66 фраз на тему «транспорт» для дневника

Собрали 66 цитат на тему «транспорт» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Хорошо, что у нас с тобой бесплатный проезд, а то бы весь оклад прокатали.

   Хорошо, что у нас с тобой бесплатный проезд, а то бы весь оклад прокатали.

   — Глеб Жеглов · сериал
2. «

   Не видел я спящих царевен, висящих в хрустальном лесу, но видел, как спит современница в автобусе на весу.

   Не видел я спящих царевен, висящих в хрустальном лесу, но видел, как спит современница в автобусе на весу.

   — Андрей Вознесенский
3. «

   Россия пугает меня — люди в автобусах выглядят так, словно их везут на электрический стул.

   Россия пугает меня — люди в автобусах выглядят так, словно их везут на электрический стул.

   — Мохаммед Али
4. «

   — Почему в России нет двухэтажных автобусов? — Потому что у нас двухэтажные пробки с трёхэтажным матом.

   — Почему в России нет двухэтажных автобусов? — Потому что у нас двухэтажные пробки с трёхэтажным матом.

   — Павел Воля
5. «

   Что больше всего раздражает в общественном транспорте, так это общество.

   Что больше всего раздражает в общественном транспорте, так это общество.

   — Чёрный Плащ · мультфильм
6. «

   Тело — всего лишь транспортное средство, которое можно сменить по износу. Биомасса, из которой можно слепить всё, что угодно.

   Тело — всего лишь транспортное средство, которое можно сменить по износу. Биомасса, из которой можно слепить всё, что угодно.

   — Рене · игра
7. «

   Сколько беспокойства с этими поездами. В них воплощается для нас угроза полной, неотвратимой неудачи. Кроме того, в них грязно, шумно, очень много чужих, незнакомых людей, в них убеждаешься, что жизнь полна досадных неожиданностей: разговорчивых спутников, детей…

   Сколько беспокойства с этими поездами. В них воплощается для нас угроза полной, неотвратимой неудачи. Кроме того, в них грязно, шумно, очень много чужих, незнакомых людей, в них убеждаешься, что жизнь полна досадных неожиданностей: разговорчивых спутников, детей…

   — Айрис Мёрдок · книга
8. «

   — Едва дождавшись окончания грозы, я сел на реактивный диван и полетел к Леопольду Гроттеру. — Вы полетели на реактивном диване? Черноморов смутился. Впрочем, нельзя сказать, чтобы очень. — Да, я понимаю, что ты хочешь сказать: кто-то из учеников, особенно из «тёмных», мог меня увидеть и поднять на смех. Ещё бы: академик, лауреат премии Волшебных Подтяжек, глава легендарного Тибидохса летит на драном диване с ощипанными куриными крылышками... Диване, из которого торчат медные пружины... Было уже поздно, и меня никто не видел... Да и откуда? Разве кто-то стал бы выглядывать в окно, услышав всего-навсего небольшой грохот... М-м... Я почти даже и не врезался в витраж Зала Двух Стихий, а если стекло и осыпалось, то от времени... Всё-таки ему было семьсот лет... «Кошмар! А я думала, что витраж разбило молнией!» – подумала Медузия. — Вначале я хотел воспользоваться ковром-самолетом, но отправляться на ковре в такую сырость было бы транжирством: его погрызла бы моль. И потом, реактивный диван почти в полтора раза быстрее... Ну а про сапоги-скороходы я вообще не говорю. С тех пор, как их сглазили, точность приземления у них почти двадцать верст... О, конечно, я мог бы взять швабру с пропеллером или летающий пылесос, но вы отлично знаете, что они неудобны. Во время долгих перелетов на них затекает спина, а отсутствие багажника мешает захватить с собой даже самый мало-мальский груз. Преподавательница нежитеведения тихонько вздохнула. К чудачествам академика Сарданапала в Тибидохсе давно уже привыкли. Он вполне мог, перепутав эпохи, заявиться на занятия в римской тоге или воспламенить по ошибке чью-нибудь ушную серу, перепутав ее с серой химической. А что стоит тот случай с гостем с Лысой горы, когда академик погрузил его в трехмесячный сон, прочитав ему случайно вместо приветственной речи заклинание зимней спячки сусликов? Но что ни говори, а всё же он был величайшим волшебником после Древнира.

