34 цитаты про «трудолюбие», проверенных временем

34 цитаты про «трудолюбие»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Люди от природы ленивы, но страстное стремление к труду — это первый плод благоустроенного общества; и если народ вновь впадает в состояние лени и безразличия, то это происходит опять-таки из-за несправедливости этого же самого общества, которое не придаёт уже больше труду той цены, которой он заслуживает.

   Люди от природы ленивы, но страстное стремление к труду — это первый плод благоустроенного общества; и если народ вновь впадает в состояние лени и безразличия, то это происходит опять-таки из-за несправедливости этого же самого общества, которое не придаёт уже больше труду той цены, которой он заслуживает.

   — Жан-Жак Руссо
2. «

   Когда Восток наберет силу, все станет неустойчивым: число на их стороне, но не только это — у них работают трезвые и трудолюбивые люди, а у нас такое пьянство.

   Когда Восток наберет силу, все станет неустойчивым: число на их стороне, но не только это — у них работают трезвые и трудолюбивые люди, а у нас такое пьянство.

   — Серафим Вырицкий
3. «

   Злой и усталый, я опустился на землю, но нетерпение не давало мне долго сидеть на месте, я был слишком деятельным человеком для неопределенного ожидания. Я мог годами трудиться над разрешением какой-нибудь проблемы, но сидеть в бездействии двадцать четыре часа было свыше моих сил.

   Злой и усталый, я опустился на землю, но нетерпение не давало мне долго сидеть на месте, я был слишком деятельным человеком для неопределенного ожидания. Я мог годами трудиться над разрешением какой-нибудь проблемы, но сидеть в бездействии двадцать четыре часа было свыше моих сил.

   — Герберт Уэллс · книга
4. «

   Трудолюбие — душа всякого дела и залог благосостояния.

   Трудолюбие — душа всякого дела и залог благосостояния.

   — Чарльз Диккенс
5. «

   Племена, что довольствуются чужими сказаниями, едят чужой хлеб и нанимают за деньги архитекторов, желая построить себе город, достойны презрения. Я называю их стоячим болотом.

   Племена, что довольствуются чужими сказаниями, едят чужой хлеб и нанимают за деньги архитекторов, желая построить себе город, достойны презрения. Я называю их стоячим болотом.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
6. «

   Люди так же безошибочно умеют распознавать в человеке трудягу, мастера своего дела.

   Люди так же безошибочно умеют распознавать в человеке трудягу, мастера своего дела.

   — Анатолий Калинин · книга
7. «

   Никогда не забуду японку Кеку. Я ставил в Токио спектакль по Ибсену. Мне представляют молоденькую актрису Кеку. Там была совсем маленькая роль девушки, которая приходит в комнату к Боркману (спектакль «Йун Габриэль Боркман». — Esquire), играет на рояле и больше не появляется. Спрашиваю: «Вы играете на рояле?» — «Нет, не играю». Ну ничего, говорю, Григ будет по радио звучать, а вы будете просто слушать, либо за кулисы посадим музыканта, что хуже, конечно. Она спрашивает: «А может быть, я буду играть?» Что вы, говорю, это сложно. И уезжаю. Проходит два месяца, у нас фуршет, едим какое-то мясо — меня зовут: «Мы хотим, чтобы Кеку вам сыграла». Она садится — пальчики, как спички, — и мощно играет «Норвежский танец» Грига, труднейшую, виртуозную вещь. Как? Что? «Вы что, в школу поступили?» — «Да, учительницу взяла». — «Подождите, вы же были на гастролях в Америке». — «Была, да». Она в Америке договорилась и всё свободное время не ходила по Америке, а училась. Мне было стыдно, я же предупреждал, что это маленькая роль, что это вообще никто не оценит. Стоит и вежливо улыбается — она просто хотела сделать всё наилучшим образом.

   Никогда не забуду японку Кеку. Я ставил в Токио спектакль по Ибсену. Мне представляют молоденькую актрису Кеку. Там была совсем маленькая роль девушки, которая приходит в комнату к Боркману (спектакль «Йун Габриэль Боркман». — Esquire), играет на рояле и больше не появляется. Спрашиваю: «Вы играете на рояле?» — «Нет, не играю». Ну ничего, говорю, Григ будет по радио звучать, а вы будете просто слушать, либо за кулисы посадим музыканта, что хуже, конечно. Она спрашивает: «А может быть, я буду играть?» Что вы, говорю, это сложно. И уезжаю. Проходит два месяца, у нас фуршет, едим какое-то мясо — меня зовут: «Мы хотим, чтобы Кеку вам сыграла». Она садится — пальчики, как спички, — и мощно играет «Норвежский танец» Грига, труднейшую, виртуозную вещь. Как? Что? «Вы что, в школу поступили?» — «Да, учительницу взяла». — «Подождите, вы же были на гастролях в Америке». — «Была, да». Она в Америке договорилась и всё свободное время не ходила по Америке, а училась. Мне было стыдно, я же предупреждал, что это маленькая роль, что это вообще никто не оценит. Стоит и вежливо улыбается — она просто хотела сделать всё наилучшим образом.

   — Сергей Юрский
8. «

   Вы, молодёжь, по-настоящему и не знаете, что такое быть голодным. Живёте в изобилии. Мечтаете не работать, но при этом иметь много денег. Вам всегда кто-то что-то должен. А мы, люди старой советской закалки, мы всегда можем заработать себе на хлеб и в любом возрасте, потому что для нас трудиться – это не значит быть рабом, это значит – брать на себя ответственность.

   Вы, молодёжь, по-настоящему и не знаете, что такое быть голодным. Живёте в изобилии. Мечтаете не работать, но при этом иметь много денег. Вам всегда кто-то что-то должен. А мы, люди старой советской закалки, мы всегда можем заработать себе на хлеб и в любом возрасте, потому что для нас трудиться – это не значит быть рабом, это значит – брать на себя ответственность.

