50 цитат на тему «тоталитаризм» — подборка редакции

Собрали 50 цитат на тему «тоталитаризм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я давно и не без изумления наблюдаю вокруг волну ностальгии по нашему недавнему прошлому. Конечно, понятно желание людей, чтобы жизнь была прочной и надёжной, чтобы не было больше обесценивания денег, непристойного богатства деловых братков и нищенства пенсионеров... Но, ностальгируя по советским временам, мы как-то забываем о том, что это такое было: жить в закрытом наглухо пространстве, отгороженном от всего остального мира стеной лжи. Пространстве, в котором тебя в любой момент могут взять люди в штатском, и ты пропадёшь навсегда, и никто даже не осмелится спросить — что же с тобой стало. Вот моя мама рассказывала про довоенный выпуск в её школе. Кто-то из старшеклассников неудачно пошутил. И все три выпускных класса прямо с выпускного вечера были взяты органами госбезопасности. Те, кто смог выжить, вернулись из лагерей много лет спустя. Песни, оставшиеся от «Наутилуса» — напоминание всем нам; напоминание и предупреждение: хотим ли мы, чтобы это повторилось. Именно об этом болело сердце у Ильи Кормильцева. И теперь, когда его нет больше с нами, кто теперь будет дежурить у колокола?

   Я давно и не без изумления наблюдаю вокруг волну ностальгии по нашему недавнему прошлому. Конечно, понятно желание людей, чтобы жизнь была прочной и надёжной, чтобы не было больше обесценивания денег, непристойного богатства деловых братков и нищенства пенсионеров... Но, ностальгируя по советским временам, мы как-то забываем о том, что это такое было: жить в закрытом наглухо пространстве, отгороженном от всего остального мира стеной лжи. Пространстве, в котором тебя в любой момент могут взять люди в штатском, и ты пропадёшь навсегда, и никто даже не осмелится спросить — что же с тобой стало. Вот моя мама рассказывала про довоенный выпуск в её школе. Кто-то из старшеклассников неудачно пошутил. И все три выпускных класса прямо с выпускного вечера были взяты органами госбезопасности. Те, кто смог выжить, вернулись из лагерей много лет спустя. Песни, оставшиеся от «Наутилуса» — напоминание всем нам; напоминание и предупреждение: хотим ли мы, чтобы это повторилось. Именно об этом болело сердце у Ильи Кормильцева. И теперь, когда его нет больше с нами, кто теперь будет дежурить у колокола?

   — Борис Гребенщиков
2. «

   Это страшно, когда у твоей семьи патологическая ложь. Сейчас наступило такое время, как при Третьем рейхе, когда родители простуженных детей будут не лечить, а на эвтаназию отправлять, дети старых родителей даже не в дом престарелых, а в концлагерь — на эксперименты. И всюду будет делать вид, что правит, патологическая ложь. Делать вид — потому что у нее ничего не бывает по-настоящему. «Рех... положих устам моим хранило, внегда востати грешному предо мною... Я был нем и безгласен, и молчал даже о добром; и скорбь моя подвиглась...»

   Это страшно, когда у твоей семьи патологическая ложь. Сейчас наступило такое время, как при Третьем рейхе, когда родители простуженных детей будут не лечить, а на эвтаназию отправлять, дети старых родителей даже не в дом престарелых, а в концлагерь — на эксперименты. И всюду будет делать вид, что правит, патологическая ложь. Делать вид — потому что у нее ничего не бывает по-настоящему. «Рех... положих устам моим хранило, внегда востати грешному предо мною... Я был нем и безгласен, и молчал даже о добром; и скорбь моя подвиглась...»

   — Надежда Жаглей
3. «

   Целью национальной революции должно быть тоталитарное государство, проникающее во все сферы общественной жизни.

   Целью национальной революции должно быть тоталитарное государство, проникающее во все сферы общественной жизни.

   — Йозеф Геббельс
4. «

   Рахим: Полоса не для сплочения, а ради контроля. Нас всех засунут в маленькие коробочки. Эймс: Я думаю, это просто полоса. Рахим: Просто полосы не бывает.

