120 мудрых цитат про «терроризм»

120 цитат про «терроризм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Итак, Кальцит, на чём мы остановились? — Полагаю, вы хорошо осведомлены о положении дел, господин Вэй? Один лишь ваш отказ от помощи заражённым ставит нас в шаткое положение. Если вы так и продолжите вкладывать все силы в поддержку карантина, при следующем нападении «Реньюниона» Лунгмэнь окажется в опасности. — Мы предприняли все возможные меры к возможной угрозе террористов. Оставьте свои опасения при себе. — А у Лунгмэня есть опыт подавления вооружённого восстания среди заражённых? Отрадно слышать, что вы не сидите, сложа руки. Но ваша неготовность нанести превентивный удар ставит вашу компетентность под вопрос. — Наша гвардия не уступит сборищу заражённых!.. — Точно ли известно, что Лунгмэнь — следующая цель «Реньюниона»? — Чтобы нарастить свои силы, им нужны не только ресурсы, но и новые рекруты — готовые для вербовки заражённые. У вас в избытке и то, и другое. Ваш город — лакомый кусочек для террористов. — С этим сложно не согласиться. — Мы, «Родос», можем предоставить наш опыт столкновения с подобным врагом, господин Вэй. — Говорите, что можете поделиться опытом, но притащили с собой контракт? Вы ведь здесь явно не из бескорыстных побуждений. Если хотите приобрести надёжных партнёров в нашем лице, не следует ли предоставить более ценную информацию, Кальцит? — Поверьте на слово: полученные в Чернобоге данные связаны с реальным боевым опытом «Родоса». Без нас самих они будут бесполезны. Я считаю, что у Лунгмэня только один выход — заключить контракт и объединить усилия в борьбе с «Реньюнионом». — Председатель Вэй, не в наших интересах принимать к себе заражённых чужаков! — Успокойся, Чэнь. В конце концов, они — наши гости. Кроме того, при выборе верного друга, важно только одно его качество — способность встать с тобой плечом к плечу. — Это же... — Да. Запись сражения, которое вам навязали по пути сюда. Чэнь, что думаешь о боевом потенциале «Родоса»? — Авангард, арьергард и общий строй организованы с учётом ландшафта и позиции врага. Своё дело и права они знают. Показатели — тоже впечатляющие. Только вот с врагом такого уровня Лунгмэньская гвардия справится и сама, без помощи «Родоса». Таков мой вывод. — Согласен. Нашим войскам не составит труда отбросить террористов. Кроме того, запрошенная вами по контракту цена слишком уж велика, Кальцит. — Позвольте повторить: считать «Реньюнион» простыми бунтарями — верх неосмотрительности. Если сейчас не предпринять радикальные меры, Лунгмэнь падёт через несколько недель. — Это угроза? С чего такая уверенность... — Мы видели её — ту, что во имя гнева заражённых сжигает всё на своём пути. — Вы это о лидере «Реньюниона»? — Чернобог был разрушен всего за одну ночь, потому что они напали в день «Бедствия». И в их главе стояла Талула — она обратила ярость «Реньюниона» в пламя, что сожгло Урсусский город. А сейчас они положили глаз на Лунгмэнь, чтобы пополнить свои ряды. Они не остановятся ни перед чем. — Помимо «Реньюниона» есть ещё один повод для опасений. Империя Урсус лишилась одного из своих городов — и так они этого не оставят. Вы понимаете, к чему всё идёт. — Что верно, то верно. Будь по-вашему. Мы готовы заключить контракт. Однако, выполнение наших обязательств будет зависеть от ваших успехов. Я ставлю два условия. Первое — «Реньюнион» должен быть повержен вашими руками. Как закончите с этим, узнаете и второе. Если не согласны — контракт аннулирован. В конце концов, «Родосу» тоже нужен этот контракт, верно?

