176 цитат про «Украина» от великих людей

Тема «Украина» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 176 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   В каждой стране есть свои идиоты, но чтобы у идиотов была своя страна, такое впервые в истории человечества. В Украине начал действовать мовный патруль из неонацистов, которые заходят в магазины и требуют обслуживать их не на суржике, а только на мове. Придяв в ресторан гражданина Израиля в Одессе они «У Малковича» устроили балаган. Особая деталь, этот патруль ходит в форме Вермахта, и это доказывает что фашизм в Украине процветает.

   В каждой стране есть свои идиоты, но чтобы у идиотов была своя страна, такое впервые в истории человечества. В Украине начал действовать мовный патруль из неонацистов, которые заходят в магазины и требуют обслуживать их не на суржике, а только на мове. Придяв в ресторан гражданина Израиля в Одессе они «У Малковича» устроили балаган. Особая деталь, этот патруль ходит в форме Вермахта, и это доказывает что фашизм в Украине процветает.

   — Владимир Рудольфович Соловьев
2. «

   Любое противостояние и смерть людей это плохо. Если дипломаты не могут договориться, то начинают работать военные, но если у нас сильные дипломаты, то нужно избегать всеми способами кровопролитие.

   Любое противостояние и смерть людей это плохо. Если дипломаты не могут договориться, то начинают работать военные, но если у нас сильные дипломаты, то нужно избегать всеми способами кровопролитие.

   — Павел Николаевич Грудинин
3. «

   Трагическая ошибка внешней политики последних двадцати пяти лет, не последних трёх — четырёх, — это желание понравиться Западу и надежда, что нас туда примут. Это была трагическая ошибка, которая привела... Мы являемся соучастниками нынешней трагедии в Украине, потому что мы слишком долго улыбались, думали, что как-нибудь рассосётся; на авось; подписывали основополагающий акт Россия-НАТО, и это всё тянулось где-то до 2008 — 2009 года — мы пытались договориться... И мы, таким образом, наших соседей тоже как бы сиренами загнали; они думали, что мы такие и будем, что вообще они всегда будут побеждать. Если бы мы встали пожёстче, там десять лет тому назад, то может быть не было бы вот этой трагедии Украины, которая теперь безысходна... Это наша ошибка.

   Трагическая ошибка внешней политики последних двадцати пяти лет, не последних трёх — четырёх, — это желание понравиться Западу и надежда, что нас туда примут. Это была трагическая ошибка, которая привела... Мы являемся соучастниками нынешней трагедии в Украине, потому что мы слишком долго улыбались, думали, что как-нибудь рассосётся; на авось; подписывали основополагающий акт Россия-НАТО, и это всё тянулось где-то до 2008 — 2009 года — мы пытались договориться... И мы, таким образом, наших соседей тоже как бы сиренами загнали; они думали, что мы такие и будем, что вообще они всегда будут побеждать. Если бы мы встали пожёстче, там десять лет тому назад, то может быть не было бы вот этой трагедии Украины, которая теперь безысходна... Это наша ошибка.

   — Сергей Александрович Караганов
4. «

   Товарищи «антифашисты», прыгая из раза в раз на русского солдата, вы плюëте в лицо светлой памяти каждого советского солдата и партизана, которых мы — «фашисты», считаем героями и защищаем их память, пока вы подмахиваете сношающим вас американским людоедам и служащим им карго-культистам, готовым истреблять собственный народ по указке господ.

   Товарищи «антифашисты», прыгая из раза в раз на русского солдата, вы плюëте в лицо светлой памяти каждого советского солдата и партизана, которых мы — «фашисты», считаем героями и защищаем их память, пока вы подмахиваете сношающим вас американским людоедам и служащим им карго-культистам, готовым истреблять собственный народ по указке господ.

