит груда поломанных досок. И мы спрашиваем: «А дальше-то что?», а они говорят: «Стройте дворец». Мы спрашиваем: «Из чего?», а они говорят: «А вот из этого и стройте». И вот зима, а мы с вами из поломанных досок барака строим дворец. Вы же нас обманули. Зачем мы послушались вообще? Для чего мы ломали свой барак? Да, не было у нас дворца, хорошо, так его и теперь нет! Зачем ломали, в чём был смысл?

    — Дмитрий Юрьевич Пучков
12. «

    — Я предлагаю подняться на борьбу с макулатурой. Давайте вдумаемся в суть этого явления — люди сегодня сдают на вес килограммы нашей идейной литературы в обмен на книгу какого-нибудь Сименона или Дюма. Это сомнительный обмен. — А может они сдают плохую литературу? — Может быть плохую, но правильную.

    — Я предлагаю подняться на борьбу с макулатурой. Давайте вдумаемся в суть этого явления — люди сегодня сдают на вес килограммы нашей идейной литературы в обмен на книгу какого-нибудь Сименона или Дюма. Это сомнительный обмен. — А может они сдают плохую литературу? — Может быть плохую, но правильную.

    — Евгения Даниловна Сурова · фильм
13. «

    Кто теперь поверит, что в пору, когда ещё был жив товарищ Суслов, в СССР на полном серьёзе был составлен список... запрещенных западных рок-групп! По какому принципу туда вносились эстрадные музыкальные коллективы разных стран, ни я, ни другие мои ровесники не можем понять до сих пор. Да и сейчас ни один психически нормальный человек не сможет понять и тем более объяснить, каким образом можно было запретить с формулировкой «за пропаганду нацизма» рок-группу «Кисс», где двое из четверых исполнителей были евреями! Причем их родители были жертвами Холокоста, сидели в нацистских концлагерях... И таких примеров было множество.

    Кто теперь поверит, что в пору, когда ещё был жив товарищ Суслов, в СССР на полном серьёзе был составлен список... запрещенных западных рок-групп! По какому принципу туда вносились эстрадные музыкальные коллективы разных стран, ни я, ни другие мои ровесники не можем понять до сих пор. Да и сейчас ни один психически нормальный человек не сможет понять и тем более объяснить, каким образом можно было запретить с формулировкой «за пропаганду нацизма» рок-группу «Кисс», где двое из четверых исполнителей были евреями! Причем их родители были жертвами Холокоста, сидели в нацистских концлагерях... И таких примеров было множество.

    — Армен Гаспарян · книга
14. «

    За годы коммунистической власти население Советского Союза недосчиталось трети – оно было или бездарным образом уничтожено во время войн, или было расстреляно, или погибло в лагерях. И плюс массовая эмиграция. Репрессиям, как правило, подвергались лучшие, уезжали лучшие – те, кто имели голову или руки и могли применить себя в другом мире. Был нанесен огромный удар по генетическому коду, началась отрицательная селекция и в этом огромная вина коммунистической власти, огромная. Это античеловеческая власть, когда во имя абсурдной идеи человеческие жизни бросались под гусеницы танков как личинки, их никто не считал. Это самое страшное, что произошло со страной – когда лучшие умы уничтожались только потому, что они лучшие, когда вытравливалось все инакомыслие, другое, чуждое этой системе.

    За годы коммунистической власти население Советского Союза недосчиталось трети – оно было или бездарным образом уничтожено во время войн, или было расстреляно, или погибло в лагерях. И плюс массовая эмиграция. Репрессиям, как правило, подвергались лучшие, уезжали лучшие – те, кто имели голову или руки и могли применить себя в другом мире. Был нанесен огромный удар по генетическому коду, началась отрицательная селекция и в этом огромная вина коммунистической власти, огромная. Это античеловеческая власть, когда во имя абсурдной идеи человеческие жизни бросались под гусеницы танков как личинки, их никто не считал. Это самое страшное, что произошло со страной – когда лучшие умы уничтожались только потому, что они лучшие, когда вытравливалось все инакомыслие, другое, чуждое этой системе.

    — Дмитрий Гордон
15. «

    Чтобы спасти Советский Союз, мы должны были поступить очень просто… это, правда, крайняя позиция, но ее, между прочим, занимал в своё время и Андрей Дмитриевич Сахаров. Мы должны были создать n-ое количество 100-мегатонных бомб, разместить их вдоль американского Атлантического и Тихоокеанского побережий на дне океанов, и если бы американцы напали на нас, взорвать все эти бомбы; от США ничего бы не осталось.

    Чтобы спасти Советский Союз, мы должны были поступить очень просто… это, правда, крайняя позиция, но ее, между прочим, занимал в своё время и Андрей Дмитриевич Сахаров. Мы должны были создать n-ое количество 100-мегатонных бомб, разместить их вдоль американского Атлантического и Тихоокеанского побережий на дне океанов, и если бы американцы напали на нас, взорвать все эти бомбы; от США ничего бы не осталось.