   — Итак, Кальцит, на чём мы остановились? — Полагаю, вы хорошо осведомлены о положении дел, господин Вэй? Один лишь ваш отказ от помощи заражённым ставит нас в шаткое положение. Если вы так и продолжите вкладывать все силы в поддержку карантина, при следующем нападении «Реньюниона» Лунгмэнь окажется в опасности. — Мы предприняли все возможные меры к возможной угрозе террористов. Оставьте свои опасения при себе. — А у Лунгмэня есть опыт подавления вооружённого восстания среди заражённых? Отрадно слышать, что вы не сидите, сложа руки. Но ваша неготовность нанести превентивный удар ставит вашу компетентность под вопрос. — Наша гвардия не уступит сборищу заражённых!.. — Точно ли известно, что Лунгмэнь — следующая цель «Реньюниона»? — Чтобы нарастить свои силы, им нужны не только ресурсы, но и новые рекруты — готовые для вербовки заражённые. У вас в избытке и то, и другое. Ваш город — лакомый кусочек для террористов. — С этим сложно не согласиться. — Мы, «Родос», можем предоставить наш опыт столкновения с подобным врагом, господин Вэй. — Говорите, что можете поделиться опытом, но притащили с собой контракт? Вы ведь здесь явно не из бескорыстных побуждений. Если хотите приобрести надёжных партнёров в нашем лице, не следует ли предоставить более ценную информацию, Кальцит? — Поверьте на слово: полученные в Чернобоге данные связаны с реальным боевым опытом «Родоса». Без нас самих они будут бесполезны. Я считаю, что у Лунгмэня только один выход — заключить контракт и объединить усилия в борьбе с «Реньюнионом». — Председатель Вэй, не в наших интересах принимать к себе заражённых чужаков! — Успокойся, Чэнь. В конце концов, они — наши гости. Кроме того, при выборе верного друга, важно только одно его качество — способность встать с тобой плечом к плечу. — Это же... — Да. Запись сражения, которое вам навязали по пути сюда. Чэнь, что думаешь о боевом потенциале «Родоса»? — Авангард, арьергард и общий строй организованы с учётом ландшафта и позиции врага. Своё дело и права они знают. Показатели — тоже впечатляющие. Только вот с врагом такого уровня Лунгмэньская гвардия справится и сама, без помощи «Родоса». Таков мой вывод. — Согласен. Нашим войскам не составит труда отбросить террористов. Кроме того, запрошенная вами по контракту цена слишком уж велика, Кальцит. — Позвольте повторить: считать «Реньюнион» простыми бунтарями — верх неосмотрительности. Если сейчас не предпринять радикальные меры, Лунгмэнь падёт через несколько недель. — Это угроза? С чего такая уверенность... — Мы видели её — ту, что во имя гнева заражённых сжигает всё на своём пути. — Вы это о лидере «Реньюниона»? — Чернобог был разрушен всего за одну ночь, потому что они напали в день «Бедствия». И в их главе стояла Талула — она обратила ярость «Реньюниона» в пламя, что сожгло Урсусский город. А сейчас они положили глаз на Лунгмэнь, чтобы пополнить свои ряды. Они не остановятся ни перед чем. — Помимо «Реньюниона» есть ещё один повод для опасений. Империя Урсус лишилась одного из своих городов — и так они этого не оставят. Вы понимаете, к чему всё идёт. — Что верно, то верно. Будь по-вашему. Мы готовы заключить контракт. Однако, выполнение наших обязательств будет зависеть от ваших успехов. Я ставлю два условия. Первое — «Реньюнион» должен быть повержен вашими руками. Как закончите с этим, узнаете и второе. Если не согласны — контракт аннулирован. В конце концов, «Родосу» тоже нужен этот контракт, верно?

   — Вэй Йенву (Wei Yenwu) · аниме
2. «

   Они могут запретить девочкам ходить в школу, но не могут запретить получать знания.

   Они могут запретить девочкам ходить в школу, но не могут запретить получать знания.

   — Малала Юсуфзай · книга
3. «

   Отождествление Ислама с террором – ошибочный и предвзятый подход. Больше всего от террора страдают именно мусульманские страны.

   Отождествление Ислама с террором – ошибочный и предвзятый подход. Больше всего от террора страдают именно мусульманские страны.

   — Ильхам Алиев
4. «

   …в нашей жизни много такого, что надо рушить, взрывать динамитом, освобождать место для светлых жилищ и темных тюрем будущего.

   …в нашей жизни много такого, что надо рушить, взрывать динамитом, освобождать место для светлых жилищ и темных тюрем будущего.

