29 фраз на тему «век» для дневника

Тема «век» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 29 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Век иной, иные нравы.

   Век иной, иные нравы.

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
2. «

   Мгновенно слово. Короток век. Где ж умещается человек?

   Мгновенно слово. Короток век. Где ж умещается человек?

   — Булат Окуджава
3. «

   В 70-х они обвиняли Доберманов. В 80-х они обвиняли Немецких Овчарок. В 90-х они обвиняли Ротвейлеров. Сегодня они обвиняют Питбулей — Цезарь Миллан. Когда они уже начнут в этом винить людей?

   В 70-х они обвиняли Доберманов. В 80-х они обвиняли Немецких Овчарок. В 90-х они обвиняли Ротвейлеров. Сегодня они обвиняют Питбулей — Цезарь Миллан. Когда они уже начнут в этом винить людей?
4. «

   Формироваться он начал на излете Серебряного века, когда его обаяние уже иссякло, а пошлость возросла необычайно, но и сама эта пошлость хранила обаяние, аромат, как ни ужасно это звучит, времени великих ожиданий.

   Формироваться он начал на излете Серебряного века, когда его обаяние уже иссякло, а пошлость возросла необычайно, но и сама эта пошлость хранила обаяние, аромат, как ни ужасно это звучит, времени великих ожиданий.

   — Дмитрий Львович Быков · книга
5. «

   — Золотым век делает только золото, — усмехнулся Перикл, видя, что его учитель злится. — Боги здесь, разумеется, ни при чем. Они и вообще-то не имеют к нам никакого отношения — ведь это твои слова. Они, кажется, и вовсе не существуют. Все — материя, а над нею — Разум, возникший, как возникает огонь, от удара камня о камень. Пламень все сжигает, переплавляет, освещает, согревает, твердое делает жидким, жидкое газообразным. Достаточно, кажется, одного пламени, чтобы мир стал разнообразен. Верховный разум — не пламя ли, Анаксагор? Вот и сияющее солнце, бог мира и всего живого — только раскаленная каменная глыба — твои слова.

   — Золотым век делает только золото, — усмехнулся Перикл, видя, что его учитель злится. — Боги здесь, разумеется, ни при чем. Они и вообще-то не имеют к нам никакого отношения — ведь это твои слова. Они, кажется, и вовсе не существуют. Все — материя, а над нею — Разум, возникший, как возникает огонь, от удара камня о камень. Пламень все сжигает, переплавляет, освещает, согревает, твердое делает жидким, жидкое газообразным. Достаточно, кажется, одного пламени, чтобы мир стал разнообразен. Верховный разум — не пламя ли, Анаксагор? Вот и сияющее солнце, бог мира и всего живого — только раскаленная каменная глыба — твои слова.

   — Анатолий Домбровский · книга
6. «

   Я в сердце века — путь неясен, А время удаляет цель: И посоха усталый ясень, И меди нищенскую цвель.

   Я в сердце века — путь неясен, А время удаляет цель: И посоха усталый ясень, И меди нищенскую цвель.

   — Осип Мандельштам
7. «

   В каждом столетии есть так называемое искусственно созданное. Это доносное, но жизнь всегда все исправит и поставит на свои места, главное — следовать подсознанию.

   В каждом столетии есть так называемое искусственно созданное. Это доносное, но жизнь всегда все исправит и поставит на свои места, главное — следовать подсознанию.

   — Джерри Дивайн · фильм
8. «

   Все века равны.

   Все века равны.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
9. «

   Погружена в холодный эгоизм, как и все старые люди, отлюбившие в свой век и чуждые настоящему.

   Погружена в холодный эгоизм, как и все старые люди, отлюбившие в свой век и чуждые настоящему.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
10. «

    Мы с тобою прячемся от Времени. Здесь, у океана на краю, кривоногий, лживый, как сирены, неземную музыку пою.

    Мы с тобою прячемся от Времени. Здесь, у океана на краю, кривоногий, лживый, как сирены, неземную музыку пою.

    — Андрей Вознесенский
11. «

    А вдруг каменный век был золотым?

    А вдруг каменный век был золотым?

    — Михаил Пелливерт
12. «

    Серебряный век с его пошлостью, презрением к жизни, утончённостью, избыточностью, навязчивой рекламой и саморекламой, гениальностью, дурным вкусом, космополитизмом — это все он.

    Серебряный век с его пошлостью, презрением к жизни, утончённостью, избыточностью, навязчивой рекламой и саморекламой, гениальностью, дурным вкусом, космополитизмом — это все он.

    — Дмитрий Львович Быков · книга
13. «

    Доживаем века в ожидании мессии, Каждый день — праздник ультранасилия.

    Доживаем века в ожидании мессии, Каждый день — праздник ультранасилия.
14. «

    Он, как и многие, того же разбора, в которых влюблен пустой век, поймали только наружность разговора, род шипучего газа, вылетающего посреди глупейших суждений, а коснись их для опыта — и пузыри исчезли.

    Он, как и многие, того же разбора, в которых влюблен пустой век, поймали только наружность разговора, род шипучего газа, вылетающего посреди глупейших суждений, а коснись их для опыта — и пузыри исчезли.

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Жалко, человека века верх — это не больше ста лет.

    Жалко, человека века верх — это не больше ста лет.
16. «

    Франц Кафка — писатель, который полнее всех выразил наш век.

    Франц Кафка — писатель, который полнее всех выразил наш век.

    — Элиас Канетти
17. «

    — Черный ворон, черный вран, Был ты вором иль не крал? — Крал, крал. Я белее был, чем снег, Я украл ваш краткий век. Сколько вас пошло травой, Я один за всех живой. — Черный ворон, черный вран, Был ты вором иль ты врал? — Врал, врал.

    — Черный ворон, черный вран, Был ты вором иль не крал? — Крал, крал. Я белее был, чем снег, Я украл ваш краткий век. Сколько вас пошло травой, Я один за всех живой. — Черный ворон, черный вран, Был ты вором иль ты врал? — Врал, врал.

    — Мария Сергеевна Петровых
18. «

    Этому замку более 5 веков, Лайя. Он кажется глухим и неприступным. Бесчувственной каменной махиной. Но так было не всегда. Когда-то его стены были полны жизни. А потом... жизнь погасла, и он совсем окаменел. На очень долгое время. Знаю, он пугает тебя. Но твоё появление пробудило его. Лучом света озарило вековую тьму. Он ни за что не причинит тебе вреда. А если куда-то не пускает — лишь потому, что хочет уберечь.

    Этому замку более 5 веков, Лайя. Он кажется глухим и неприступным. Бесчувственной каменной махиной. Но так было не всегда. Когда-то его стены были полны жизни. А потом... жизнь погасла, и он совсем окаменел. На очень долгое время. Знаю, он пугает тебя. Но твоё появление пробудило его. Лучом света озарило вековую тьму. Он ни за что не причинит тебе вреда. А если куда-то не пускает — лишь потому, что хочет уберечь.

    — Влад Цепеш Дракула · игра
19. «

    Нам этой тишины — на все века, и я молчал, и ты со мной молчала, но простиралась божия рука как будто бы сквозь нас — багряно-алым.

    Нам этой тишины — на все века, и я молчал, и ты со мной молчала, но простиралась божия рука как будто бы сквозь нас — багряно-алым.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    Здесь что-то от мудрости прожитых веков. Здесь способность прощать живет, словно в небо проросшая и словно с людьми сообща.

    Здесь что-то от мудрости прожитых веков. Здесь способность прощать живет, словно в небо проросшая и словно с людьми сообща.

    — Аль Квотион · книга