«Жизненные цитаты про вину»: 54 цитаты со смыслом

Собрали 54 цитаты на тему «Жизненные цитаты про вину» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Тед оснований винить себя не видел, поскольку винить себя у его поколения считалось дурным вкусом и последним делом.

   Тед оснований винить себя не видел, поскольку винить себя у его поколения считалось дурным вкусом и последним делом.

   — Александр Вяземка · книга
2. «

   Он смотрел на неё и, кажется, начинал понимать, чего она хотела. Когда-то раньше она хотела, чтобы он был виноват в том, что она ушла от него к другому человеку. Теперь она хотела, чтобы он был виноват в том, что она возвращается к этому человеку. Вот и всё! Она хотела, чтобы она была опять права, а он опять не прав. И хотя он старался подавить в себе это чувство, ему было жаль её. Человек, который всю жизнь всегда и во всем считает виноватым не себя, а других, по-своему тоже несчастлив.

   Он смотрел на неё и, кажется, начинал понимать, чего она хотела. Когда-то раньше она хотела, чтобы он был виноват в том, что она ушла от него к другому человеку. Теперь она хотела, чтобы он был виноват в том, что она возвращается к этому человеку. Вот и всё! Она хотела, чтобы она была опять права, а он опять не прав. И хотя он старался подавить в себе это чувство, ему было жаль её. Человек, который всю жизнь всегда и во всем считает виноватым не себя, а других, по-своему тоже несчастлив.

   — Константин Симонов · книга
3. «

   Слабые ищут виноватых, сильные берут ответственность на себя.

   Слабые ищут виноватых, сильные берут ответственность на себя.

   — Елена Звездная · книга
4. «

   Виноваты, конечно, всегда другие.

   Виноваты, конечно, всегда другие.

   — Пауло Коэльо · книга
5. «

   Вокруг собираются люди, и их взгляды задерживаются на мне как-то уж слишком надолго. Вот только не хватало, чтобы меня узнали. Я сейчас с этим не справлюсь. Я вообще ни с чем не справлюсь. Не хочу. Ничего не хочу. Хочу все бросить. Прекратить свое существование. В последнее время это желание охватывает меня очень часто. Не умереть. Не убить себя. Нет, все это глупости. Скорее я просто не могу перестать думать о том, что, если бы я вообще не родился, у меня сейчас не было бы этих шестидесяти семи ночей впереди, я не оказался бы тут после этой вот беседы с ней. «Ты сам виноват, что приперся, – напоминаю себе я. – Не надо было и лезть».

   Вокруг собираются люди, и их взгляды задерживаются на мне как-то уж слишком надолго. Вот только не хватало, чтобы меня узнали. Я сейчас с этим не справлюсь. Я вообще ни с чем не справлюсь. Не хочу. Ничего не хочу. Хочу все бросить. Прекратить свое существование. В последнее время это желание охватывает меня очень часто. Не умереть. Не убить себя. Нет, все это глупости. Скорее я просто не могу перестать думать о том, что, если бы я вообще не родился, у меня сейчас не было бы этих шестидесяти семи ночей впереди, я не оказался бы тут после этой вот беседы с ней. «Ты сам виноват, что приперся, – напоминаю себе я. – Не надо было и лезть».

   — Гейл Форман · книга
6. «

   Возможность показывать пальцем на виновных не освобождала от стыда. Но она позволяла преодолеть муки от него. Она превращала пассивные муки от стыда и энергию, действие, агрессию.

   Возможность показывать пальцем на виновных не освобождала от стыда. Но она позволяла преодолеть муки от него. Она превращала пассивные муки от стыда и энергию, действие, агрессию.

   — Бернхард Шлинк · книга
7. «

   Ничего нет хуже, как оставить что-то недоделанным. Не важно, сколько лет прошло, – незаконченные дела возвращаются снова и снова, грызут нас и точат, как зубная боль, и на них, как на дрожжах, в наших умах бродит горькое ядовитое зелье: вина и стыд. Они отравляют удовольствие и порождают неудовлетворенность, которая в нашем сознании оторвана от настоящего источника, так что мы виним что-то другое и нагромождаем новые проблемы поверх старых. И в конце концов у нас в головах вырастает куча хлама, в глубине которой – тлеющий уголь, невидимый, но оттого не менее опасный. В любую минуту может полыхнуть пламя, и пожар уничтожит безопасный маленький мирок, в котором мы пытались жить все это время. И все хорошее в нас останется благими намерениями...

