67 цитат про «тяжесть»

Тема «тяжесть» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 67 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Некоторым женщинам настолько тяжело осознавать, что воспитание детей — великий труд, что это может заставить их отдалиться от ребёнка и отказаться от роли матери.

   Некоторым женщинам настолько тяжело осознавать, что воспитание детей — великий труд, что это может заставить их отдалиться от ребёнка и отказаться от роли матери.

   — Лиза Марчиано · книга
2. «

   В дороге и иголка весит

   В дороге и иголка весит

   — Русские пословицы и поговорки
3. «

   Там, где упала слеза, Влажное Зерно из песчинок. Какой тяжелой ты стала, Слеза!

   Там, где упала слеза, Влажное Зерно из песчинок. Какой тяжелой ты стала, Слеза!

   — Исикава Такубоку
4. «

   — А припасы? Я не донесу все. — Я понесу Гвен. — Она весит вдвое меньше. — Хочешь, чтобы я рискнул безопасностью королевы и нес что-то еще? — Я возьму ее. — Она моя жена. — Я буду осторожен.

   — А припасы? Я не донесу все. — Я понесу Гвен. — Она весит вдвое меньше. — Хочешь, чтобы я рискнул безопасностью королевы и нес что-то еще? — Я возьму ее. — Она моя жена. — Я буду осторожен.

   — Мерлин · сериал
5. «

   ...мысли текли своим чередом, а я, тяжело дыша, прислушивался к ним.

   ...мысли текли своим чередом, а я, тяжело дыша, прислушивался к ним.

   — Герберт Тихи · книга
6. «

   — Все гладко? — Она тяжелее, чем я думал. — Такие разговоры пахнут изменой.

   — Все гладко? — Она тяжелее, чем я думал. — Такие разговоры пахнут изменой.

   — Гаюс · сериал
7. «

   Не неравенство тягостно, а зависимость.

   Не неравенство тягостно, а зависимость.

   — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
8. «

   Среди моих одноклассников только двое покончили с собой. Одна из них спрыгнула с парома в пролив Цугару, и всплыла только через неделю. Я был другом этой старшеклассницы, я пытался потом прикоснуться к этому телу, утопленному в воде. И прикоснулся к руке. Но я не прикоснулся к смерти, а только к безжизненному телу. И я почувствовал тогда: «Никто не может ощутить тяжесть смерти другого человека».

   Среди моих одноклассников только двое покончили с собой. Одна из них спрыгнула с парома в пролив Цугару, и всплыла только через неделю. Я был другом этой старшеклассницы, я пытался потом прикоснуться к этому телу, утопленному в воде. И прикоснулся к руке. Но я не прикоснулся к смерти, а только к безжизненному телу. И я почувствовал тогда: «Никто не может ощутить тяжесть смерти другого человека».

   — Сюдзи Тэраяма
9. «

   …я много думала о том, что скажу тебе, когда придёт время прощаться. «Прости меня», «спасибо», «будь счастлив». Я столько хорошего хотела тебе сказать. Время пришло, а на ум ничего не приходит. Я просто хочу быть с тобой, видеть тебя каждый день. Не хочу оставлять тебя одного.

   …я много думала о том, что скажу тебе, когда придёт время прощаться. «Прости меня», «спасибо», «будь счастлив». Я столько хорошего хотела тебе сказать. Время пришло, а на ум ничего не приходит. Я просто хочу быть с тобой, видеть тебя каждый день. Не хочу оставлять тебя одного.

   — Чжан Ман Воль · сериал
10. «

    Понять себя, познать – это главное, главное и самое тяжёлое в жизни человека.

    Понять себя, познать – это главное, главное и самое тяжёлое в жизни человека.

    — Максим Плохой · книга
11. «

    Начать процесс по серьёзному делу равносильно тому, чтобы нырнуть в темный, заросший водорослями пруд, надев спортивный пояс для отягощения. Успеваешь только набрать воздуха, и всё остальное перестает существовать. И тебе всегда кажется, что ты тонешь.

    Начать процесс по серьёзному делу равносильно тому, чтобы нырнуть в темный, заросший водорослями пруд, надев спортивный пояс для отягощения. Успеваешь только набрать воздуха, и всё остальное перестает существовать. И тебе всегда кажется, что ты тонешь.

    — Джон Гришэм · книга
12. «

    Жить тяжело и неуютно, Зато уютно умирать.

    Жить тяжело и неуютно, Зато уютно умирать.
13. «

    Крылья — свобода, только когда раскрыты в полёте, за спиной они — тяжесть. Крылья — синоним не свободы, а силы, не свободы, а тяжести.

    Крылья — свобода, только когда раскрыты в полёте, за спиной они — тяжесть. Крылья — синоним не свободы, а силы, не свободы, а тяжести.

    — Марина Цветаева
14. «

    Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

    Истинная, сильная любовь – всегда тяжкая печать на судьбе человека.

    — Дина Рубина · книга
15. «

    Ты причиняешь боль другим, потому что тебе самому больно. Боль терпеть тяжело.

    Ты причиняешь боль другим, потому что тебе самому больно. Боль терпеть тяжело.