   Рахим: Полоса не для сплочения, а ради контроля. Нас всех засунут в маленькие коробочки. Эймс: Я думаю, это просто полоса. Рахим: Просто полосы не бывает.

   — Рахим Харрак · сериал
5. «

   Затем наступил тридцать восьмой год. Конечно, это было жуткое время. Однако не для всех. Большинство танцевало под жизнерадостную музыку Дунаевского. Кроме того, ежегодно понижались цены. Икра стоила девятнадцать рублей килограмм. Продавалась она на каждом углу. Конечно, невинных людей расстреливали. И все же расстрел одного шел на пользу многим другим. Расстрел какого-нибудь маршала гарантировал повышение десяти его сослуживцам. На освободившееся место выдвигали генерала. Должность этого генерала занимал полковник. Полковника замещал майор. Соответственно повышали в званиях капитанов и лейтенантов. Расстрел одного министра вызывал десяток служебных перемещений. Причем направленных исключительно вверх. Толпы низовых бюрократов взбирались по служебной лестнице На заводе, где трудился Федор Макарович, арестовали человек восемь. Среди прочих – начальника цеха. Федор Макарович занял его должность На фабрике, где работала его жена, арестовали бригадира. На его место выдвинули Галину Тимофеевну. Аресты не прекращались два года. За это время Федор Макарович стал главным технологом небольшого предприятия. Галина Тимофеевна превратилась в заведующую отделом сбыта.

   Затем наступил тридцать восьмой год. Конечно, это было жуткое время. Однако не для всех. Большинство танцевало под жизнерадостную музыку Дунаевского. Кроме того, ежегодно понижались цены. Икра стоила девятнадцать рублей килограмм. Продавалась она на каждом углу. Конечно, невинных людей расстреливали. И все же расстрел одного шел на пользу многим другим. Расстрел какого-нибудь маршала гарантировал повышение десяти его сослуживцам. На освободившееся место выдвигали генерала. Должность этого генерала занимал полковник. Полковника замещал майор. Соответственно повышали в званиях капитанов и лейтенантов. Расстрел одного министра вызывал десяток служебных перемещений. Причем направленных исключительно вверх. Толпы низовых бюрократов взбирались по служебной лестнице На заводе, где трудился Федор Макарович, арестовали человек восемь. Среди прочих – начальника цеха. Федор Макарович занял его должность На фабрике, где работала его жена, арестовали бригадира. На его место выдвинули Галину Тимофеевну. Аресты не прекращались два года. За это время Федор Макарович стал главным технологом небольшого предприятия. Галина Тимофеевна превратилась в заведующую отделом сбыта.

   — Сергей Довлатов · книга
6. «

   В традиции считается, что изгнать беса можно только одним образом — назвать его по имени. Бес безвыходного тоталитарного режима был назван по имени в песне «Скованные одной цепью». Слова песни перечисляют то, что мы видели каждый день и принимали за очевидную неизбежность, но собранные вместе эти наблюдения становятся диагнозом. Или молитвой, изгоняющей беса. И бес не выдержал.

   В традиции считается, что изгнать беса можно только одним образом — назвать его по имени. Бес безвыходного тоталитарного режима был назван по имени в песне «Скованные одной цепью». Слова песни перечисляют то, что мы видели каждый день и принимали за очевидную неизбежность, но собранные вместе эти наблюдения становятся диагнозом. Или молитвой, изгоняющей беса. И бес не выдержал.

   — Борис Гребенщиков
7. «

   Коли глухая тайна вышла в тираж, Значит ваши псы проспали наш саботаж.

   Коли глухая тайна вышла в тираж, Значит ваши псы проспали наш саботаж.
8. «

   Бирма, Иран, Судан, Сомали, Ливия, Северная Корея, Демократическая Республика Конго, Куба, Венесуела. Я тебе могу назвать еще сто пятьдесят тоталитарных государств, где не стоит рождаться, где с самого раннего детства в тебе воспитывают ненависть для того, чтобы ты никогда не узнал правды и молчал. А правда состоит в том, что сволочь-мистификатор пользуется ситуацией и набивает себе карманы.