   — Юрий Никитин · книга
5. «

   Можно ли подтягивать на службу так называемому добру демонов ада? Вопрос, мягко говоря, идиотский. Но фильм «Отряд самоубийц» наглядно показывает — можно. И не только можно, а нужно. Представитель спецслужб то тычет ножом в волосатое сердце демона, то расстреливает собственных коллег из соображений секретности. Можно всё — потому что цель оправдывает средства. И чем спецслужба отличается от демонов и дегенератов — понять невозможно.

   Можно ли подтягивать на службу так называемому добру демонов ада? Вопрос, мягко говоря, идиотский. Но фильм «Отряд самоубийц» наглядно показывает — можно. И не только можно, а нужно. Представитель спецслужб то тычет ножом в волосатое сердце демона, то расстреливает собственных коллег из соображений секретности. Можно всё — потому что цель оправдывает средства. И чем спецслужба отличается от демонов и дегенератов — понять невозможно.

   — Дмитрий Юрьевич Пучков
6. «

   But you see, it’s not me, it’s not my family In your head, in your head they are fighting With their tanks and their bombs And their bombs and their guns In your head, in your head, they are crying.

   But you see, it’s not me, it’s not my family In your head, in your head they are fighting With their tanks and their bombs And their bombs and their guns In your head, in your head, they are crying.
7. «

   — Слышишь меня, Райден? — Herr Doctor. — Запомни два необходимых пункта для поддержания твоего нового тела. Во-первых — забирать нано-ремонтные узлы своих врагов. И во-вторых — поглощать их электролиты. — Понял. — Да, вражеские киборги должны давать достаточно Р. К. Т. Э.-электролитов, как только ты их разрежешь и извлечёшь жидкости. — Они — террористы. Я бы и так это сделал. — Ох! И левые руки, будь так любезен. — Простите? — Их боевые данные, записанные на голографическую память, обычно расположены в левой руке. Эти данные весьма ценны. Я уполномочен предложить тебе усиления и обслуживание в обмен на них. — Как щедро с вашей стороны. — Ich liebe Kapitalismus! Если бы Железный Занавес упал бы на пару лет пораньше, Нобелевская премия уже стояла бы у меня на полке.

   — Слышишь меня, Райден? — Herr Doctor. — Запомни два необходимых пункта для поддержания твоего нового тела. Во-первых — забирать нано-ремонтные узлы своих врагов. И во-вторых — поглощать их электролиты. — Понял. — Да, вражеские киборги должны давать достаточно Р. К. Т. Э.-электролитов, как только ты их разрежешь и извлечёшь жидкости. — Они — террористы. Я бы и так это сделал. — Ох! И левые руки, будь так любезен. — Простите? — Их боевые данные, записанные на голографическую память, обычно расположены в левой руке. Эти данные весьма ценны. Я уполномочен предложить тебе усиления и обслуживание в обмен на них. — Как щедро с вашей стороны. — Ich liebe Kapitalismus! Если бы Железный Занавес упал бы на пару лет пораньше, Нобелевская премия уже стояла бы у меня на полке.

   — Джек Плискин (Райден) · игра
8. «

   Преступники и террористы по определению трусливые люди. А вот главы таких организаций своей жизнью стараются не рисковать.

   Преступники и террористы по определению трусливые люди. А вот главы таких организаций своей жизнью стараются не рисковать.

   — Тацуя Сиба · аниме
9. «

   Почему те разрушения, которые несут американцы, — это свобода и демократия, а сопротивление им — это терроризм и фанатичная нетерпимость?

   Почему те разрушения, которые несут американцы, — это свобода и демократия, а сопротивление им — это терроризм и фанатичная нетерпимость?

   — Усама бен Ладен
10. «

    Террористы ставят перед собой невыполнимую задачу: не имея армии, путем насилия изменить политическое соотношение сил. Для достижения цели они вынуждают государство также ставить перед собой невыполнимую задачу: защитить всех граждан от политического насилия, в любое время и в любом месте. Террористы надеются, что, когда государство попытается выполнить свое обещание, это смешает политические карты и у них в руках неожиданно окажется туз.

