135 цитат «терроризм» на каждый день

135 цитат про «терроризм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Террористы ставят перед собой невыполнимую задачу: не имея армии, путем насилия изменить политическое соотношение сил. Для достижения цели они вынуждают государство также ставить перед собой невыполнимую задачу: защитить всех граждан от политического насилия, в любое время и в любом месте. Террористы надеются, что, когда государство попытается выполнить свое обещание, это смешает политические карты и у них в руках неожиданно окажется туз.

   Террористы ставят перед собой невыполнимую задачу: не имея армии, путем насилия изменить политическое соотношение сил. Для достижения цели они вынуждают государство также ставить перед собой невыполнимую задачу: защитить всех граждан от политического насилия, в любое время и в любом месте. Террористы надеются, что, когда государство попытается выполнить свое обещание, это смешает политические карты и у них в руках неожиданно окажется туз.

   — Юваль Ной Харари · книга
2. «

   — Итак, Кальцит, на чём мы остановились? — Полагаю, вы хорошо осведомлены о положении дел, господин Вэй? Один лишь ваш отказ от помощи заражённым ставит нас в шаткое положение. Если вы так и продолжите вкладывать все силы в поддержку карантина, при следующем нападении «Реньюниона» Лунгмэнь окажется в опасности. — Мы предприняли все возможные меры к возможной угрозе террористов. Оставьте свои опасения при себе. — А у Лунгмэня есть опыт подавления вооружённого восстания среди заражённых? Отрадно слышать, что вы не сидите, сложа руки. Но ваша неготовность нанести превентивный удар ставит вашу компетентность под вопрос. — Наша гвардия не уступит сборищу заражённых!.. — Точно ли известно, что Лунгмэнь — следующая цель «Реньюниона»? — Чтобы нарастить свои силы, им нужны не только ресурсы, но и новые рекруты — готовые для вербовки заражённые. У вас в избытке и то, и другое. Ваш город — лакомый кусочек для террористов. — С этим сложно не согласиться. — Мы, «Родос», можем предоставить наш опыт столкновения с подобным врагом, господин Вэй. — Говорите, что можете поделиться опытом, но притащили с собой контракт? Вы ведь здесь явно не из бескорыстных побуждений. Если хотите приобрести надёжных партнёров в нашем лице, не следует ли предоставить более ценную информацию, Кальцит? — Поверьте на слово: полученные в Чернобоге данные связаны с реальным боевым опытом «Родоса». Без нас самих они будут бесполезны. Я считаю, что у Лунгмэня только один выход — заключить контракт и объединить усилия в борьбе с «Реньюнионом». — Председатель Вэй, не в наших интересах принимать к себе заражённых чужаков! — Успокойся, Чэнь. В конце концов, они — наши гости. Кроме того, при выборе верного друга, важно только одно его качество — способность встать с тобой плечом к плечу. — Это же... — Да. Запись сражения, которое вам навязали по пути сюда. Чэнь, что думаешь о боевом потенциале «Родоса»? — Авангард, арьергард и общий строй организованы с учётом ландшафта и позиции врага. Своё дело и права они знают. Показатели — тоже впечатляющие. Только вот с врагом такого уровня Лунгмэньская гвардия справится и сама, без помощи «Родоса». Таков мой вывод. — Согласен. Нашим войскам не составит труда отбросить террористов. Кроме того, запрошенная вами по контракту цена слишком уж велика, Кальцит. — Позвольте повторить: считать «Реньюнион» простыми бунтарями — верх неосмотрительности. Если сейчас не предпринять радикальные меры, Лунгмэнь падёт через несколько недель. — Это угроза? С чего такая уверенность... — Мы видели её — ту, что во имя гнева заражённых сжигает всё на своём пути. — Вы это о лидере «Реньюниона»? — Чернобог был разрушен всего за одну ночь, потому что они напали в день «Бедствия». И в их главе стояла Талула — она обратила ярость «Реньюниона» в пламя, что сожгло Урсусский город. А сейчас они положили глаз на Лунгмэнь, чтобы пополнить свои ряды. Они не остановятся ни перед чем. — Помимо «Реньюниона» есть ещё один повод для опасений. Империя Урсус лишилась одного из своих городов — и так они этого не оставят. Вы понимаете, к чему всё идёт. — Что верно, то верно. Будь по-вашему. Мы готовы заключить контракт. Однако, выполнение наших обязательств будет зависеть от ваших успехов. Я ставлю два условия. Первое — «Реньюнион» должен быть повержен вашими руками. Как закончите с этим, узнаете и второе. Если не согласны — контракт аннулирован. В конце концов, «Родосу» тоже нужен этот контракт, верно?

