361 цитата «тюрьма» — что говорили умные люди

Собрали 361 цитата на тему «тюрьма» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Интриги в лагере похожи на кремлевские, разница только в масштабах.

   Интриги в лагере похожи на кремлевские, разница только в масштабах.

   — Михаил Ходорковский
2. «

   Я скован, как во сне. Но всё — и это странное бессилье, И смерть отца, и гибель всех друзей, И плен, которым враг мне угрожает, - Легко я снёс бы, если б только знал, Что из моей тюрьмы хотя бы мельком Увидеть эту девушку смогу. Пусть на земле везде царит свобода, А мне привольно и в такой тюрьме!

   Я скован, как во сне. Но всё — и это странное бессилье, И смерть отца, и гибель всех друзей, И плен, которым враг мне угрожает, - Легко я снёс бы, если б только знал, Что из моей тюрьмы хотя бы мельком Увидеть эту девушку смогу. Пусть на земле везде царит свобода, А мне привольно и в такой тюрьме!

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Когда небо обросло, наконец, решетками, мир стал привычен, ограничен и предсказуем.

   Когда небо обросло, наконец, решетками, мир стал привычен, ограничен и предсказуем.

   — Евгений Ничипурук · книга
4. «

   Все то страшное зло, которое он видел и узнал за это время и в особенности нынче, в этой ужасной тюрьме, все это зло торжествовало, царствовало, и не виделось никакой возможности не только победить его, но даже понять, как победить его.

   Все то страшное зло, которое он видел и узнал за это время и в особенности нынче, в этой ужасной тюрьме, все это зло торжествовало, царствовало, и не виделось никакой возможности не только победить его, но даже понять, как победить его.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
5. «

   Сколько же тюремных сроков вместилось в эти 1957 лет от Рождества Христова!

   Сколько же тюремных сроков вместилось в эти 1957 лет от Рождества Христова!

   — Станислав Ежи Лец · книга
6. «

   Тюрьма срывает маску с человека. В тюрьме ты не можешь скрыть свою сущность. Ты не можешь притвориться «крутым». Ты либо являешься таковым, либо нет, и это видно всем.

   Тюрьма срывает маску с человека. В тюрьме ты не можешь скрыть свою сущность. Ты не можешь притвориться «крутым». Ты либо являешься таковым, либо нет, и это видно всем.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
7. «

   Рольф не вынесет ее процесса в Лондоне, не сможет пережить, если она окажется в тюрьме. В реальность тюрьмы в России можно было не верить, Россия далеко. А английскую тюрьму ему придется как-то встраивать в собственную жизнь. Это уже не «вальенки, вальенки...» — чужие слова чужой зазубренной песни.

   Рольф не вынесет ее процесса в Лондоне, не сможет пережить, если она окажется в тюрьме. В реальность тюрьмы в России можно было не верить, Россия далеко. А английскую тюрьму ему придется как-то встраивать в собственную жизнь. Это уже не «вальенки, вальенки...» — чужие слова чужой зазубренной песни.

   — Елена Котова · книга
8. «

   — В карцер его. — За что? — Чтобы защитить. — Мне не нужна защита. — Чтобы их защитить.

   — В карцер его. — За что? — Чтобы защитить. — Мне не нужна защита. — Чтобы их защитить.

   — Брюс Уэйн (Бэтмен) · фильм
9. «

   — Бри сказала, ты используешь этот срок во благо. — Ну да, он классику читать будет. Может, освоит иностранный язык. — Да, надо выучить по-итальянски «Я стою пять сигарет».

   — Бри сказала, ты используешь этот срок во благо. — Ну да, он классику читать будет. Может, освоит иностранный язык. — Да, надо выучить по-итальянски «Я стою пять сигарет».
10. «

    Каждая минута лагерной жизни — отравленная минута. Там много такого, чего человек не должен знать, не должен видеть, а если видел — лучше ему умереть. Заключенный приучается там ненавидеть труд — ничему другому и не может он там научиться. Он обучается там лести, лганью, мелким и большим подлостям, становится эгоистом. Возвращаясь на волю, он видит, что он не только не вырос за время лагеря, но что интересы его сузились, стали бедными и грубыми. Моральные барьеры отодвинулись куда-то в сторону. Оказывается, можно делать подлости и все же жить. Можно лгать — и жить. Можно обещать — и не исполнять обещаний и все-таки жить. Можно пропить деньги товарища. Можно выпрашивать милостыню и жить! Попрошайничать и жить! Оказывается, человек, совершивший подлость, не умирает. Он приучается к лодырничеству, к обману, к злобе на всех и вся. Он винит весь мир, оплакивая свою судьбу. Он чересчур высоко ценит свои страдания, забывая, что у каждого человека есть свое горе. К чужому горю он разучился относиться сочувственно — он просто его не понимает, не хочет понимать. Скептицизм — это еще хорошо, это еще лучшее из лагерного наследства. Он приучается ненавидеть людей. Он боится — он трус. Он боится повторений своей судьбы — боится доносов, боится соседей, боится всего, чего не должен бояться человек. Он раздавлен морально. Его представления о нравственности изменились, и он сам не замечает этого.

