109 цитат на тему «странности» — читать онлайн

Собрали 109 цитат на тему «странности» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Артист должен помнить — ему необходимо смотреть на все под особенным странным углом.

   Артист должен помнить — ему необходимо смотреть на все под особенным странным углом.

   — Тим Бертон
2. «

   Культивируй себя и собственные странности. Не забывай об усах Сальвадора Дали!

   Культивируй себя и собственные странности. Не забывай об усах Сальвадора Дали!

   — Светлана Сурганова · книга
3. «

   Странные события иногда проникают в нашу повседневную жизнь. Историй предостаточно: воспоминания из мест, о которых ты не помнишь, ребенок, который внезапно начал говорить на иностранном языке, или голос в твоей голове, который в конечном итоге спасёт твою жизнь... Этот список можно продолжать и продолжать.

   Странные события иногда проникают в нашу повседневную жизнь. Историй предостаточно: воспоминания из мест, о которых ты не помнишь, ребенок, который внезапно начал говорить на иностранном языке, или голос в твоей голове, который в конечном итоге спасёт твою жизнь... Этот список можно продолжать и продолжать.

   — Дневники Отголосков (The Journal's Echoes) · игра
4. «

   When you're strange, No one remembers your name.

   When you're strange, No one remembers your name.
5. «

   Ее губы. Они лениво скользят по поверхности моих собственных губ, и не помышляя нырнуть поглубже, никаким сертификатом по дайвингу здесь и не пахнет, о запахах вообще речи не ведется. Ее губы – не соленые и не сладкие, в них нет ни остроты, ни горечи, с тем же успехом можно было бы целоваться с пластиковым стаканчиком. Определенно, это самый странный поцелуй в моей жизни, сам факт его существования бессмысленней, в нем нет и намека на светлое будущее, на прогулки под дождем, на смятые простыни и кофе по утрам, на покупку горного байка, диггерство и посещение религиозных святынь Ближнего и Среднего Востока. В нем нет и намека на откровения о бывших любовниках, детских болезнях и юношеских фобиях, «я так хочу тебя, лифт – самое подходящее место, только не забудь о резинках» – совсем не тот случай. Совсем не тот поцелуй. Совсем не тот. И все же, все же… Мне страшно подумать о том, что он когда-нибудь кончится.

   Ее губы. Они лениво скользят по поверхности моих собственных губ, и не помышляя нырнуть поглубже, никаким сертификатом по дайвингу здесь и не пахнет, о запахах вообще речи не ведется. Ее губы – не соленые и не сладкие, в них нет ни остроты, ни горечи, с тем же успехом можно было бы целоваться с пластиковым стаканчиком. Определенно, это самый странный поцелуй в моей жизни, сам факт его существования бессмысленней, в нем нет и намека на светлое будущее, на прогулки под дождем, на смятые простыни и кофе по утрам, на покупку горного байка, диггерство и посещение религиозных святынь Ближнего и Среднего Востока. В нем нет и намека на откровения о бывших любовниках, детских болезнях и юношеских фобиях, «я так хочу тебя, лифт – самое подходящее место, только не забудь о резинках» – совсем не тот случай. Совсем не тот поцелуй. Совсем не тот. И все же, все же… Мне страшно подумать о том, что он когда-нибудь кончится.

   — Виктория Платова · книга
6. «

   Странные гости прибывают на бал. Всё страньше и страньше...

   Странные гости прибывают на бал. Всё страньше и страньше...

   — Алиса / Тилли · сериал
7. «

   Блаженна страна, в которой женщины смотрят так на мужчин, в ней всегда найдутся приют и работа бродячим демографам!

   Блаженна страна, в которой женщины смотрят так на мужчин, в ней всегда найдутся приют и работа бродячим демографам!

   — Марина Степнова · книга
8. «

   Я знала, что в тебе есть что-то странное, — произнесла она, обняв меня. — И говорю это как самый лучший комплимент.

   Я знала, что в тебе есть что-то странное, — произнесла она, обняв меня. — И говорю это как самый лучший комплимент.

   — Ренсом Риггз · книга
9. «

   Дети такие странные. Только узнали друг друга, сразу клички раздают.

   Дети такие странные. Только узнали друг друга, сразу клички раздают.
10. «

    ... у каждого, кого он в жизни любил, бывала какая-то своя странность. Но вот что удивительно: вызывая у него поначалу тягу к ее обладателю, та же странность в конце концов неизменно разрушает в нем эту тягу.

    ... у каждого, кого он в жизни любил, бывала какая-то своя странность. Но вот что удивительно: вызывая у него поначалу тягу к ее обладателю, та же странность в конце концов неизменно разрушает в нем эту тягу.

    — Трумен Капоте · книга
11. «

    Hallelujah, I'm a freak, I'm a freak Hallelujah, every day of the week I'm a do ya, like I want ya

    Hallelujah, I'm a freak, I'm a freak Hallelujah, every day of the week I'm a do ya, like I want ya
12. «

    Мы все довольно странные. Просто у некоторых из нас лучше это получается скрывать.

    Мы все довольно странные. Просто у некоторых из нас лучше это получается скрывать.

    — Дженни Лоусон · книга
13. «

    Мне понравилась идея о том, что странности — это не изъян или недостаток, а напротив, дополнительные свойства. Это не нам недоставало чего-то присущего нормальным людям. Это они были лишены наших особенных качеств, то есть природа вовсе нас не обделила, а напротив, наделила с избытком.

    Мне понравилась идея о том, что странности — это не изъян или недостаток, а напротив, дополнительные свойства. Это не нам недоставало чего-то присущего нормальным людям. Это они были лишены наших особенных качеств, то есть природа вовсе нас не обделила, а напротив, наделила с избытком.

    — Ренсом Риггз · книга
14. «

    Умные среди дураков всегда странны.

    Умные среди дураков всегда странны.

    — Виссарион Григорьевич Белинский
15. «

    Когда мои дети стали спрашивать меня о том, почему я не такой, как другие, и почему у меня нет нормальной работы, я решил рассказать им сказку. Я сказал им: «В одном лесу росли кривое дерево и нормальное, прямое дерево. И каждый день это прямое дерево говорило кривому: посмотри на меня, я высокое, могучее, прямое, правильное, прекрасное; а ты — скрюченное и согнулось пополам так, что никто даже не хочет на тебя смотреть. Так они и росли в лесу рядом, пока в один прекрасный день в лес не пришли дровосеки. Они посмотрели на прямое дерево и посмотрели на кривое, а потом сказали: давайте срубим вон то прямое дерево и вон те прямые деревья, а все кривые оставим расти. И они порубили все прямые и высокие деревья, перевели их на доски, зубочистки и туалетную бумагу. А кривое дерево по-прежнему в лесу — становится с каждым днем более сильным и более странным».

    Когда мои дети стали спрашивать меня о том, почему я не такой, как другие, и почему у меня нет нормальной работы, я решил рассказать им сказку. Я сказал им: «В одном лесу росли кривое дерево и нормальное, прямое дерево. И каждый день это прямое дерево говорило кривому: посмотри на меня, я высокое, могучее, прямое, правильное, прекрасное; а ты — скрюченное и согнулось пополам так, что никто даже не хочет на тебя смотреть. Так они и росли в лесу рядом, пока в один прекрасный день в лес не пришли дровосеки. Они посмотрели на прямое дерево и посмотрели на кривое, а потом сказали: давайте срубим вон то прямое дерево и вон те прямые деревья, а все кривые оставим расти. И они порубили все прямые и высокие деревья, перевели их на доски, зубочистки и туалетную бумагу. А кривое дерево по-прежнему в лесу — становится с каждым днем более сильным и более странным».

    — Том Уэйтс
16. «

    Ты какой-то странный, еще страннее, чем обычно.

    Ты какой-то странный, еще страннее, чем обычно.

    — Декстер Морган · сериал
17. «

    Кстати, тот некролог показался мне несколько странным. Обычно в некрологах описывается путь человека до смерти, а не после.

    Кстати, тот некролог показался мне несколько странным. Обычно в некрологах описывается путь человека до смерти, а не после.

    — Терри Пратчетт · книга
18. «

    — На будущее, — Юр обнял за плечи и повел к ресторации, — когда тебя целовать пытаются, нужно орать, Дэя. Громко, требовательно и грозно. — А что? — решила уточнить я. — Мм-м, что орать? Орать нужно что-то вдохновенное. — Например? — И кто мне скажет, почему я улыбаюсь. — Например: «Пожри меня Бездна». — А почему «меня»? — Ну, — дроу усмехнулся, — потому что твой целователь как минимум такому повороту событий искренне удивится. — А максимум? — А как максимум передумает тебя чокнутую целовать, тебе же лучше, согласись.

    — На будущее, — Юр обнял за плечи и повел к ресторации, — когда тебя целовать пытаются, нужно орать, Дэя. Громко, требовательно и грозно. — А что? — решила уточнить я. — Мм-м, что орать? Орать нужно что-то вдохновенное. — Например? — И кто мне скажет, почему я улыбаюсь. — Например: «Пожри меня Бездна». — А почему «меня»? — Ну, — дроу усмехнулся, — потому что твой целователь как минимум такому повороту событий искренне удивится. — А максимум? — А как максимум передумает тебя чокнутую целовать, тебе же лучше, согласись.

    — Елена Звездная · книга
19. «

    Будь жестоким и я влюблюсь в тебя, принц.

    Будь жестоким и я влюблюсь в тебя, принц.
20. «

    Кеннеди вышел пройтись. Как он сказал, отойти от слишком горячего разговора с Хрущевым. И я подошел к нему и задал неожиданный для него вопрос. Когда умер президент Рузвельт, 12 апреля 1945 года, за две недели до Победы, замечательный наш ученый академик Лев Николаевич Иванов прочел нам, студентам МГИМО, замечательную лекцию, в которой доказывал, что Рузвельт умер не своей смертью, а был отравлен. При этом похоронили его очень поспешно, не сделав вскрытия, по распоряжению Трумэна. Семья Рузвельта – жена Элеонора, сыновья – потребовали эксгумировать тело и провести анализ. Трумэн отказал. Ушел Трумэн, пришел республиканец Эйзенхауэр. Семья попросила – и Эйзенхауэр отказал. Пришел демократ Кеннеди, заявлявший, что он продолжатель линии Рузвельта. Семья обратилась к Кеннеди с просьбой об эксгумации – и Кеннеди тоже отказал. Вот этот вопрос сидел у меня, и я и спросил у Кеннеди: «Почему?» Кеннеди даже немножко, по-моему, рассердился. Вот, эти журналисты, всегда им нужно что-нибудь горяченькое. Потом увидел, что собеседник как-то сник и сказал: «Ну, вопрос задан, требует ответа. Хорошо, эксгумируем, найдем следы яда. Великого президента Америки не вернуть, а что подумают в мире о стране, в которой президентов травят как крыс?» Джону Кеннеди оставалось жить 903 дня. И что подумают о стране, где президентов стреляют, как зайцев. И не только стреляют.

    Кеннеди вышел пройтись. Как он сказал, отойти от слишком горячего разговора с Хрущевым. И я подошел к нему и задал неожиданный для него вопрос. Когда умер президент Рузвельт, 12 апреля 1945 года, за две недели до Победы, замечательный наш ученый академик Лев Николаевич Иванов прочел нам, студентам МГИМО, замечательную лекцию, в которой доказывал, что Рузвельт умер не своей смертью, а был отравлен. При этом похоронили его очень поспешно, не сделав вскрытия, по распоряжению Трумэна. Семья Рузвельта – жена Элеонора, сыновья – потребовали эксгумировать тело и провести анализ. Трумэн отказал. Ушел Трумэн, пришел республиканец Эйзенхауэр. Семья попросила – и Эйзенхауэр отказал. Пришел демократ Кеннеди, заявлявший, что он продолжатель линии Рузвельта. Семья обратилась к Кеннеди с просьбой об эксгумации – и Кеннеди тоже отказал. Вот этот вопрос сидел у меня, и я и спросил у Кеннеди: «Почему?» Кеннеди даже немножко, по-моему, рассердился. Вот, эти журналисты, всегда им нужно что-нибудь горяченькое. Потом увидел, что собеседник как-то сник и сказал: «Ну, вопрос задан, требует ответа. Хорошо, эксгумируем, найдем следы яда. Великого президента Америки не вернуть, а что подумают в мире о стране, в которой президентов травят как крыс?» Джону Кеннеди оставалось жить 903 дня. И что подумают о стране, где президентов стреляют, как зайцев. И не только стреляют.

    — Валентин Сергеевич Зорин