44 цитаты: всё о «Жизненные цитаты про страсть»

Собрали 44 цитаты на тему «Жизненные цитаты про страсть» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Интеллект, в сущности, — страсть, и это стремление к познанию намного интереснее и устойчивее, чем, скажем, эротическое стремление мужчины к женщине.

   Интеллект, в сущности, — страсть, и это стремление к познанию намного интереснее и устойчивее, чем, скажем, эротическое стремление мужчины к женщине.

   — Джордж Бернард Шоу
2. «

   Скорость — это страсть на всю жизнь. От этого не излечиваются. Раз испытав, не забудешь и не откажешься.

   Скорость — это страсть на всю жизнь. От этого не излечиваются. Раз испытав, не забудешь и не откажешься.

   — Олег Рой · книга
3. «

   В основе всех великих страстей лежит прелесть опасности. Всякое наслаждение кружит голову. Удовольствие, смешанное со страхом, пьянит.

   В основе всех великих страстей лежит прелесть опасности. Всякое наслаждение кружит голову. Удовольствие, смешанное со страхом, пьянит.

   — Анатоль Франс
4. «

   ... После десяти лет брака ждать прежней страсти – значит заблуждаться.

   ... После десяти лет брака ждать прежней страсти – значит заблуждаться.

   — Пауло Коэльо · книга
5. «

   Необузданная страсть иногда лучше вялой любви, но необузданная любовь — лучше всего на свете...

   Необузданная страсть иногда лучше вялой любви, но необузданная любовь — лучше всего на свете...

   — Виталий Гиберт
6. «

   Истинная любовь — это одержимость, это наркотик. Тебе постоянно хочется видеть любимого человека, слышать голос, вдыхать аромат тела, чувствовать прикосновения. И чем сильнее любовь, тем больше ты нуждаешься в увеличении дозы, хочется больше поцелуев, касаний и встреч. Если на этой неделе ты получаешь недостаточную порцию любимого человека — у тебя начинается ломка. Ты, словно одержимый, ищешь встречи, звонишь, пишешь смс. Тебя пронизывает дрожь, это твой внутренний голос кричит: «Хочу ещё, больше никогда не хочу расставаться с ним». Но что происходит, когда этот наркотик вызывает привыкание? Касания уже не такие желанные, поцелуи не такие пылкие, слова — пустые, а взгляды — безжизненные. Каждый день пронизан агонией. Будьте осторожны с этим препаратом, что зовётся «любовью».

   Истинная любовь — это одержимость, это наркотик. Тебе постоянно хочется видеть любимого человека, слышать голос, вдыхать аромат тела, чувствовать прикосновения. И чем сильнее любовь, тем больше ты нуждаешься в увеличении дозы, хочется больше поцелуев, касаний и встреч. Если на этой неделе ты получаешь недостаточную порцию любимого человека — у тебя начинается ломка. Ты, словно одержимый, ищешь встречи, звонишь, пишешь смс. Тебя пронизывает дрожь, это твой внутренний голос кричит: «Хочу ещё, больше никогда не хочу расставаться с ним». Но что происходит, когда этот наркотик вызывает привыкание? Касания уже не такие желанные, поцелуи не такие пылкие, слова — пустые, а взгляды — безжизненные. Каждый день пронизан агонией. Будьте осторожны с этим препаратом, что зовётся «любовью».

   — Николь
7. «

   Мы стали холодными, расчетливыми, неспособными на страсть. Но на самом деле это не так. Любовь, ненависть, ревность… Есть среди нас Джульетты, Отелло, леди Макбет и короли Лиры. И иногда страсть настолько захватывает человека, что он перестает владеть собой, становится преступником, готовым на все.

   Мы стали холодными, расчетливыми, неспособными на страсть. Но на самом деле это не так. Любовь, ненависть, ревность… Есть среди нас Джульетты, Отелло, леди Макбет и короли Лиры. И иногда страсть настолько захватывает человека, что он перестает владеть собой, становится преступником, готовым на все.

   — Дарья Донцова · книга
8. «

   Мужчинам страшно всё время быть рядом с любознательной, умной, смелой. «Вдруг она выставит меня дураком?» «Вдруг я ей проиграю?» А такие трепетные красавицы, как Ошум, обещают мужчинам спокойствие, заботу, ласку. И плевать, что цена за это: смертная скука.

   Мужчинам страшно всё время быть рядом с любознательной, умной, смелой. «Вдруг она выставит меня дураком?» «Вдруг я ей проиграю?» А такие трепетные красавицы, как Ошум, обещают мужчинам спокойствие, заботу, ласку. И плевать, что цена за это: смертная скука.

   — Мария Фариса · книга
9. «

   Как объяснить такой самообман, внушенный необузданностью и страстью? Мы сталкиваемся с ним на каждом шагу. Страсть упорна, а все, что происходит в природе вне малого человеческого существа, свидетельствует о том, что природа к ней безразлична. Мы знаем кары, постигающие страсть: тюрьмы, недуги, разорения и банкротства, но знаем также, что все это не влияет на извечные стремления человеческой натуры. Неужели нет для нее законов, кроме изворотливой воли и силы индивидуума, стремящегося к достижению цели? Если так, то, право же, давно пора всем знать об этом, всем без исключения! Мы тогда все равно стали бы поступать как прежде, но по крайней мере отпали бы вздорные иллюзии о божественном вмешательстве в людские дела. Глас народа — глас божий.