   — Аристарх Ромашин · книга
9. «

   Нет ничего более чуждого русскому космизму, чем регулярный последовательный труд. Чтобы долго-долго работать в одной точке пространства, возделывая свой сад (вариант: подстригая уимблдонский газон), наш темперамент не предназначен. Не случайно труд у нас проходит по категории подвига. Отсюда и «трудовая доблесть», и звание «Герой труда».

   Нет ничего более чуждого русскому космизму, чем регулярный последовательный труд. Чтобы долго-долго работать в одной точке пространства, возделывая свой сад (вариант: подстригая уимблдонский газон), наш темперамент не предназначен. Не случайно труд у нас проходит по категории подвига. Отсюда и «трудовая доблесть», и звание «Герой труда».

   — Станислав Белковский
10. «

    Заместителем Вунзиделя был некий Брошек, известный тем, что еще будучи студентом, содержал самерых детей и парализованную жену, для чего работал по ночам, успешно подвизаясь в качестве агента четырех торговых фирм одновременно, и тем не менее за два года с отличием окончил два факультета. На вопрос репортеров: «Когда же вы спите, Брошек?» — он отвечал: «Спать грешно».

    Заместителем Вунзиделя был некий Брошек, известный тем, что еще будучи студентом, содержал самерых детей и парализованную жену, для чего работал по ночам, успешно подвизаясь в качестве агента четырех торговых фирм одновременно, и тем не менее за два года с отличием окончил два факультета. На вопрос репортеров: «Когда же вы спите, Брошек?» — он отвечал: «Спать грешно».

    — Генрих Бёлль · книга
11. «

    Инвалид... Раз в жизни заставили поработать, конечно надорвался с непривычки. А вообще-то, у него синдром Тита... <...> «Тит, иди молотить!» — «Живот болит» — «Тит, иди кашу есть» — «А где моя большая ложка?»

    Инвалид... Раз в жизни заставили поработать, конечно надорвался с непривычки. А вообще-то, у него синдром Тита... <...> «Тит, иди молотить!» — «Живот болит» — «Тит, иди кашу есть» — «А где моя большая ложка?»

    — соседка Чистодела · фильм
12. «

    Трудолюбие, как и усидчивость, необходимо каждому, в любой профессии. Но трудолюбие — это не просто радость труда. Это, прежде всего, стремление к тому, чтобы от работы твоей была польза людям.

    Трудолюбие, как и усидчивость, необходимо каждому, в любой профессии. Но трудолюбие — это не просто радость труда. Это, прежде всего, стремление к тому, чтобы от работы твоей была польза людям.

    — Гавриил Абрамович Илизаров · книга
13. «

    Поверхностный человек — это всегда человек неудачи.

    Поверхностный человек — это всегда человек неудачи.

    — Сандей Аделаджа
14. «

    Писать легко, нужно всего лишь сидеть и смотреть на чистый лист бумаги, пока на лбу не выступят капли крови.

    Писать легко, нужно всего лишь сидеть и смотреть на чистый лист бумаги, пока на лбу не выступят капли крови.

    — Джин Фаулер
15. «

    Все считали его лентяем, а мне казалось, что он делает свою трудную работу перед топкой, в адской, душной и вонючей жаре, так же добросовестно, как все, но я не помню, чтобы он жаловался на усталость, как жаловались остальные кочегары.

    Все считали его лентяем, а мне казалось, что он делает свою трудную работу перед топкой, в адской, душной и вонючей жаре, так же добросовестно, как все, но я не помню, чтобы он жаловался на усталость, как жаловались остальные кочегары.

    — Максим Горький · книга
16. «

    Она принадлежала к тем редким счастливым натурам, для которых труд — наслаждение, истинный отдых, необходимое, нормальное состояние, а бездействие — тяжко, болезненно, просто гибельно, если оно вообще возможно. Впрочем, этим натуры не знают его; даже когда кажется, будто они предаются праздности, даже и тогда они работают; у них нет мечтаний, а есть размышления. Когда видишь их за делом, думаешь, что именно в это время они создают что-то, но в действительности они лишь выявляют то, что уже было создано ими ранее.

    Она принадлежала к тем редким счастливым натурам, для которых труд — наслаждение, истинный отдых, необходимое, нормальное состояние, а бездействие — тяжко, болезненно, просто гибельно, если оно вообще возможно. Впрочем, этим натуры не знают его; даже когда кажется, будто они предаются праздности, даже и тогда они работают; у них нет мечтаний, а есть размышления. Когда видишь их за делом, думаешь, что именно в это время они создают что-то, но в действительности они лишь выявляют то, что уже было создано ими ранее.

    — Жорж Санд · книга
17. «

    Расчет, умеренность и трудолюбие: вот мои три верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал и доставит мне покой и независимость!

    Расчет, умеренность и трудолюбие: вот мои три верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал и доставит мне покой и независимость!

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
18. «

    Откладывая свои сегодняшние дела на завтра, вы перегружаете свое будущее. Для каждого дня есть своя забота.

    Откладывая свои сегодняшние дела на завтра, вы перегружаете свое будущее. Для каждого дня есть своя забота.

    — Сандей Аделаджа
19. «

    Царствие Небесное не дается лежащим на боку, а только трудящимся и скорби терпящим.

    Царствие Небесное не дается лежащим на боку, а только трудящимся и скорби терпящим.

    — Иосиф Оптинский
20. «

    Где земля хорошо родит, там трудолюбивых мало.

    Где земля хорошо родит, там трудолюбивых мало.

    — Японские пословицы и поговорки