422 цитаты на тему «театр»

422 цитаты про «театр»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Творчество режиссера тяжело и трагично, ибо он стремится создать нечто лучшее, чем то, что написано, поставлено и сыграно.

   Творчество режиссера тяжело и трагично, ибо он стремится создать нечто лучшее, чем то, что написано, поставлено и сыграно.

   — Карел Чапек · книга
2. «

   Русские, безусловно, беспечные люди; практичные в некоторых вещах, безразличные или непрактичные в других… Вот и в театре, который мы посетили сегодня, был только один вход и не было выхода для 800 или 900 зрителей. И потому все свертки и туфли нужно было оставлять у дверей и почти что в позорной давке сражаться за то, чтобы войти и снова выйти! Само здание театра, которое ранее было действительно великолепным особняком, конфисковано у одной из богатых буржуазных семей. «Где сейчас члены этой семьи? — спросил я. — Кто-нибудь знает?» — «Они мертвы либо работают в Нью-Йорке или Париже официантами».

   Русские, безусловно, беспечные люди; практичные в некоторых вещах, безразличные или непрактичные в других… Вот и в театре, который мы посетили сегодня, был только один вход и не было выхода для 800 или 900 зрителей. И потому все свертки и туфли нужно было оставлять у дверей и почти что в позорной давке сражаться за то, чтобы войти и снова выйти! Само здание театра, которое ранее было действительно великолепным особняком, конфисковано у одной из богатых буржуазных семей. «Где сейчас члены этой семьи? — спросил я. — Кто-нибудь знает?» — «Они мертвы либо работают в Нью-Йорке или Париже официантами».

   — Теодор Драйзер
3. «

   Театр начинается с контроля.

   Театр начинается с контроля.
4. «

   Театр... В этом что-то есть, что-то почти божественное. Внутри огромного мира люди построили мирок, который отражает окружающее точно так же, как капля воды вбирает в себя всю округу. Но всё же... в этот же мирок люди вобрали все те вещи, от которых всегда пытались бежать, — ненависть и страх, тиранию и жестокость. Люди истово желают избавиться от самих себя, однако все искусства, изобретенные людьми, только укрепляют стены этой темницы...

   Театр... В этом что-то есть, что-то почти божественное. Внутри огромного мира люди построили мирок, который отражает окружающее точно так же, как капля воды вбирает в себя всю округу. Но всё же... в этот же мирок люди вобрали все те вещи, от которых всегда пытались бежать, — ненависть и страх, тиранию и жестокость. Люди истово желают избавиться от самих себя, однако все искусства, изобретенные людьми, только укрепляют стены этой темницы...

   — Терри Пратчетт · книга
5. «

   Какую бы сложную роль ты ни играл, из театра ты должен выходить не Петром I, а Олегом Янковским. Иначе самому противно. Потому что я очень хорошо помню, как всем было неловко за эту странинку Смоктуновского: великий актер, а в реальной жизни вдруг начинал вести себя, как князь Мышкин.

   Какую бы сложную роль ты ни играл, из театра ты должен выходить не Петром I, а Олегом Янковским. Иначе самому противно. Потому что я очень хорошо помню, как всем было неловко за эту странинку Смоктуновского: великий актер, а в реальной жизни вдруг начинал вести себя, как князь Мышкин.

   — Олег Янковский
6. «

   Известие о запрещении подлило масла в огонь. Все хотели видеть пьесу, в которой осмеивались люди высшего круга.

   Известие о запрещении подлило масла в огонь. Все хотели видеть пьесу, в которой осмеивались люди высшего круга.

   — Михаил Булгаков · книга
7. «

   Откройте занавес, я выйду на поклон! Еще минуту мы подышим с залом в унисон!

   Откройте занавес, я выйду на поклон! Еще минуту мы подышим с залом в унисон!

   — Анна Гольдес
8. «

   Он знал людей до их сокровенной глубины. Он угадывал их тайные желания, ему были открыты их страсти, пороки, все знал, что было скрыто в них, но также и доброе. А главное он знал их права. Он знал, кто и когда должен прийти в Театр, кто имел право сидеть в четвертом ряду, а кто должен был томиться в ярусе, присаживаясь на приступочке в бредовой надежде, что как-нибудь вдруг освободится для него волшебным образом местечко.

   Он знал людей до их сокровенной глубины. Он угадывал их тайные желания, ему были открыты их страсти, пороки, все знал, что было скрыто в них, но также и доброе. А главное он знал их права. Он знал, кто и когда должен прийти в Театр, кто имел право сидеть в четвертом ряду, а кто должен был томиться в ярусе, присаживаясь на приступочке в бредовой надежде, что как-нибудь вдруг освободится для него волшебным образом местечко.

   — Михаил Булгаков · книга
9. «

   Медам! Месье! Синьоры! К чему играть спектакли? Когда весь мир — театр И все мы в нем — актеры. Не так ли?

   Медам! Месье! Синьоры! К чему играть спектакли? Когда весь мир — театр И все мы в нем — актеры. Не так ли?

   — Юлий Ким
10. «

    Болен неизлечимой никогда страстью к театру.

    Болен неизлечимой никогда страстью к театру.

    — Михаил Булгаков · книга
11. «

    Я поклялся себе вообще не думать о театре, но клятва эта, конечно, нелепая. Думать запретить нельзя.

    Я поклялся себе вообще не думать о театре, но клятва эта, конечно, нелепая. Думать запретить нельзя.