   Как объяснить такой самообман, внушенный необузданностью и страстью? Мы сталкиваемся с ним на каждом шагу. Страсть упорна, а все, что происходит в природе вне малого человеческого существа, свидетельствует о том, что природа к ней безразлична. Мы знаем кары, постигающие страсть: тюрьмы, недуги, разорения и банкротства, но знаем также, что все это не влияет на извечные стремления человеческой натуры. Неужели нет для нее законов, кроме изворотливой воли и силы индивидуума, стремящегося к достижению цели? Если так, то, право же, давно пора всем знать об этом, всем без исключения! Мы тогда все равно стали бы поступать как прежде, но по крайней мере отпали бы вздорные иллюзии о божественном вмешательстве в людские дела. Глас народа — глас божий.

   — Теодор Драйзер · книга
10. «

    Дым табачный воздух выел. Комната — глава в крученыховском аде. Вспомни — за этим окном впервые руки твои, исступлённый, гладил.

    Дым табачный воздух выел. Комната — глава в крученыховском аде. Вспомни — за этим окном впервые руки твои, исступлённый, гладил.

    — Владимир Маяковский
11. «

    Вожделение превращает человека, приближающегося к женщине, в чудовище, совсем на этого человека не похожее.

    Вожделение превращает человека, приближающегося к женщине, в чудовище, совсем на этого человека не похожее.

    — Франсуа Мориак · книга
12. «

    Всё, что у нас есть — это смесь одержимости, страсти и фарта.

    Всё, что у нас есть — это смесь одержимости, страсти и фарта.
13. «

    …любовь, страсть выпадает женщине больше, чем раз в жизни, и нельзя лишать ее права ни на эту любовь, ни на свободу от оков брака, если муж опостылел.

    …любовь, страсть выпадает женщине больше, чем раз в жизни, и нельзя лишать ее права ни на эту любовь, ни на свободу от оков брака, если муж опостылел.

    — Елена Котова · книга
14. «

    Женское сердце всегда хочет любви, а о любви им говорят ежедневно разными кислыми, слюнтявыми словами. Невольно хочется в любви перцу. Хочется уже не слов страсти, а трагически страстных поступков. И поэтому их любовниками всегда будут воры, убийцы, сутенеры и другая сволочь.

    Женское сердце всегда хочет любви, а о любви им говорят ежедневно разными кислыми, слюнтявыми словами. Невольно хочется в любви перцу. Хочется уже не слов страсти, а трагически страстных поступков. И поэтому их любовниками всегда будут воры, убийцы, сутенеры и другая сволочь.

    — Александр Куприн · книга
15. «

    Человеческие страсти удивительно загадочны, и дети подвластны им не меньше, чем взрослые. Те, кем они завладеют, ничего не могут толком объяснить, а те, кто не ведает страстей, и представить себе не в силах, что это такое.

    Человеческие страсти удивительно загадочны, и дети подвластны им не меньше, чем взрослые. Те, кем они завладеют, ничего не могут толком объяснить, а те, кто не ведает страстей, и представить себе не в силах, что это такое.

    — Михаэль Энде · книга
16. «

    Всякий человек имеет своё пьянство. — У тебя, Василий Васильевич? — Пьянство литературы.

    Всякий человек имеет своё пьянство. — У тебя, Василий Васильевич? — Пьянство литературы.

    — Василий Розанов · книга
17. «

    Но страсть — это нечто иное. Мне кажется, она часто случается с нами, если мы в беде (сознаем мы это или нет) или когда нам не нравится наша жизнь, когда нам грозит печаль. Тогда страсть — это то внутреннее движение, которое изгоняет завладевшие нами силы смерти.

    Но страсть — это нечто иное. Мне кажется, она часто случается с нами, если мы в беде (сознаем мы это или нет) или когда нам не нравится наша жизнь, когда нам грозит печаль. Тогда страсть — это то внутреннее движение, которое изгоняет завладевшие нами силы смерти.

    — Белинда Каннон
18. «

    Ненависть — истинная природная страсть. Аномальна как раз любовь. За неё Христа и распяли.

    Ненависть — истинная природная страсть. Аномальна как раз любовь. За неё Христа и распяли.

    — Умберто Эко · книга
19. «

    В мире существует лишь одна логика — логика страсти. Рассудок предостерегает нас только до поры до времени, а потом, когда кони неудержимо рвутся вперед, он садится на козлы и уже только следит, чтобы они не разнесли экипаж. Сердце человеческое не может уберечься от любви, а любовь — это стихия, такая же сила, как морской прилив и отлив. Если женщина любит мужа, ее сам дьявол не оторвет от него. И клятва в верности, которую она дала перед алтарем, — лишь освящение любви. Но когда эта клятва — обязательство без любви, тогда первый прилив выбросит ее на песок, как дохлую рыбу.

    В мире существует лишь одна логика — логика страсти. Рассудок предостерегает нас только до поры до времени, а потом, когда кони неудержимо рвутся вперед, он садится на козлы и уже только следит, чтобы они не разнесли экипаж. Сердце человеческое не может уберечься от любви, а любовь — это стихия, такая же сила, как морской прилив и отлив. Если женщина любит мужа, ее сам дьявол не оторвет от него. И клятва в верности, которую она дала перед алтарем, — лишь освящение любви. Но когда эта клятва — обязательство без любви, тогда первый прилив выбросит ее на песок, как дохлую рыбу.

    — Генрик Сенкевич · книга
20. «

    Страсть к морю, как болезнь, поразила меня с тех пор, как я начал себя помнить.

    Страсть к морю, как болезнь, поразила меня с тех пор, как я начал себя помнить.

    — Слава Курилов · книга