   Ничего нет хуже, как оставить что-то недоделанным. Не важно, сколько лет прошло, – незаконченные дела возвращаются снова и снова, грызут нас и точат, как зубная боль, и на них, как на дрожжах, в наших умах бродит горькое ядовитое зелье: вина и стыд. Они отравляют удовольствие и порождают неудовлетворенность, которая в нашем сознании оторвана от настоящего источника, так что мы виним что-то другое и нагромождаем новые проблемы поверх старых. И в конце концов у нас в головах вырастает куча хлама, в глубине которой – тлеющий уголь, невидимый, но оттого не менее опасный. В любую минуту может полыхнуть пламя, и пожар уничтожит безопасный маленький мирок, в котором мы пытались жить все это время. И все хорошее в нас останется благими намерениями...

   — Чарльз де Линт · книга
8. «

   Она, Совесть, просыпается и начинает всячески докучать. Тычет своим костлявым пальцем по несколько раз в каждую ошибку, раз за разом воскрешает сцены позорного поведения, недостойных манер или всяческого их отсутствия. Хочется переложить на кого-нибудь часть вины, а — не на кого.

   Она, Совесть, просыпается и начинает всячески докучать. Тычет своим костлявым пальцем по несколько раз в каждую ошибку, раз за разом воскрешает сцены позорного поведения, недостойных манер или всяческого их отсутствия. Хочется переложить на кого-нибудь часть вины, а — не на кого.

   — Елена Лобанова · книга
9. «

   Вина каждого из вас в свое время будет отмерена, и не тобой.

   Вина каждого из вас в свое время будет отмерена, и не тобой.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
10. «

    В женских душах вечно тлеет чувство вины. Мы ощущаем ее, когда выходим из дому, ибо оставляем наших детей, чтобы заработать им на пропитание. Мы ощущаем ее, когда остаемся дома, ибо нам кажется, что не в полной мере пользуемся свободой, которую мир предоставляет нам. Мы ощущаем ее за все, хотя ни в чем не можем быть виноваты, ибо всегда были отстранены от власти и, значит, от принятия решений.

    В женских душах вечно тлеет чувство вины. Мы ощущаем ее, когда выходим из дому, ибо оставляем наших детей, чтобы заработать им на пропитание. Мы ощущаем ее, когда остаемся дома, ибо нам кажется, что не в полной мере пользуемся свободой, которую мир предоставляет нам. Мы ощущаем ее за все, хотя ни в чем не можем быть виноваты, ибо всегда были отстранены от власти и, значит, от принятия решений.

    — Пауло Коэльо · книга
11. «

    Если я сказал Богу, что намерен простить, следует перестать поступать так, как поступал бы не прощающий человек: перестать рассказывать всем своим друзьям, чтó такой-то сделал или сказал; перестать напоминать ему, в чем он провинился. То есть что каcается слов и дел — все кончено; теперь вопрос в том, что происходит у меня в сердце. Тут может помочь Бог. Но начать нужно с того, чтобы перестать подливать масло в огонь собственными словами и поступками.

    Если я сказал Богу, что намерен простить, следует перестать поступать так, как поступал бы не прощающий человек: перестать рассказывать всем своим друзьям, чтó такой-то сделал или сказал; перестать напоминать ему, в чем он провинился. То есть что каcается слов и дел — все кончено; теперь вопрос в том, что происходит у меня в сердце. Тут может помочь Бог. Но начать нужно с того, чтобы перестать подливать масло в огонь собственными словами и поступками.

    — Антоний Сурожский
12. «

    Дети, которых слишком часто виноватили, вырастают во взрослых, в которых вины так много, что, с одной стороны, они перестают ее идентифицировать, а с другой — торги «виноват — не виноват» становятся фундаментом их существования.