   Бирма, Иран, Судан, Сомали, Ливия, Северная Корея, Демократическая Республика Конго, Куба, Венесуела. Я тебе могу назвать еще сто пятьдесят тоталитарных государств, где не стоит рождаться, где с самого раннего детства в тебе воспитывают ненависть для того, чтобы ты никогда не узнал правды и молчал. А правда состоит в том, что сволочь-мистификатор пользуется ситуацией и набивает себе карманы.

   — Бернар Вербер · книга
9. «

   Индивид — всего лишь клетка. Усталость клетки — энергия организма. Вы умираете, когда стрижете ногти?

   Индивид — всего лишь клетка. Усталость клетки — энергия организма. Вы умираете, когда стрижете ногти?

   — Джордж Оруэлл · книга
10. «

    То, что Оруэлл видел во сне, Я вижу сейчас наяву.

    То, что Оруэлл видел во сне, Я вижу сейчас наяву.
11. «

    ... при тоталитарной системе лишь немногие герои и мученики способны отказаться от повиновения.

    ... при тоталитарной системе лишь немногие герои и мученики способны отказаться от повиновения.

    — Эрих Фромм · книга
12. «

    Некоторые культуры часто напоминают об уважении, другие – о боге, а есть общества, дающие установку на послушание огромными портретами дорогого вождя. Могут ли быть какие-то сомнения в том, что вездесущие изображения национального лидера при диктаторских режимах не только внушают ощущение, что «Большой брат следит за тобой», но также и уменьшают количество спонтанных мыслей и независимых действий?

    Некоторые культуры часто напоминают об уважении, другие – о боге, а есть общества, дающие установку на послушание огромными портретами дорогого вождя. Могут ли быть какие-то сомнения в том, что вездесущие изображения национального лидера при диктаторских режимах не только внушают ощущение, что «Большой брат следит за тобой», но также и уменьшают количество спонтанных мыслей и независимых действий?

    — Даниэль Канеман · книга
13. «

    Немедленно соединиться с Василием, он должен наконец понять, что он не просто сын Вождя, победитель буржуазной Олимпиады, что он еще и наследник данного Вождя, профессионального революционера! Где Берия, черт его побери? Этому гаду придется самому проводить всю эту историческую чистку, самому придется с пассатижами в руках проводить дознание, самому командовать расстрелами. Молотов, где этот лицемерный негодяй? Пусть немедленно звонит главам антигитлеровской коалиции, пусть собирают сессию ООН! Сейчас, прямо с Вершины, товарищ Сталин будет лично звонить уважаемому Ксаверию Ксаверьевичу Новотканному, как интеллигент интеллигенту, пусть вылетает на авиаматку готовить свое устройство для применения над Белградом. Дочери, настоящей юной жрице истинного сталинизма, предложить собрать грандиозную демонстрацию молодежи для защиты Вождя.

    Немедленно соединиться с Василием, он должен наконец понять, что он не просто сын Вождя, победитель буржуазной Олимпиады, что он еще и наследник данного Вождя, профессионального революционера! Где Берия, черт его побери? Этому гаду придется самому проводить всю эту историческую чистку, самому придется с пассатижами в руках проводить дознание, самому командовать расстрелами. Молотов, где этот лицемерный негодяй? Пусть немедленно звонит главам антигитлеровской коалиции, пусть собирают сессию ООН! Сейчас, прямо с Вершины, товарищ Сталин будет лично звонить уважаемому Ксаверию Ксаверьевичу Новотканному, как интеллигент интеллигенту, пусть вылетает на авиаматку готовить свое устройство для применения над Белградом. Дочери, настоящей юной жрице истинного сталинизма, предложить собрать грандиозную демонстрацию молодежи для защиты Вождя.

    — Василий Аксенов · книга
14. «

    Эта «антропологическая катастрофа» еще не осмыслена. Советская система была огромным воспитательным лагерем. Хотели создать «нового человека». И в школе, и в детском саду происходила жесткая индоктринация.

    Эта «антропологическая катастрофа» еще не осмыслена. Советская система была огромным воспитательным лагерем. Хотели создать «нового человека». И в школе, и в детском саду происходила жесткая индоктринация.