   — Евгений Рассказов (Топаз)
5. «

   Приведу как отличить, ралуля от простого человека, сейчас он типа воюет за Украину, но он не замечает и не хочет задумываться, что внушенный ему образ «немытой, нищей, пьяной Рашки» и оскорбления «Московия, Недоимперия, Орки, Мордор» охарактирезуют не Россию, а самого рагуля, ибо рагуль убеждён, чем больше мата и обзываний, тем страшнее будет его врагу. Но рагулю это не объяснишь и даже не стоит пытаться, единомоментно станешь» Ватой, агентом Рашки, Сепаром». Только рагельская мразь может радоваться и называть свою страну прекрасным полигоном испытывания западных вооружений и кладбищем сотен тысяч лохов, не смогших наскрести на отмазку от мобилилизации и фронта. Рагуль обожает величавость, рекорды, это не москали построившие Крымский мост, новый аэропорт, дорогу или больницу с жилым районом, это настоящий рекорд выложеный из стогов трезуб, покрашеный в желтой-голубой самый большой забор, огромный вареник весом в восемь километров и длинной в 2 метра... Переименовать монумент Родина– Мать, в Украина — мать, как будто украина родиной не была. Вся современная политика была построена на мы не рабы, рабами называли русских, мол не могут без царя. Но пока Россия развивалась промышленность, украина своровалась до огромный долгов. Рагуль по натуре холоп, вот парадокс и не может быть хозяином. При этом считает себя хитрее других и очень хочет этого хозяина кинуть как лоха. Но в итоге накалывает сам себя. Недалёкие, тупые, наглые, которые это называют гидностью, согласные плясать под любую дудку за слова о их величавости, использоваться в самый грязных делах, за кажущуюся возможность хапнуть побольше денег и сбежать до обнаружения кражи.

   Приведу как отличить, ралуля от простого человека, сейчас он типа воюет за Украину, но он не замечает и не хочет задумываться, что внушенный ему образ «немытой, нищей, пьяной Рашки» и оскорбления «Московия, Недоимперия, Орки, Мордор» охарактирезуют не Россию, а самого рагуля, ибо рагуль убеждён, чем больше мата и обзываний, тем страшнее будет его врагу. Но рагулю это не объяснишь и даже не стоит пытаться, единомоментно станешь» Ватой, агентом Рашки, Сепаром». Только рагельская мразь может радоваться и называть свою страну прекрасным полигоном испытывания западных вооружений и кладбищем сотен тысяч лохов, не смогших наскрести на отмазку от мобилилизации и фронта. Рагуль обожает величавость, рекорды, это не москали построившие Крымский мост, новый аэропорт, дорогу или больницу с жилым районом, это настоящий рекорд выложеный из стогов трезуб, покрашеный в желтой-голубой самый большой забор, огромный вареник весом в восемь километров и длинной в 2 метра... Переименовать монумент Родина– Мать, в Украина — мать, как будто украина родиной не была. Вся современная политика была построена на мы не рабы, рабами называли русских, мол не могут без царя. Но пока Россия развивалась промышленность, украина своровалась до огромный долгов. Рагуль по натуре холоп, вот парадокс и не может быть хозяином. При этом считает себя хитрее других и очень хочет этого хозяина кинуть как лоха. Но в итоге накалывает сам себя. Недалёкие, тупые, наглые, которые это называют гидностью, согласные плясать под любую дудку за слова о их величавости, использоваться в самый грязных делах, за кажущуюся возможность хапнуть побольше денег и сбежать до обнаружения кражи.

   — Диана Панченко
6. «

   Как христианин, я не хочу распространения движения геев. Но и гопники у власти надоели.

   Как христианин, я не хочу распространения движения геев. Но и гопники у власти надоели.
7. «

   Да и кем еще мог чувствовать себя фон Захер, если не представителем народа, который больше всего любит бередить собственные раны, копаться в своих могилах, постоянно подсчитывая жертвы разнообразных режимов, и получать удовольствие от того, что количество этих жертв со временем не только не уменьшается, а непременно растет, и что их Холокосту далеко до нашего Голодомора. Редко какому народу повезло с врагами так, как нам. Наши враги всем известны. Наши враги сильны. Мы гордимся ими. Мы их воспеваем. Даже в нашем гимне не обошлось без упоминания о врагах. Которые, между прочим, против всех законов природы должны сгинуть сами, как роса на Солнце. Мы можем пальцем о палец не ударять, наблюдая за их гибелью.