    — Джулианна Брандт · книга
16. «

    — У тебя хотя бы есть семья. А я росла в приюте. Спала в общей палате со всеми. И мне вообще было некуда убежать. В юности меня немало домогались. И даже женщины. Много дрались. И я нечасто была победителем. Мне некуда было бежать, не с кем поговорить, негде укрыться. Со мной некому было поговорить и некому было меня обнять. Я сумела это все пережить. Я думала, как отравиться, повеситься, вскрыться, но нашла в себе силы жить дальше. И ты найди. Это непросто, но там, за порогом зрелости... Тебя будет ждать новый мир. Может, мы даже станем коллегами. — Н-но я з-заика... — Это даже хорошо. — П-почему? — Ты сумеешь очень ловко работать под прикрытием. Никто тебя не раскусит, и ты сумеешь сделать много хорошего. Просто... Это такое тяжёлое испытание на пути. Как у всех героев в книжках. Конечно, там это выглядит проще и красивее, но поверь. Когда кто-то напишет твою историю, она будет настолько же красивой.

    — У тебя хотя бы есть семья. А я росла в приюте. Спала в общей палате со всеми. И мне вообще было некуда убежать. В юности меня немало домогались. И даже женщины. Много дрались. И я нечасто была победителем. Мне некуда было бежать, не с кем поговорить, негде укрыться. Со мной некому было поговорить и некому было меня обнять. Я сумела это все пережить. Я думала, как отравиться, повеситься, вскрыться, но нашла в себе силы жить дальше. И ты найди. Это непросто, но там, за порогом зрелости... Тебя будет ждать новый мир. Может, мы даже станем коллегами. — Н-но я з-заика... — Это даже хорошо. — П-почему? — Ты сумеешь очень ловко работать под прикрытием. Никто тебя не раскусит, и ты сумеешь сделать много хорошего. Просто... Это такое тяжёлое испытание на пути. Как у всех героев в книжках. Конечно, там это выглядит проще и красивее, но поверь. Когда кто-то напишет твою историю, она будет настолько же красивой.

    — Агент Доу · игра
17. «

    Я знаю, каково это, когда твоя семья ставит тебя в ситуацию, в которой вся тяжесть мира оказывается на твоих плечах, и ты совсем не уверена, хватит ли тебе сил выдержать.

    Я знаю, каково это, когда твоя семья ставит тебя в ситуацию, в которой вся тяжесть мира оказывается на твоих плечах, и ты совсем не уверена, хватит ли тебе сил выдержать.

    — Фрея Майклсон · сериал
18. «

    Я знаю, это тяжело. Поверь мне, я знаю, что тебе кажется, будто завтра никогда не наступит и сегодня труднейший день, который еще надо пережить. Но клянусь, ты справишься и боль уйдет, как это всегда происходит, если даешь ей время. Позволь ей, ну, позволь ей постепенно забыться, как позволяешь забыться нарушенному обещанию.

    Я знаю, это тяжело. Поверь мне, я знаю, что тебе кажется, будто завтра никогда не наступит и сегодня труднейший день, который еще надо пережить. Но клянусь, ты справишься и боль уйдет, как это всегда происходит, если даешь ей время. Позволь ей, ну, позволь ей постепенно забыться, как позволяешь забыться нарушенному обещанию.

    — Рупи Каур · книга
19. «

    Одно слово освобождает нас от всех тяжестей и болей жизни: это слово — любовь.

    Одно слово освобождает нас от всех тяжестей и болей жизни: это слово — любовь.

    — Софокл
20. «

    Айкава-сан ошибалась только в одном. Но это не ее вина. Она просто, скорее всего, еще не до конца меня поняла. Нет, я не считал себя человеком с глубоким характером, но я признавал, что грехи мои утянули меня так глубоко, что не было ни малейшего шанса увидеть самое дно. Эту мою глубину невозможно было увидеть, на какую бы работу вы бы не подрядились. Причина, по которой я не хотел обсуждать все это перед Кунагисой, была не в том, что я боялся, что она осудит меня. Причиной было то, что я знал, что она никогда не осудит меня, и поэтому я не хочу, чтобы кто-то выставлял перед ней напоказ мое уродство и мой эгоизм. Ее всеобъемлющая любовь. Непоколебимая, неизменная привязанность. Если я убью кого-то своими руками, она, возможно, простит даже это. Она все так же будет меня любить. Для меня такая любовь была все же слишком уж тяжела. Я ощущаю, как она сокрушает меня. Эта чистосердечная преданность.

    Айкава-сан ошибалась только в одном. Но это не ее вина. Она просто, скорее всего, еще не до конца меня поняла. Нет, я не считал себя человеком с глубоким характером, но я признавал, что грехи мои утянули меня так глубоко, что не было ни малейшего шанса увидеть самое дно. Эту мою глубину невозможно было увидеть, на какую бы работу вы бы не подрядились. Причина, по которой я не хотел обсуждать все это перед Кунагисой, была не в том, что я боялся, что она осудит меня. Причиной было то, что я знал, что она никогда не осудит меня, и поэтому я не хочу, чтобы кто-то выставлял перед ней напоказ мое уродство и мой эгоизм. Ее всеобъемлющая любовь. Непоколебимая, неизменная привязанность. Если я убью кого-то своими руками, она, возможно, простит даже это. Она все так же будет меня любить. Для меня такая любовь была все же слишком уж тяжела. Я ощущаю, как она сокрушает меня. Эта чистосердечная преданность.

    — Нисио Исин · книга