    — Ольга Седакова
15. «

    По сути дела, если мы не изберем путь децентрализации и прикладную науку не станем применять как средство для создания сообщества свободных личностей (а не как цель, для которой люди назначены служить лишь средством), то нам останутся только два варианта: либо некое число национальных, милитаризованных тоталитарных государств, имеющих своим корнем страх перед атомной бомбой, а следствием своим — гибель цивилизации (или, если военные действия будут ограничены, увековечение милитаризма), либо же одно наднациональное тоталитарное государство, порожденное социальным хаосом — результатом быстрого технического прогресса вообще и атомной революции в частности; и государство это под воздействием нужды в эффективности и стабильности разовьется в благоденствующую тиранию.

    По сути дела, если мы не изберем путь децентрализации и прикладную науку не станем применять как средство для создания сообщества свободных личностей (а не как цель, для которой люди назначены служить лишь средством), то нам останутся только два варианта: либо некое число национальных, милитаризованных тоталитарных государств, имеющих своим корнем страх перед атомной бомбой, а следствием своим — гибель цивилизации (или, если военные действия будут ограничены, увековечение милитаризма), либо же одно наднациональное тоталитарное государство, порожденное социальным хаосом — результатом быстрого технического прогресса вообще и атомной революции в частности; и государство это под воздействием нужды в эффективности и стабильности разовьется в благоденствующую тиранию.

    — Олдос Хаксли · книга
16. «

    Чтобы перейти к демократии, вы должны сначала избавится от феодализма. Затем построить тоталитарный режим. А уж потом переходить к демократии. Это эволюция.

    Чтобы перейти к демократии, вы должны сначала избавится от феодализма. Затем построить тоталитарный режим. А уж потом переходить к демократии. Это эволюция.

    — Лале Зара Айначи · сериал
17. «

    Почему мы говорим о либеральном фашизме, тоталитаризме и так далее? Чем авторитаризм от тоталитаризма отличается? Авторитаризм — это некая форма правления. Она не лезет в личную жизнь человека. Тоталитаризм лезет во все сферы жизни человека. Вот чем глобализм либеральный является тоталитарным учением? Потому что он влез во все сферы жизни человека. Он в школах родителям запрещает с детьми проводить воспитательную работу. У вас детей могут отобрать, если вы собираетесь их обучать тому, что вы считаете важным.

    Почему мы говорим о либеральном фашизме, тоталитаризме и так далее? Чем авторитаризм от тоталитаризма отличается? Авторитаризм — это некая форма правления. Она не лезет в личную жизнь человека. Тоталитаризм лезет во все сферы жизни человека. Вот чем глобализм либеральный является тоталитарным учением? Потому что он влез во все сферы жизни человека. Он в школах родителям запрещает с детьми проводить воспитательную работу. У вас детей могут отобрать, если вы собираетесь их обучать тому, что вы считаете важным.

    — Дмитрий Олегович Дробницкий
18. «

    Самое трагическое состоит в том, что они не понимают, как все-таки много общего между тогдашней и сегодняшней жизнью. Иной раз проснешься ночью, лежишь и думаешь: вот, может, уже́ нашелся кто-нибудь, дал команду — и эти же охранники нагло войдут сюда и бросят: «А ну, падло, собирайся с вещами!»

    Самое трагическое состоит в том, что они не понимают, как все-таки много общего между тогдашней и сегодняшней жизнью. Иной раз проснешься ночью, лежишь и думаешь: вот, может, уже́ нашелся кто-нибудь, дал команду — и эти же охранники нагло войдут сюда и бросят: «А ну, падло, собирайся с вещами!»

    — Сергей Павлович Королев
19. «

    Термин «тоталитаризм» к науке не имеет никакого отношения, это пропагандистский штамп.

    Термин «тоталитаризм» к науке не имеет никакого отношения, это пропагандистский штамп.

    — Андрей Ильич Фурсов
20. «

    Идеология сверхпотребления более опасна для человечества, чем идеология гитлеровского тоталитаризма.

    Идеология сверхпотребления более опасна для человечества, чем идеология гитлеровского тоталитаризма.

    — Альберт Гор