   Да и кем еще мог чувствовать себя фон Захер, если не представителем народа, который больше всего любит бередить собственные раны, копаться в своих могилах, постоянно подсчитывая жертвы разнообразных режимов, и получать удовольствие от того, что количество этих жертв со временем не только не уменьшается, а непременно растет, и что их Холокосту далеко до нашего Голодомора. Редко какому народу повезло с врагами так, как нам. Наши враги всем известны. Наши враги сильны. Мы гордимся ими. Мы их воспеваем. Даже в нашем гимне не обошлось без упоминания о врагах. Которые, между прочим, против всех законов природы должны сгинуть сами, как роса на Солнце. Мы можем пальцем о палец не ударять, наблюдая за их гибелью.

   — Юрий Винничук
8. «

   Мороз был, прекрасно помню, градусов на пятнадцать, звезды... Ах, какие звезды на Украине. Вот семь лет почти живу в Москве, а все-таки тянет меня на родину. Сердце щемит, хочется иногда мучительно в поезд... и туда. Опять увидеть обрывы, занесенные снегом. Днепр... Нет красивее города на свете, чем Киев.

   Мороз был, прекрасно помню, градусов на пятнадцать, звезды... Ах, какие звезды на Украине. Вот семь лет почти живу в Москве, а все-таки тянет меня на родину. Сердце щемит, хочется иногда мучительно в поезд... и туда. Опять увидеть обрывы, занесенные снегом. Днепр... Нет красивее города на свете, чем Киев.

   — Михаил Булгаков · книга
9. «

   Я считаю аннексию Крыма и поддержку сепаратистов на востоке Украины — кровавой и роковой авантюрой России, которая приведет ее к катастрофе.

   Я считаю аннексию Крыма и поддержку сепаратистов на востоке Украины — кровавой и роковой авантюрой России, которая приведет ее к катастрофе.

   — Павел Шеремет
10. «

    Никакие договоренности не работают, пока они не подперты железными столбами, в данном случае — ракетными. <...> Они сражаются за сохранение своего доминирования в мире, за способность и дальше грабить весь мир, поэтому у них коренные интересы затронуты и простыми словами, как мы убедились на протяжении двадцати пяти лет, их не уговорить. <...> Нужно довести дело до того, что наши западные партнеры поняли бы, что у них три выхода: первый выход — это уйти без позора, второй — бежать, как из Афганистана и Вьетнама, но с гораздо более худшим исходом, поскольку к ним хлынут сотни тысяч озверевших, обманутых, вооруженных мужиков, которых мы естественно вытесним со своей территории. Ну или доиграться до совсем плохого. <...> Договариваться можно только одним более-менее простым способом — разгромить западную армию, которая в значительной степени состоит из украинских солдат, но там есть и все остальные и затем, отгородиться. Вот эти западные области, которые могут остаться в составе того, что останется украинским государством (если что-то останется), нужно просто забором огородить и туда сгрузить всю вот эту вот накипь, которая там сейчас образовалась, и забыть на какое-то время о том, что там на западе от наших границ происходит. <...> Железная стена. <...> Соединенные Штаты Америки начали отступление. Они уже отступают. <...> Уходя, они будут дестабилизировать куски Евразии. Этот период, я называю его, двадцатилетним, нужно прожить. <...> С этими людьми договориться нельзя, даже если придет относительно трезвый лидер в Соединенных Штатах Америки, всё равно за ним стоит, озверевшая от своих поражений, элита. <...> С моей точки зрения, там несколько областей нужно оставить, туда сгрузить всю эту нечисть, которая там образовалась, и дать тем людям, которые не хотят жить в России, возможность жить в независимом государстве. <...> Учитывая наличие ядерного оружия, мы можем спокойно отгородиться и оставить их заниматься своими собственными делами, может быть когда-нибудь они выздоровеют. <...> Это нужно завершать в течение одного года. <...> Нужно говорить жестко и прямо: либо вы отступаете, либо вам конец. <...> Зачем нам развал Соединенных Штатов Америки? Нам нужно, чтобы Америка убралась с глобалистских позиций, которые она случайно захватила благодаря Второй Мировой войне, а потом вообще превратилась в гегемона, благодаря нашей советской глупости, что мы допустили развал Советского Союза. <...> Но ни в коем случае не надо нам заниматься сдерживанием в большом смысле — наносить ущерб Соединенным Штатам Америки. Зачем? Пускай они сами этим занимаются. Мы их должны оттолкнуть.

