483 цитаты про «трусость» от великих людей

Собрали 483 цитаты на тему «трусость» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Смелость сталкивается со страхом и берет над ним верх. Трусость сталкивается со страхом — и проигрывает.

   Смелость сталкивается со страхом и берет над ним верх. Трусость сталкивается со страхом — и проигрывает.

   — Мартин Лютер Кинг
2. «

   Ты плюешь на себе подобных потому, что не можешь их понять. Ты просто трус.

   Ты плюешь на себе подобных потому, что не можешь их понять. Ты просто трус.

   — Бернар Вербер · книга
3. «

   Несокрушимая добродетель и праведное богатство — словно сухие дрова, что питают пламя мудрости; уступчивость и умаляющая честь трусость — подобны воде, что заливает пламя добродетели и открывает путь невежеству и мраку.

   Несокрушимая добродетель и праведное богатство — словно сухие дрова, что питают пламя мудрости; уступчивость и умаляющая честь трусость — подобны воде, что заливает пламя добродетели и открывает путь невежеству и мраку.

   — Ибн аль-Мукаффа Абдаллах · книга
4. «

   Благоразумие отличается от трусости.

   Благоразумие отличается от трусости.

   — Ребекка Куанг · книга
5. «

   Есть трусы мозга и трусы сердца.

   Есть трусы мозга и трусы сердца.

   — Станислав Ежи Лец
6. «

   Трусливый лидер — самый опасный человек.

   Трусливый лидер — самый опасный человек.

   — Стивен Кинг · книга
7. «

   0000815. Не важно, кто во что играет, а важно, кто во что живет.

   0000815. Не важно, кто во что играет, а важно, кто во что живет.
8. «

   Ошибки признают смелые, а сознаются в них — трусливые.

   Ошибки признают смелые, а сознаются в них — трусливые.

   — Анна Джейн · книга
9. «

   Отец говорил, что трус... Что он говорил? «Трус — это человек, который говорит себе, что в следующий раз не подчинится». Как страшно он это сказал.

   Отец говорил, что трус... Что он говорил? «Трус — это человек, который говорит себе, что в следующий раз не подчинится». Как страшно он это сказал.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
10. «

    Он просто струсил. Он же мужик.

    Он просто струсил. Он же мужик.

    — Джуно (Juno) · фильм
11. «

    ... Виктор знал, что человек не может быть героем по пять минут в день. Есть, конечно, такая штука, как запас прочности, но иногда ломаются и крутые ребята. Но, как правило, если ты один раз дал пинка плохому парню, то в следующий раз скорее повторишь этот трюк, чем сам подставишь задницу. По его убеждению, люди сильно преувеличивают роль обстоятельств. По-настоящему важны личностные характеристики, то есть те тактико-технические параметры, которые заложены природой. Под влиянием обстоятельств они просто ярче проявляются, вот и все. Полноценный трус не может в один миг стать храбрецом, даже если от этого будет зависеть его жизнь. Он так и умрет трусом. Но если внутри человека живет отчаянный сукин сын (пусть никто даже не догадывается о его существовании), то он обязательно вылезет наружу, когда придет срок. Хлипкий интеллигент-очкарик вдруг проламывает башку грабителю не потому, что его заставили это сделать обстоятельства. А лишь потому, что в нем всегда был стержень. В противном случае, грабители давно вымерли бы, как динозавры.

    ... Виктор знал, что человек не может быть героем по пять минут в день. Есть, конечно, такая штука, как запас прочности, но иногда ломаются и крутые ребята. Но, как правило, если ты один раз дал пинка плохому парню, то в следующий раз скорее повторишь этот трюк, чем сам подставишь задницу. По его убеждению, люди сильно преувеличивают роль обстоятельств. По-настоящему важны личностные характеристики, то есть те тактико-технические параметры, которые заложены природой. Под влиянием обстоятельств они просто ярче проявляются, вот и все. Полноценный трус не может в один миг стать храбрецом, даже если от этого будет зависеть его жизнь. Он так и умрет трусом. Но если внутри человека живет отчаянный сукин сын (пусть никто даже не догадывается о его существовании), то он обязательно вылезет наружу, когда придет срок. Хлипкий интеллигент-очкарик вдруг проламывает башку грабителю не потому, что его заставили это сделать обстоятельства. А лишь потому, что в нем всегда был стержень. В противном случае, грабители давно вымерли бы, как динозавры.