   — Едва дождавшись окончания грозы, я сел на реактивный диван и полетел к Леопольду Гроттеру. — Вы полетели на реактивном диване? Черноморов смутился. Впрочем, нельзя сказать, чтобы очень. — Да, я понимаю, что ты хочешь сказать: кто-то из учеников, особенно из «тёмных», мог меня увидеть и поднять на смех. Ещё бы: академик, лауреат премии Волшебных Подтяжек, глава легендарного Тибидохса летит на драном диване с ощипанными куриными крылышками... Диване, из которого торчат медные пружины... Было уже поздно, и меня никто не видел... Да и откуда? Разве кто-то стал бы выглядывать в окно, услышав всего-навсего небольшой грохот... М-м... Я почти даже и не врезался в витраж Зала Двух Стихий, а если стекло и осыпалось, то от времени... Всё-таки ему было семьсот лет... «Кошмар! А я думала, что витраж разбило молнией!» – подумала Медузия. — Вначале я хотел воспользоваться ковром-самолетом, но отправляться на ковре в такую сырость было бы транжирством: его погрызла бы моль. И потом, реактивный диван почти в полтора раза быстрее... Ну а про сапоги-скороходы я вообще не говорю. С тех пор, как их сглазили, точность приземления у них почти двадцать верст... О, конечно, я мог бы взять швабру с пропеллером или летающий пылесос, но вы отлично знаете, что они неудобны. Во время долгих перелетов на них затекает спина, а отсутствие багажника мешает захватить с собой даже самый мало-мальский груз. Преподавательница нежитеведения тихонько вздохнула. К чудачествам академика Сарданапала в Тибидохсе давно уже привыкли. Он вполне мог, перепутав эпохи, заявиться на занятия в римской тоге или воспламенить по ошибке чью-нибудь ушную серу, перепутав ее с серой химической. А что стоит тот случай с гостем с Лысой горы, когда академик погрузил его в трехмесячный сон, прочитав ему случайно вместо приветственной речи заклинание зимней спячки сусликов? Но что ни говори, а всё же он был величайшим волшебником после Древнира.

   — Дмитрий Емец · книга
9. «

   Трамвай останавливается, не доходя до перекрёстка. Я вспоминаю о своей усталости и хочу сесть в вагон. Но, боже мой, какая дикая, яростная орда осаждает вагонные ступеньки! Угрожающе поднятые вверх локти, цепляющиеся пальцы, теснящиеся бедра, лица, искривлённые злостью и нетерпением. Господа мужчины! Интеллигенты! Джентльмены! Покровители слабых!... Вопрос всего в пятачке — не толкайте женщин, не давите детей! Дамы! украшение мира! Вообразите себе самих себя, лезущих на площадку с мужеством и манерами пожарного солдата, стремящегося по лестнице в огонь. Да не из чего было и ссориться. Вагон тронулся, и — посмотрите — все утряслись, умялись, расселись, всем хватило места. Недавнее озлобление понемногу стихает в нас. Некоторое время все мы ещё ненавидим, по инерции, почтенную даму, которая едет с пятилетним мальчуганом. Она за него не заплатила и, собственно говоря, должна была бы держать его на коленях, но она посадила его рядом с собою. Конечно, мы были бы вправе сделать ей замечание и потребовать… Но наши нервы уже отмякли.

   Трамвай останавливается, не доходя до перекрёстка. Я вспоминаю о своей усталости и хочу сесть в вагон. Но, боже мой, какая дикая, яростная орда осаждает вагонные ступеньки! Угрожающе поднятые вверх локти, цепляющиеся пальцы, теснящиеся бедра, лица, искривлённые злостью и нетерпением. Господа мужчины! Интеллигенты! Джентльмены! Покровители слабых!... Вопрос всего в пятачке — не толкайте женщин, не давите детей! Дамы! украшение мира! Вообразите себе самих себя, лезущих на площадку с мужеством и манерами пожарного солдата, стремящегося по лестнице в огонь. Да не из чего было и ссориться. Вагон тронулся, и — посмотрите — все утряслись, умялись, расселись, всем хватило места. Недавнее озлобление понемногу стихает в нас. Некоторое время все мы ещё ненавидим, по инерции, почтенную даму, которая едет с пятилетним мальчуганом. Она за него не заплатила и, собственно говоря, должна была бы держать его на коленях, но она посадила его рядом с собою. Конечно, мы были бы вправе сделать ей замечание и потребовать… Но наши нервы уже отмякли.

   — Александр Куприн · книга
10. «

    В большом городе пешеходы ведут мученическую жизнь. Для них ввели некое транспортное гетто. Им разрешают переходить улицы только на перекрёстках, то есть именно в тех местах, где движение сильнее всего и где волосок, на котором обычно висит жизнь пешехода, легче всего оборвать.

    В большом городе пешеходы ведут мученическую жизнь. Для них ввели некое транспортное гетто. Им разрешают переходить улицы только на перекрёстках, то есть именно в тех местах, где движение сильнее всего и где волосок, на котором обычно висит жизнь пешехода, легче всего оборвать.

    — Илья Ильф · книга
11. «

    Чемпион мира по боксу уступил место бабушке в маршрутке, теперь бабушка — чемпион мира по боксу.