   — Итак, Кальцит, на чём мы остановились? — Полагаю, вы хорошо осведомлены о положении дел, господин Вэй? Один лишь ваш отказ от помощи заражённым ставит нас в шаткое положение. Если вы так и продолжите вкладывать все силы в поддержку карантина, при следующем нападении «Реньюниона» Лунгмэнь окажется в опасности. — Мы предприняли все возможные меры к возможной угрозе террористов. Оставьте свои опасения при себе. — А у Лунгмэня есть опыт подавления вооружённого восстания среди заражённых? Отрадно слышать, что вы не сидите, сложа руки. Но ваша неготовность нанести превентивный удар ставит вашу компетентность под вопрос. — Наша гвардия не уступит сборищу заражённых!.. — Точно ли известно, что Лунгмэнь — следующая цель «Реньюниона»? — Чтобы нарастить свои силы, им нужны не только ресурсы, но и новые рекруты — готовые для вербовки заражённые. У вас в избытке и то, и другое. Ваш город — лакомый кусочек для террористов. — С этим сложно не согласиться. — Мы, «Родос», можем предоставить наш опыт столкновения с подобным врагом, господин Вэй. — Говорите, что можете поделиться опытом, но притащили с собой контракт? Вы ведь здесь явно не из бескорыстных побуждений. Если хотите приобрести надёжных партнёров в нашем лице, не следует ли предоставить более ценную информацию, Кальцит? — Поверьте на слово: полученные в Чернобоге данные связаны с реальным боевым опытом «Родоса». Без нас самих они будут бесполезны. Я считаю, что у Лунгмэня только один выход — заключить контракт и объединить усилия в борьбе с «Реньюнионом». — Председатель Вэй, не в наших интересах принимать к себе заражённых чужаков! — Успокойся, Чэнь. В конце концов, они — наши гости. Кроме того, при выборе верного друга, важно только одно его качество — способность встать с тобой плечом к плечу. — Это же... — Да. Запись сражения, которое вам навязали по пути сюда. Чэнь, что думаешь о боевом потенциале «Родоса»? — Авангард, арьергард и общий строй организованы с учётом ландшафта и позиции врага. Своё дело и права они знают. Показатели — тоже впечатляющие. Только вот с врагом такого уровня Лунгмэньская гвардия справится и сама, без помощи «Родоса». Таков мой вывод. — Согласен. Нашим войскам не составит труда отбросить террористов. Кроме того, запрошенная вами по контракту цена слишком уж велика, Кальцит. — Позвольте повторить: считать «Реньюнион» простыми бунтарями — верх неосмотрительности. Если сейчас не предпринять радикальные меры, Лунгмэнь падёт через несколько недель. — Это угроза? С чего такая уверенность... — Мы видели её — ту, что во имя гнева заражённых сжигает всё на своём пути. — Вы это о лидере «Реньюниона»? — Чернобог был разрушен всего за одну ночь, потому что они напали в день «Бедствия». И в их главе стояла Талула — она обратила ярость «Реньюниона» в пламя, что сожгло Урсусский город. А сейчас они положили глаз на Лунгмэнь, чтобы пополнить свои ряды. Они не остановятся ни перед чем. — Помимо «Реньюниона» есть ещё один повод для опасений. Империя Урсус лишилась одного из своих городов — и так они этого не оставят. Вы понимаете, к чему всё идёт. — Что верно, то верно. Будь по-вашему. Мы готовы заключить контракт. Однако, выполнение наших обязательств будет зависеть от ваших успехов. Я ставлю два условия. Первое — «Реньюнион» должен быть повержен вашими руками. Как закончите с этим, узнаете и второе. Если не согласны — контракт аннулирован. В конце концов, «Родосу» тоже нужен этот контракт, верно?