    Никакие договоренности не работают, пока они не подперты железными столбами, в данном случае — ракетными. <...> Они сражаются за сохранение своего доминирования в мире, за способность и дальше грабить весь мир, поэтому у них коренные интересы затронуты и простыми словами, как мы убедились на протяжении двадцати пяти лет, их не уговорить. <...> Нужно довести дело до того, что наши западные партнеры поняли бы, что у них три выхода: первый выход — это уйти без позора, второй — бежать, как из Афганистана и Вьетнама, но с гораздо более худшим исходом, поскольку к ним хлынут сотни тысяч озверевших, обманутых, вооруженных мужиков, которых мы естественно вытесним со своей территории. Ну или доиграться до совсем плохого. <...> Договариваться можно только одним более-менее простым способом — разгромить западную армию, которая в значительной степени состоит из украинских солдат, но там есть и все остальные и затем, отгородиться. Вот эти западные области, которые могут остаться в составе того, что останется украинским государством (если что-то останется), нужно просто забором огородить и туда сгрузить всю вот эту вот накипь, которая там сейчас образовалась, и забыть на какое-то время о том, что там на западе от наших границ происходит. <...> Железная стена. <...> Соединенные Штаты Америки начали отступление. Они уже отступают. <...> Уходя, они будут дестабилизировать куски Евразии. Этот период, я называю его, двадцатилетним, нужно прожить. <...> С этими людьми договориться нельзя, даже если придет относительно трезвый лидер в Соединенных Штатах Америки, всё равно за ним стоит, озверевшая от своих поражений, элита. <...> С моей точки зрения, там несколько областей нужно оставить, туда сгрузить всю эту нечисть, которая там образовалась, и дать тем людям, которые не хотят жить в России, возможность жить в независимом государстве. <...> Учитывая наличие ядерного оружия, мы можем спокойно отгородиться и оставить их заниматься своими собственными делами, может быть когда-нибудь они выздоровеют. <...> Это нужно завершать в течение одного года. <...> Нужно говорить жестко и прямо: либо вы отступаете, либо вам конец. <...> Зачем нам развал Соединенных Штатов Америки? Нам нужно, чтобы Америка убралась с глобалистских позиций, которые она случайно захватила благодаря Второй Мировой войне, а потом вообще превратилась в гегемона, благодаря нашей советской глупости, что мы допустили развал Советского Союза. <...> Но ни в коем случае не надо нам заниматься сдерживанием в большом смысле — наносить ущерб Соединенным Штатам Америки. Зачем? Пускай они сами этим занимаются. Мы их должны оттолкнуть.

    — Сергей Александрович Караганов
11. «

    Четырнадцатилетняя девочка не может спокойно смотреть на мясо. Когда в её присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист. Несколько месяцев назад в Воробьиную ночь к крестьянской хате недалеко от города Сарны пришли вооружённые люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей. Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребёнка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая «идея»: «Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубайте ей свинины!..» «Хлопцам» это предложение понравилось. Через несколько минут перед оцепеневшей от ужаса девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью отца и матери…

    Четырнадцатилетняя девочка не может спокойно смотреть на мясо. Когда в её присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист. Несколько месяцев назад в Воробьиную ночь к крестьянской хате недалеко от города Сарны пришли вооружённые люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей. Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребёнка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая «идея»: «Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубайте ей свинины!..» «Хлопцам» это предложение понравилось. Через несколько минут перед оцепеневшей от ужаса девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью отца и матери…

