482 цитаты про «страсть» для вдохновения

Тема «страсть» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 482 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Твоя пронзительная нежность, Твоя губительная страсть. Как будто смерти неизбежность Имеют надо мною власть.

   Твоя пронзительная нежность, Твоя губительная страсть. Как будто смерти неизбежность Имеют надо мною власть.

   — Сергей Трофимов
2. «

   Только здесь и сейчас, оглянувшись на все, что свершила, понимаю — слепцу исступленная страсть подобна, и не страшен ей мрак кромешный!

   Только здесь и сейчас, оглянувшись на все, что свершила, понимаю — слепцу исступленная страсть подобна, и не страшен ей мрак кромешный!

   — Акико Ёсано
3. «

   Страсть — это идеальная среда, в которой человеческая душа проявляется во всей полноте и совершенстве.

   Страсть — это идеальная среда, в которой человеческая душа проявляется во всей полноте и совершенстве.

   — Юкио Мисима · книга
4. «

   Напрасно простираю я к ней объятия, очнувшись утром от тяжких снов, напрасно ищу ее ночью в своей постели, когда в счастливом и невинном сновидении мне пригрезится, будто я сижу возле нее на лугу и осыпаю поцелуями ее руку. Когда же я тянусь к ней, еще одурманенный дремотой, и вдруг просыпаюсь, — поток слез исторгается из моего стесненного сердца, и я плачу безутешно, предчувствуя мрачное будущее.

   Напрасно простираю я к ней объятия, очнувшись утром от тяжких снов, напрасно ищу ее ночью в своей постели, когда в счастливом и невинном сновидении мне пригрезится, будто я сижу возле нее на лугу и осыпаю поцелуями ее руку. Когда же я тянусь к ней, еще одурманенный дремотой, и вдруг просыпаюсь, — поток слез исторгается из моего стесненного сердца, и я плачу безутешно, предчувствуя мрачное будущее.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
5. «

   Ненависть – страстное чувство.

   Ненависть – страстное чувство.

   — Стефани Майер · книга
6. «

   Но как бездонно глубока область интимных любовных восторгов. Ни для кого не проницаемая, альковная жизнь связывает двоих людей — мужчину и женщину — ночной эгоистической тайной; делает их как бы соучастниками сладостного греха, в котором никому нельзя признаться, о котором, даже между собою, стыдно говорить днём и громко. Эта сила любовной страсти побеждает все неловкости, сближает крайности, сглаживает неровности, обезличивает индивидуальности, уравнивает все разности: пола, крови, происхождения, породы, возраста и образования, и даже социального происхождения — так несказанно всесильна её страшная, блаженная и блажная мощь! Но в этой стихии всегда властвует не тот, который любит больще, а тот который любит меньше: странный и злой парадокс!

   Но как бездонно глубока область интимных любовных восторгов. Ни для кого не проницаемая, альковная жизнь связывает двоих людей — мужчину и женщину — ночной эгоистической тайной; делает их как бы соучастниками сладостного греха, в котором никому нельзя признаться, о котором, даже между собою, стыдно говорить днём и громко. Эта сила любовной страсти побеждает все неловкости, сближает крайности, сглаживает неровности, обезличивает индивидуальности, уравнивает все разности: пола, крови, происхождения, породы, возраста и образования, и даже социального происхождения — так несказанно всесильна её страшная, блаженная и блажная мощь! Но в этой стихии всегда властвует не тот, который любит больще, а тот который любит меньше: странный и злой парадокс!

   — Александр Куприн · книга
7. «

   Tonight you gotta look in my eyes, You got it, you drive me out of my mind.

   Tonight you gotta look in my eyes, You got it, you drive me out of my mind.
8. «

   — А еще я записал для тебя кассету, это сборник песен, которые я слушал во время былых характерообразующих отношений. Здесь еще пара песен, которые, думаю, тебе понравятся. Я считаю, что музыка добавляет некоторым событиям реалистичности, если ты меня понимаешь. — Да, спасибо. — Ближе к концу я записал несколько песен для расставания, на случай, если у вас не сложится. Разумеется, я не говорю, что это обязательный исход, но, сказать по правде, он вполне ожидаемый. Страсть, увы, скоротечна.

