137 высказываний на тему «внутренний мир»

Собрали 137 цитат на тему «внутренний мир» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Знаешь, а ведь твой Мир — одно из самых страшных мест во Вселенной, гость! Он оплетает своей паутиной всех, кто там родился, и никому не удаётся ускользнуть… Но хуже всего, что вы сами учитесь у своего Мира этому искусству: с первых же дней жизни каждый начинает плести свою паутину, стараясь заманить в неё всех, кто окажется поблизости — и вам это нравится! Нам кажется, что во всех вас есть что-то неуловимо отвратительное — такими вас делает ваш жуткий Мир…

   Знаешь, а ведь твой Мир — одно из самых страшных мест во Вселенной, гость! Он оплетает своей паутиной всех, кто там родился, и никому не удаётся ускользнуть… Но хуже всего, что вы сами учитесь у своего Мира этому искусству: с первых же дней жизни каждый начинает плести свою паутину, стараясь заманить в неё всех, кто окажется поблизости — и вам это нравится! Нам кажется, что во всех вас есть что-то неуловимо отвратительное — такими вас делает ваш жуткий Мир…

   — Макс Фрай · книга
2. «

   В высшем смысле этого понятия — свобода, особенно в художественном смысле, в смысле творчества, не существует. Да, идея свободы существует, это реальность в социальной и политической жизни. В разных регионах, разных странах люди живут, имея больше или меньше свободы; но вам известны свидетельства, которые показывают, что в самых чудовищных условиях были люди, обладающие неслыханной внутренней свободой, внутренним миром, величием. Мне кажется, что свобода не существует в качестве выбора: свобода — это душевное состояние. Например, можно социально, политически быть совершенно «свободным» и тем не менее гибнуть от чувства бренности, чувства замкнутости, чувства отсутствия будущего.

   В высшем смысле этого понятия — свобода, особенно в художественном смысле, в смысле творчества, не существует. Да, идея свободы существует, это реальность в социальной и политической жизни. В разных регионах, разных странах люди живут, имея больше или меньше свободы; но вам известны свидетельства, которые показывают, что в самых чудовищных условиях были люди, обладающие неслыханной внутренней свободой, внутренним миром, величием. Мне кажется, что свобода не существует в качестве выбора: свобода — это душевное состояние. Например, можно социально, политически быть совершенно «свободным» и тем не менее гибнуть от чувства бренности, чувства замкнутости, чувства отсутствия будущего.

   — Андрей Тарковский
3. «

   Тщательно оберегаю личное пространство и внутренний мир. Открыть их для всех означает потерять себя.

   Тщательно оберегаю личное пространство и внутренний мир. Открыть их для всех означает потерять себя.

   — Джеймс МакЭвой
4. «

   Зачем человеку завоёвывать то, что находится вокруг него, когда он не в состоянии совладать с собственным внутренним миром? Зачем двигаться к удалённой звезде, если ты не способен достичь звезды, горящей в твоём собственном сердце?

   Зачем человеку завоёвывать то, что находится вокруг него, когда он не в состоянии совладать с собственным внутренним миром? Зачем двигаться к удалённой звезде, если ты не способен достичь звезды, горящей в твоём собственном сердце?

   — Бернар Вербер · книга
5. «

   Уже давно я люблю лишь то, что переживаю в себе самом. Мне нравится сплетать собственные фантазии и оживлять их подробностями, а затем забывать о них, когда захочу. Так я избегаю ошибок и остаюсь в безопасности.

   Уже давно я люблю лишь то, что переживаю в себе самом. Мне нравится сплетать собственные фантазии и оживлять их подробностями, а затем забывать о них, когда захочу. Так я избегаю ошибок и остаюсь в безопасности.

   — Юсуф Зейдан · книга
6. «

   У каждого из нас есть свое собственное чудовище, притаившееся в засаде.

   У каждого из нас есть свое собственное чудовище, притаившееся в засаде.

   — Хью Уолпол
7. «

   Я форме предпочитаю содержание.

   Я форме предпочитаю содержание.

   — Линди Тейлор · фильм
8. «

   Ты не могла жить в мире ни с кем, потому что никогда не жила в мире с собой.

   Ты не могла жить в мире ни с кем, потому что никогда не жила в мире с собой.

   — Михаил Веллер · книга
9. «

   Книга должна быть топором для замерзшего в нас моря.

   Книга должна быть топором для замерзшего в нас моря.

   — Франц Кафка
10. «

    Бывают моменты, когда сталкиваешься с собой как с посторонним, с незнакомым. Эти-то минуты самые честные и есть...

    Бывают моменты, когда сталкиваешься с собой как с посторонним, с незнакомым. Эти-то минуты самые честные и есть...

    — Дмитрий Емец · книга
11. «

    ... у любого из нас есть прекрасный мир с секретным кодом, и это само по себе повод для счастья. Наверное, есть и забывшие пароль. Они потеряли его в себе и не знают, как вернуться туда, где вечное солнце. Но очень хотят.

    ... у любого из нас есть прекрасный мир с секретным кодом, и это само по себе повод для счастья. Наверное, есть и забывшие пароль. Они потеряли его в себе и не знают, как вернуться туда, где вечное солнце. Но очень хотят.

    — Эльчин Сафарли · книга
12. «

    Ведь внутренние переживания человека тем сильнее, тем острее, чем уединённее, спокойнее, бесстрастнее он живёт внешне — разве не так?

    Ведь внутренние переживания человека тем сильнее, тем острее, чем уединённее, спокойнее, бесстрастнее он живёт внешне — разве не так?