    Чемпион мира по боксу уступил место бабушке в маршрутке, теперь бабушка — чемпион мира по боксу.

    — Дмитрий Кожома
12. «

    А твой пикап выглядит как рождественская вечеринка на колёсах.

    А твой пикап выглядит как рождественская вечеринка на колёсах.

    — Хлоя Прайс · игра
13. «

    Не секрет, что многие молодые люди не уступают пожилым людям место в транспорте. Я всегда уступаю место. И когда ты уступаешь место, например, бабушке, то попадаются бабушки, которые говорят: «Ой, не надо! Не вставайте, не надо!» И в твою обязанность входит уговорить бабушку сесть. Выходит, что женщин надо в любом возрасте уламывать? — Бабушка, садитесь! — Ой, не надо, не надо! — Я понимаю, Вы не такая...

    Не секрет, что многие молодые люди не уступают пожилым людям место в транспорте. Я всегда уступаю место. И когда ты уступаешь место, например, бабушке, то попадаются бабушки, которые говорят: «Ой, не надо! Не вставайте, не надо!» И в твою обязанность входит уговорить бабушку сесть. Выходит, что женщин надо в любом возрасте уламывать? — Бабушка, садитесь! — Ой, не надо, не надо! — Я понимаю, Вы не такая...

    — Виктор Комаров
14. «

    — Но посмотрите на этот автобус! В нем же нет места! — Первое правило Индии: «Везде есть место».

    — Но посмотрите на этот автобус! В нем же нет места! — Первое правило Индии: «Везде есть место».

    — Эвелин Гринслейд · фильм
15. «

    Мне иногда кажется, что вся наша страна прошла через вот эту вот электричку, через её знобкие вагоны. Люди ездили, ездят и будут ездить в ней на работу, в гости, на свидания, на дачи; для кого-то она – начало куда более длинного пути, первый шажок, ведущий на вокзал, с которого купейный вагон комфортно умчит человека в дальние дали.

    Мне иногда кажется, что вся наша страна прошла через вот эту вот электричку, через её знобкие вагоны. Люди ездили, ездят и будут ездить в ней на работу, в гости, на свидания, на дачи; для кого-то она – начало куда более длинного пути, первый шажок, ведущий на вокзал, с которого купейный вагон комфортно умчит человека в дальние дали.

    — Сергей Волков · книга
16. «

    Трамвай — самый главный вид транспорта, все ему уступают дорогу. Если же вы не уступили ему дорогу и при этом умудрились остаться в живых, после выхода из больницы вас ждёт штраф — впредь будете осторожнее!

    Трамвай — самый главный вид транспорта, все ему уступают дорогу. Если же вы не уступили ему дорогу и при этом умудрились остаться в живых, после выхода из больницы вас ждёт штраф — впредь будете осторожнее!

    — Джером Клапка Джером · книга
17. «

    Я ненавидела, когда рушилось мое пространство. А что рушит его еще более нещадно, чем общественный транспорт в час-пик?

    Я ненавидела, когда рушилось мое пространство. А что рушит его еще более нещадно, чем общественный транспорт в час-пик?

    — Анастасия Головачева · книга
18. «

    Самокат — странное средство передвижения. Самокат — это трансгендер в мире транспорта. <...> Это скейт, который не ощущает себя скейтом и поэтому пришил себе руль. Я сам хочу купить себе самокат очень сильно, но проблема в том, что меня смущает то, что с самоката не упадёшь брутально. Просто упадёшь на бок и всё. Знаете, когда люди падают с мотоцикла, все такие: «Уф...» То есть и сожаление, и восхищение. Как упасть брутально с самоката? Разве что с моста. Больше никак.

    Самокат — странное средство передвижения. Самокат — это трансгендер в мире транспорта. <...> Это скейт, который не ощущает себя скейтом и поэтому пришил себе руль. Я сам хочу купить себе самокат очень сильно, но проблема в том, что меня смущает то, что с самоката не упадёшь брутально. Просто упадёшь на бок и всё. Знаете, когда люди падают с мотоцикла, все такие: «Уф...» То есть и сожаление, и восхищение. Как упасть брутально с самоката? Разве что с моста. Больше никак.

    — Тимур Каргинов
19. «

    Ракета следует во много раз плавнее и значительно безмятежнее, нежели поезд и данной качки и тряски не имеется.

    Ракета следует во много раз плавнее и значительно безмятежнее, нежели поезд и данной качки и тряски не имеется.

    — Юрий Алексеевич Гагарин
20. «

    Не стесняйтесь уступить старшему место в трамвае. Стесняйтесь — не уступить.

    Не стесняйтесь уступить старшему место в трамвае. Стесняйтесь — не уступить.

    — Марина Цветаева