    — Кирилл Константинович Алексеев · книга
12. «

    Люди закупорены в меблированных комнатах перенаселенных городов, потому что им некуда пойти и не с кем поговорить. Они заходят в бары только для того, чтобы открыть для себя простую истину: они не умеют начать разговор, и у них не хватит храбрости сделать это, даже если бы они знали как.

    Люди закупорены в меблированных комнатах перенаселенных городов, потому что им некуда пойти и не с кем поговорить. Они заходят в бары только для того, чтобы открыть для себя простую истину: они не умеют начать разговор, и у них не хватит храбрости сделать это, даже если бы они знали как.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    — Когда меня выводят из себя, я скор на удары. <...> — Выйти — значит двинуться с места, а быть храбрым — значит стоять крепко; поэтому, если ты выйдешь из себя, то струсишь и убежишь.

    — Когда меня выводят из себя, я скор на удары. <...> — Выйти — значит двинуться с места, а быть храбрым — значит стоять крепко; поэтому, если ты выйдешь из себя, то струсишь и убежишь.

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    Не позвать замуж беременную девушку — трусость, а вот отказаться от потерявшей ребенка — это уже предательство. Данте оставил для таких последний круг. Я тебе не советую.

    Не позвать замуж беременную девушку — трусость, а вот отказаться от потерявшей ребенка — это уже предательство. Данте оставил для таких последний круг. Я тебе не советую.

    — Александр Цыпкин · книга
15. «

    Бойся. Без этого нельзя. Но не трусь. Лесной зверь тебя не тронет, пока у него есть куда отступить или пока он не учуял, что ты трусишь. А труса медведям и оленям надлежит опасаться так же, как и храброму человеку надлежит опасаться труса.

    Бойся. Без этого нельзя. Но не трусь. Лесной зверь тебя не тронет, пока у него есть куда отступить или пока он не учуял, что ты трусишь. А труса медведям и оленям надлежит опасаться так же, как и храброму человеку надлежит опасаться труса.

    — Уильям Фолкнер · книга
16. «

    Не мог он сидеть, глядя на гибель родича. Пусть лучше предки накажут его за глупость, чем за трусость.

    Не мог он сидеть, глядя на гибель родича. Пусть лучше предки накажут его за глупость, чем за трусость.

    — Святослав Логинов · книга
17. «

    Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости; ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

    Напрасно трус бьет себя кулаком в грудь, чтобы набраться храбрости; ее нужно иметь прежде того и лишь укреплять в общении с теми, кто ею обладает.

    — Дени Дидро
18. «

    Конечно, может, я это всё надумал, Тебе плевать, а это больной мозг придумал. Скорей всего, я — обыкновенный трус, И лишь боюсь того, что в тебя влюблюсь. Я не такой, каким хотел казаться, Но вот, боюсь тебе в этом признаваться, Я очень долго строил своё одиночество - Боюсь сломаться, когда оно закончится.

    Конечно, может, я это всё надумал, Тебе плевать, а это больной мозг придумал. Скорей всего, я — обыкновенный трус, И лишь боюсь того, что в тебя влюблюсь. Я не такой, каким хотел казаться, Но вот, боюсь тебе в этом признаваться, Я очень долго строил своё одиночество - Боюсь сломаться, когда оно закончится.
19. «

    Ближе к окончанию школы острота честолюбия сгладилась, я принял, что есть и будут те, кто существует вне моей картины мира. Я мог считать их трусливыми, эгоистичными, злыми, но это не значило, что они должны измениться. Скорее, мне нужно было изменить свое отношение. Мне помогала мысль, что люди вокруг — это и есть я, только в других воплощениях. Стоило подумать об этом, и сразу легчало.

    Ближе к окончанию школы острота честолюбия сгладилась, я принял, что есть и будут те, кто существует вне моей картины мира. Я мог считать их трусливыми, эгоистичными, злыми, но это не значило, что они должны измениться. Скорее, мне нужно было изменить свое отношение. Мне помогала мысль, что люди вокруг — это и есть я, только в других воплощениях. Стоило подумать об этом, и сразу легчало.

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Боязнь – спазмы страха, трусость – хронический страх.

    Боязнь – спазмы страха, трусость – хронический страх.

    — Олег Сергеевич Кривченко · книга