   — Вэй Йенву (Wei Yenwu) · аниме
3. «

   Я спросил: как вы собираетесь убедить людей в том, что это настоящая война? Он сказал: Через СМИ. Телевизор может всех убедить в том, что это реально. Вы просто говорите-говорите-говорите людям об этом постоянно, и в конце концов они в это верят. Вы знаете, они свой Федеральный резерв создали этим враньём создали в 1913-ом году. Они создали 11-ое сентября — тоже враньё. А после 11-го сентября они начали эту войну с терроризмом. Потом вторглись в Ирак. Тоже враньё. Теперь вот Иран на очереди. И так — одно за другим, одно за другим. Я его спросил: А зачем вы это делаете? Для чего вам это нужно? У вас и так все деньги на свете, сколько захотите. У вас и так вся власть. Вы убиваете людей. Не хорошо это. Он сказал: А что тебе дались эти люди? Ты о себе думай, о своей семье. Я сказал: Ну так и конечная цель какая? Он сказал: Конечная цель? Чтобы всем в мире был встроен чип радиочастотной идентификации. И все деньги будут привязаны к этому чипу. А кто будет протестовать или делать что-то нам наперекор, мы ему чип отключим.

   Я спросил: как вы собираетесь убедить людей в том, что это настоящая война? Он сказал: Через СМИ. Телевизор может всех убедить в том, что это реально. Вы просто говорите-говорите-говорите людям об этом постоянно, и в конце концов они в это верят. Вы знаете, они свой Федеральный резерв создали этим враньём создали в 1913-ом году. Они создали 11-ое сентября — тоже враньё. А после 11-го сентября они начали эту войну с терроризмом. Потом вторглись в Ирак. Тоже враньё. Теперь вот Иран на очереди. И так — одно за другим, одно за другим. Я его спросил: А зачем вы это делаете? Для чего вам это нужно? У вас и так все деньги на свете, сколько захотите. У вас и так вся власть. Вы убиваете людей. Не хорошо это. Он сказал: А что тебе дались эти люди? Ты о себе думай, о своей семье. Я сказал: Ну так и конечная цель какая? Он сказал: Конечная цель? Чтобы всем в мире был встроен чип радиочастотной идентификации. И все деньги будут привязаны к этому чипу. А кто будет протестовать или делать что-то нам наперекор, мы ему чип отключим.

   — Аарон Руссо
4. «

   In your head, in your head Zombie, zombie, zombie What’s in your head, in your head Zombie, zombie, zombie?

   In your head, in your head Zombie, zombie, zombie What’s in your head, in your head Zombie, zombie, zombie?
5. «

   Людей, устраивающих бессмысленные теракты, я спасать не намерен.

   Людей, устраивающих бессмысленные теракты, я спасать не намерен.

   — Кензо Тенма · аниме
6. «

   But you see, it’s not me, it’s not my family In your head, in your head they are fighting With their tanks and their bombs And their bombs and their guns In your head, in your head, they are crying.

   But you see, it’s not me, it’s not my family In your head, in your head they are fighting With their tanks and their bombs And their bombs and their guns In your head, in your head, they are crying.
7. «

   Терроризм — это не козырная карта в кармане, которую можно вынуть и использовать, когда пожелаешь, а потом положить обратно. Терроризм, как скорпион, жалит в любой момент.

   Терроризм — это не козырная карта в кармане, которую можно вынуть и использовать, когда пожелаешь, а потом положить обратно. Терроризм, как скорпион, жалит в любой момент.