    — Ярослав Галан
12. «

    В общем курсе истории мимоходом упоминается, что Великое Княжение вместе с символами власти и государственно-церковными реликвиями из Киева во Владимир переносит Андрей Боголюбский — в 1169-м году. <...> По существу, с 1169 года Киев теряет значение общерусской столицы и общерусского центра государственности и больше никогда себе его не возвращает. <...> Те, кто сегодня на Украине и в России гадают, случится ли в Киеве «третий майдан» и не слишком ли это много за 12 лет, просто не знают старую Киевскую историю. Потому что за время от смерти Ярополка Владимировича в 1139 году до переноса столицы Андреем в 1169 году, то есть за тридцать лет, в Киеве произошло двадцать (!!!) государственных переворотов. Порой – по два либо три в один год. Андрей переносил столицу не потому, что чем-то ему не понравились киевские соборы, а потому, что понял — невозможно строить государство и править в нем в условиях постоянных бунтов и мятежей. <...> Двадцать государственных переворотов за тридцать лет – это пережить сложно. ДВАДЦАТЬ МАЙДАНОВ Древний Киев не пережил. Андрей, в целом пытаясь продолжить курс своего деда Мономаха, ориентированный на сохранение единства страны, решил отдать Киев во власть его «майданной судьбе» и стал собирать государство из нового центра. Хотя Киев, даже утратив статус столицы, не смог не справиться с этой судьбой, как не перестал и привлекать княжеские страсти. Перевороты и Майданы так и продолжались – практически до ордынского нашествия и падения Киева в 1240-м году. К этому времени за семьдесят лет в княжестве произошло еще четыре десятка переворотов – ЕЩЕ СОРОК МАЙДАНОВ. И с тех пор практически уже ни один из князей, формально занимавших киевский престол, собственно в Киеве уже и не правил.

    В общем курсе истории мимоходом упоминается, что Великое Княжение вместе с символами власти и государственно-церковными реликвиями из Киева во Владимир переносит Андрей Боголюбский — в 1169-м году. <...> По существу, с 1169 года Киев теряет значение общерусской столицы и общерусского центра государственности и больше никогда себе его не возвращает. <...> Те, кто сегодня на Украине и в России гадают, случится ли в Киеве «третий майдан» и не слишком ли это много за 12 лет, просто не знают старую Киевскую историю. Потому что за время от смерти Ярополка Владимировича в 1139 году до переноса столицы Андреем в 1169 году, то есть за тридцать лет, в Киеве произошло двадцать (!!!) государственных переворотов. Порой – по два либо три в один год. Андрей переносил столицу не потому, что чем-то ему не понравились киевские соборы, а потому, что понял — невозможно строить государство и править в нем в условиях постоянных бунтов и мятежей. <...> Двадцать государственных переворотов за тридцать лет – это пережить сложно. ДВАДЦАТЬ МАЙДАНОВ Древний Киев не пережил. Андрей, в целом пытаясь продолжить курс своего деда Мономаха, ориентированный на сохранение единства страны, решил отдать Киев во власть его «майданной судьбе» и стал собирать государство из нового центра. Хотя Киев, даже утратив статус столицы, не смог не справиться с этой судьбой, как не перестал и привлекать княжеские страсти. Перевороты и Майданы так и продолжались – практически до ордынского нашествия и падения Киева в 1240-м году. К этому времени за семьдесят лет в княжестве произошло еще четыре десятка переворотов – ЕЩЕ СОРОК МАЙДАНОВ. И с тех пор практически уже ни один из князей, формально занимавших киевский престол, собственно в Киеве уже и не правил.

    — Сергей Феликсович Черняховский
13. «

    Пока два великовозрастных долбоёба Играют в игру «Дурак — Сам дурак», Моя личная Украина кровит внутри Среди детских игрушек и трупов собак.