    Террористы ставят перед собой невыполнимую задачу: не имея армии, путем насилия изменить политическое соотношение сил. Для достижения цели они вынуждают государство также ставить перед собой невыполнимую задачу: защитить всех граждан от политического насилия, в любое время и в любом месте. Террористы надеются, что, когда государство попытается выполнить свое обещание, это смешает политические карты и у них в руках неожиданно окажется туз.

    — Юваль Ной Харари · книга
11. «

    Агрессивный фундаментализм быстро приводит радикально настроенную молодежь к идее террора. Террор — это метод, который нравится всем, кто хочет очень быстро добиться своих целей и заполучить то, чего он желает, — власть, деньги, оружие. Террор — это попытка малыми средствами добиться больших целей.

    Агрессивный фундаментализм быстро приводит радикально настроенную молодежь к идее террора. Террор — это метод, который нравится всем, кто хочет очень быстро добиться своих целей и заполучить то, чего он желает, — власть, деньги, оружие. Террор — это попытка малыми средствами добиться больших целей.

    — Леонид Млечин · книга
12. «

    11 декабря 2054, 11:30 утра. Защитные Войска Цюриха получают анонимное сообщение о нахождении убежища террористов. К сожалению, З. В. Ц. недооценили тяжёлую артиллерию этих подонков — и их поймали без штанов. Были потери. Результат: поезд сделал «бум».

    11 декабря 2054, 11:30 утра. Защитные Войска Цюриха получают анонимное сообщение о нахождении убежища террористов. К сожалению, З. В. Ц. недооценили тяжёлую артиллерию этих подонков — и их поймали без штанов. Были потери. Результат: поезд сделал «бум».

    — Джон Тейлор · игра
13. «

    They call us terrorists after they ruined our countries.

    They call us terrorists after they ruined our countries.
14. «

    Терроризм оправдывают террористы...

    Терроризм оправдывают террористы...

    — Дайана (агент ФБР) · фильм
15. «

    ... Итак, Засулич Вера Ивановна 1849 г. р., рецидивистка, судом присяжных была полностью оправдана. Отстреливать яйца градоначальникам стало можно. И маховик потихонечку начал раскручиваться. В течение следующей четверти века убиты 24 начальника тюрем, 26 приставов, 26 агентов охранных отделений, 15 полковников, 7 генералов, 16 градоначальников, 33 губернатора и вице-губернатора, 2 министра внутренних дел, 1 министр просвещения, 1 великий князь. Ну и немерено городовых, офицеров, солдат, случайных прохожих – кто их считать будет? Плюс некоторое количество генералов, убитых по ошибке... В самом начале XX века в Пензе вместо жандармского генерала случайно грохнули генерала Лисовского. В Петергофе вместо одного генерала убивают другого — Козлова. В Киеве вместо жандарма Новицкого пырнули ножом случайного армейского генерала. А все равно хорошо — генералы же... Страна ввалилась в следующий век на маховике террора. И даже не думала останавливаться.

    ... Итак, Засулич Вера Ивановна 1849 г. р., рецидивистка, судом присяжных была полностью оправдана. Отстреливать яйца градоначальникам стало можно. И маховик потихонечку начал раскручиваться. В течение следующей четверти века убиты 24 начальника тюрем, 26 приставов, 26 агентов охранных отделений, 15 полковников, 7 генералов, 16 градоначальников, 33 губернатора и вице-губернатора, 2 министра внутренних дел, 1 министр просвещения, 1 великий князь. Ну и немерено городовых, офицеров, солдат, случайных прохожих – кто их считать будет? Плюс некоторое количество генералов, убитых по ошибке... В самом начале XX века в Пензе вместо жандармского генерала случайно грохнули генерала Лисовского. В Петергофе вместо одного генерала убивают другого — Козлова. В Киеве вместо жандарма Новицкого пырнули ножом случайного армейского генерала. А все равно хорошо — генералы же... Страна ввалилась в следующий век на маховике террора. И даже не думала останавливаться.

    — Александр Никонов · книга
16. «

    Террор – ужасная вещь, есть только одна вещь хуже террора: это – безропотно сносить насилия.

    Террор – ужасная вещь, есть только одна вещь хуже террора: это – безропотно сносить насилия.

