58 цитат «страсть со смыслом» — что говорили умные люди

Собрали 58 цитат на тему «страсть со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Удел женщины — владычествовать, удел мужчины — царить, потому что владычествует страсть, а правит ум.

   Удел женщины — владычествовать, удел мужчины — царить, потому что владычествует страсть, а правит ум.

   — Иммануил Кант
2. «

   Страсть, как её ни прячь, видна чужому глазу. Всё выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд. Скрываемый огонь сильнее во сто крат.

   Страсть, как её ни прячь, видна чужому глазу. Всё выдает нас: вздох, движенье, слово, взгляд. Скрываемый огонь сильнее во сто крат.

   — Жан Расин · книга
3. «

   Слабым тебя делают твои страсти.

   Слабым тебя делают твои страсти.

   — Честная куртизанка (Dangerous Beauty) · фильм
4. «

   «Страсть через неумение вовремя потушить своё воображение точно приведёт к падению, измена будет неминуема. Лишь только закралась такая мысль, её надо гнать от себя. Это лукавый тебя уже ведёт. Жить с одним партнером правильнее, чем метаться по разным помойкам. Можно всё пробовать вместе с женой, в любви и доверии это будет иметь высшую ценность и краски. Ты не забывай, что нам многое навязано больным обществом»

   «Страсть через неумение вовремя потушить своё воображение точно приведёт к падению, измена будет неминуема. Лишь только закралась такая мысль, её надо гнать от себя. Это лукавый тебя уже ведёт. Жить с одним партнером правильнее, чем метаться по разным помойкам. Можно всё пробовать вместе с женой, в любви и доверии это будет иметь высшую ценность и краски. Ты не забывай, что нам многое навязано больным обществом»

   — Владимир Болтунов · книга
5. «

   Если советы страсти более смелы, чем советы рассудка, то и силы для исполнения их страсть даёт больше, чем рассудок.

   Если советы страсти более смелы, чем советы рассудка, то и силы для исполнения их страсть даёт больше, чем рассудок.

   — Люк де Клапье де Вовенарг
6. «

   Любовь подобна дереву: она растет сама собой, глубоко пуская в нас корни, и нередко продолжает зеленеть даже в опустошенном сердце. И вот что необъяснимо: слепая страсть — самая упорная. Она особенно сильна, когда она безрассудна.

   Любовь подобна дереву: она растет сама собой, глубоко пуская в нас корни, и нередко продолжает зеленеть даже в опустошенном сердце. И вот что необъяснимо: слепая страсть — самая упорная. Она особенно сильна, когда она безрассудна.

   — Виктор Гюго · книга
7. «

   Стремящийся добиться исполнения своих желаний должен поставить себе цель и наметить пределы своих притязаний, а потом уж и поступать сообразно тому, что задумал. В пословице говорится: «Кто спешит без дороги, у того верблюд поломает ноги». Самое верное — не стремиться к недостижимому, не надеяться на несбыточное, не горевать, если не получаешь того, что и другим не дается в руки, и не любить сей непостоянный мир больше будущей вечной жизни, ибо тот, кто не прилепился сердцем к мирским страстям и желаниям, меньше страдает, расставаясь с ними.

   Стремящийся добиться исполнения своих желаний должен поставить себе цель и наметить пределы своих притязаний, а потом уж и поступать сообразно тому, что задумал. В пословице говорится: «Кто спешит без дороги, у того верблюд поломает ноги». Самое верное — не стремиться к недостижимому, не надеяться на несбыточное, не горевать, если не получаешь того, что и другим не дается в руки, и не любить сей непостоянный мир больше будущей вечной жизни, ибо тот, кто не прилепился сердцем к мирским страстям и желаниям, меньше страдает, расставаясь с ними.

   — Ибн аль-Мукаффа Абдаллах · книга
8. «

   Как бы ни увлек тебя порыв души, произноси речь то с большей, то с меньшей страстью, как голос и грудь сами тебе подскажут.

   Как бы ни увлек тебя порыв души, произноси речь то с большей, то с меньшей страстью, как голос и грудь сами тебе подскажут.