   — Башар Асад
8. «

   — Правительство действительно враг народа. — Бобби поворачивается ко мне. — Боже мой, Виктор, тебе ли уж этого не знать. — Но Бобби, я не занимаюсь… политикой, — невнятно бубню я. — Все ей занимаются, Виктор, — говорит Бобби, вновь отворачиваясь от меня. — И с этим ничего не поделаешь. На это заявление мне нечего ответить, так что я молча допиваю остатки «космополитена». — Тебе следует серьезно заняться своим мировоззрением. Твое мировоззрение вызвано недостаточной информированностью. — Мы убиваем безоружных людей, — шепчу я. — В прошлом году в нашей стране совершено двадцать пять тысяч убийств, Виктор. — Но… но я то не совершил ни одного из них. Бобби терпеливо улыбается, вновь возвращаясь к тому месту, где сижу я. Я смотрю на него с надеждой. — Лучше держаться от всего этого в стороне, Виктор? — Да, — шепчу я, — наверное, лучше. — Но это невозможно, — шепчет он в ответ. — Вот что ты должен понять. — Но, чувак, я же… я же… я же… — Виктор. — …чувак, мне было так трудно в последнее время, это меня в какой то степени оправдывает… Я смотрю на него взглядом, полным мольбы. — Тебе не за что оправдываться, чувак. — Бобби, но я же… я же американец, правда? — Ну и что, Виктор? — говорит Бобби, глядя на меня сверху вниз. — Я тоже. — Но почему именно я, Бобби? — спрашиваю я. — Почему ты мне доверяешь? — Потому что ты думаешь, что Сектор Газа — это название ночного клуба, а Ясир Арафат — имя черного рэппера, — говорит мне Бобби.

   — Правительство действительно враг народа. — Бобби поворачивается ко мне. — Боже мой, Виктор, тебе ли уж этого не знать. — Но Бобби, я не занимаюсь… политикой, — невнятно бубню я. — Все ей занимаются, Виктор, — говорит Бобби, вновь отворачиваясь от меня. — И с этим ничего не поделаешь. На это заявление мне нечего ответить, так что я молча допиваю остатки «космополитена». — Тебе следует серьезно заняться своим мировоззрением. Твое мировоззрение вызвано недостаточной информированностью. — Мы убиваем безоружных людей, — шепчу я. — В прошлом году в нашей стране совершено двадцать пять тысяч убийств, Виктор. — Но… но я то не совершил ни одного из них. Бобби терпеливо улыбается, вновь возвращаясь к тому месту, где сижу я. Я смотрю на него с надеждой. — Лучше держаться от всего этого в стороне, Виктор? — Да, — шепчу я, — наверное, лучше. — Но это невозможно, — шепчет он в ответ. — Вот что ты должен понять. — Но, чувак, я же… я же… я же… — Виктор. — …чувак, мне было так трудно в последнее время, это меня в какой то степени оправдывает… Я смотрю на него взглядом, полным мольбы. — Тебе не за что оправдываться, чувак. — Бобби, но я же… я же американец, правда? — Ну и что, Виктор? — говорит Бобби, глядя на меня сверху вниз. — Я тоже. — Но почему именно я, Бобби? — спрашиваю я. — Почему ты мне доверяешь? — Потому что ты думаешь, что Сектор Газа — это название ночного клуба, а Ясир Арафат — имя черного рэппера, — говорит мне Бобби.

   — Брет Истон Эллис · книга
9. «

   Мы будем преследовать террористов везде. В аэропорту — в аэропорту. Значит, вы уж меня извините, в туалете поймаем, мы и в сортире их замочим, в конце концов. Всё, вопрос закрыт окончательно.

   Мы будем преследовать террористов везде. В аэропорту — в аэропорту. Значит, вы уж меня извините, в туалете поймаем, мы и в сортире их замочим, в конце концов. Всё, вопрос закрыт окончательно.