    Каждая минута лагерной жизни — отравленная минута. Там много такого, чего человек не должен знать, не должен видеть, а если видел — лучше ему умереть. Заключенный приучается там ненавидеть труд — ничему другому и не может он там научиться. Он обучается там лести, лганью, мелким и большим подлостям, становится эгоистом. Возвращаясь на волю, он видит, что он не только не вырос за время лагеря, но что интересы его сузились, стали бедными и грубыми. Моральные барьеры отодвинулись куда-то в сторону. Оказывается, можно делать подлости и все же жить. Можно лгать — и жить. Можно обещать — и не исполнять обещаний и все-таки жить. Можно пропить деньги товарища. Можно выпрашивать милостыню и жить! Попрошайничать и жить! Оказывается, человек, совершивший подлость, не умирает. Он приучается к лодырничеству, к обману, к злобе на всех и вся. Он винит весь мир, оплакивая свою судьбу. Он чересчур высоко ценит свои страдания, забывая, что у каждого человека есть свое горе. К чужому горю он разучился относиться сочувственно — он просто его не понимает, не хочет понимать. Скептицизм — это еще хорошо, это еще лучшее из лагерного наследства. Он приучается ненавидеть людей. Он боится — он трус. Он боится повторений своей судьбы — боится доносов, боится соседей, боится всего, чего не должен бояться человек. Он раздавлен морально. Его представления о нравственности изменились, и он сам не замечает этого.

    — Варлам Шаламов
11. «

    Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

    Видите ли, в тюрьме я уже бывал. Правда, всего три недели и всего лишь в предвариловке, но когда тебе дважды в день приходится играть в шахматы с угрюмо-свирепым болельщиком «Вест Хэм», у которого татуировка «УБЬЮ» на одной руке и «УБЬЮ» на другой, да еще набором шахматных фигур, где не хватает шести пешек, всех ладей и двух слонов, – в общем, ты невольно вдруг начинаешь ценить кое-какие мелочи. Такие, например, как свобода.

    — Хью Лори · книга
12. «

    — Да, это я. — Я офицер Райан. Вы не могли бы пройти со мной в участок?

    — Да, это я. — Я офицер Райан. Вы не могли бы пройти со мной в участок?

    — Сесилия Ахерн · книга
13. «

    Засунули меня в камеру с дилерами, проститутками и мелкой шпаной. Можно подумать, что это отличается от моего круга общения.

    Засунули меня в камеру с дилерами, проститутками и мелкой шпаной. Можно подумать, что это отличается от моего круга общения.

    — Фредерик Бегбедер
14. «

    Там мы и познакомились. В тюрьме.

    Там мы и познакомились. В тюрьме.

    — Доктор Джеймс Уилсон · сериал
15. «

    Тюрьмы – для неудачников... Умные преступники не сидят.

    Тюрьмы – для неудачников... Умные преступники не сидят.

    — Гарри Гаррисон · книга
16. «

    Каторга и при бенгальском освещении остается каторгой.

    Каторга и при бенгальском освещении остается каторгой.

    — Антон Павлович Чехов · книга
17. «

    В тюрьму людей сажают за убийство, за кражу, за подлоги, за разные хорошие дела, а начинают они всегда с того, что задают дурацкие вопросы.

    В тюрьму людей сажают за убийство, за кражу, за подлоги, за разные хорошие дела, а начинают они всегда с того, что задают дурацкие вопросы.

    — Чарльз Диккенс · книга
18. «

    Меня тревожат не те люди, которые сидят в тюрьме, меня тревожат люди, которые не сидят в тюрьме.

    Меня тревожат не те люди, которые сидят в тюрьме, меня тревожат люди, которые не сидят в тюрьме.

    — Артур Уильям Чарльз Гор
19. «

    Мне стало трудно дышать. Я была в ловушке. В ловушке внутри дома. Точно так же, как и Под Горой; снова в той камере.

    Мне стало трудно дышать. Я была в ловушке. В ловушке внутри дома. Точно так же, как и Под Горой; снова в той камере.

    — Сара Дж. Маас · книга
20. «

    Ничего, ничего, в тюрьме тебя перевоспитают, лет через десять вернёшься другим человеком!

    Ничего, ничего, в тюрьме тебя перевоспитают, лет через десять вернёшься другим человеком!

    — Семён Васильевич Сокол-Кружкин · фильм