107 мудрых цитат про «Красивые цитаты на тему «свобода»»

Собрали 107 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «свобода»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Север, воля, надежда, — страна без границ, Снег без грязи, как долгая жизнь без вранья. Воронье нам не выклюет глаз из глазниц, Потому что не водится здесь воронья.

   Север, воля, надежда, — страна без границ, Снег без грязи, как долгая жизнь без вранья. Воронье нам не выклюет глаз из глазниц, Потому что не водится здесь воронья.
2. «

   Великая вещь свобода! Она похожа на солнце, на огромное звездное небо; она похожа на теплый ровный ветер или на быстро бегущую звонкую воду. Не нужно никого бояться, не нужно делать того, что не хочется делать! Можно встать когда хочешь, и идти, куда захочешь! Можно остановиться и долго провожать глазами пролетающий над рекой караван гусей, можно подняться на холм, открытый всем ветрам; там слышны все запахи выбери для себя любой из них, иди туда, куда он зовет тебя! Можно забраться в чащу, где так много сухих деревьев, дуплистых и изъеденных червем, и, наслаждаясь своей могучей свободной силой, валить эти деревья — сухие, мертвые, они будут падать с таким жалким треском!

   Великая вещь свобода! Она похожа на солнце, на огромное звездное небо; она похожа на теплый ровный ветер или на быстро бегущую звонкую воду. Не нужно никого бояться, не нужно делать того, что не хочется делать! Можно встать когда хочешь, и идти, куда захочешь! Можно остановиться и долго провожать глазами пролетающий над рекой караван гусей, можно подняться на холм, открытый всем ветрам; там слышны все запахи выбери для себя любой из них, иди туда, куда он зовет тебя! Можно забраться в чащу, где так много сухих деревьев, дуплистых и изъеденных червем, и, наслаждаясь своей могучей свободной силой, валить эти деревья — сухие, мертвые, они будут падать с таким жалким треском!

   — Юрий Павлович Казаков · книга
3. «

   И это всё, и больше нету ничего - Есть только небо, вечное небо.

   И это всё, и больше нету ничего - Есть только небо, вечное небо.
4. «

   — Иметь рядом такого, пусть и не похожего на тебя, но родного человека — большое счастье. Оно дороже любых других радостей жизни. Все проблемы, почти все, решаемы, а что касается свободы...то любому человеку рано или поздно надоедает время «чегохочуделания». Жизнь ради потакания своим прихотям пуста. — Поэтому я буду потакать ещё и твоим прихотям. Я выбираю тебя.

   — Иметь рядом такого, пусть и не похожего на тебя, но родного человека — большое счастье. Оно дороже любых других радостей жизни. Все проблемы, почти все, решаемы, а что касается свободы...то любому человеку рано или поздно надоедает время «чегохочуделания». Жизнь ради потакания своим прихотям пуста. — Поэтому я буду потакать ещё и твоим прихотям. Я выбираю тебя.

   — Эльчин Сафарли · книга
5. «

   С торжеством «свободной» любви все разучились любить; свобода принесла нам не освобождение, а новое рабство.

   С торжеством «свободной» любви все разучились любить; свобода принесла нам не освобождение, а новое рабство.

   — Ролло Мэй · книга
6. «

   Если стянуть покрывало сознания, осмысления, животного ужаса человека перед смертью, инстинкта выживания и заглянуть в душу, в подсознание, глубже, туда, куда мы забыли дороги, то смерть... притягательна. Она завораживает. Она не пугает, она — желанна. Из отрицательного героя превращаясь в доброго ангела, становясь аналогом свободы — целостности души. Выхода из спячки и не концом, а продолжением старого пути, начало нового круга. Не неизвестностью, а ожиданием. Потому что когда в мертвых глазах заканчивается небо, открываются двери. Не в рай и не в ад, рай и ад здесь, с нами, внутри каждого из нас. А куда открываются двери... в своё время это узнает каждый.

   Если стянуть покрывало сознания, осмысления, животного ужаса человека перед смертью, инстинкта выживания и заглянуть в душу, в подсознание, глубже, туда, куда мы забыли дороги, то смерть... притягательна. Она завораживает. Она не пугает, она — желанна. Из отрицательного героя превращаясь в доброго ангела, становясь аналогом свободы — целостности души. Выхода из спячки и не концом, а продолжением старого пути, начало нового круга. Не неизвестностью, а ожиданием. Потому что когда в мертвых глазах заканчивается небо, открываются двери. Не в рай и не в ад, рай и ад здесь, с нами, внутри каждого из нас. А куда открываются двери... в своё время это узнает каждый.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Как хорошо чувствовать себя свободной. Кажется, поднимешься сейчас на носочки – и полетишь, подхваченная порывом ветра.

   Как хорошо чувствовать себя свободной. Кажется, поднимешься сейчас на носочки – и полетишь, подхваченная порывом ветра.

   — Олег Рой · книга
8. «

   ... здесь, сидя за работой, Ольга часто забывала свое шитье и наблюдала синие странствующие воды и барки с белыми парусами и разноцветными флюгерями. Там люди вольны, счастливы! каждый день видят новый берег — и новые надежды!

   ... здесь, сидя за работой, Ольга часто забывала свое шитье и наблюдала синие странствующие воды и барки с белыми парусами и разноцветными флюгерями. Там люди вольны, счастливы! каждый день видят новый берег — и новые надежды!