   — Луций Анней Сенека · книга
9. «

   На мой взгляд, утверждение, что может быть любовь без страсти, — абсурд; когда люди уверяют, что любовь может длиться, даже если страсть умерла, они имеют в виду другое: привязанность, дружбу, общность интересов и вкусов, привычку. Главное — привычку. Половые сношения могут продолжаться по привычке, вот так же у людей пробуждается голод к тому часу, когда они привыкли есть. Влечение без любви, разумеется, возможно. Влечение — это не страсть. Это — естественное проявление полового инстинкта, и значит оно не больше, чем любая другая функция животного организма. Поэтому-то и неразумны женщины, воображающие, что все пропало, когда их мужья изредка позволяют себе согрешить на стороне, если время и место тому способствуют.

   На мой взгляд, утверждение, что может быть любовь без страсти, — абсурд; когда люди уверяют, что любовь может длиться, даже если страсть умерла, они имеют в виду другое: привязанность, дружбу, общность интересов и вкусов, привычку. Главное — привычку. Половые сношения могут продолжаться по привычке, вот так же у людей пробуждается голод к тому часу, когда они привыкли есть. Влечение без любви, разумеется, возможно. Влечение — это не страсть. Это — естественное проявление полового инстинкта, и значит оно не больше, чем любая другая функция животного организма. Поэтому-то и неразумны женщины, воображающие, что все пропало, когда их мужья изредка позволяют себе согрешить на стороне, если время и место тому способствуют.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
10. «

    Суть наша состоит из двух частей: Одной живём, другою производим. Историю придуманных страстей Мы ставим наперёд. Себя изводим.

    Суть наша состоит из двух частей: Одной живём, другою производим. Историю придуманных страстей Мы ставим наперёд. Себя изводим.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
11. «

    ... Казалось, они физически стали ощущать это — кожей, душой, шестым чувством... Движения присутствующих стали вдруг синхронизироваться, входить в резонанс друг с другом. До сих пор каждый из них жил своей энергией, своей жизнью. И это было видно. Но сейчас, в это мгновение их энергии слились воедино. Один человек питал другого, каждый каждого. Их энергия, переливаясь и усиливаясь, становилась общей.

    ... Казалось, они физически стали ощущать это — кожей, душой, шестым чувством... Движения присутствующих стали вдруг синхронизироваться, входить в резонанс друг с другом. До сих пор каждый из них жил своей энергией, своей жизнью. И это было видно. Но сейчас, в это мгновение их энергии слились воедино. Один человек питал другого, каждый каждого. Их энергия, переливаясь и усиливаясь, становилась общей.

    — Анхель де Куатье · книга
12. «

    Люди пылки и экспансивны, они хватаются за то и за другое, творят себе кумира, покоряются ему и привязываются к нему с такой страстью, которая исключает всё остальное.

    Люди пылки и экспансивны, они хватаются за то и за другое, творят себе кумира, покоряются ему и привязываются к нему с такой страстью, которая исключает всё остальное.

    — Элиас Канетти
13. «

    Кто может сказать, единственное ли то устройство мира, в котором мы существуем? Оно предстает данностью, но, может, это нечто текучее, приобретающее ту форму, которую ему создает человек? Стереотипы предписывают поведение и даже мысли, те создают путь, по которому мчится жизнь. В этой данности у женщины есть десять, пятнадцать, ну даже двадцать лет ощущения себя женщиной, а потом все катится вниз, с каждым годом только отбирая что-то, ничего не давая взамен. Но путь мог бы быть и другим, а с ним – и устройство мира. Бесконечность смены красок, страстей, фантазий, набирающих силу с каждым годом, наполняющие жизнь женщины новыми ощущениями. Из них можно мять, лепить, менять и сам мир, выбрасывать из него отжившее, как хлам из кладовки.

    Кто может сказать, единственное ли то устройство мира, в котором мы существуем? Оно предстает данностью, но, может, это нечто текучее, приобретающее ту форму, которую ему создает человек? Стереотипы предписывают поведение и даже мысли, те создают путь, по которому мчится жизнь. В этой данности у женщины есть десять, пятнадцать, ну даже двадцать лет ощущения себя женщиной, а потом все катится вниз, с каждым годом только отбирая что-то, ничего не давая взамен. Но путь мог бы быть и другим, а с ним – и устройство мира. Бесконечность смены красок, страстей, фантазий, набирающих силу с каждым годом, наполняющие жизнь женщины новыми ощущениями. Из них можно мять, лепить, менять и сам мир, выбрасывать из него отжившее, как хлам из кладовки.