   — Владимир Владимирович Путин
10. «

    — Полезная вещь, — во второй раз вздохнул епископ, — терроризм. Сколько вопросов решает. Как бы мы без него обходились? Кого бы мы во всём обвиняли, на кого всё сваливали? Vero, если бы терроризма не существовало, его надо было бы выдумать.

    — Полезная вещь, — во второй раз вздохнул епископ, — терроризм. Сколько вопросов решает. Как бы мы без него обходились? Кого бы мы во всём обвиняли, на кого всё сваливали? Vero, если бы терроризма не существовало, его надо было бы выдумать.

    — Анджей Сапковский · книга
11. «

    Именно 23 декабря можно считать началом террористической кампании ФСБ против России. С этого дня теракты стали обыденным явлением.

    Именно 23 декабря можно считать началом террористической кампании ФСБ против России. С этого дня теракты стали обыденным явлением.

    — Александр Литвиненко · книга
12. «

    …но тут происходит взрыв. Вспышка света, громкий звук, и «БМВ» разносит на клочки. Размах причиненных разрушений сперва не очень понятен, да он и не имеет особого значения. Суть в самой бомбе, в том, где она была заложена и приведена в действие. Суть вовсе не в Бригид, превратившейся в кровавый фарш, и не в ударной волне, подбросившей в воздух тридцать студентов, оказавшихся вблизи от машины на десять метров в воздух и не в пяти студентах, погибших на месте — причем двоим пронзило грудь осколками, пролетевшими через весь двор, и не в задней половине машины, которая в полете отрывает случайному прохожему руку, и не в трех студентах, которым выбило глаза. Суть не в оторванных ногах, и не в пробитых черепах, и не в людях, которые умрут от кровопотери в течение ближайших нескольких минут. Вывороченный асфальт, почерневшие деревья, скамейки, забрызганные слегка подгорелой кровью, — все это не так уж и важно. Суть — в наличии воли осуществить разрушение, а не в последствиях, ибо последствия — это всего лишь декорации.

    …но тут происходит взрыв. Вспышка света, громкий звук, и «БМВ» разносит на клочки. Размах причиненных разрушений сперва не очень понятен, да он и не имеет особого значения. Суть в самой бомбе, в том, где она была заложена и приведена в действие. Суть вовсе не в Бригид, превратившейся в кровавый фарш, и не в ударной волне, подбросившей в воздух тридцать студентов, оказавшихся вблизи от машины на десять метров в воздух и не в пяти студентах, погибших на месте — причем двоим пронзило грудь осколками, пролетевшими через весь двор, и не в задней половине машины, которая в полете отрывает случайному прохожему руку, и не в трех студентах, которым выбило глаза. Суть не в оторванных ногах, и не в пробитых черепах, и не в людях, которые умрут от кровопотери в течение ближайших нескольких минут. Вывороченный асфальт, почерневшие деревья, скамейки, забрызганные слегка подгорелой кровью, — все это не так уж и важно. Суть — в наличии воли осуществить разрушение, а не в последствиях, ибо последствия — это всего лишь декорации.

    — Брет Истон Эллис · книга
13. «

    Мне не нравится и то, как поступили с террористами при захвате Норд-Оста. Как же можно было хотя бы в интересах правосудия не задержать, а поубивать всех? Даже если и было опасение, что кто-нибудь, очнувшись, нажмет кнопку, ведь там было много людей, у которых никаких поясов камикадзе не было. Наша власть при захвате «Норд-Оста» распорядилась без малейших сомнений относительно жизней всех, кто там находился, в том числе и спецназовцев.

    Мне не нравится и то, как поступили с террористами при захвате Норд-Оста. Как же можно было хотя бы в интересах правосудия не задержать, а поубивать всех? Даже если и было опасение, что кто-нибудь, очнувшись, нажмет кнопку, ведь там было много людей, у которых никаких поясов камикадзе не было. Наша власть при захвате «Норд-Оста» распорядилась без малейших сомнений относительно жизней всех, кто там находился, в том числе и спецназовцев.