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
9. «

   Привяжи мне бумажные крылья — свободу и совесть, Сбереги меня в бурю и в штиль упаси от беды. За то, что было и будет, и в чем, наконец, успокоюсь, Дай мне душу — в ладонях с водой отраженье звезды...

   Привяжи мне бумажные крылья — свободу и совесть, Сбереги меня в бурю и в штиль упаси от беды. За то, что было и будет, и в чем, наконец, успокоюсь, Дай мне душу — в ладонях с водой отраженье звезды...
10. «

    Людям, которых посещают по ночам сны знакомо ни с чем несравнимое счастье, которого лишен мир дневного света, экстаз и легкость на душе, сходные со вкусом меда на языке. Ведомо им и то, что объяснение восторга, который охватывает спящего, — это чувство ничем неограниченной свободы, которое он познает во сне. Это не свобода диктатора, навязывающего миру свою волю, а свобода художника, не скованного ничем, даже волей.

    Людям, которых посещают по ночам сны знакомо ни с чем несравнимое счастье, которого лишен мир дневного света, экстаз и легкость на душе, сходные со вкусом меда на языке. Ведомо им и то, что объяснение восторга, который охватывает спящего, — это чувство ничем неограниченной свободы, которое он познает во сне. Это не свобода диктатора, навязывающего миру свою волю, а свобода художника, не скованного ничем, даже волей.

    — Карен Бликсен · книга
11. «

    А вы! Ваше время давно отошло! Любви не вернете народа. Да здравствует свет, разгоняющий зло! Да здравствует наша свобода!

    А вы! Ваше время давно отошло! Любви не вернете народа. Да здравствует свет, разгоняющий зло! Да здравствует наша свобода!

    — Николай Степанович Гумилёв
12. «

    За рассветом закат, за которым снова рассвет. Море чистого воздуха, дождь, ветер, гроза, туман, молнии и снова море прозрачного чистого воздуха. Солнце жёлтое, свежее и совсем не палящее, какого я никогда доселе не видел. Трава такая зелёная, что искрится под колёсами. Голубое чистое небо, какими и бывают обычно небеса, облака — белее, чем снег на Рождество. И самое главное — свобода.

    За рассветом закат, за которым снова рассвет. Море чистого воздуха, дождь, ветер, гроза, туман, молнии и снова море прозрачного чистого воздуха. Солнце жёлтое, свежее и совсем не палящее, какого я никогда доселе не видел. Трава такая зелёная, что искрится под колёсами. Голубое чистое небо, какими и бывают обычно небеса, облака — белее, чем снег на Рождество. И самое главное — свобода.

    — Ричард Бах · книга
13. «

    Поиск свободы — это единственная побуждающая сила, которую я знаю. Это свобода улететь внезапно в бесконечность, которая где-то там. Это свобода умереть, исчезнув навсегда. Это свобода пламени свечи, которая остается неугасимой в мире, озаряемом светом миллиардов великолепных звезд, остается неугасимой потому, что никогда не считает себя чем-то большим, чем есть на самом деле — всего лишь свечой.

    Поиск свободы — это единственная побуждающая сила, которую я знаю. Это свобода улететь внезапно в бесконечность, которая где-то там. Это свобода умереть, исчезнув навсегда. Это свобода пламени свечи, которая остается неугасимой в мире, озаряемом светом миллиардов великолепных звезд, остается неугасимой потому, что никогда не считает себя чем-то большим, чем есть на самом деле — всего лишь свечой.

    — Карлос Кастанеда · книга
14. «

    Честность дарует освобождение, откровенность снимает кандалы, которые долгие годы оставляли кровавые следы на хрупких запястьях.

    Честность дарует освобождение, откровенность снимает кандалы, которые долгие годы оставляли кровавые следы на хрупких запястьях.

    — Александра Макарова · книга
15. «

    Поверишь мне, душа моя, Что где-то на земле свобода бродит? Я слышала, что там она, Где тихие счастливые поля С холмами изумрудными Навек обручены природой...

    Поверишь мне, душа моя, Что где-то на земле свобода бродит? Я слышала, что там она, Где тихие счастливые поля С холмами изумрудными Навек обручены природой...
16. «

    Крылья — свобода, только когда раскрыты в полёте, за спиной они — тяжесть. Крылья — синоним не свободы, а силы, не свободы, а тяжести.

    Крылья — свобода, только когда раскрыты в полёте, за спиной они — тяжесть. Крылья — синоним не свободы, а силы, не свободы, а тяжести.

    — Марина Цветаева
17. «

    Чтобы быть нравственно свободным, человек должен привыкнуть управлять собою.

    Чтобы быть нравственно свободным, человек должен привыкнуть управлять собою.

    — Николай Васильевич Шелгунов
18. «

    Любовь — это не программа. Это бесконечная свобода, которая дается двум людям одновременно. Только от них зависит, сколько времени они будут свободны и счастливы.

    Любовь — это не программа. Это бесконечная свобода, которая дается двум людям одновременно. Только от них зависит, сколько времени они будут свободны и счастливы.

    — Евгений Соколов · книга
19. «

    Ты получила свободу жить лучшей из возможных жизней — своей собственной жизнью.

    Ты получила свободу жить лучшей из возможных жизней — своей собственной жизнью.

    — Мария Фариса · книга
20. «

    На школьных своих тетрадках И на древесной коре, На зыбких холмах песчаных Я имя твое пишу.

    На школьных своих тетрадках И на древесной коре, На зыбких холмах песчаных Я имя твое пишу.

    — Поль Элюар