    — Елена Котова · книга
14. «

    Страсть, возбуждение, сладострастие – вот истинные поработители. Толпа всю свою жизнь жрёт, как свинья, из корыта похоти.

    Страсть, возбуждение, сладострастие – вот истинные поработители. Толпа всю свою жизнь жрёт, как свинья, из корыта похоти.

    — Ирвин Ялом · книга
15. «

    Святые отцы учат: с особенною <со всякою> страстию борись, но от блуда спасайся бегством. Да, а нам приходится (почти) от всякой страсти спасаться бегством. Под бегством здесь разумеется не буквально бегство: ощутил в себе брань – так и уходи из обители, нет! Под бегством разумеется имя Господа Иисуса, молитва Иисусова, ибо сказано: «камень прибежище заяцем…(»Пс. 103, 18). Под зайцами разумеются все робкие, слабые, смиренные, которые не могут бороться со страстями своими силами.

    Святые отцы учат: с особенною <со всякою> страстию борись, но от блуда спасайся бегством. Да, а нам приходится (почти) от всякой страсти спасаться бегством. Под бегством здесь разумеется не буквально бегство: ощутил в себе брань – так и уходи из обители, нет! Под бегством разумеется имя Господа Иисуса, молитва Иисусова, ибо сказано: «камень прибежище заяцем…(»Пс. 103, 18). Под зайцами разумеются все робкие, слабые, смиренные, которые не могут бороться со страстями своими силами.

    — Варсонофий Оптинский
16. «

    Страсть — качество, которое характеризуется любовью без познания.

    Страсть — качество, которое характеризуется любовью без познания.

    — Амброз Бирс · книга
17. «

    О, что же такое любовь, если мы вынуждены сожалеть даже об опасностях, которым она нас подвергает, а главное — если можно опасаться, что будешь испытывать это чувство, даже когда его уже не внушаешь! Надо бежать от этой гибельной страсти, предоставляющей нам лишь один выбор — позор или несчастье — и зачастую соединяющей для нас то и другое. И пусть хотя бы благоразумие заменит нам добродетель.

    О, что же такое любовь, если мы вынуждены сожалеть даже об опасностях, которым она нас подвергает, а главное — если можно опасаться, что будешь испытывать это чувство, даже когда его уже не внушаешь! Надо бежать от этой гибельной страсти, предоставляющей нам лишь один выбор — позор или несчастье — и зачастую соединяющей для нас то и другое. И пусть хотя бы благоразумие заменит нам добродетель.

    — Шодерло де Лакло · книга
18. «

    Мне так много дано, но чувство к ней поглощает всё; мне так много дано, но без неё нет для меня ничего на свете.

    Мне так много дано, но чувство к ней поглощает всё; мне так много дано, но без неё нет для меня ничего на свете.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
19. «

    Кажется, что все в жизни без исключения вертится вокруг этой странной штуки, которая называется любовью. Мы любим природу, мы занимаемся любовью, мы влюбляемся и разочаровываемся, мы гонимся за любовью и умоляем ее нас спасти. Романтическая любовь — так мы называем этот порыв — эта испепеляющая страсть, эта неистовая тоска по Возлюбленному (или по Возлюбленной), эта напряженная борьба, эта глубокая грусть при утрате Возлюбленного (или Возлюбленной), эта тревожная неопределенность относительно реального существования Другого — все это и многое другое является одновременно и величайшим источником энергии, и основным современным наркотиком.

    Кажется, что все в жизни без исключения вертится вокруг этой странной штуки, которая называется любовью. Мы любим природу, мы занимаемся любовью, мы влюбляемся и разочаровываемся, мы гонимся за любовью и умоляем ее нас спасти. Романтическая любовь — так мы называем этот порыв — эта испепеляющая страсть, эта неистовая тоска по Возлюбленному (или по Возлюбленной), эта напряженная борьба, эта глубокая грусть при утрате Возлюбленного (или Возлюбленной), эта тревожная неопределенность относительно реального существования Другого — все это и многое другое является одновременно и величайшим источником энергии, и основным современным наркотиком.

    — Джеймс Холлис · книга
20. «

    Повиноваться страсти — не дело разумных.

    Повиноваться страсти — не дело разумных.

    — Кей-Кавус (Унсур Аль-Маали)