    Пока два великовозрастных долбоёба Играют в игру «Дурак — Сам дурак», Моя личная Украина кровит внутри Среди детских игрушек и трупов собак.
14. «

    Пока не будет грубой физической силы применено, реальной, не придуманной вот этими сказочниками, а реальной брутальной физической силы имени Сергея Кужугетовича Шойгу, вот будет продолжаться эта ерунда.

    Пока не будет грубой физической силы применено, реальной, не придуманной вот этими сказочниками, а реальной брутальной физической силы имени Сергея Кужугетовича Шойгу, вот будет продолжаться эта ерунда.

    — Алексей Анатольевич Мартынов
15. «

    В городах одни руины, Убиваем населенье, И зигуем, долбоёбы, Слава Украине!

    В городах одни руины, Убиваем населенье, И зигуем, долбоёбы, Слава Украине!

    — Николай Сердюк (Тот самый Коля)
16. «

    Об одном лишь приходится пожалеть мне, выпуская этот очерк в свет: это — что он выходит не в Украине и не на украинском языке. Культурно украинский народ шаг за шагом идет к полному определению своего индивидуального своеобразия и это важно. Но в том, что я не могу издать своих записок на языке своего народа, вина не моя, а тех условий, в которых нахожусь.

    Об одном лишь приходится пожалеть мне, выпуская этот очерк в свет: это — что он выходит не в Украине и не на украинском языке. Культурно украинский народ шаг за шагом идет к полному определению своего индивидуального своеобразия и это важно. Но в том, что я не могу издать своих записок на языке своего народа, вина не моя, а тех условий, в которых нахожусь.

    — Нестор Махно
17. «

    Патриотизм – это любовь. Любят не за что-то, а потому что не могут не любить. Не смотрите на Украину, как на землю своих родителей. Смотрите на нее, как на землю своих детей. И тогда придут перемены.

    Патриотизм – это любовь. Любят не за что-то, а потому что не могут не любить. Не смотрите на Украину, как на землю своих родителей. Смотрите на нее, как на землю своих детей. И тогда придут перемены.

    — Святослав Вакарчук
18. «

    Как же смеют наше повстанческое движение махновщины, которое своею повстанческою кровью пропитало на три аршина вглубь землю в разных местах Украины, пламенно борясь за общую свободу трудящихся, называть контрреволюционным и предательским?

    Как же смеют наше повстанческое движение махновщины, которое своею повстанческою кровью пропитало на три аршина вглубь землю в разных местах Украины, пламенно борясь за общую свободу трудящихся, называть контрреволюционным и предательским?

    — Нестор Махно
19. «

    Россия может быть либо империей, либо демократией, но не тем и другим одновременно… Без Украины Россия перестаёт быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем и подчинённой, Россия автоматически превращается в империю.

    Россия может быть либо империей, либо демократией, но не тем и другим одновременно… Без Украины Россия перестаёт быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем и подчинённой, Россия автоматически превращается в империю.

    — Збигнев Бжезинский
20. «

    С Украиной будет чрезвычайно больно. Но надо знать их общий накал сейчас. Раз не уладилось за века — значит, выпало проявить благоразумие нам. Мы обязаны отдать решение им самим — федералистам или сепаратистам, кто из них кого убедит. Не уступить — безумие и жестокость. И чем мягче, чем терпимее, чем разъяснительнее мы будем сейчас, тем больше надежды восстановить единство в будущем. Пусть поживут, попробуют. Они быстро ощутят, что не все проблемы решаются отделением.

    С Украиной будет чрезвычайно больно. Но надо знать их общий накал сейчас. Раз не уладилось за века — значит, выпало проявить благоразумие нам. Мы обязаны отдать решение им самим — федералистам или сепаратистам, кто из них кого убедит. Не уступить — безумие и жестокость. И чем мягче, чем терпимее, чем разъяснительнее мы будем сейчас, тем больше надежды восстановить единство в будущем. Пусть поживут, попробуют. Они быстро ощутят, что не все проблемы решаются отделением.

    — Александр Солженицын · книга