   — А еще я записал для тебя кассету, это сборник песен, которые я слушал во время былых характерообразующих отношений. Здесь еще пара песен, которые, думаю, тебе понравятся. Я считаю, что музыка добавляет некоторым событиям реалистичности, если ты меня понимаешь. — Да, спасибо. — Ближе к концу я записал несколько песен для расставания, на случай, если у вас не сложится. Разумеется, я не говорю, что это обязательный исход, но, сказать по правде, он вполне ожидаемый. Страсть, увы, скоротечна.

   — Субмарина (Submarine) · фильм
9. «

   Я не из тех, которым любы Одни лишь глазки, щечки, губы, И не из тех я, чья мечта Одной души лишь красота; Их жжет огонь любви: ему бы Лишь топлива! Их страсть проста. Зачем же их со мной равнять? Пусть мне взаимности не знать Я страсти суть хочу понять!

   Я не из тех, которым любы Одни лишь глазки, щечки, губы, И не из тех я, чья мечта Одной души лишь красота; Их жжет огонь любви: ему бы Лишь топлива! Их страсть проста. Зачем же их со мной равнять? Пусть мне взаимности не знать Я страсти суть хочу понять!

   — Джон Донн
10. «

    Любопытство не ведает этики. Возможно, это самая безнравственная из человеческих страстей.

    Любопытство не ведает этики. Возможно, это самая безнравственная из человеческих страстей.

    — Юкио Мисима · книга
11. «

    Страсть очень важна, когда есть отношения. Для меня, страсть идет следом за любовью. Не может быть никакой страсти без любви.

    Страсть очень важна, когда есть отношения. Для меня, страсть идет следом за любовью. Не может быть никакой страсти без любви.

    — Рани Мукхерджи
12. «

    Для борьбы со страстями нужно напрягать силы, а не подыскивать тонкие аргументы.

    Для борьбы со страстями нужно напрягать силы, а не подыскивать тонкие аргументы.

    — Фабиан Папирий
13. «

    Красота гасит любовь, ибо несогласуемы созерцание и страсть. В красоту влюбляются только нечувствительные к красоте.

    Красота гасит любовь, ибо несогласуемы созерцание и страсть. В красоту влюбляются только нечувствительные к красоте.

    — Григорий Адольфович Ландау
14. «

    И святые мрут с венками из страстей на головах.

    И святые мрут с венками из страстей на головах.

    — Лоренс Даррелл · книга
15. «

    — Полезно иногда снимать маску серьезности. — А для меня серьезность — не маска, а мое настоящее лицо. Ты предлагаешь мне снять кожу? — Нет, дорогая. Это не твоя кожа. Это строгий кожаный переплет, в который одевают страстные любовные романы, боясь осуждения окружающих. Снимай этот переплет хотя бы для меня, я хочу видеть твою страстную натуру чаще.

    — Полезно иногда снимать маску серьезности. — А для меня серьезность — не маска, а мое настоящее лицо. Ты предлагаешь мне снять кожу? — Нет, дорогая. Это не твоя кожа. Это строгий кожаный переплет, в который одевают страстные любовные романы, боясь осуждения окружающих. Снимай этот переплет хотя бы для меня, я хочу видеть твою страстную натуру чаще.

    — Брайанна Рид · книга
16. «

    В любви-страсти совершенное счастье заключается не столько в близости, сколько в последнем шаге к ней.

    В любви-страсти совершенное счастье заключается не столько в близости, сколько в последнем шаге к ней.

    — Стендаль
17. «

    Ты любишь буйную игру крови, но твое сердце остается пустым, ибо человек способен сохранить лишь то, что растет в нем самом. А на ураганном ветру мало что может произрастать.

    Ты любишь буйную игру крови, но твое сердце остается пустым, ибо человек способен сохранить лишь то, что растет в нем самом. А на ураганном ветру мало что может произрастать.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Вероятно, достигнуть видного положения и сохранить его в этом замечательном мире можно, только если будешь равнодушен к женщинам, освободишься от постыдной страсти к ним.

    Вероятно, достигнуть видного положения и сохранить его в этом замечательном мире можно, только если будешь равнодушен к женщинам, освободишься от постыдной страсти к ним.

    — Теодор Драйзер · книга
19. «

    Когда центр удовольствий оказывается ниже мозга, на раздумья времени не хватает.

    Когда центр удовольствий оказывается ниже мозга, на раздумья времени не хватает.

    — Михаил Михайлович Мамчич
20. «

    В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд. Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия. Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал. Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет...

    В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд. Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия. Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал. Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет...

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга