709 сильных цитат: «вечность»

Тема «вечность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 709 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ведь все остается не потому, что оно вечно, а потому что защищено заботой властителя.

   Ведь все остается не потому, что оно вечно, а потому что защищено заботой властителя.

   — Луций Анней Сенека · книга
2. «

   Вам надо отвыкнуть считать дни жалкими отрывками: «вчера», «сегодня», «завтра». Все ваши дни – вереница мгновений вечности, где надо всегда видеть конечную цель. Как Млечный Путь не имеет ни начала ни конца для смотрящего в сверкающее огнями небо, так и вереница дней не ограничивается стадиями наших чувств и сил.

   Вам надо отвыкнуть считать дни жалкими отрывками: «вчера», «сегодня», «завтра». Все ваши дни – вереница мгновений вечности, где надо всегда видеть конечную цель. Как Млечный Путь не имеет ни начала ни конца для смотрящего в сверкающее огнями небо, так и вереница дней не ограничивается стадиями наших чувств и сил.

   — Конкордия Антарова · книга
3. «

   Ночь льющихся волос кончается разлукой. Их роскошь удержать не может человек, Годами и весь век, лаская, беря в руки. Нельзя нырнуть, как в смерть, в поток волос навек.

   Ночь льющихся волос кончается разлукой. Их роскошь удержать не может человек, Годами и весь век, лаская, беря в руки. Нельзя нырнуть, как в смерть, в поток волос навек.

   — Анатоль Франс
4. «

   Смерть. Вот бездна, которую тщетно пытаются понять люди. Ее неизъяснимость пьянит и кружит голову, ее вечность манит и устрашает. Но человек сам – бездна и вечность...

   Смерть. Вот бездна, которую тщетно пытаются понять люди. Ее неизъяснимость пьянит и кружит голову, ее вечность манит и устрашает. Но человек сам – бездна и вечность...

   — Наталья Солнцева · книга
5. «

   Нельзя ни понять, ни объяснить, что такое бесконечность и вечность. Это можно только знать от рождения, но для этого нужно родиться богом.

   Нельзя ни понять, ни объяснить, что такое бесконечность и вечность. Это можно только знать от рождения, но для этого нужно родиться богом.

   — Виктория Угрюмова · книга
6. «

   Мы тонули в пурпурном упоении, ощущая близость земли и блаженство звезд. Я поднял темно-красную ленту, которую ты обронила во время танца, и снова повязал ее на твоей груди, на твоей и моей груди, обернул нас ею, связав наши сердца навечно! Навечно!

   Мы тонули в пурпурном упоении, ощущая близость земли и блаженство звезд. Я поднял темно-красную ленту, которую ты обронила во время танца, и снова повязал ее на твоей груди, на твоей и моей груди, обернул нас ею, связав наши сердца навечно! Навечно!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Вечность не позволяет забыть горечь утраты, только смириться с ней.

   Вечность не позволяет забыть горечь утраты, только смириться с ней.

   — Кассандра Клэр · книга
8. «

   Лишь в вечности можно получить то истинное сокровище, которое никогда не отнимется и не умалится и перед которым ничто не значит все призрачное счастье этого мира.

   Лишь в вечности можно получить то истинное сокровище, которое никогда не отнимется и не умалится и перед которым ничто не значит все призрачное счастье этого мира.

   — Николай Пестов · книга
9. «

   Тот, кто тебя любит, существует вечно, он есть ещё до того, как ты с ним знакомишься, он есть ещё до тебя.

   Тот, кто тебя любит, существует вечно, он есть ещё до того, как ты с ним знакомишься, он есть ещё до тебя.

   — Маргарет Мадзантини · книга
10. «

    Я шёл к тебе сквозь века. Так долго искал тебя в этом мире. И вот, ты наконец в моих объятиях, но твоя душа забыла меня... Нас. Но, в новом веке, здесь на изломе времён у нас есть новая жизнь, где мы можем быть вместе. Позволь подарить тебе вечность и любовь, сильнее которой не будет ничего. Ни время, ни смерть, ни люди не встанут между нами в этот раз. Я смогу защитить тебя, напомнить, как ты любила меня. И ты увидишь, как невыразимо я тосковал по тебе, каждый день, который проживал без тебя.

    Я шёл к тебе сквозь века. Так долго искал тебя в этом мире. И вот, ты наконец в моих объятиях, но твоя душа забыла меня... Нас. Но, в новом веке, здесь на изломе времён у нас есть новая жизнь, где мы можем быть вместе. Позволь подарить тебе вечность и любовь, сильнее которой не будет ничего. Ни время, ни смерть, ни люди не встанут между нами в этот раз. Я смогу защитить тебя, напомнить, как ты любила меня. И ты увидишь, как невыразимо я тосковал по тебе, каждый день, который проживал без тебя.
11. «

    Красота блистает миг — И увяла вся. В нашем мире что, скажи, Пребывает ввек? Грани мира суеты Ныне перейди, Брось пустые видеть сны И пьянеть от них! (Пер. Н. Конрада)

    Красота блистает миг — И увяла вся. В нашем мире что, скажи, Пребывает ввек? Грани мира суеты Ныне перейди, Брось пустые видеть сны И пьянеть от них! (Пер. Н. Конрада)

    — Ироха · книга
12. «

    — Сколько же времени ты тогда напрасно ждала? — Не помню я, сколько дней или недель. Вечность ждала — это я отлично помню, целую вечность.

    — Сколько же времени ты тогда напрасно ждала? — Не помню я, сколько дней или недель. Вечность ждала — это я отлично помню, целую вечность.

    — Бернхард Шлинк · книга
13. «

    — Я хочу умереть. <...> Я тысячи лет брожу по земле, я видел и делал все, что только возможно. Смотрел как все, что только мне известно обращается в прах. Снова и снова. — Прямо, как будто... — В аду? Да. Я ищу выход целую вечность...

    — Я хочу умереть. <...> Я тысячи лет брожу по земле, я видел и делал все, что только возможно. Смотрел как все, что только мне известно обращается в прах. Снова и снова. — Прямо, как будто... — В аду? Да. Я ищу выход целую вечность...

    — Лейтенант Маркус Пирс · сериал
14. «

    Смерть еле слышно зайдет, Сядет, как дома, за стол. Скажет: «Пойдем». И я без страха взгляну ей в лицо, Спрошу: «Что потом?»

    Смерть еле слышно зайдет, Сядет, как дома, за стол. Скажет: «Пойдем». И я без страха взгляну ей в лицо, Спрошу: «Что потом?»
15. «

    У нее теперь в запасе вечность, но на что ей она, если его, ее единственного и сужденного ей, нет рядом?

    У нее теперь в запасе вечность, но на что ей она, если его, ее единственного и сужденного ей, нет рядом?

    — Елизавета Дворецкая · книга
16. «

    Мы превращаемся в прах, но наши слова и наши дела живут вечно.

    Мы превращаемся в прах, но наши слова и наши дела живут вечно.

    — Авраам Линкольн · фильм
17. «

    Я его люблю. Он — моя жизнь. Я жду его всю свою жизнь, и вот он — здесь. Не знаю как это объяснить. С Генри я вижу все горизонты, читаю жизнь как карту, прошлое и будущее, все сразу, как ангел... Не могу это выразить. Я могу дотронуться до него и ощутить время... Он меня любит. Мы — женаты, потому что... Мы часть друг друга... Это уже случилось. Все сразу!

    Я его люблю. Он — моя жизнь. Я жду его всю свою жизнь, и вот он — здесь. Не знаю как это объяснить. С Генри я вижу все горизонты, читаю жизнь как карту, прошлое и будущее, все сразу, как ангел... Не могу это выразить. Я могу дотронуться до него и ощутить время... Он меня любит. Мы — женаты, потому что... Мы часть друг друга... Это уже случилось. Все сразу!

    — Одри Ниффенеггер · книга
18. «

    Приходилось поторапливаться — вечность имеет обыкновение проходить очень быстро.

    Приходилось поторапливаться — вечность имеет обыкновение проходить очень быстро.

    — Ник Перумов · книга
19. «

    — Я даю слово любить тебя вечно, до самой смерти. — И после смерти.

    — Я даю слово любить тебя вечно, до самой смерти. — И после смерти.

    — Мия Колуччи · сериал
20. «

    «Мы все друг на друга похожи, все укрылись, как за стенами замка, гордостью от того, что живём на свете. А у нас всего два выхода: принять безропотно непонятную фатальную неизбежность или продлить момент счастья за черту неиспытанного. Или сократовская обречённость, или христианская надежда. Выбирать приходится одну из двух подлостей!... Если человек не хочет сдаваться, он оказывается изолированным от остального мира и сходит с ума...» — А ты веришь в Бога? — вдруг спросил он.

    «Мы все друг на друга похожи, все укрылись, как за стенами замка, гордостью от того, что живём на свете. А у нас всего два выхода: принять безропотно непонятную фатальную неизбежность или продлить момент счастья за черту неиспытанного. Или сократовская обречённость, или христианская надежда. Выбирать приходится одну из двух подлостей!... Если человек не хочет сдаваться, он оказывается изолированным от остального мира и сходит с ума...» — А ты веришь в Бога? — вдруг спросил он.

    — Морис Дрюон · книга