    — Михаил Булгаков · книга
12. «

    Репетиции... очень странная субстанция, кто-то их очень любит, ища что-то глубоко внутри материала или самого себя! Кто-то ненавидит, говоря, что репетиции только портят спектакли... я не знаю, к кому себя отнести, потому что порой я их ненавижу, а порой так увлекаюсь, что понимаю, на часах уже 3:00, а силы все ещё есть... вдохновение, желание работать и находить в себе что-то новое! Знаю наверняка одно, «правильные» репетиции, отличный тренинг, для того чтобы не застолбиться, не потерять живость эмоций и правдивость реакций! Неимоверно сложно быть новым, каждый раз выходя на сцену! А это необходимо, ведь театр — живое искусство!

    Репетиции... очень странная субстанция, кто-то их очень любит, ища что-то глубоко внутри материала или самого себя! Кто-то ненавидит, говоря, что репетиции только портят спектакли... я не знаю, к кому себя отнести, потому что порой я их ненавижу, а порой так увлекаюсь, что понимаю, на часах уже 3:00, а силы все ещё есть... вдохновение, желание работать и находить в себе что-то новое! Знаю наверняка одно, «правильные» репетиции, отличный тренинг, для того чтобы не застолбиться, не потерять живость эмоций и правдивость реакций! Неимоверно сложно быть новым, каждый раз выходя на сцену! А это необходимо, ведь театр — живое искусство!

    — Филипп Бледный
13. «

    Прекрасное, чистое, благородное, высоконравственное существо, лишенное силы чувства, делающей героя, гибнет под бременем, которого он не мог ни снести, ни сбросить, всякий долг для него священен, а этот непомерно тяжел. От него требуют невозможного, — невозможного не самого по себе, а того, что для него невозможно.

    Прекрасное, чистое, благородное, высоконравственное существо, лишенное силы чувства, делающей героя, гибнет под бременем, которого он не мог ни снести, ни сбросить, всякий долг для него священен, а этот непомерно тяжел. От него требуют невозможного, — невозможного не самого по себе, а того, что для него невозможно.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
14. «

    Крылов слушал оперу, а его соседом оказался какой-то меломан, забывший, что в театре он не один (притопывал в такт музыке, подпевал певцам — одним словом, мешал слушать). — Безобразие! — сказал довольно громко Крылов. — Это относится ко мне? — оживился сосед. — Ну как вы могли такое подумать, — ответил ему Крылов. — Это относится к тому господину на сцене, который мешает мне слушать вас.

    Крылов слушал оперу, а его соседом оказался какой-то меломан, забывший, что в театре он не один (притопывал в такт музыке, подпевал певцам — одним словом, мешал слушать). — Безобразие! — сказал довольно громко Крылов. — Это относится ко мне? — оживился сосед. — Ну как вы могли такое подумать, — ответил ему Крылов. — Это относится к тому господину на сцене, который мешает мне слушать вас.

    — Иван Андреевич Крылов
15. «

    Любите ли вы театр, как люблю его я? Эх, какие я политические постановки разыгрывал в своё время!

    Любите ли вы театр, как люблю его я? Эх, какие я политические постановки разыгрывал в своё время!
16. «

    – Я бывал за кулисами многих театров… – Вот именно. Театров. – Зальцелла вздернул голову. – Но театр даже близко не похож на оперу. Опера – это не просто театр, где поют и танцуют. Опера – это опера. Вам может показаться, что пьеса вроде «Лоэнлебдя» полна страсти. Но по сравнению с тем, что происходит за сценой, это так, детские шалости. Все певцы не переносят друг друга на дух, хор презирает певцов, и те и другие ненавидят оркестр, и все вместе боятся дирижера; суфлеры с одной стороны сцены не разговаривают с суфлерами противоположной стороны, танцоры, вынужденные поддерживать форму, сходят с ума от постоянного недоедания...

    – Я бывал за кулисами многих театров… – Вот именно. Театров. – Зальцелла вздернул голову. – Но театр даже близко не похож на оперу. Опера – это не просто театр, где поют и танцуют. Опера – это опера. Вам может показаться, что пьеса вроде «Лоэнлебдя» полна страсти. Но по сравнению с тем, что происходит за сценой, это так, детские шалости. Все певцы не переносят друг друга на дух, хор презирает певцов, и те и другие ненавидят оркестр, и все вместе боятся дирижера; суфлеры с одной стороны сцены не разговаривают с суфлерами противоположной стороны, танцоры, вынужденные поддерживать форму, сходят с ума от постоянного недоедания...

    — Терри Пратчетт · книга
17. «

    Все хотят, что б я вставал и бегал, А я хочу сидеть и не вставать! Все хотят, что б я чего то делал, А я прошу ко мне не приставать!

    Все хотят, что б я вставал и бегал, А я хочу сидеть и не вставать! Все хотят, что б я чего то делал, А я прошу ко мне не приставать!

    — актёр театра «Колумб» · сериал
18. «

    О, моя молодость, запах кулис!

    О, моя молодость, запах кулис!

    — Остап Бендер · сериал
19. «

    Хорошая режиссура может превратить плохое сочинение в замечательное театральное зрелище.

    Хорошая режиссура может превратить плохое сочинение в замечательное театральное зрелище.

    — Франц Кафка · книга
20. «

    Кино приучило нас, что настоящее противостояние всегда завершается в соответствующих случаю декорациях... Конечно, писатели к этому тоже руку приложили. Лев Толстой... Конан Дойль... Виктор Гюго... Ну любят, любят люди творческого труда красивые декорации!

    Кино приучило нас, что настоящее противостояние всегда завершается в соответствующих случаю декорациях... Конечно, писатели к этому тоже руку приложили. Лев Толстой... Конан Дойль... Виктор Гюго... Ну любят, любят люди творческого труда красивые декорации!

    — Сергей Лукьяненко · книга