    — Валентин Михайлович Фалин
16. «

    Запомни одно, Вадя, купцы никогда не правили Россией. И знаешь почему? Потому что они не способны обеспечить две вещи, которые русские требуют от государства : порядок внутри и власть снаружи. Только дважды, в течение двух коротких периодов, купцы правили нашей страной : через несколько месяцев после революции 1917 года, до прихода большевиков, и через несколько лет после падения Стены, в период правления Ельцина. И каков был результат? Хаос. Взрыв насилия, закон джунглей, волки, которые выходят из лесов и врываются в города, чтобы пожирать беззащитное население.

    Запомни одно, Вадя, купцы никогда не правили Россией. И знаешь почему? Потому что они не способны обеспечить две вещи, которые русские требуют от государства : порядок внутри и власть снаружи. Только дважды, в течение двух коротких периодов, купцы правили нашей страной : через несколько месяцев после революции 1917 года, до прихода большевиков, и через несколько лет после падения Стены, в период правления Ельцина. И каков был результат? Хаос. Взрыв насилия, закон джунглей, волки, которые выходят из лесов и врываются в города, чтобы пожирать беззащитное население.

    — Джулиано да Эмполи · книга
17. «

    Покажите мне такую страну, Где каждый — обманут, Где назад означает вперед, И наоборот.

    Покажите мне такую страну, Где каждый — обманут, Где назад означает вперед, И наоборот.
18. «

    Миф об СССР как о самой читающей стране в очень большой мере связан с тем, что СССР обладал специфически скособоченной, усеченной структурой потребления и досуга: огромное количество людей читали книжки не от хорошей жизни, а потому что чтению не было никакой альтернативы. Когда же в начале 2000-х мы, наконец, заметили серьезное снижение интереса к чтению, то, конечно, первое, что пришло всем в голову — это интернет: он, дескать, предлагает то же самое чтение, только бесплатно — вот все и отказываются от нормальной привычной книги. Но на самом деле причина была иной: конкурентом книги стало не бесплатное чтение в интернете, но поход в кафе с друзьями, социализация, качественное телевидение, кинематограф… То есть просто принципиально иные досуговые формы, которых Советский Союз не предлагал вовсе или предлагал, дополняя очень большим социальным прессингом. Как результат, чтение и перечитывание — важный элемент советской культуры — практически ушло из нашего обихода. Нечто подобное происходит во всем мире: главный конкурент чтения — это не другое чтение (пусть бы даже и бесплатное), но движущиеся картинки. Странным образом Россия тут просто оказалась немного впереди планеты всей. Из-за того, что мы долго сидели на голодном развлекательном пайке, мы раньше других ощутили давление иных форм медиа на книжное пространство. Даже не совсем так: скажем, в Великобритании, где эти процессы тоже фиксируются, они идут давно и довольно медленно. А у нас произошел резкий скачок — как высокая ступенька. Раз — и мы уже внизу.

    Миф об СССР как о самой читающей стране в очень большой мере связан с тем, что СССР обладал специфически скособоченной, усеченной структурой потребления и досуга: огромное количество людей читали книжки не от хорошей жизни, а потому что чтению не было никакой альтернативы. Когда же в начале 2000-х мы, наконец, заметили серьезное снижение интереса к чтению, то, конечно, первое, что пришло всем в голову — это интернет: он, дескать, предлагает то же самое чтение, только бесплатно — вот все и отказываются от нормальной привычной книги. Но на самом деле причина была иной: конкурентом книги стало не бесплатное чтение в интернете, но поход в кафе с друзьями, социализация, качественное телевидение, кинематограф… То есть просто принципиально иные досуговые формы, которых Советский Союз не предлагал вовсе или предлагал, дополняя очень большим социальным прессингом. Как результат, чтение и перечитывание — важный элемент советской культуры — практически ушло из нашего обихода. Нечто подобное происходит во всем мире: главный конкурент чтения — это не другое чтение (пусть бы даже и бесплатное), но движущиеся картинки. Странным образом Россия тут просто оказалась немного впереди планеты всей. Из-за того, что мы долго сидели на голодном развлекательном пайке, мы раньше других ощутили давление иных форм медиа на книжное пространство. Даже не совсем так: скажем, в Великобритании, где эти процессы тоже фиксируются, они идут давно и довольно медленно. А у нас произошел резкий скачок — как высокая ступенька. Раз — и мы уже внизу.

    — Александр Гаврилов
19. «

    По одну сторону от меня сидел, раскинув лапы, громадный русский медведь. А по другую — огромный американский буйвол. А между ними затаился бедный, маленький английский ослик, и только он, один из трех, знал дорогу домой.

    По одну сторону от меня сидел, раскинув лапы, громадный русский медведь. А по другую — огромный американский буйвол. А между ними затаился бедный, маленький английский ослик, и только он, один из трех, знал дорогу домой.

    — Уинстон Черчилль
20. «

    Вот оно советское наследие, это страна рабов, злобных и завистливых, за гречку продающих душу свою и за ее отсутствие проклинающие.

    Вот оно советское наследие, это страна рабов, злобных и завистливых, за гречку продающих душу свою и за ее отсутствие проклинающие.