    — Сергей Степняк-Кравчинский
17. «

    …но тут происходит взрыв. Вспышка света, громкий звук, и «БМВ» разносит на клочки. Размах причиненных разрушений сперва не очень понятен, да он и не имеет особого значения. Суть в самой бомбе, в том, где она была заложена и приведена в действие. Суть вовсе не в Бригид, превратившейся в кровавый фарш, и не в ударной волне, подбросившей в воздух тридцать студентов, оказавшихся вблизи от машины на десять метров в воздух и не в пяти студентах, погибших на месте — причем двоим пронзило грудь осколками, пролетевшими через весь двор, и не в задней половине машины, которая в полете отрывает случайному прохожему руку, и не в трех студентах, которым выбило глаза. Суть не в оторванных ногах, и не в пробитых черепах, и не в людях, которые умрут от кровопотери в течение ближайших нескольких минут. Вывороченный асфальт, почерневшие деревья, скамейки, забрызганные слегка подгорелой кровью, — все это не так уж и важно. Суть — в наличии воли осуществить разрушение, а не в последствиях, ибо последствия — это всего лишь декорации.

    …но тут происходит взрыв. Вспышка света, громкий звук, и «БМВ» разносит на клочки. Размах причиненных разрушений сперва не очень понятен, да он и не имеет особого значения. Суть в самой бомбе, в том, где она была заложена и приведена в действие. Суть вовсе не в Бригид, превратившейся в кровавый фарш, и не в ударной волне, подбросившей в воздух тридцать студентов, оказавшихся вблизи от машины на десять метров в воздух и не в пяти студентах, погибших на месте — причем двоим пронзило грудь осколками, пролетевшими через весь двор, и не в задней половине машины, которая в полете отрывает случайному прохожему руку, и не в трех студентах, которым выбило глаза. Суть не в оторванных ногах, и не в пробитых черепах, и не в людях, которые умрут от кровопотери в течение ближайших нескольких минут. Вывороченный асфальт, почерневшие деревья, скамейки, забрызганные слегка подгорелой кровью, — все это не так уж и важно. Суть — в наличии воли осуществить разрушение, а не в последствиях, ибо последствия — это всего лишь декорации.

    — Брет Истон Эллис · книга
18. «

    Профессор посмотрел на меня недоуменно. – Как это, чтоб затянулись? Он мне как раз и нужен именно с этими ранами. Надо, чтобы все видели, как он страдал и что выдержал. И вообще я не понимаю, как ты можешь ко мне обращаться с подобными просьбами. Тебя разве в прошлом не отучили от абстрактного гуманизма? Я смутился. Конечно, меня отучали и иногда даже очень сильно. И, говоря фигурально, сердце мое сильно, в общем-то, зачерствело. Но когда я напьюсь, мне становится почему-то всех жалко. Даже каких-нибудь змей, скорпионов и террористов. Даже самых отвратительных тварей жалко, и все, и ничего не могу с собою поделать.

    Профессор посмотрел на меня недоуменно. – Как это, чтоб затянулись? Он мне как раз и нужен именно с этими ранами. Надо, чтобы все видели, как он страдал и что выдержал. И вообще я не понимаю, как ты можешь ко мне обращаться с подобными просьбами. Тебя разве в прошлом не отучили от абстрактного гуманизма? Я смутился. Конечно, меня отучали и иногда даже очень сильно. И, говоря фигурально, сердце мое сильно, в общем-то, зачерствело. Но когда я напьюсь, мне становится почему-то всех жалко. Даже каких-нибудь змей, скорпионов и террористов. Даже самых отвратительных тварей жалко, и все, и ничего не могу с собою поделать.

    — Владимир Николаевич Войнович · книга
19. «

    В месте, где процветает терроризм, любая грязная мысль найдёт для себя продвижение.

    В месте, где процветает терроризм, любая грязная мысль найдёт для себя продвижение.

    — Низаметтин Гювенч · сериал
20. «

    Убийство одного человека – это преступление. Убийство тысячи человек – это уже политическая акция. Сжечь одну машину – это преступление. Сжечь тысячу машин – это уже политическая акция.

    Убийство одного человека – это преступление. Убийство тысячи человек – это уже политическая акция. Сжечь одну машину – это преступление. Сжечь тысячу машин – это уже политическая акция.

    — Ульрика Майнхоф · фильм