    — Томас Манн (писатель) · книга
13. «

    Меня настораживают кукольно-красивые люди, кукольно-красивые возможности и, наконец, кукольно-красивая еда. Я — за содержание.

    Меня настораживают кукольно-красивые люди, кукольно-красивые возможности и, наконец, кукольно-красивая еда. Я — за содержание.

    — Эльчин Сафарли · книга
14. «

    Всё в мире совершается в силу внутренней природы.

    Всё в мире совершается в силу внутренней природы.

    — Индийские пословицы и поговорки
15. «

    Тренога, на которой раскачивается вечность, состоит из плоти, мыслей и эмоций. Если мы начинаем отрицать мышление, то теряем силу рефлексии; мы не можем определить, что говорят нам наши чувства. Если мы отрицаем плоть, то лишаем колёс повозку, на которой пытаемся передвигаться. Но отрицая эмоции, мы теряем всякий контакт со своим внутренним миром.

    Тренога, на которой раскачивается вечность, состоит из плоти, мыслей и эмоций. Если мы начинаем отрицать мышление, то теряем силу рефлексии; мы не можем определить, что говорят нам наши чувства. Если мы отрицаем плоть, то лишаем колёс повозку, на которой пытаемся передвигаться. Но отрицая эмоции, мы теряем всякий контакт со своим внутренним миром.

    — Фрэнк Герберт · книга
16. «

    Индивидуум ничего не мог бы узнать о сущности мира, данного ему лишь как представление, если бы ему не было свойственно познавание, с помощью которого он узнает, что Вселенная, бесконечно малую часть коей он сам составляет, одинакова по качеству с этой малой частью, близко известной ему как его внутренний мир. Таким образом, его собственное я дает ему ключ к разгадке мира.

    Индивидуум ничего не мог бы узнать о сущности мира, данного ему лишь как представление, если бы ему не было свойственно познавание, с помощью которого он узнает, что Вселенная, бесконечно малую часть коей он сам составляет, одинакова по качеству с этой малой частью, близко известной ему как его внутренний мир. Таким образом, его собственное я дает ему ключ к разгадке мира.

    — Артур Шопенгауэр
17. «

    Звонят в дверь. Но я не пойду открывать. Нет, не так... Звонят в дверь... И Англо открывает вместо меня. На него можно положиться. Ты что-нибудь знаешь о моих дверях?

    Звонят в дверь. Но я не пойду открывать. Нет, не так... Звонят в дверь... И Англо открывает вместо меня. На него можно положиться. Ты что-нибудь знаешь о моих дверях?

    — Анна (художница) · фильм
18. «

    Когда двери раскроются и запахом леса повеет, я, может быть, разберусь, что осталось во мне от меня.

    Когда двери раскроются и запахом леса повеет, я, может быть, разберусь, что осталось во мне от меня.

    — Пабло Неруда
19. «

    Шероховатость деревьев, вкус воды — все это тоже мне знакомо. Запах травы и звезды, иные ночи и вечера, от которых замирает сердце, — могу ли я отрицать этот мир, всемогущество коего я постоянно ощущаю? Но всем земным наукам не убедить меня в том, что это — мой мир. Вы можете дать его детальное описание, можете научить меня его классифицировать. Вы перечисляете его законы, и в жажде знания я соглашаюсь, что все они истинны. Вы разбираете механизм мира — и мои надежды крепнут. Наконец, вы учите меня, как свести всю эту чудесную и многокрасочную вселенную к атому, а затем и к электрону. Все это прекрасно, я весь в ожидании. Но вы толкуете о невидимой планетной системе, где электроны вращаются вокруг ядра, вы хотите объяснить мир с помощью одного-единственного образа. Я готов признать, что это — недоступная для моего ума поэзия. Но стоит ли негодовать по поводу собственной глупости? Ведь вы уже успели заменить одну теорию на другую. Так наука, которая должна была наделить меня всезнанием, оборачивается гипотезой, ясность затемняется метафорами, недостоверность разрешается произведением искусства. К чему тогда мои старания? Мягкие линии холмов, вечерний покой научат меня куда большему.

    Шероховатость деревьев, вкус воды — все это тоже мне знакомо. Запах травы и звезды, иные ночи и вечера, от которых замирает сердце, — могу ли я отрицать этот мир, всемогущество коего я постоянно ощущаю? Но всем земным наукам не убедить меня в том, что это — мой мир. Вы можете дать его детальное описание, можете научить меня его классифицировать. Вы перечисляете его законы, и в жажде знания я соглашаюсь, что все они истинны. Вы разбираете механизм мира — и мои надежды крепнут. Наконец, вы учите меня, как свести всю эту чудесную и многокрасочную вселенную к атому, а затем и к электрону. Все это прекрасно, я весь в ожидании. Но вы толкуете о невидимой планетной системе, где электроны вращаются вокруг ядра, вы хотите объяснить мир с помощью одного-единственного образа. Я готов признать, что это — недоступная для моего ума поэзия. Но стоит ли негодовать по поводу собственной глупости? Ведь вы уже успели заменить одну теорию на другую. Так наука, которая должна была наделить меня всезнанием, оборачивается гипотезой, ясность затемняется метафорами, недостоверность разрешается произведением искусства. К чему тогда мои старания? Мягкие линии холмов, вечерний покой научат меня куда большему.

    — Альбер Камю · книга
20. «

    Будь пушистым внутри и бронированным снаружи.

    Будь пушистым внутри и бронированным снаружи.

    — Дмитрий Емец · книга