    — Сергей Адамович Ковалёв
14. «

    — Когда это было? — 10 часов назад. 80000 жертв. Эпицентр — биржа «Евронекст». — И как оно? — Я этого хотел, что ли? Да вы, ребята, что, совсем тут охерели? Я пытаюсь не допустить того же в Нью-Йорке! — Как думаете, сержант, кто это сделал? — ССО. И Соломон. — Результаты взрыва подходят под характеристики русских ядерных бомб. Дима был там в это же время. Понимаете, к чему я? — Дима пытался остановить взрыв. Парижская бомба — одна из пропавших. — Бред! Ну и что? Это всё равно произошло... — Сержант, вернёмся назад. Вспомните-ка банк. Вы сказали, парижская бомба связана с банком. — Это не Дима! Он не мог! — Я жду. — Мы послали сигнал тревоги. «Кремень-3», рота «Чарли», 1-ый танковый. Они за нами прибыли. Миллер за нами прибыл.

    — Когда это было? — 10 часов назад. 80000 жертв. Эпицентр — биржа «Евронекст». — И как оно? — Я этого хотел, что ли? Да вы, ребята, что, совсем тут охерели? Я пытаюсь не допустить того же в Нью-Йорке! — Как думаете, сержант, кто это сделал? — ССО. И Соломон. — Результаты взрыва подходят под характеристики русских ядерных бомб. Дима был там в это же время. Понимаете, к чему я? — Дима пытался остановить взрыв. Парижская бомба — одна из пропавших. — Бред! Ну и что? Это всё равно произошло... — Сержант, вернёмся назад. Вспомните-ка банк. Вы сказали, парижская бомба связана с банком. — Это не Дима! Он не мог! — Я жду. — Мы послали сигнал тревоги. «Кремень-3», рота «Чарли», 1-ый танковый. Они за нами прибыли. Миллер за нами прибыл.

    — Генри Блэкбёрн · игра
15. «

    Не верь, старик, что мы за все в ответе, Что дети где-то гибнут — те, не эти: Чуть-чуть задуматься — хоть вниз с обрыва, - А жить-то надо, надо жить красиво!

    Не верь, старик, что мы за все в ответе, Что дети где-то гибнут — те, не эти: Чуть-чуть задуматься — хоть вниз с обрыва, - А жить-то надо, надо жить красиво!
16. «

    Злой дух терроризма не пропускает никого — он пожирает и тех, кто его породил!

    Злой дух терроризма не пропускает никого — он пожирает и тех, кто его породил!

    — Преданность (Ab Tumhare Hawale Watan Sathiyo) · фильм
17. «

    Иран оказывает вредоносное влияние на всем Ближнем Востоке, угрожая свободе судоходства и одновременно поддерживая террористические организации в Сирии, Ираке и Йемене.

    Иран оказывает вредоносное влияние на всем Ближнем Востоке, угрожая свободе судоходства и одновременно поддерживая террористические организации в Сирии, Ираке и Йемене.

    — Джозеф Данфорд
18. «

    В месте, где процветает терроризм, любая грязная мысль найдёт для себя продвижение.

    В месте, где процветает терроризм, любая грязная мысль найдёт для себя продвижение.

    — Низаметтин Гювенч · сериал
19. «

    У терроризма одна лишь цель — нагонять на людей панику, страх и отчаяние.

    У терроризма одна лишь цель — нагонять на людей панику, страх и отчаяние.

    — Низаметтин Гювенч · сериал
20. «

    Террористические группировки не любят три профессии: солдат, врачей и учителей... Солдат они не любят, потому что они сражаются. Учителей они не любят, потому что они дают надежду. Про врачей я вообще молчу. Они заставляют жить тех, кого они пытаются убить.

    Террористические группировки не любят три профессии: солдат, врачей и учителей... Солдат они не любят, потому что они сражаются. Учителей они не любят, потому что они дают надежду. Про врачей я вообще молчу. Они заставляют жить тех, кого они пытаются убить.

    — Явуз · сериал