    Дети, которых слишком часто виноватили, вырастают во взрослых, в которых вины так много, что, с одной стороны, они перестают ее идентифицировать, а с другой — торги «виноват — не виноват» становятся фундаментом их существования.

    — Татьяна Фишер · книга
13. «

    С чувством вины — это не ко мне. Это абсолютно отрицательная эмоция. Она провоцирует на жалость к себе и саморазрушение.

    С чувством вины — это не ко мне. Это абсолютно отрицательная эмоция. Она провоцирует на жалость к себе и саморазрушение.

    — Сью Таунсенд · книга
14. «

    На людей злишься чаще всего тогда, когда они ни в чем не виноваты.

    На людей злишься чаще всего тогда, когда они ни в чем не виноваты.

    — Амели Нотомб · книга
15. «

    А если скажут, что нельзя прощать всего, ты вспомни, сколько уж тебе самой простилось. Не трать ни слова на обиды и на зло. Цени свой свет. Не гасни, что бы ни случилось.

    А если скажут, что нельзя прощать всего, ты вспомни, сколько уж тебе самой простилось. Не трать ни слова на обиды и на зло. Цени свой свет. Не гасни, что бы ни случилось.
16. «

    Хуже всего — когда теряешь родного человека, и при этом знаешь, что ты — и только ты — всему виной.

    Хуже всего — когда теряешь родного человека, и при этом знаешь, что ты — и только ты — всему виной.

    — Джонатан Крейн (Пугало) · игра
17. «

    С мамами всегда так: мы предполагаем самое худшее, даже если риск не превышает половину процента.

    С мамами всегда так: мы предполагаем самое худшее, даже если риск не превышает половину процента.

    — Клемми Хупер · книга
18. «

    Когда нас покидают, мы ищем спасения в обвинениях — чтобы те, кто нас бросил, оправдывались и извинялись и тем самым были с нами. В этом смысле мы всерьез воспринимаем свои обвинения, но вообще готовы на любой вид амнистии.

    Когда нас покидают, мы ищем спасения в обвинениях — чтобы те, кто нас бросил, оправдывались и извинялись и тем самым были с нами. В этом смысле мы всерьез воспринимаем свои обвинения, но вообще готовы на любой вид амнистии.

    — Бернхард Шлинк · книга
19. «

    Что мне действительно нравится в этой жизни — это ее внутренняя структура. Ты покупаешь пачку сигарет, открываешь, закуриваешь, и каждая затяжка — это твое окончательное и бесповоротное решение. Ты пьяным сползаешь по стене в мутную жижу растоптанной лужи — это сделанный выбор. Все происходящее — осмысленные шаги по той шикарной дороге, о которой нам в детстве пели «прекрасное далеко». Оно не оказалось жестоким, оно оказалось беззащитным. Оно не стало опорой, а потребовало стать опорой ему. Правда, не все еще научились нести ответственность хотя бы за самих себя, слишком велико искушение найти сторонних виноватых, которые всегда под рукой, всегда на глазах.

    Что мне действительно нравится в этой жизни — это ее внутренняя структура. Ты покупаешь пачку сигарет, открываешь, закуриваешь, и каждая затяжка — это твое окончательное и бесповоротное решение. Ты пьяным сползаешь по стене в мутную жижу растоптанной лужи — это сделанный выбор. Все происходящее — осмысленные шаги по той шикарной дороге, о которой нам в детстве пели «прекрасное далеко». Оно не оказалось жестоким, оно оказалось беззащитным. Оно не стало опорой, а потребовало стать опорой ему. Правда, не все еще научились нести ответственность хотя бы за самих себя, слишком велико искушение найти сторонних виноватых, которые всегда под рукой, всегда на глазах.
20. «

    Вечно сознавать, что кто-то пострадал по твоей вине, — это самая тяжкая кара, которая может постигнуть человека.

    Вечно сознавать, что кто-то пострадал по твоей вине, — это самая тяжкая кара, которая может постигнуть человека.

    — Агата Кристи · книга